Имитация личности

Паек был рассчитан на суточный рацион человека, а DEXʼов кормили раз в сутки. В банке кормосмеси содержалось четыре тысячи килокалорий, и усваивались они без остатка. В человеческой пище Белка ориентировалась плохо и, разбирая контейнер, то и дело сверялась с инструкцией. Банку с мясорастительными консервами следовало разогреть, нажав на крышку, концентрат напитка заварить в горячей воде, паштет тоже был проморожен, но термокапсулы на упаковке не было. Лучше всего выглядели галеты, и как-то обрабатывать их не требовалось. Белка развернула первую пачку, надкусила одну: несладкая. Это тоже было странно. Печенье, как она помнила по жизни до «Соляриса», всегда было сладким. Память киборгов перед списанием со старого места форматировали, но это еще не значило, что биомашины делались у нового хозяина tabula rasa. Белка полагала, что это была функция ИЛ — накопление нецифровых данных с дальнейшим их использованием в работе. По крайней мере, у «пятерок» она отсутствовала, а у их партии, доставленной с Эдема-3, — была, и DEXʼы периодически ею пользовались. Имитация личности позволяла оперировать емкими человеческими понятиями; общаясь по внутренней связи, с нею можно было находить новые пути решения задач. Так, к примеру, муляжи на тренировках имели несложный алгоритм выведения сигнала от сенсоров. В первый же день киборги запомнили и обменялись данными по каждой единице, и хозяева были довольны их работой. На контрольных тестах при сдаче-приемке оборудования Белка столкнулась с парадоксом ложного решения, прописанного в программе, но поскольку программное обеспечение было базовым, а все наработки ее ИЛ подпадали под категорию сменных настроек, отвечала программа. Галеты были несладкими, но хрустящими, куда лучше, чем жидкий, чуть теплый концентрат. Еще в пайке обнаружился джем, маленький контейнер на девяносто граммов. Если съесть галеты вприкуску с ним, то будет сладко. Оставшиеся консервы Белка не тронула, убрала в холодильник до следующего раза.

***

За двое суток в обществе боевого киборга Стрелок пришел к выводу, что с узкой специализацией данной модели разработчики перегнули палку. У Белки не было даже минимального набора бытовых навыков. Контейнеры, поставленные на разогрев в микроволновку, у нее стабильно взрывались, стиральная машина не работала, а если работала, то в каком-то нечеловеческом режиме, выдавая пережеванные и полусырые вещи. Питалась Белка совершенно безграмотно. Сначала вытаскивала из пайка мучное и сладкое, а потом припрятывала остатки, чтобы позже съесть их холодными. Приходилось контролировать, чтобы и в самом деле не отощала. Сменного белья и запасного комбеза киборгу, естественно, тоже не выдали, хотя люди на суточное дежурство брали с собой до двух смен чистой одежды. Если происходило какое-то ЧП с работой в открытом космосе, поддева пропотевала насквозь, а стирка и сушка занимали время, так что проще было собрать «тревожный чемоданчик», чем напяливать абы что из спаскомплекта. В кладовой лежал десяток запасных комбинезонов разных размеров на случай, если катер будет перевозить потерпевших. Бельишко и полотенца, запас мыла и прочих гигиенических мелочей нашлись там же. Завшиветь им уже не грозило. На третьи сутки симбионт Лоота смекнул, что дело — дрянь, и вышел проверить, почему его до сих пор не кормят. Выползание голодного глиста из коматозного напарника Стрелок не застал, о чем ни капли не жалел. Принесла его в рубку Белка. — Хозяин, симбионт господина навигатора нуждается в кормлении. — Да уж, совсем заморили червяка, — согласился пилот, наблюдая, как оный червяк слепо тычется в стенки медицинской кюветы. — Вопрос, чем его кормить? Себе Лоот брал или растворимую бурду по альфианским рецептам, или наши пайки в жиденькое разбалтывал. Но здесь же нет ни блендера, ни миксера, не сгущенкой же его кормить? — Биосинтезатор вырабатывает пищу желательной консистенции, — подсказала Белка. — Если добавить в готовое блюдо витаминный комплекс для альфиан, то это будет приемлемым заменителем привычной еды для симбионта. Симбионт с нею был абсолютно согласен. Всосав полную миску белково-крахмалистой жижи, изображающей суп-пюре, червь втрое распух от сытости и начал на глазах покрываться слизью, чтобы облегчить свою транспортировку по пищеводу. Картину возвращения толстой животины в тощего хозяина Стрелок тоже пропустил, понадеявшись на умение Белки делать трахеотомию подручными средствами, если что-то вдруг пойдет не так. А на четвертые сутки лидар засек кое-что интересное.

