Красивые, вечные три слова, я приберегу для кого-нибудь другого.

«И пока эта муха будет гладить свои лапки, я буду говорить, что у меня все в порядке, в среднем человек в день может врать до двухсот тысяч раз. Вот и я солгу сейчас, а потом ты уйдешь, ты уйдешь, а я останусь. Станет странное сердце, бестолковая усталость и я буду бояться остаться один на один, в этой комнате цветных пелерин, тобою связанных на мне пелерин… целуй меня.»

***

— Ало, да, привет Свет, слушай, у нас тут проблема небольшая. Понимаешь, фух, ну если вкратце, то мы на тачке перевернулись и в больницу попали. Да, да с Даней. Нет, нет всё в порядке, да, нас уже выписали. Да, с сегодняшнего вечера можем выйти, — небольшое молчание, далее, резко меняется в лице. — Ты что?! Не надо эту дуру на пост ставить! Нет, мы точно будем сегодня! Да, как обычно, в девять вечера около клуба. Ага, спасибо большое за понимание, всё. А? Даня? Конечно, в обязательном порядке. Всё, давай, до вечера. Пока. Писк, от нажатия на кнопку, разнёсся по всей кухне. Лиза сидела на стуле, поджав ноги к себе, немного шатаясь вперед и назад. Стул маленько поскрипывал, но звук этот был терпим. Закончив разговор с главным бухгалтером клуба, в котором работает парочка, она сразу попросила прекратить водить вилкой по тарелке. Адресовано, естественно, это это было Спуну. — Ну что там? — оставив несчастный столовый прибор, спросил парень. — Да ничего особенного, испугалась, конечно, из-за аварии, пожалела, но на работу идти надо. Ярко выражено вздохнув, сидящая девочка отвела взгляд на салатовую дверцу кухонного шкафа. — А что там с Университетом? — Да тоже самое. Особых тем мы не пропустили, но конспекты все равно придётся переписать. А уже завтра, мы вернёмся в прежнюю колею. — А, ну если только завтра мы пойдём в храм знаний, то значит сегодня я пойду прогуляюсь, — вставая со стула сказал парень. — А куда это ты собрался? — изумлённо посмотрев на Спунтеймера, сказала Соколова. — Да, я с Региной встретиться хотел, в кино там сходить… — О-о-о, ну раз такое дело, не буду вам мешать, ибо тоже хочу пойти прогуляться. — М-м, одна? — закатив глаза вымолвил парень. — Нет. — А с кем же? — по настоящему заинтересованно спросил Даня. — Дай-ка подумать, — сделав задумчивый взгляд, и одновременно вспоминая всех своих бывших парней (а их не так уж и много), поэтому, вспоминая парней-друзей, которые не очень нравились Поперечному, Лизавета ухмыльнулась. Уцепившись в мыслях, за первое попавшееся имя, она прокляла себя, но всё же сказала, благодаря той злости, которая комом подступила к горлу: — С Лёшей*, -слишком тихим голосом процедила Лизавета. — С кем, блять?! — будто не расслышав крикнул Спун, проходя из дверного проёма обратно на середину кухни. — Ты чо, ахуела?! Я еле вытащил тебя из того говна, в которое ты попала из-за него! Нет, с ним, ты никуда не пойдёшь! А если я узнаю, что ты тайком с ним встречаешься, — возводит указательный палец левой руки вверх. — то проблемы будут не только у него, но и у тебя! — слишком злой голос для светлого Дани, слишком злой. — Я не хочу опять смотреть на то, как ты сдыхаешь на моих глазах! — В смысле?! Во-первых, не повышай на меня голос, а во-вторых — в смысле?! Ты хоть знаешь как он изменился за это время! Данил начинает наиграно смеяться, выдавливая из себя фразу: — Да мне плевать если честно, к тому же — нихуя подобного! Короче, — Даня громко вздыхает. — Я тебе запрещаю с ним вообще пересекаться, поняла? И ты совершишь большую ошибку, если возобновишь с ним общение. Поперечный понимал, что идёт на пиздец какой риск, запрещая именно Соколовой Елизавете, что-либо делать, ибо она пойдёт, даже во вред себе, наперекор всем тем, кто ей запрещает.  — Ты вообще кто мне такой, чтобы что-то запрещать? Сама разберусь, не маленькая! Вставая со стула, девочка быстрыми шагами проходит в комнату и начинает одеваться. «Как же хорошо, что я успела помыться сегодня» — подумала она, надевая зелёные носки на ноги. — И что? Все-таки пойдёшь к этому долбоящеру? — проходя в комнату и скрещивая руки на груди, с насмешкой спрашивает молодой человек. — Заткнись! — выкрикнула она, разворачиваясь к Спуну. — Теперь, это уже точно не твоё дело! Вали гулять со своей, — далее язвительно. — Региночкой. Встретимся на работе, чао! Чмокнув ладошкой, и послав воздушный поцелуй ошарашенному парню, Лиза вышла из комнаты и направилась к выходу, попутно забирая небольшую связку ключей с поверхности комода.

