Сборник драбблов по CapSwan

      Знаете, что самое ужасное в ночных посиделках на крыше? Оказаться совершенно одной, когда вокруг сотни таких же домов, в которых счастливо живут семьи, и каждый день слышен их радостный смех. От этого на душе у Эммы становилось невыносимо тяжело, ведь в этой жизни она потеряла абсолютно всё: родителей, друзей, работу, любимого человека… Она осталась совсем одна в этом мире, полном загадок и опасностей, и кто знает, сколько ещё всё это продлится.       Холодный ветер заставлял вздрагивать при каждом его дуновении, но Эмма этого как будто не замечала, погрузившись в пучину своих мыслей, постоянно терзающих её сознание. Полная луна освещала крыши домов своим слабым светом, а на небе уже давно виднелись мириады ярких и тусклых звёзд, среди которых можно было выделить одну — полярную, самую яркую из всех существующих, одинокую, такую же, как и сама Эмма Свон, до недавнего времени радующаяся каждому мгновению, проведённому в кругу любимой семьи.       Она встала с каменной кладки и медленно подошла к краю крыши, заглядывая в окно напротив стоящего дома, где люди по каким-то причинам всё ещё не спали. Если хорошо присмотреться, то можно разглядеть молодую девушку и парня — очередную счастливую пару, каких ей приходилось видеть очень часто за последнее время. Сердце больно защемило. За неделю она, казалось бы, выплакала уже все слёзы, но сейчас одна всё же скатилась по её щеке, оставляя после себя влажную дорожку. Медленно она опустила голову вниз и посмотрела на изредка проезжающие по дороге машины и людей, которые поздно возвращались с работы домой. Ещё шаг, и она бы могла прекратить своё бесцельное и потерявшее смысл существование, но что-то её останавливало, не давая сделать этот короткий решающий шаг. Чья-то мужская рука крепко держала её за запястье, создавая преграду, но Эмма не вырывалась, ожидая каких-либо действий со стороны незнакомца. — Не нужно, — слегка хриплым голосом просто проговорил он. Она сразу уловила в его голосе нотку беспокойства за неё, но не могла понять, откуда ей было взяться, если они даже не знакомы. — Меня здесь ничего не держит, — так же просто парировала Эмма, не оборачиваясь.       Мужчина вздохнул и потянул её на себя, отводя девушку на безопасное расстояние от края, и развернул к себе лицом, всматриваясь в покрасневшие от напряжения глаза, из которых в любой момент могли покатиться слёзы. Он заправил выбившуюся прядь её светлых волос за ухо и утешающе улыбнулся. — Кто ты? — спросила она, всё никак не понимая, для чего ему было спасать её. — Моё имя Киллиан Джонс, — улыбнувшись, Киллиан наклонил голову набок, неотрывно глядя на незнакомку. — А как же зовут такую прекрасную даму? — Эмма Свон, — впервые за этот вечер Эмма смогла улыбнуться, пусть и слабо, и эта маленькая победа не могла не радовать Киллиана. — Что же, приятно познакомиться с тобой, Эмма, — он демонстративно поклонился ей, отдавая свое почтение, и Эмма усмехнулась его слегка странному поведению, но не возразила.       Киллиан снял с себя свою кожаную куртку и постелил её на холодный каменный выступ, затем сел сам и взглядом пригласил Эмму сесть рядом с ним, что она и сделала. Их внимание снова было обращено на мерцающие в ночи звёзды, собравшиеся в самые разные известные созвездия, и они оба были заворожены этой, казалось бы, самой обыкновенной картиной. Невольно Эмма переплела свои пальцы с пальцами Киллиана, чем вызвала у него слабую улыбку, и улыбнулась сама. — Что заставило тебя сделать этот шаг? — осторожно спросил он, не глядя ей в глаза. — Моя семья погибла в автокатастрофе, я уволилась с работы и осталась совершенно одна, — она на мгновение поразилась своей чрезмерной открытости, но этот загадочный человек пробуждал в ней ещё оставшееся желание жить, что казалось немного странным, ведь она знает его от силы минут двадцать. — Я тебя понимаю, не так давно погиб мой брат в кораблекрушении. Был шторм, волна перевернула корабль и все, кто был на нём, в том числе и мой брат, погибли. Он был капитаном добрым и честным, всегда жертвовал собой ради других, был опорой младшим. Но я пережил его смерть, — с грустью и болью рассказал он, выдохнув. — Мне очень жаль… Но как ты смог это пережить? — спросила Эмма, нахмурив брови, и взглянула в его голубые глаза. — Я встретил тебя — такую же одинокую душу, каким являюсь и я. Наши судьбы во многом схожи, но Эмма… Я не думаю, что твои родные хотели бы, чтобы ты закончила свою жизнь вот так, даже толком не прожив её. Видишь ту звезду? — Киллиан указал на полярную звезду, и она кивнула. — Она самая яркая и выделяется среди остальных звёзд, что её окружают, и это делает её особенной. Но она не одинока, как покажется на первый взгляд. Есть звёзды, которые находятся к ней ближе, — и он говорил чистую правду, как бы Эмме не хотелось её признавать. — Ты прав… — впервые она приняла тот факт, что жизнь не заканчивается, а, возможно, только начинается. Впервые она допустила мысль, а что, если у неё действительно есть хоть какой-нибудь шанс на нормальную жизнь? — Что нам делать? — Отпустить прошлое и жить дальше. Отныне мы будем опорой друг для друга.       Она только кивнула и положила свою голову на плечо Киллиана, закрывая глаза и понимая: не всё потеряло смысл, не всё потеряно навсегда.

Спустя пять лет.

      Звонкий детский смех наполнял весь дом, заставляя родителей четырёхлетней Мелани Джонс счастливо улыбаться при виде радостной дочери, бегающей с новой куклой, о которой она так давно грезила. Эмма хлопотала на кухне, готовя ужин, и вздрогнула, почувствовав сильные мужские руки на своей талии, а затем горячее дыхание на шее. — Киллиан… — она улыбнулась и, развернувшись, коснулась его губ своими, даря нежный, наполненный любовью поцелуй. — Что у нас на ужин, моя любимая миссис Джонс? — ласково прошептал он ей на ухо, прекрасно зная, что Эмме тяжело устоять перед ним, особенно, когда он так делает. — Лазанья… Киллиан, перестань, лазанья сгорит! — спохватилась Свон, еле выбравшись из крепких объятий мужа.       Он довольно усмехнулся, понимая, что тогда, пять лет назад, на крыше нашёл свою любовь, которую поклялся беречь, как зеницу ока, вечно любить и быть с ней всегда рядом. — Папочка! Смотри, что я нарисовала! — радостно воскликнула Мелани, протягивая Киллиану листок бумаги, на котором, пусть и не чётко, был изображён кораблик и вся их семья. — Моя маленькая пиратка, — улыбнулся он и поднял дочь на руки, отчего та снова заливисто рассмеялась.       Эмма улыбнулась, понимая, что не ошиблась тем вечером, когда доверилась совершенно незнакомому мужчине, спустя год ставшему её мужем, но сумевшему залечить глубокие раны.       Достав из духовки лазанью, она подошла к столу, улыбнувшись Киллиану, и поставила блюдо в центр, краем глаза заметив, как Мелани подмигнула отцу. Она никогда не перестанет благодарить судьбу за подаренный ей второй шанс.