Таблетку дайте!

Я за тобой как по краю хожу, Не боясь оступиться, и небо прошу: Небо, небо, утоли мою боль, Забери все, что хочешь, Верни мне мою любовь! (В. Меладзе и А. Лорак "Верни мою любовь").

      Леви, закусив губу, задумчиво опустила руку в карман серого плаща. Дождь в этот вечер явно решил попугать прохожих, но не это сейчас главное, верно? Сжав в тонких пальчиках синий пузырек с противоядием, фея слова посмотрела на рыдающую подругу, и вздохнула, мысленно все расставив по полочкам. Ну, конечно, Люси снова не сумела справиться со своими чувствами, и опять напортачила. Интересно, что за странное чувство юмора у жизни? Сколько можно кольцевать ситуации по накатанной? – Выпусти меня, – попросила Люси, вцепившись в ноги согильдийки. – Мне надо в гильдию. – Минутку, милая, не так быстро, – хмыкнул Гажил, резко поднимая фею с пола. – Для начала ты выслушаешь кое-что важное о собственной болезни, а потом поскачешь на поиски Саламандра.       Закинув блондинку в кресло в гостиной, железный убийца драконов уселся напротив на полу, скрестив ноги. Приглашающим жестом он указал Леви на Люси, намекая приступить к разговору, которого фея слова так боялась.       Хартфилия поджала ноги, а золотисто-карие глаза осветили разочарование и ярость. Как можно терять время на глупые разговоры, когда на кону фактически ее жизнь? Друзья называются! – Это решение твоей проблемы, – прокашлялась МакГарден, появившись в проеме, наконец, демонстрируя синюю бутылочку со снадобьем. – Отлично, – обрадовалась Люси, – давай сюда!       Леви устало покачала головой, возвращая лекарство в карман. Гажил устроил настоящий вынос мозга, что в этот раз заклинательница должна знать о последствиях, и выбрать решение сама, но едва ли она сумеет осознать все в нынешнем состоянии. Впрочем, была не была… – Есть кое-что, что тебе нужно знать, – начала Леви, с надеждой посмотрев на Гажила. Дождавшись кивка драконоубийцы, фея вздохнула, – это очень серьезно…       Люси с трудом справлялась с душившими ее рыданиями, комком вставшими в горле. Ожидая подробностей собственной непонятной болезни, она поймала себя на мысли, что ей в общем-то все равно, какие последствия ждут от приема лекарства. Главное, что она обидела дорогого сердцу человека, и это беспокоило ее больше всего в эти минуты. – Около недели назад я создала состав по рецепту из лавки, – приступила к рассказу Леви, заметив, как вспотели собственные пальцы от волнения, – потому что ты умоляла меня помочь справиться с чувствами к одному человеку, которые буквально душили, а ты…       Фея замолчала на несколько мгновений, ища поддержки у Гажила, что сейчас внимательно следил за сменой настроений на лице заклинательницы, а потому поддержки она так и не получила. – Настолько боялась причинить боль себе и ему, что решила избавиться от… эм… зависимости… – Ну, что ты несешь, Мелкая? – разозлился железный маг, фыркнув. – Какая на хрен зависимость? Она же любит этого болвана, да и не переставала собственно!       Люси подняла глаза на друга, не понимая, о чем речь вообще, и о ком они говорят, если собственное сердце она уже отдала пять дней назад, хоть это и казалось безумием, да и какой к чертовой матери состав? Чувства чьи? К кому? И пусть что-то внутри тонко верещало в вспухшую от волнения голову подсказку, девушка ее упорно игнорировала. – Если уж говорить по существу, ты просто не смогла признать, что втюрилась в Саламандра, потому и замахнула какую-то хрень, что отшибла тебе память. Этот балбес давно в гильдии, и более того, именно он притащил тебя в Хвост Феи, но ничего из этого ты не помнишь… – Вы спятили! – обведя друзей ладонью, прошептала Люси, силясь вместить в голову кучу нелепой бессмыслицы, которую они сейчас несли. – Что за бред? – Я говорила, что это плохая идея, – фыркнула Леви, оглядывая комнату в поисках хоть какого-то решения. – Постой-ка…       Схватив роман о Кассандре со стола, фея слова потрясла им перед подругой, понимая, что это единственный шанс хоть что-то донести до заклинательницы. – Ты же не помнишь, как это писала, так?       Люси кивнула, непонимающе уставившись на исписанные листы собственной рукой. При чем здесь "Роковой шторм"? – Не задавалась вопросом, почему Нацу так яро защищал эти глупые страницы?       Дождавшись очередного кивка, Леви уставилась в строчки, цепляя их краем глаза. Какая разница, поверит она, или нет? Ей важно сейчас добраться до него любой ценой, и ей по сути, наплевать на последствия очередного фокуса с зельями. Но, наверное, попытаться стоит… – Это то, что ты чувствовала к Нацу, пока не выпила зелье, которое я тебе приготовила. Каждая строчка, что написана о ней, это ты сама. Ее боль, страхи и сомнения, а главное – ее любовь – это твоя собственная. Ты просто не смогла вынести столько чувств сразу, и решила, что не любить совсем будет проще, но состав снадобья не был проверен, и вместо того, чтобы разлюбить его, ты просто забыла все с ним связанное. Тебе сейчас кажется, что ты случайно влюбилась в него за то время, что он был рядом после "болезни", которую мы с Гажилом придумали, но на самом деле, ты не переставала его любить… Вот! – Я не понимаю… – прошептала Люси, сжавшись в комочек, словно хотела защититься от услышанного. – Это… это… невозможно…       Он знал все? Знал, что она писала о нем, но делал вид, что не понимает? Врал, что в гильдии недавно, а на самом деле, давно состоит в ней? Это же нелепо и бессмысленно! Как?! Как можно забыть человека, которого любишь? Это бред!       