***

Планета принадлежала системе белого карлика Мидгард, называлась Йотун и была, если верить сводке, необитаема. Условия ее напоминали Титан: метановые моря, азотно-углеводородная атмосфера и мороз под минус двести по Цельсию. Тем не менее, эфир наполнился искусственными шумами, а потом в наушниках Стрелка зазвучала земная песенка в стиле ретро, и диктор сиплым пропитым голосом объявил: — Станция техобслуживания «У старого Роба» предлагает клиентам весь спектр услуг! От «гасилки» до смены обшивки! Смешные цены, не надорвите свои животы! Ждем вас на самом экваторе Йотуна, теплейшем местечке в этой промороженной дыре! Дальше пошли координаты станции, и Стрелок включил запись. — Белка, кажется, живем! — окликнул он по комму. DEXʼочка вышла в рубку, застегивая комбез на ходу и с мокрыми волосами: — Мы сможем воспользоваться федеральной льготой на гашение в этом секторе? — Едва ли, «гасилка» частная, но у меня на карточке найдется десятка-другая на это доброе дело. Главное, не забыть забрать чек! — Если у них есть инфранет, вы сможете сообщить о нашем положении на «Солярис». — Разумеется, но лучше все же прыгнуть самим поближе. Нам еще Лоота врачам сдавать. Как он? — Состояние стабильное, трещина в черепе начала срастаться. Но для достоверного прогноза нужен ксеномедик. — Будет, все будет! Вот мы сейчас поднажмем… Радостный мандраж охватил Стрелка, словно он наблюдал за финальным отрезком гоночной трассы, где один из лидеров был его «лошадкой». На орбите планеты уже удалось поймать видеосигнал, и над терминалом расплылось лицо сиплого зазывалы. — Старый Роб к вашим услугам, господа! Кого бог послал в мою скромную обитель? Он и в самом деле был похож на старого пьянчужку. Одутловатая физиономия с сизым носом, пожелтевшие глаза, когда-то синий комбез механика, от обилия пятен казавшийся городским камуфляжем. Но Стрелок сейчас был рад и такому, живо откликнулся на приветствие и поинтересовался гашением. — Все есть, для добрых людей все есть, — закивал Роб. — Стыкуйтесь к четвертому порту да навестите старика — может, сторгуемся и на скидочку! Юную мисс тоже милости просим! — подмигнул он, заметив с краю экрана женскую фигуру, но, как видно, не разглядев лица. Стрелок переглянулся с Белкой и кивнул на кобуру со станнером. Киборг понятливо развернулась и пошла за своим оружием. Выходить на незнакомой станции в одиночку и с пустыми руками не стоило, как бы радушно туда ни приглашали. На выходе из шлюза четвертого порта их встретила сканирующая рамка — едва ли точнее, чем в общественных зданиях и магазинах. Такие рамки выявляли оружие и магнитные бирки на неоплаченном товаре, но на киборга не реагировали. Процессор был надежно экранирован, иначе биомашину глючило бы у каждого прибора с мощным электромагнитным излучением. Изнутри станция техобслуживания напоминала помесь ярмарочной палатки и гаража. Длинное помещение с боковыми шлюзами ремонтных доков вело к стойке управляющего, а по пути взгляд то и дело натыкался на полки с запчастями, то блестящими и новыми, а то и с откровенным барахлом, на торговые автоматы с пивом, энергетиками и сладостями, на холодильники с пайками и полуфабрикатами. В конце этого волшебного тоннеля сидел сам Роб, еще более краснолицый, чем на голограмме, весь в клочьях седых волос и щетины, похожий на опустившегося Санта Клауса, который больше не может платить поземельный налог в Лапландии, вот и перебрался на метановый ледник у черта на рогах. А оленей у него отобрали зоозащитники. — Хо-хо-хо! Рад приветствовать дорогих гостей! — воскликнул