Расплата

Чем выше поднимешься, тем больнее падать. Мы высоко взлетели и не знали, что падение будет таким болезненным. Слава вскружила нам голову, и мы не заметили, как стали меняться. Но жизнь дала нам слишком сильную пощечину. Она сломала нас. Сломала меня. Сейчас я смотрю на себя в зеркало и вижу другого человека. Наверно, я больше никогда не стану прежним и не вернусь к прошлому. Прошлое… я оглядываюсь назад, и воспоминания оживают в моей душе. *** Три года от событий, описанных в первой главе. — Сегодня я наконец хочу узнать почему, — Джанлука накинул рубашку и подошёл к открытому окну, вдохнул свежий ночной воздух и опустился на мягкие подушки, разложенные по широкому подоконнику. Его взгляд был устремлен к звёздам, а вопрос к мужчине, которого он пару минут назад оставил расслабленно лежать в постели. — Почему? — мужчина с интересом посмотрел на него. — О чем это ты? — Почему именно я? Что натолкнуло вас на мысль сломать мою жизнь? — Аааа… — мужчина слегка нахмурился. — Ты уже спрашивал. Я ответил, что твои красота и неповторимый голос всему виной. Ты слишком хорош для этого мира, Джанлука. Каждый, кто видит тебя, мечтает получить хотя бы кусочек счастья. — И это все? — Джан продолжал вглядываться в тёмное небо. — По-твоему полюбить и возжелать живое произведение искусства — это мало? — мужчина усмехнулся. — А ты любишь меня? — Джанлука резко повернулся к нему. — Я? Насколько это возможно, mon prince, — голос его потеплел. — Вот как… Насильник влюбился в свою жертву. Какой сюжет пропадает… Только я тебе не верю. — Любовь — призрачное, мимолётное мгновение, которое быстро исчезает и растворяется в ночи. Факт обладания намного реальнее. — Ты говоришь, как политик. Меня это раздражает, — Джан вздохнул. — Когда ты не в моих объятиях, тебе ничего не нравится. Я не раскаиваюсь ни в чем. Если тебе это невыносимо слышать, то почему ты все ещё здесь? — Я сам не понимаю… ПьерО встал и подошёл к нему. — Ты влюбился в лучшего друга, который поддерживал тебя в трудное время, который не отвернулся и протянул руку помощи. Но он натурал, и тебе не изменить его. Или… может ты хочешь изменить его в той же манере? — Нет. — Тогда прекрати терзать свою душу, — он положил ладонь на его плечо. — Любовь пройдёт со временем. — Кто были те мужчины? Ты можешь назвать мне их имена? — Меньше знаешь — крепче спишь, малыш. Ты больше никогда с ними не встретишься, будь уверен в этом. И я обещаю, что с тобой больше ничего подобного не случится. Его пальцы перебирали мягкие волосы, другая рука соскользнула с плеча на грудь, нежно поглаживая, пробуждая угасшее желание. Джанлука откинулся назад, прижавшись к обнаженному, крепкому телу. — Хочу забыть о нем сегодня. Сделай так, чтобы в постели сейчас нас было только двое… *** — Почему все так таинственно? Словно с самим президентом встречаемся, — ворчал Иньяцио, собираясь на ужин. — Да прекрати ты уже! Джанлука хочет познакомить нас со своим другом. После стольких лет, мы наконец-то узнаем, кто он, — Пьеро зашёл за другом и теперь нетерпеливо звенел ключами. — Мы оба знаем, что они не друзья, — Иньяцио поморщился. — Так, только об этом ни слова! Давай не будем портить вечер. К тому же, меня снедает любопытство: как они познакомились? — Какая разница, лишь бы побыстрее уехать. Не забывай, что я пребываю в шоке от новости, что Джанлука спит с мужчиной. Пьеро вовремя спохватился, чуть не поправив друга и его последнее слово на множественное число. В ресторане их уже ждали. — Рад представить вам моего друга — ПьерО, — Джан