Люси попыталась воскресить в памяти день, когда ее нашли на кухне без сознания. Пахло чем-то странным, и потом она отмывала кастрюльку от темно-болотной смеси неизвестного происхождения, решив, что это Леви приготовила какой-то состав от болезни, которой даже не существовало. Зачем было придумывать эту нелепицу? Если только… – Вы знали, что я снова попаду в эти сети, так? Поэтому врали о болезни? – Нет, – покачал головой Гажил. – О том, что ты снова станешь с ума по нему сходить, мы узнали поздно, мы просто боялись реакции Саламандра на тот факт, что ты забыла о его существовании, но не сумели остановить его от желания находиться рядом, несмотря ни на что. Пузырек, что принесли мы с Мелкой, вернет тебе воспоминания, но и все, что ты пережила вернет, понимаешь? Не факт, что ты способна на подвиги, и выдержишь все, что свалится на тебя. Ты должна решить сейчас, готова ли ты вспомнить все, или останешься с тем, что есть сегодня?       Хартфилия притихла, мысленно перебирая строчки романа. Больно и невыносимо любить того, кто не отвечает тебе тем же. Тот, кто дорог так, что сводит конечности, и потерять его, значит, лишиться желания жить. Хоть любоваться вблизи, только не холод и отчуждение в глазах. Но Кассандра никогда… никогда не осмеливалась сказать ему правду, потому что не хотела причинить боль и потерять… друга? Боги Фиора! Значит, это правда? Самым адекватным выходом из положения было избавиться от чувств, что способны разрушить жизнь обоих. Разлюбить! – У меня нет времени, Леви, дай мне чертово лекарство! – Люси, о нем и речь, – выдохнула фея слова. – Нет никаких гарантий, что ты способна пережить сразу много эмоций, чувств и…       Он думает, что новая Люси вообще его ненавидит. Думает, что причина письма, что он не нужен ей совсем! Ни, как друг, ни как возлюбленный, ни как… Что за кошмар он себе напридумывал? Зефир, закат, ее книги… дни, что они провели вместе, знакомясь с нуля... Какая разница, любит он ее, как друга, или нет, он – лучшее, что было в ее жизни. Это то, что она обязана донести любой ценой… – Дай мне чертов пузырек! – потребовала девушка, теряя терпение. – Хуже, чем мне есть сейчас, едва ли будет, ведь, он думает, что я не желаю видеть его рядом с собой, а я… еще как желаю! Дай мне эту дрянь! Немедленно! – Дай ей, Мелкая, – вздохнул Гажил, закусывая губы, – от нас в этой истории теперь мало, что зависит…       Дрожащими пальцами заклинательница приняла синий пузырек, отметив густую и вязкую жидкость. Интересно, что она чувствовала в прошлый раз? Страх? Сомнения? Решимость? Пришло время узнать.       Откупорив пробку, она залпом выпила скользкую субстанцию, прокатившуюся по горлу. Гадость! Прикрыв глаза, она внезапно задрожала, а на голову лавиной обрушились воспоминания: "– Ты же хочешь вступить в нашу гильдию, верно? Тогда иди за мной!" "– Хватит пялится, будто впервые увидела! Я же сказал, что эта кучка козлов для нас не помеха!" "– Опять всю ночь строчила? Ну, правильно, зачем спать? А я есть хочу, между прочим! Ну, Лллююссии…" "– Я не знаю, что ждет нас завтра, но знаю, что пока с нами друзья и гильдия, я хочу просыпаться…" "– Люси, айда на задание!"       Нацу! Люси покачнулась, всхлипнув. Нацу Драгнил – благословение и проклятие в одном флаконе. Сердце заколотилось, словно бешеное, а к горлу подступили слезы. Как она могла забыть? Он… подарил ей новую жизнь, где она просто Люси, а не наследница великого клана Хартфилиев, где пусто и уныло. Он… подарил ей Хвост Феи! – Люси? – Леви подхватила сползающую на ковер подругу. – Ты… как?       Серо-зеленые глаза и улыбка полная тепла и света, что дарят надежду выбраться из тьмы. Воздух. Будущее. Жизнь, где не чувствуешь себя куклой для богатого наследника, потому что видят твою душу, а не оболочку с кружевами… Новая порция горьких слез обрушилась рекой на ладони притихшей блондинки, заставившие Гажила встряхнуть ее: – Люси, посмотри на меня! Возьми себя в руки! – О, Боги! – выдохнула фея, понимая, что воздуха отчаянно не хватает.       Последние пять суток предстали совершенно в ином свете: Утро в тесных объятиях, что грели истрепанную душу… Закат у окошка, потому что она так захотела… Строчки из романа, и его странный взгляд… Вопросы о поведении Кассандры… Ужин в немом молчании… Недосказанность… Боль…       Сорвавшись с кресла, заклинательница едва не вышибла входную дверь, сбросив на пол довольно внушительного Редфокса. Ни Леви, ни железный маг не успели даже среагировать, а согильдийка уже неслась по лестнице со скоростью ракеты, размазывая по щекам надоевшую влагу, которая больно обжигала красивое личико. – Ты же в полотенце, дура! – подлетев к окну, крикнул в след несущейся босиком по мокрой набережной подруге железный драконоубийца, но Люси уже было наплевать…