***

— Спасибо, что выслушала меня, Оль. Когда смогу к тебе прийти? Думаю, можно попробовать на выходных, если не нарисуется лишняя стопка дел. Ага, Максиму — привет. Всё, пока. «Ебать, как приятно на душе, когда есть человек, к которому можно прийти, позвонить и поплакаться в жилетку. Правда, у меня всегда был таким человеком Даня, но Дане рассказывать о том, какой Даня плохой — какая-то странная затея. Ибо меня пошлют при первой возможности» — подумала Лиза, сжимая телефон в окоченевших руках. Тут, она начинает вспоминать, как ей было хорошо, когда она прижималась ночью к Дане, из-за вечного холода. Первый этаж как-никак. На душе стало немного тоскливо. До начала рабочей ночи оставалось два с половиной часа. Нужно успеть дойти до метро и сесть в вагон без происшествий. Сунув левую руку в карман Джинс, Лиза достаёт наушники и начинает разматывать их. Вечерние улочки очень тоскливы. Проходя мимо небольшого магазина, находящегося на первом этаже шестнадцатиэтажного дома, она заметила вывеску «Алкоголь и табачные изделия продаются лишь лицам, достигшим возраста восемнадцати лет» «Почему бы и не попробовать?» — мысль отбарабанила чечётку на мозгах хрупкого существа, остановившегося напротив магазина с вывеской. «Да ладно, была не была. Паспорт и бабло есть, а остальное — не важно» — ступая на первую ступень в магазин подумала девушка.

***

Дым от вишневых сигарет развевался в воздухе так медленно, словно кто-то хотел, чтобы всё окружение тёмноволосой пропахло этим запахом. Во рту ощущался сладкий привкус такого же вишнёвого блейзера (с подросткового возраста, любимый алкогольный напиток Оли и Лизы. Они часто приносили его в школу в виде обычной газировки), у девочки всегда была мечта смешать в одном стакане, все вкусы этого расслабляющего напитка. На работе не происходило ничего нового, разве лишь то, что девушке грозило увольнение, из-за её нетрезвого состояния. Данила даже и не смел взглянуть на неё в тот вечер, лишь пару раз они пересеклись взглядами, и то случайно, когда Соколова проходила мимо барной стойки. Уже уходя со своего поста одновременно с Поперечным, а дело было в два часа ночи, на главном входе из клуба она заметила до боли знакомые короткие чёрные волосы. Девушка кому-то махала. Обернувшись, Лиза увидела за собой Даню, смотрящего под ноги, будто не замечая идущую впереди особу. Тёмноволосая резко останавливается и поворачивается к Спуну со словами: — Что тебя в ней так привлекло? — с горечью и обидой, стараясь не запинаться, проговаривает она. — Хм, даже не знаю, может трезвый взгляд на этот мир? — после того, как мальчик договаривает последнее слово, он обходит девушку, не докасаясь ни малейшей частью тела. На душе Соколовой стало тоскливо и обидно. Противный ком давил на мозг.

***

Придя домой позднее Данилы, часа этак в четыре утра (ну что поделать, её ведь унизили, и ей надо было залить своё горе лишней рюмочкой мартини), Лиза пиздец как шумно без малейшего шороха проходит, в комнату с кроватью, на которой мирно спит рыжеволосый. Кидая куртку на стул, и небрежно снимая с себя лишь салатовые носки, девушка укладывается на кровать. Перегаром несло на всю комнату. Все, кто хотя бы раз пил, знает, что после половины тебя распирает на дикие монологи и тирады. Так вот, наша героиня не исключение, и ей было абсолютно плевать на то, что Спун спит. — Эх, Даня, Даня. Ты наверняка думаешь, что я просто ревнивая идиотка. А вот хуй там был. Всех баб, я насквозь вижу. С мужиками ещё трудно, но бабы — это мой конёк. Не твоего она поля ягода, смирись с этим. Говно она, а не человек, — по слогам. — г о в н о. Тебе бы такую как… *резко запнулась*, впрочем неважно, главное не такую как эта Регина. Хоть раз послушай меня и сделай так, как я тебе говорю, а не так, как ты считаешь нужным. Пожалуйста, зайка, — с этими словами она переворачивается на другой бок и засыпает сном младенца, а Поперечный продолжает лежать смотря в одну точку и стараясь переварить всю ту информацию, которую только что сказал ему его любимый алкаш. — Но ведь, я с ней только сегодня начал встречаться, дай ей шанс, может она сможет исправить твоё отношение к ней, — как-то очень тихо, видимо, чтобы Лизавета не услышала, процедил парень. «Прости меня, пожалуйста…» — подумали оба проваливаясь в крепкий сон. «…не запирайся в рубашку, дыши глубже, я знаю что я лишний, и я не тот, кто нужен я буду лишь воспоминанием, этапом или стадией и кстати, мы наверное, вместе умрём. нас закопают за подъездами пятиэтажек, откроют рядом круглосуточный цветочный даже, Я не был никогда счастливым, это знаешь, но стабильность — это здорово, остальное неважно…»