криво улыбнулся. Брови Иньи взлетели вверх. — Ого! Забавно, — они пожали друг другу руки и заняли свои места. Как оказалось, Иньяцио зря переживал — вечер прошёл замечательно. ПьерО оказался очень приятным мужчиной, с широким кругозором, который мог поддержать почти любую тему. Единственный вопрос, на который он категорически отказался отвечать — их знакомство. — Пусть Джанлука ответит. Но Джанлука молчал. И на протяжении всего вечера Пьеро ощущал на себе пристальный взгляд, словно тезка изучал его, пытался просканировать на предмет… чего? Прощаясь, он слегка приобнял его и тихо шепнул на ухо: — Береги Джанлуку. Вернувшись в отель, Пьеро решил ненадолго задержаться у друга. — Странный он какой-то. Что с ним не так? — Почему это сразу не так? Все с ним хорошо. Он тебе не понравился? — Есть в нем что-то тёмное. Я не могу объяснить, я просто это чувствую. Ты с ним поаккуратнее. Джанлука долго смотрел на него, а затем вдруг громко рассмеялся. — Твой совет немного запоздал. — Как это? — Есть одна тайна, в которую я хочу тебя посвятить. Вернее, пришла пора рассказать тебе. Только клянись, что никому не скажешь. Пьеро удивлённо посмотрел на него. — Конечно! — Нет. Клянись, — повторил Джан. — Все так серьезно? Ладно, я клянусь, что никому не расскажу, — для пущей убедительности он поднял правую ладонь вверх. — Ты спрашивал, как мы познакомились с ним, — Джан отошёл налить себе выпить. — Черт, это сложнее, чем я предполагал — И как же? — Пьеро последовал за ним, предчувствуя неладное. — Ты помнишь мой рассказ о тех страшных ночах? — Я никогда в жизни не забуду, — прошептал сицилиец. — Так вот, тот мужчина… тот, вместо которого я представлял тебя… это он. Мой другой Пьеро — это он. Повисла звенящая тишина. Пьеро словно окатили ледяной водой. — Ты издеваешься? — севшим голосом проговорил он. — К сожалению, нет. Он нашёл меня позже, понимаешь? Мы в то время с тобой ссорились. Только не вини себя, прошу, — Джан быстро попытался успокоить друга, резко изменившегося в лице при этих словах. — И ты не рассказал мне? Не бросился в полицию? — Какая полиция? Ты забыл, кто он? — Джан покачал головой. — А тебя я не хотел расстраивать. — И ты не нашёл ничего лучше, как прыгнуть обратно к нему в койку?! Он же монстр! Таких убивать надо и кастрировать! КАК ТЕБЕ НЕ ПРОТИВНО?! — Не противно, представляешь? Он спас меня, когда ты отказал мне. Он был рядом, когда я умирал от любви к тебе. — Он — ПРЕСТУПНИК!!! Это он виноват в том, что ты вообще посмотрел на меня, как на мужчину! — Нет. Ты ошибаешься. — Как это? — Пьеро опешил. Джанлука сел на постель, а его друг предпочёл стоять и продолжал ошарашено смотреть на него. — Я думаю, я всегда был таким, просто не понимал. Я бы никогда не решился признаться себе, но они помогли мне в какой-то степени. Понимаешь, это всегда было со мной, а открылось только таким извращённым способом. Не волнуйся, с психикой у меня все в порядке, — Джан заметил взгляд Пьеро. — Вначале я хотел убить его, но он на самом деле оберегает меня. — Он сотворил с тобой такое… как ты можешь? — Тебе не понять, Пьеро. Нужно пройти через то, что прошёл я, чтобы взглянуть на мир по-другому. Я ненавижу его и одновременно питаю какие-то странные чувства. Все это так сложно. — Ничего сложного: давай мы с Иньей навестим его и разберёмся с этим ублюдком! — Пьеро никак не мог уловить ход его мыслей и потрясал кулаками воздух. Джанлука засмеялся. — Всему виной наша чрезмерная популярность. Она и губит. Он не знал о нашем существовании, пока один из его