Спасибо, Джо.

Это утро ничем особо не отличалось от остальных. Я проснулась довольно рано, за окном уже вовсю щебетали птицы. Да, весенние каникулы - это нечто. Как красива и холодна весна одновременно. Некая кисейная барышня, которая любит поплакать и даже это делает с присущей только ей красотой. Долго любоваться видом из окна не пришлось. Мама уже звала завтракать. Стоп, сколько сейчас времени? Покопавшись в постели, перевернув её вверх дном, всё же нахожу телефон и недовольно опускаюсь на подушку. Уже одиннадцать? Чёрт, а я-то наивно полагала, что рано встану, сделаю множество дел... Весна с её восходами и закатами не по моим внутренним часам снова сыграли надо мной неприятную шутку. Я довольно часто обманываюсь собственными ощущениями по части день-ночь-утро-и что-то там ещё. Но нельзя валяться вечно. Наконец поднявшись с кровати... Ну как с кровати. Сначала я упала с неё на пол, и только тогда соизволила встать на ноги. Так я делаю тогда, когда сил подняться не имеется, когда хочется лежать в уютной постельке ещё много-много времени. Это, знаете ли, отрезвляет. В общем после своего окончательного пробуждения я пошла в ванную, где приняла контрастный душ, умылась, оделась и в целом привела себя в порядок. Насколько это, конечно, было возможно. Ибо не имею привычки краситься в выходные, каникулы и прочие подобные дни. Да и расчёской я пренебрегла. Мои вечно вьющиеся, ниспадающие волнами вниз волосы не имеет смысла часто драть и чесать. От этого они только электризуются и вот тогда начинается взрыв на макаронной фабрике. Наконец спустившись на первый этаж и, пройдя на кухню, я уже по привычке включила чайник, насыпала душистых трав в чашку и села за стол. Папа с утра оказался не в настроении. У него снова начались проблемы с дёснами, мама же увлечённо рассказывала ему о том, что она собирается приготовить через два дня, когда к нам пожалует её брат из Америки. Даа, дядя Гамлет тот ещё перец. С ним не соскучишься) Но не о нём сейчас. Я быстро покушала и поблагодарив маму за завтрак, понеслась в кабинет к компьютеру, пока его не заняли мои спиногрызы. Сначала зашла в контакт, ничего интересного, лишь пара отметок на фото и несколько сообщений на стене. Далее зашла на почту, мне должно было прийти письмо от администрации дома культуры, в котором в скором времени я должна была выступать с сольным номером. Просматриваю почту, несколько новых писем. От администрации, от тех. поддержки и какое-то ещё. Судя по адресу, оно из-за границы. Читать полностью было лень и я лишь пробежалась глазами. Но СТОП. Я невольно замечаю короткое сочетание букв в этом адресочке. YG? БОЖЕ МОЙ. Так, стоп. Ева, холодный ум - горячее сердце, а туда же. Наверняка там лишь ответ на мои многочисленные попытки протиснуться в агенство. И ответ отрицательный, отклоняющий, недозволительный! Так что подбери слюнисоплислёзы и прочие составляющие твоего счастья и спокойно прочти отказ. Да, гордо. Это не конец мира. Открываю, читаю... Что? Вы... шутите? Ещё с минуту я сижу и огромное количество раз перечитываю письмо. Я уже начинаю сомневаться в верности моего перевода текста с английского на русский. Но нет, всё верно. Спустя эти чёртовы несколько мгновений я крепко закрываю лицо руками и издаю невнятный звук, чем-то напоминающий кряканье дельфина. Меня переполняют эмоции. Они пишут, что через пять дней прибудет их агент и переводчик. Они побеседуют со мной, посовещаются с главой и если их всё устроит, подпишут со мной контракт на обучение (а далее скорее всего работу) в компании моей мечты, но... в качестве кого? Композитор-стажёр? Вы серьёзно? Я же не этого хотела... Мой восторг исчезает так же быстро, как и появился. Вы думаете я зажралась? Тогда на секунду поставьте себя на моё место. Я всю жизнь мечтала стать певицей. Я всю жизнь занималась танцами, музыкой и всем-всем, что хоть как-то могло помочь мне в достижении этой цели. И тут, мне говорят, что приглашают меня стажироваться как начинающего композитора. Это всё равно, что