***

Полторы недели спустя. Судьбы наших героев восстановили прежнее мирное течение. Данила так и не смог рассказать о его новой пассии. То ли силы воли не хватает, то ли времени, а может его останавливают последствия. Парочка всё так же ходит в университет и так же продолжает ходить на работу. Обычная рутина — учёба, работа, дом. Однако, девушка начала замечать, что последнее время у Данилы появилось большое количество работы. Так что день парня немного отличался от её дня — учёба, работа с YouTube «на другом конце города», работа в баре, дом. Соколова догадывалась — тут что-то неладное. Однако, из-за полнейшего погружения в повседневные дела, она не придавала этому особого значения. «Приходит живой и не бухой — уже хорошо. А остальное не важно, » — так думала она, каждый раз, когда Спун уходил вечером.

***

В один прекрасный Субботний вечер, парень вновь хотел уйти «по делам», однако Лиза попыталась его остановить: — Даня, ну сколько можно? Сегодня же воскресенье! Где ты постоянно пропадаешь? — Э-м, ну я же говорил — на работе, — сделав акцент на последнем слове, Спунтеймер начал искать в шкафу чистую футболку. — Блин, ну пожалуйста, хотя бы один вечер удели мне, а не работе. Я уже забываю, как выглядит твоя плешивая рыжая бородка, — темноволосая стояла в метре от Поперечного, убрав руки в карманы спортивных штанов. — Лиза, ну я правда не могу, для меня это очень важно, — разворачиваясь к обиженной девушке произнёс парень. Его взгляд пал на оттопыренную нижнюю губу Соколовой, которая так и намекала всем своим внешним видом: «ну пожалуйста, посиди со мной перед теликом и позалипай в тупые каналы. Умоляю. Молю». Шумно выдохнув и начиная медленно закрывать шкаф, Данил произносит: — Ладно, всего один вечер, а завтра я как штык на работе, — мысленно рассмеявшись над двусмысленности своей фразы, Спун приобнимает Лизавету за плечи и ведёт к кровати. — Ура, спасибо! — целуя в щёку парня, Соколова включает телеканал «ТНТ». Начинается передача «Stand UP». — О, Данёк, смотри, твоих собратьев показывают, — прыгая на спальное ложе, молвит девушка. — Ой, Соколова, не умничай, — говорит Поперечный усаживаясь на кровати. «Чёрт, я совсем забыл, надо же предупредить Регину, что я не смогу с ней сегодня встретиться!» — с этими мыслями парень взял свой смартфон и, отвернувшись так, чтобы экран был виден только его владельцу, быстро настрочил сообщение отправителю «Эльдар Второй Номер». Сообщение гласило следующее: «Любимая, прости, завтра конспект по неорганической химии в универе сдаём, сегодня подготовиться хорошо надо. В этот раз я не смогу к тебе прийти. Прости, люблю тебя <3 » Отправив и в ту же секунду удалив это сообщение, мальчик вновь повернулся к телевизору. «И почему я так боюсь, что Лиза узнает?» — мимолётные мысли заставили его содрогнуться.