друзей, тех, кто впоследствии был со мной, не рассказал о нашей группе. Они увлеклись идеей «обладания», так ее называет ПьерО. Он говорит, что не хотел в этом участвовать и пытался отговорить их. И я верю ему, потому что в глубине души чувствую, что он хороший человек. — Да?! И этот хороший человек все же был с ними! — Не будь его там и не тормози он их, они бы убили меня. Он ввязался в эту страшную игру ради меня, понимаешь? Действительно, как бы я не хотел предать забвению все те ужасные ночи и дни, в моей памяти все всплывает в мельчайших подробностях. Я ведь все рассказал тебе тогда — он и вправду спас меня. Он говорит, что они как дикие животные растерзали бы меня. Думаю, он прав. Мне повезло, что он был с ними. — Ты так говоришь, будто благодарен ему! — выкрикнул Пьеро. — Да, я благодарен, — спокойно ответил Джан. — Он сделал из тебя гея! Джанлука ничего не ответил, но выражение лица его омрачилось. — Оскорблять меня намерен? — Нет. Я… — Пьеро смутился, — просто я не понимаю тебя. — Я и не прошу. — И тебе хорошо с ним? Ты не вспоминаешь все те ужасы? — Я помню о них всегда. Но с ним мне лучше, чем с кем бы то ни было ещё. К тому же, — Джан усмехнулся, — его тоже зовут Пьеро. Пьеро странно посмотрел на него. — Ты любишь его? — Нет. — А меня? — Ты знаешь ответ. — Я не могу. — Я знаю. — Значит, ты останешься с ним? — Я остаюсь с собой. Пьеро, ты мне ничего не должен. Мы ведь просто друзья. — Мы больше, чем друзья — мы братья, — Пьеро нерешительно подошёл к нему и сел рядом. — Ты как брат мне. — О большем я и мечтать не смею, — Джан грустно улыбнулся. — И все же я считаю, что ваши отношения какие-то нездоровые. Так не должно быть. — Да я вообще должен сейчас встречаться с привлекательной блондинкой. Все итак получается неправильно. — Думаешь, ты всегда был немного другим? — Другим? Как мило. Спасибо, что не выражаешься так же, как Иньяцио. — А он любит тебя? — Возможно. — И что дальше? — Будем жить, Пьеро, как и жили, — Джанлука улыбнулся. — Ты скажешь родным? — Зачем? Не хочу их травмировать. Никто не узнает. — Никогда? — Пока я жив, по крайней мере. Пьеро сидел молча, переваривая информацию. — Все нормально? Уснёшь ночью? — Джан усмехнулся. — Сегодня — точно нет. Ладно, я пойду. С тобой все будет хорошо? — Пьеро, со мной отныне все будет отлично. Пьеро встал, легко пожал его руку и вышел. А Джанлука ещё несколько минут сидел, глядя в одну точку, а затем, закрыв лицо руками, дал волю чувствам. *** Прошло полгода. — Так ты прилепишь на концерт или нет?! Мне надоело, что ты вечно обещаешь, а затем не выполняешь своих обещаний! Да мне плевать на твою работу и твою должность! Вообще не приезжай больше никогда! Не хочу тебя видеть! — Джанлука отшвырнул телефон и зло уставился на дверь. — Тише, так и убить можно, — дверь аккуратно приоткрылась, и в проёме показалась голова Пьеро. Он осторожно заглянул внутрь. — Могу войти? — Конечно, это же общая гримерная, — раздраженно проговорил Джан. — Снова поругались? — сочувственно спросил тот. — Нет. То есть да, — Джанлука вздохнул. — Я так устал. Мне все осточертело! — Успокойся. Чего ты хочешь от него? Ведь он не играет. Сам понимаешь, чем выше должность, тем больше ответственность. — Я не об этом! — Тогда о чем? — Неважно. Пошли, нам выходить скоро, — Джан поднялся и вышел, не оборачиваясь. Пьеро вздохнул. Он прекрасно понимал, о чем не может сказать ему друг. Они закрыли эту тему уже давно, но он до сих пор ловил на себе задумчивый взгляд зелёных глаз. Этот взгляд будто проникал под кожу, вползал в