сказать гимнасту, положившему всю жизнь на тренировки, что он может стать неплохим тренером. Но не достигнет результатов в том поприще, о котором грезил столь долгое время, потому что у него некие отклонения. Спортивный инвалид. Я не говорю, что композиторство претит мне. Нет, это совершенно не так. Но речь о том, что я положила всю себя на другое. Я ещё несколько часов после прочтения этого письма валялась у себя в комнате тряпичной куклой. Обдумывала, что с этим делать. Меня поставили перед фактом. Как у певицы у меня там нет будущего. Тогда каким же образом я могу стать композитором? Значит, исходя из этого, их устраивают мои музыкальные данные. Значит я не подхожу им внешне. Страшная? Не умею танцевать? Скорее всего первое. Не подумайте, что моё самолюбие размером с Эйфелеву башню, но некрасивой я себя никогда не считала. Да и другие тоже на моей памяти меня так не крестили. Даже в шутку. Так в чём дело? Зачем я вообще об этом думаю? Вход на сцену для меня закрыт. Бессмысленно ломать голову. Просто нужно дать ответ по поводу того, что мне предложено. Хочу ли я этого? Да, я люблю музыку. Более того, я не представляю своей жизни без неё. И это не пустые слова. Музыка уже давно существует для меня как часть меня самой и никак отдельно. Да, я уже давно пишу стихи. Я даже возможно смогу увидеться с самим Тедди, с Ян Хён Соком, если меня конечно примут. Или даже с ним... Неужели я уже согласна? Или это просто первая реакция на таких людей? Последующие два дня я провела, совещаясь с мамой. Она была счастлива за меня. Она сама очень хотела для меня чего-то подобного. Мама знала, что я никогда в жизни не стану заниматься чем-то угнетающим меня. А если учесть, какую заработную плату имеют хорошие композиторы... она была в восторге. Но была проблема. Мой папа... понимаете, я за свою жизнь ни разу не оставалась на ночь у подруг, мне не было позволено гулять допоздна, в девять я как штык дома. Я всегда была под строгим контролем и вот так внезапно отпустить меня в другую страну одну? Определённо, он скорее убьёт кого-нибудь, чем позволит мне уехать. Я не собираюсь говорить сколько литров слёз было выплакано, сколько слов было сказано и проорано (причём им, а не мной. На родителей я в жизни голос не повышала), но он , кажется, был готов согласиться. Пока я приводила ему аргументы в пользу обучения этому ремеслу в Сеуле, я сама прониклась этой идеей и уже, кажется, не так болезненно реагировала, вспоминая о том, что путь на сцену перерезан. Если мне не дано стать певицей, то почему бы не посвятить себя композиторству? Это же та же музыка. Даже более того. Я буду у истоков зарождения того, что в скором времени будет звучать из каждого утюга. Если эти хиты будут не мною написаны, то по крайней мере я буду знакома с теми, кто их придумал. Разве не замечательно? Кажется, моё подсознание давно решило всё без меня. Я была готова дать ответ. Но другая сторона... Готовы ли они взять меня в компанию такого масштаба? Нужна ли им шестнадцатилетняя девчонка, которая школу-то ещё не кончила? Сомнения ворвались в мою душу и последующие несколько дней я провела в отчаянном расставлении приоритетов. Но вот, пришло время поговорить с агентом, высланным из компании в Россию. Я была немало удивлена, когда отвлекшись от раздумий на тему "возьмут не возьмут", осознала, что они сами идут на контакт со мной, отправляя ко мне из другой страны своего человека. Значит у них уже есть некие ожидания, которые я должна оправдать. Эта мысль отрезвила меня. По почте я списалась с тем самым агентом и назначила место-время встречи. Так же он попросил меня взять с собой как можно больше песен, стихов и музыки, написанных мною. Этот день настал. Папа всё ищет место, где можно припарковаться. Всё забито. Если не потороплюсь - опоздаю. Я рассказала отцу куда идти, когда он решит, где оставить машину, а сама направилась на встречу, чтобы не заставлять людей ждать. Я подхожу к кафе с вывеской на козырьке здания "Диез". Символичное название, не находите?