***

Нурлан Сабуров обращается к залу: — Поаплодируйте пожалуйста парни, у которых нет девушки. *аплодисменты от нескольких людей* — Данька, а ты что не аплодируешь? Твоя рука не считается девушкой, — немного посмеиваясь проговаривает вальяжно лежавшая особа женского пола. На лице Поперечного и намёка не было на веселье. — Эм-м, я чего-то не понимаю? Приём, приём. Космос, космос, я Земля, верните Поперечного на орбиту «смеёмся вместе шуткам за триста», — парень настойчиво продолжает игнорировать. — Ало, Дань. Ну уже не смешно. Я что-то не знаю? — уже более серьёзным голосом говорит девушка. — Угу, — тихо произносит мальчик, отводя глаза в сторону. — И кто же она? — серьёзный голос сменился на тяжёлый бас, который пронизывал страхом до костей всего тела. — Регина, — немного подумав, отвечает он, уже смотря в наполняющиеся ненавистью глаза девушки. От такого ответа Елизавета потеряла дар речи, но быстро сориентировавшись, вскочила с кровати и начала в спешке собираться. Взяв спортивную сумку и покидав туда всё самое необходимое, она надела куртку и уже выходя сказала: — Завтра заберу остальные вещи. — Стой, — подходя к Соколовой произносит Спун. — И куда же ты пойдёшь? — А вот теперь, это точно не должно тебя касаться. Прекрати строить из себя заботливого друга, это выглядит очень нелепо. Парень схватил девушку за запястье: — Я… я правда не мог сказать раньше. П-прости, я правда не мог. И мне, мне кажется, что я люблю её. Лиза перестаёт вырывать свою руку и с комом в горле шепчет: — А меня? Эта незначительная фраза, была словно гром, среди ясного неба. Повисло неловкое молчание. Прошло несколько секунд, а казалось, будто несколько часов. — Я… — Можешь не отвечать. Я всё поняла, — сквозь каменный и огрубевший голос хрипит Соколова. — Но я же не договорил! — будто выведенный из транса прикрикивает Данил. — Отныне, Поперечный, ты и я — сами по себе. Пок… — замялась она. — А, пожалуй, прощай. Совет вам, да любовь! Выдернув свою руку, Лизавета быстрыми шагами направляется к выходу. — Лиза! Да Лиза, твою мать, стой! Но девушка уже ничего не слышала, ибо была поглощена музыкой её любимых исполнителей.        Наушники — единственное спасение в холодный вечер. Неспешно прогуливаясь по безлюдным заснеженным дорогам города, наша героиня, по чистой случайности, забрела во двор с той самой роковой палаткой. Вновь плюнув на все предрассудки, краснощекая зашла в тёплое помещение и протягивая продавцу сто пятьдесят рублей, произнесла: — Мальборо, золотые. Этими сигаретами она баловалась летом на даче. Когда ещё не познакомилась с Даней. «Хоть что-то светлое не связанное с этим рыжим» — размышляет девочка стоя на кассе, и одновременно протягивая паспорт. Уже на выходе, не успев открыть дверь, Елизавета разрывает упаковку «прекрасного» и вытаскивает одну прелесть с облегчением на душе. Пройдя несколько метров от магазина, Соколова поскальзывается на небольшой корочке льда, которую она не заметила и с хрустом суставов падает на заснеженный асфальт. Приподнимаясь одной рукой, ей всё же удаётся преодолеть притяжение земли. Злая, на весь окружающий её мир, Лиза встала лицом к небу, поднимая кверху конечности и держа дрожащими руками дымящую сигарету, прокричала: — Хоть кто-нибудь сможет мне ответить, какого хуя жизнь так несправедлива?! Не ожидая ответа, она медленно опускает свой взор на землю и уже, собираясь разворачиваться, чувствует на своём плече тяжёлый предмет. — Ну зачем же так орать, достаточно и шёпотом спросить, я в любом случае тебе всегда помогу ответить на любой вопрос, — голос, который донёсся из-за спины, Лиза узнала бы из тысячи. — Лёша… — поворачиваясь к молодому человеку, на порядок выше её самой, она уставилась на него непонимающим взглядом. — Ха, а кто же ещё, — с улыбкой произнёс парень. — Ну привет, давно не виделись. Не хочешь прогуляться? Я вижу у тебя небольшие проблемы, — указывая на сигарету в руке и спортивную сумку, произносит Алексей. — А, ну, да, небольшие. В принципе, да. Да, можно прогуляться, — запинаясь от неожиданной встречи, промолвила Лиза. — Я вот с девушкой не так давно расстался, а ты как? — Я? А-а-а… Пф-ф-ф… — проворачивает в голове последние произошедшие ситуации. — Ну, а я, представляешь, с парнем рассталась. — Правда? Прикольное совпадение, — ухмыляясь процедил Лёша. — Ну, я думаю, у нас ещё целый вечер впереди, чтобы всё по порядку рассказать, а пока, пошли прогуляемся до магазина. — Зачем? — Ну надо же для таких особых гостей как я, тебе дома иметь нормальную пищу, — надеясь на то, что молодой человек не воспримет этот намёк как-то по-особенному. — Жопа наглая. — А ты что? Против? — на лице присутствует небольшая ухмылка. — Да не особо, даже наоборот, — целуя Соколову в руку, изрекает Беркутов. — Дурачок, — хихикнула Лизавета и подхватила Алексея под руку.