душу, спрашивая, есть ли малейшая возможность, шанс, что их история может закончиться хэппи эндом. Но Пьеро не мог. У него было много женщин, но он искал ту единственную, которая сможет стать ему женой и матерью его детей. Пьеро мечтал о большой, полноценной семье и разделить чувства друга не мог. Для его натуры было противоестественно, когда двое мужчин любят друг друга. Втайне, он признавался себе, что не будь Джанлука его другом, он вряд ли бы смог общаться с ним. Иногда его ещё преследовали воспоминания о той ночи и тех поцелуях, и он навсегда хотел бы забыть о них. Его сотрясала дрожь, и подкатывала тошнота — нет, к мужчинам его точно не тянуло. С глубоким сожалением он осознавал, что является причиной страдания родного человека. Мог ли он представить, что когда-либо будет объектом желания своего друга, что безответная любовь будет требовать ответа именно от него. Если бы не этот факт, все остальное в его жизни было просто идеально. Джанлука не был счастлив. Он чувствовал, что не может никому открыть своего сердца, что впустить кого-то другого в свои мысли просто не в состоянии. Его жизнь поделилась ровно на две части: до и после той страшной трагедии, когда его старое «я» исчезло, уступив место чему-то новому, и, как считал сам Джанлука, новая жизнь не принесла ему радости. Он не был один, при этом чувствуя себя одиноким. Рядом с ним были его друзья и родные, но память и чувства не позволяли ему расслабиться. За эти годы он не отпустил от себя ПьерО. Не потому что не хотел, а потому что не мог. Джанлука испытывал сильнейшие противоречивые чувства к этому мужчине. Его раздражало его спокойствие, его сила и мужественность, порою Джан впадал в бешенство и громил все вокруг, выкрикивая проклятия, а на лице ПьерО не отражалась ни одна эмоция. Он терпеливо слушал и ждал, пока Джанлука успокоится. Француз никогда не повышал голоса, не выказывал злости, он понимал, что Джану необходимо выплеснуть всю боль, скопившуюся в его душе. И он всегда был рядом, когда ему позволяла работа. Каждую свободную минуту, несмотря на время, на погоду, на своё состояние, он срывался и прилетал к Джану, где бы тот в этот момент не находился, исключая, конечно же, его родной дом. И ни разу он не возмутился, не выказал недовольства, потому что считал, что должен ему намного больше, чем мог дать. А что же Джан? Он продолжал слепо не замечать очевидного. — Ты скучаешь по нему? — Пьеро незаметно подошёл к Джану. — Нет. Я думаю, — Джанлука пил что-то крепкое. — О чем? — Думаю напоить тебя, а потом воспользоваться этим, — он скривил губы и залпом осушил стакан. У Пьеро глаза полезли на лоб от такого заявления. — Да шучу я! Расслабься, — Джан похлопал его по плечу и развернулся, собираясь покидать банкет, но вдруг оглянулся и устремил на него пристальный взгляд, — неужели даже сама мысль о нас вместе, вызывает у тебя такое отвращение? — Прости меня, — прошептал Пьеро, отводя глаза. Джанлука быстро ушёл, стиснув рубашку на груди. — Приезжай! Хочу тебя видеть! — он снова набрал знакомый номер. — Джан, что случилось? — спросил усталый голос на другом конце провода. — Я просто хочу тебя видеть. Мне плохо, — Джан стоял у окна, все ещё сжимая пальцами мягкую ткань у сердца. — Ты же знаешь, я не могу сейчас приехать. Переговоры только завершились, и я. — Так и знал! Ты сломал мне жизнь, а теперь я тебе не нужен! НЕНАВИЖУ!!! В его глазах потемнело, на секунду он потерялся во времени, и его разум подарил измученной душе несколько минут забвения. Он забрался на кровать и, глядя