Где-то там, далеко-далеко, есть Земля...

– Здесь два разных вида, сэр, – докладывал Ярвиг. – Четверо – две самки и два самца – принадлежат к виду теплокровных млекопитающих. Ещё две самки – высокоорганизованные холоднокровные. – Самки? – Зорграст даже отвлёкся от мрачных раздумий по поводу находки. – Может, гермафродиты? Было бы нелогичным спасать двух существ одного пола... Во всяком случае, при том уровне технологий, который мы наблюдаем. – Именно самки, – возразил Ярвиг. Выглядел он, впрочем, менее удивлённым, чем командор. – Мы сделали ментоскопию, и на её основе можно утверждать, что развитие обоих видов достигло той черты, когда при спасении руководствуются не логикой, но эмоциями... – А может быть, мужчин этой расы просто не осталось? – хмыкнул Зорграст. Романтичность и идеализм офицера Ярвига давно служили неисчерпаемым источником шуток. Правда, парнем он был сообразительным, и вполне мог оказаться прав, но... Пока не было ни доказательств его правоты, ни опровержений, а потому командор предпочел Ярвига одёрнуть: – Будем работать с тем, что имеется, офицер. Выводите их из этого... допотопного анабиоза, побеседуйте, расспросите... А в Коалицию я сообщу сам. Думаю, нам удастся получить право на клеточное восстановление двух Оступившихся цивилизаций. И, Ярвиг... – Да, сэр? – Ведите себя прилично, звёздной пыли ради! Всё-таки четыре женщины...