хозяин совершенно по-сантовски и, покряхтывая, торопливо вылез из-за стойки. Пока он ковылял навстречу, и человеку и киборгу стало ясно, что левая нога у Роба — неродная, Белка даже могла уточнить, что там за тип протеза. История с обнищавшим Сантой обросла в воображении Стрелка новыми подробностями. Роб сгреб руку гостя в обе ладони и, приветственно потрясая, окинул и его, и спутницу испытующим взглядом. — Нечасто к нам заглядывают парни на «невидимках», да еще и с такими серьезными игрушками, — покосился он то ли на саму Белку, то ли на бластер у нее на бедре. — А мы здесь с дружком всем рады, правда, Дик? Эй, Дик!!! — заорал он вдруг, обернувшись в сторону одной из дверей, как видно — в ангар. — Выйди-покажись, глухая ты тетеря! На такой горячий призыв в торговый зал выглянул человек, которого при определенном освещении или спьяну можно было спутать с андроидом. Лысый череп и гладковыбритое лицо его серебрились от испарины, глаза закрывали тугие светоизоляционные очки, а тяжелый скафандр, в котором тот недавно работал под открытым небом Йотуна, весь блестел от водяного конденсата. В руках ремонтник сжимал баллончик с каким-то аэрозолем. — Не ори. Новый аппарат мне угробишь, — обратился он к Робу, щупая ухо со слуховым имплантатом, потом медленно, всем корпусом обернулся к гостям. — Здрасьте! Вам только погаситься, или починиться тоже желаете? Картриджи для воздуховода есть новые, живо заменю. — Нет, нам не нужно, — поспешил отказаться Стрелок, которому не улыбалось оказаться с нулевым балансом на карте вдали от цивилизации. — Сколько за гашение берете? И мне бы еще межпланетку открыть, как у вас с тарифом здесь? — Да все по-божески, пятнашку на «гасилку», пятерочку на инфранет, и хотите — звоните, хотите — новости читайте, полный анлимитед, — ответил Роб, не моргнув и глазом. Если и жили в космосе боги, которые диктовали такую ценовую политику, то, видно, какие-то очень жадные. Но отступать было поздно, да и некуда. Стрелок вытащил кредитку, покрутил в пальцах, потом смерил Роба и Дика своим характерным взглядом, словно в оптический прицел. — А что там насчет скидки доблестным эмчеэсовцам? Может, прихворнул у вас кто, или там потерялся в метановом тумане? Мы бы помогли! Правда, Белочка? Тут Роб вгляделся попристальнее в DEXʼa, прикинул что-то в уме, и просиял: — А и вправду, помогите! У нас вот беда: кондишен, зараза, совсем сбился с настроек, морозит напропалую! А подняться и подкрутить релюшечку и некому: у меня нога плохая, а Дик из своего панциря только на ночь вылазит, и то не всегда. Юная мисс, не откажите старику, вот по стремяночке поднимитесь, подправьте его, собаку! Там такое реле на корпусе, прямо посередине… — Сделай, — кивнул Стрелок. Белка как-то заторможенно перевела взгляд с Роба на него, потом очнулась, прошла за стойку, легко подняла длинную стремянку и все так же молча поднялась по ней высоко под потолок, где и в самом деле висел пыльный кондиционер. — Ай, как славно! Сейчас попробую запустить, вы пока там побудьте, — попросил Роб, копаясь в многочисленных карманах своего рябого комбеза. — Куда же я его засунул?.. Наконец в руках его появился черный пульт, и Роб, наведя его на кондишен, подмигнул Стрелку: — Хорошая девочка у вас! Прямо куколка! В тот же миг Белка покачнулась на перекладине и мешком рухнула вниз. Стрелок не успел ни метнуться к ней, ни закричать, потому что в лицо ему брызнули паралитическим газом из баллончика, который он принял за краску. В мастерской старого Роба многие вещи казались не тем, чем они были на самом деле.