в потолок, выпал из реальности. Перед его глазами проносились картины прошлого, он почти умер, он не хотел жить. Джанлука так и уснул, не в силах пошевелиться. Через несколько часов его разбудил громкий стук в дверь. Джан очнулся от тяжёлого сна и в первые мгновения не мог осознать, где находится. Затем он медленно встал, слегка пошатнулся, но дошёл до двери. Стук повторился. Джанлука открыл и замер. — Вот я приехал. Что случилось? — человек, на которого он совсем недавно накричал стоял перед ним словно видение. И пусть он выглядел очень усталым, пусть глаза его не светились обычным блеском, сейчас он был здесь, бросил все дела ради него и приехал, чтобы просто его увидеть. Джан задержал дыхание. — Впустишь, или поговорим на пороге? — Пьеро прислонился к дверному косяку. Джанлука вдруг шумно вдохнул и бросился ему на шею. Пьеро немного опешил, но потом улыбнулся и прижал его к себе. — Я соскучился, малыш, — он провёл рукой по его волосам. Джан поднял голову, посмотрел в его глаза и порывисто прижался к губам. Он целовал его взахлёб, будто в последний раз в жизни. Его руки опустились ниже, и пальцы принялись расстегивать пуговицы на рубашке француза. — Погоди, Джан, я только с дороги и жутко устал к тому же… Джан, — он попытался остановить его, но тот словно сорвался. — Нет! Хочу… хочу сейчас… Пьеро рисковал быть изнасилованным на полу у двери, поэтому он вывернулся, чтобы запереть последнюю и потащил Джана к кровати. Вернее, тот опрокинул его на неё и навалился сверху. Они быстро освободились от одежды, и вот уже Пьеро перехватил инициативу, каждый раз быстро загораясь от первых прикосновений. Джанлука с готовностью развёл ноги и привычно принял его в себя, не ожидая лишней в эту ночь подготовки. Он сгорал как феникс в его объятиях, чтобы возродиться новым человеком. Освобождение пришло быстро — они оба рухнули на постель совершенно без сил. Один был измотан долгим и тяжёлым рабочим днём, другой был измучен морально. — Неожиданное приветствие, — наконец проговорил Пьеро. — Я сказал, что ненавижу, а ты все равно приехал. Почему? — Джан обнял его и положил голову на грудь. — Меня напугал твой голос. Я подумал, что ты можешь навредить себе. Так что произошло? — Пьеро коснулся губами его виска. — Я наверно смертельно болен или отравлен. — Что мне сделать? — Ты уже все сделал. — Хочешь, свяжем его и украдём? — Пьеро улыбнулся. — Нет, — Джан покачал головой и помолчал немного. — Ты же говорил, что не можешь приехать. — А я и не могу. Я здесь из-за тебя, Cheri. — Почему? — допытывался Джан. — А разве не понятно? — Нет. — Потому, что ты дорог мне. — Хочу услышать другое. — Я люблю тебя, Джанлука. Джан приподнялся и посмотрел в его глаза. — Сильно? — Больше жизни, — прошептал Пьеро. — Хорошо! — он вновь припал к его губам, и все началось сначала. А утром Пьеро покинул своего любовника рано, чтобы успеть на самолёт. Он одевался, когда Джанлука проснулся. — Уже уходишь? — сонно прошептал тот. — Меня ждут. Я постараюсь вернуться к тебе, как можно скорее. — Врешь. Всегда врешь, — Джанлука снова закрыл глаза. Пьеро посмотрел на сонного мужчину, который сейчас выглядел таким хрупким и беззащитным. Он присел рядом с кроватью и отвёл, упавшую прядь с красивого лица. — Я приеду, обещаю, — он наклонился и нежно коснулся его губ своими. *** Прошёл ещё один год. — Джанлука? Ты летишь с нами или нет? — Пьеро говорил с ним по телефону, ожидая посадки в аэропорту вместе с Иньей. — Лечу! Только я не успеваю на рейс, ждите меня завтра, — голос у Джанлуки был