Однажды в Сторибруке - 3

- О, боже, Мулан! – воскликнула брюнетка, - Как ты узнала? Китаянка пожала плечом, ставя Руби на пол. Она отодвинула стул, приглашая Руби сесть за стол. - Тебе кто-то сказал? - Предположим, да. Тебе нравится? Сказать по правде, Лукас была в восхищении. Она не очень любила этот праздник из-за своего одиночества. Обычно работала в этот день. Лишь в прошлом году, взяв выходной, купила бутылку в виски, и весь день тупо провела в интернете. Когда-то в детстве бабушка ей старалась устраивать праздники, но с шестнадцати лет Руби сказала «нет». И это был первый праздничный день рождения за шесть лет. Мулан разлила вино по бокалам и, приподняв свой, просто сказала: - За тебя, Руби. С днём рождения. Они отпили рубиновую жидкость. А потом Мулан, смущаясь, засунула руку в карман своих армейских брюк и достала небольшую бархатную коробочку и протянула брюнетке. - Это тебе. Подарок. Щёки Руби покрыл румянец. Она никогда не получала подарков. Только от бабушки. Беря коробочку она слегка задержала руку Мулан в своей. Их взгляды снова встретились. И сердце китаянки пустилось в галоп. Глаза брюнетки излучали такое тепло и были полны влюблённости, Чанг это видела. Но она просто отпустила руку и, смущаясь, попросила открыть подарок. Когда Руби открыла коробочку, она не смогла сдержать возглас восхищения. - О, боже, Мулан! Ты… - Лукас подняла глаза, - Он прекрасен… Ты… Пожалуйста… Брюнетка боялась, что Чанг в очередной раз закроется и не станет надевать кулон, но Мулан не отказалась. Хотя руки её немного подрагивали, она всё же застегнула цепочку на шее Руби. Китаянка ужа присаживалась обратно, когда в дверь постучали. - Ты кого-то ждёшь? Руби отрицательно покачала головой. - Может это бабушка или Эшли? – предположила она. - Хотелось бы верить, - под нос себе пробормотала Мулан, направляясь к двери. Открыв её, на пороге она обнаружила Дороти с большой охапкой роз в одной руке и бутылкой Джека в другой. - Гейл? - Чанг? - Дороти? – удивилась Руби. - Я пришла поздравить, но похоже, я не к стати, - усмехнулась девушка. - Да нет, проходи, - Мулан отступила в сторону. Ей, конечно, очень не нравилась эта Гейл, но у неё не было повода её выставлять вон. Она надеялась, что и не представиться, потому что… Да, она боялась, боялась себя. Боялась своих чувств. А так было проще. Просто проще и всё. Гейл прошла в комнату и, подойдя к Руби, чмокнула ту в губы. Мулан взяла себя в руки. Разные эмоции забушевали в ней. Ей не нравилась эта мужиковатая девушка. Но сейчас, вроде, она вела себя как джентльмен. Пусть так. Пусть. Может она поменяется ради Руби, если она любит Руби. А Мулан. Она улетает обратно на фронт на следующей неделе и больше никогда не увидит Лукас. Да, её звали вернуться в Сторибрук. Но что она тут будет делать? Мирная жизнь не для неё. Она не знает, что будет делать, чем заниматься? Нет, она либо продлит контракт, либо пойдёт в иностранный легион. Это решено. - Я закажу третью порцию? – спросила Дороти. - Не надо, - холодно сказала Мулан. Всё, если рвать, то лучше сейчас, пока они не зашли дальше. – Я вас оставлю. - Но Мулан? – голос Руби был удивлённым и расстроенным. - Извини Руби, - и китаянка поспешно вышла за дверь, потому что к горлу подкатил комок и слёзы полились из глаз. Это была слабость, непозволительная слабость с её стороны. Уже за закрывающейся зверью она услышала голос Гейл: - Давай вискарика, детка, к чёрту это вино. У меня небольшой подарок для… Дверь закрылась и что говорила дальше Дороти, Мулан не слышала. Китаянка захлопнула дверь своего номера и упала на кровать. Слезы душили её. Слёзы бессилия и безысходности. - Аврора, прости меня. Я тебя люблю. Почему ты ушла от меня так рано? Она достала из нагрудного кармана фото и посмотрела в глаза любимой. Мулан было невыносимо больно. Авроры не было в живых, а едва зарождавшееся чувство к Руби пугало Чанг и надо было его заглушить. Она не видела будущего своего с брюнеткой и не хотела предавать память Авроры. Где-то в шкафу должен быть недопитый виски. Мулан встала с кровати, положила фото обратно в нагрудный карман и подошла к шкафу. Было чуть меньше половины бутылки. Чанг открыла её и сделала прямо из горла внушительный глоток. Закашлялась. Вытерев губы, снова глотнула. Вспомнила про табельный пистолет. Может, стоит покончить со всем раз и навсегда? Не мучить себя? Там, на другой стороне, если бог всё же существует, ждёт её Аврора. И они, наконец, будут вместе? Пройдёт эта жуткая боль. И вообще. Кому она тут нужна? Родители? Они отказались от неё, как только узнали об Авроре. Руби? Она её едва знает и девушка, скорее всего, быстро забудет о том, что в её жизни был какой-то морской пехотинец. Эмма? Да она вряд ли тоже вспомнит о ней. Их дружба только зародилась и блондинка, скорее всего, похоронит воспоминания о Чанг в глубине души. Командование? Ну, вздохнут о потере хорошего бойца. Да, это ляжет пятном на её фамилии, но что поделать? Ей уже будет всё равно, когда всё произойдёт. Мулан ещё сделала хороший глоток. Ещё. Кольт лежал в сейфе, в шкафу. Мулан набрала комбинацию и открыла дверцу. Не доставая пистолет, девушка провела по нему рукой. Металл приятно холодил кожу. Она сделала ещё один глоток. Достала фотографию Авроры и посмотрела ей в глаза. Слёзы снова навернулись на глаза, размывая картинку. Она вспомнила. Они сидели вдвоём, чуть в стороне от парней. Аврора положила голову ей на плечо и мечтала. - Когда мы поженимся, мы поселимся в маленьком городке. У нас будет уютный домик с садом. Заведём большую собаку. Лабрадора или сенбернара. Кота. Я прямо вижу уютную лужайку перед нашим домом, маленький белый забор. И наш малыш. Лето, жарко. Включается автоматическая поливалка, малыш бегает и смеётся под струями воды. У нас ведь будет так, правда, Мулан? - Я тебе обещаю, - прошептала китаянка, целуя любимую в висок. Мулан сморгнула слёзы. Что она творит? Разве Аврора одобрила бы её поступок? Чанг посмотрела на фото любимой. Потом на кольт. Глубоко вздохнула и захлопнула дверцу сейфа. Нет, она будет жить. Вопреки. Она справится с болью. И, быть может, через год она сможет, она осмелится воплотить мечту Авроры. - Прости меня, - прошептала Мулан. Она коснулась пальцами своих губ и предала поцелуй фотографии.