неестественно тихий. — С тобой все хорошо? — Да, ладно, до завтра, — и он отключился. Джанлука вздохнул: они с группой решили отдохнуть вместе на островах в свой недельный отдых, но тут оказалось, что один человек против. Этим человеком был ПьерО. Он отложил все дела, чтобы провести эти недолгие дни и ночи вместе с Джаном во Франции. Сейчас Джан кидал вещи в чемодан, вспоминая последний свой разговор с французом. — И ты предпочёл ехать с ним и с его девушкой, чтобы терзаться рядом с ними безответным чувством, чем хорошо провести время рядом со мной?! — Нет не так. Я обещал им. — Да плевать! Ты просто сгораешь от ревности и хочешь видеть, что они будут творить там. И ты прекрасно понимаешь что! Господи, Джанлука, я так устал. Если тебе так хочется, то езжай. Мне все равно, я вернусь к работе. — Пьеро… прости, мы найдём время, это ведь не в последний раз… — Ты всегда так говоришь. Столько лет уже… Может быть пора все закончить? Не понимаю, зачем мы продолжаем мучить друг друга… — Пьеро… — Мне пора, — в телефоне послышались гудки. Теперь Джанлука не находил себе места, метаясь по своей комнате в Розетто. Чем больше времени проходило, тем глубже он увязал в этих отношениях, которые теперь нужны были ему как воздух. Но с другой стороны, Джан все ещё не простил его. Он продолжал разрываться от противоречивых чувств и не мог прийти в согласие с самим собой. Пьеро впервые смог вырваться, чтобы провести время с ним, но Джан будто бежал от него. И проблема заключалась не только в его обещании — парни отпустили бы его с радостью. Дело было в новой девушке, в сияющих глазах сицилийца, и в том счастье, которое она ему дарила. Джанлука чувствовал, что находится на грани нервного срыва. И сейчас ему необходима была поддержка любящего человека, который помог бы ему пережить весь этот ужас. Но ПьерО категорически отказался сопровождать его. — Какая гениальная мысль! Ты, я, он, его новая пассия… на заднем фоне маячит Иньяцио со своей девушкой. Ты ревнуешь и бесишься, я тебя успокаиваю, а все остальные наслаждаются отдыхом. Нет уж… либо ты едешь со мной, либо… — Либо ты бросишь меня? После всего? — Я этого не говорил, — устало прошептал Пьеро. — Джан. Решай уже, чего ты хочешь от жизни. Чего же он хотел? Он не знал ответа на этот вопрос. Он ехал в аэропорт с тяжёлым чувством на душе, все ещё сомневаясь в своём решении. И он улетел. Он приехал в жаркие тропики, со смутным ощущением того, что совершает ошибку. ПьерО не звонил ему, и сам не отвечал на входящие звонки. Джанлука не осуждал его, но с каждой минутой его пребывание здесь становилось все невыносимее. В первый же вечер его терпение подверглось жестокому испытанию: их номера с Пьеро оказались соседними, и всю ночь Джанлука не мог уснуть, закрывая уши подушкой. Утром он понял, что ещё одну такую ночь просто не выдержит и переселился в другой номер. Но это не спасло его: весь день он был вынужден наблюдать за счастливой парой. На третий день ПьерО все же вышел на связь. — Я удостоился нескольких звонков? Надо же, — с иронией ответил мужской голос. — Давай не будем ругаться. Я просто хотел услышать твой голос. — Все настолько плохо? Джан не ответил. Он боялся, что всего одно слово может прорвать плотину, и боль польётся неусмиримым потоком. Перо отложил телефон и вздохнул. Он устал. Жизнь сполна наказала его за проступок, совершенный им против воли. День за днём его мучило безотчётное чувство, которое он должен был преодолевать и топить в глубине своей души. Он так сильно любил, что, порою, ему казалось — он сходит с ума. Джанлука стал его наваждением, его несбыточной мечтой, его проклятием. Каждую минуту, когда они были вместе, он всем своим существом ощущал, что не его общества хочется Джану, что не его поцелуи, не его объятия доставят ему истинную радость. Но, словно подсевший на наркотики, он не мог отказаться от него и желал все большей дозы. К счастью, всему в мире приходит конец — Пьеро больше не мог выносить происходящего, не мог служить лишь бледной заменой другого человека. Ведь каждый раз, когда Джанлука задыхался от наслаждения в его объятиях, он произносил имя не того, кто был с ним в этот миг. И маленький кусочек его сердца отмирал, оставляя на своём месте глубокий рубец. Логичнее было разойтись и оставить друг друга в покое. Тогда почему он не мог этого сделать? Пьеро вздохнул и пошёл заказывать себе билет в другой конец мира. — Значит… сидишь тут один, пьёшь и желаешь кого-то прикончить? Грустно, — раздался мягкий голос позади него. Джан резко оглянулся и удивлённо подскочил. К нему размеренным шагом подходил ПьерО. — Ты сказал, что не приедешь! — Я часто это говорю, малыш, — он подошёл к нему вплотную. — Угостишь выпивкой? Вместо ответа Джанлука обвил его шею руками и припал к губам. — Я так рад! — Я тоже, mon prince. Я тоже… Они провели вместе два дня, когда утром ПьерО стал собирать свои вещи. — Ты уезжаешь?! Но я думал, ты освободился на неделю, не меньше. — Да, но я предлагал провести это время во Франции. Я побыл тут достаточно, чтобы приподнять твой боевой дух. Теперь ты и сам справишься. Джанлука наблюдал, как Пьеро закрывает чемодан и ищет свои часы. — Так ты приехал только ради этого? — Нет, не только, — Пьеро на секунду закрыл глаза, подбирая правильные слова. — Джанлука, я думаю, пора заканчивать. — С чем? — Я больше не приеду, — спокойно сказал Пьеро, поворачиваясь к нему. — Не приедешь… — Джан не мог сообразить. — Я люблю тебя, но это выше моих сил. Ты думаешь, что навеки сломлен, но это только в твоей голове. Ты не можешь начать жить, как человек, потому что сам этого не хочешь. Все, что случилось, осталось в прошлом, и его пора отпустить. Вот только ты никак не можешь этого сделать. Мне жаль тебя, но помочь себе можешь только ты сам. А я ухожу, — он говорил, и голос его оставался печальным. Джан потрясенно смотрел на него. — Ты бросаешь меня? — севшим голосом прошептал он. — Нет. Мы просто прекращаем мучить друг друга, — Пьеро подошёл к нему и улыбнулся. — Но ты не мучаешь меня! — Тогда я говорю только о себе. — Вот так просто? Ты просто уедешь? — Я мог бы предложить тебе поехать со мной, но тогда это уже будет что-то значить. Джанлука вскинул брови. — Если ты полетишь со мной, я захочу большего. — А ты этого хочешь? — Да. Хочу вытеснить из твоего сердца другого, чтобы занять его место. Но ведь это невозможно? — он заглянул в его глаза. — Невозможно, — Джан отвернулся. — Хорошей дороги. — Прощай, — Пьеро задержался на секунду, желая сказать ещё что-то, но передумал и стремительно вышел. Полчаса спустя Джан спустился вниз, не понимая, что ему делать. К нему подошёл мужчина и передал записку от Пьеро. Я отложил рейс до завтра. Буду ждать тебя в аэропорту. Если ты не придёшь, я все пойму. Пора уже решить, хочешь ли ты быть счастливым. Джанлука любовался закатом, сжимая в пальцах тонкий лист бумаги. — Ты где был весь день? Мы ждали тебя, — ПьЕро сел рядом. — Сидел здесь. Думал. — А где мой тёзка? — Уехал. — Работа? — Нет. Он бросил меня. — Не может быть! Ведь мне казалось, что он тебя так сильно любит. — Именно поэтому он и уехал. Он устал. — А ты что думаешь? — Пусть катится… мне все равно, — проворчал Джан. Пьеро внимательно посмотрел на него. — Знаешь, я был в шоке, когда ты сообщил мне о вашей связи. Но постепенно… я понял, что между вами есть что-то неуловимое, эта нить, связывающая вас, такая крепкая, что… Я не знаю, можно ли строить отношения на том, что между вами было, это мистика какая-то. Но, Джан, подумай, прежде чем отпускать его. Хотя он мне все равно не нравится, — Пьеро похлопал его по плечу и оставил размышлять над своими словами. Что такое Любовь? Кто устанавливает правила? Почему искра вспыхивает между королем и служанкой, между ангелом и смертным, между священником и грешницей? Можно ли полюбить человека, который причинил тебе боль? Возможно ли испытывать тёплые чувства по отношению к насильнику? Джанлука представлял себе свою жизнь без него, без его мягкой, французской речи, без нежных касаний… Он представлял себя таким, каким был несколько лет назад. Кем бы он был сейчас, если бы не случилось того, что случилось? И правда ли, что он сам мешает себе обрести желанные счастье и покой? В аэропорт он не приехал. Пьеро напрасно ждал его до последней минуты — он не пришёл. Все было кончено. Он не удивился, но сердце его сжалось, а душа ныла. Он привык получать от жизни все, но в этой борьбе не было победителей. Как много времени требуется, чтобы осознать потерю? Можно ли ограничить сроки? Порою жизнь сама указывает нам путь. Дни, недели, месяцы… ПьерО находился на заседании своего ведомства, когда ему сообщили о неожиданном посетителе. — Кто это? — Он не назвался, но у него на руках специальный пропуск. — Тогда проводите его сюда. Может новости из Германии наконец пришли, как раз обсудим. Но, когда дверь открылась, в зал вошёл вовсе не политический деятель, а скорее работник культуры. — Джанлука? — Пьеро встал. — Оо… я не вовремя. Я подожду тебя там, — парень смутился и быстро вышел. Пьеро мгновенно потерял нить беседы. — Продолжим завтра. Всем спасибо, — и он вылетел из комнаты. — Джан? Пошли, лучше поговорим у меня, — он увёл Джанлуку к себе в кабинет. — Я удивлён. Нет, я очень удивлён. Что ты здесь делаешь? — он подошёл к столу и повернулся к нему. — А что? Только ты можешь внезапно появляться и исчезать? — Джан медленно приблизился к нему. — Я серьезно — зачем ты приехал? — Да я тут подумал на досуге… — Неужели? — Пьеро улыбнулся. — Я хочу, чтобы это что-то значило, — Джан подошёл почти вплотную и положил руки ему на плечи. — Что же? — Нечто большее… Их губы слились, а тела соприкоснулись после долгой разлуки. Пройдёт много времени, прежде чем они смогут простить и довериться друг другу, но счастье будет ждать своего часа, чтобы пролиться дождём радости на их истерзанные души. А что касается ПьЕро… Они оставались друзьями, вместе сосуществовали в группе, но он продолжал иногда ловить на себе знакомый, задумчивый взгляд зелёных глаз. Года летели, все складывалось удачно у каждого члена трио, но в глубине души двое из них помнили о том, что когда-то произошло между ними. Никто и никогда не упоминал того тёмного периода, когда судьба больно ударила по ним, чуть не разбив их жизни вдребезги. Но Джанлука навсегда сохранил в своей памяти несколько украденных поцелуев, которые он спрятал глубоко в своём подсознании. А когда боль снова сковывала его душу, ее прогонял своими теплом и любовью тот, кто изменил его жизнь. И Джанлука обязательно научится его любить, ведь теперь он знает цену счастью. P.S. Кошмары его больше не беспокоили.