Герцогиня

Планета Подземелье, Столица, 1 год и 6 месяцев до дня Х       Жаркая летняя полночь. Столица планеты Подземелье спала. Точнее делала вид, что спит, потому что большая часть ее обитателей занималась чем угодно, но только не сном. Кто-то ужинал, кто-то занимался сексом, кто-то пытками или похищениями, а кто-то убийствами. Легкие тени вампиров промелькнули в ярко освещенных окнах богатого особняка, повинуясь знаку того, кто стоял в самой черной тени. Зажечь финальный фитиль этой интриги он хотел лично. Многое пришлось поменять за те долгие годы, что прошли с ее начала, но пришло время пожинать плоды. Ставки сделаны, игроки определены, а счет пошел на месяцы. Он искренне надеялся, что они его не подведут. Огорчать того, ради кого все затевалось, ему не хотелось категорически.       Молодой могучий демон выпал из окна второго этажа, на лету отрывая одному из вампиров голову. Упал на газон, вскочил на ноги, увернулся от пуль и скрылся за углом. Убийцы вдохнули запах его крови и скользнули за ним. Тот, кто стоял в тени, удовлетворенно улыбнулся и исчез. Старт дан. …       Рамирес де Сент-Перес зажал рукой рану на боку и побежал еще быстрее. Впрочем, побежал — это сильно сказано. Похромал или пополз — вот это гораздо вернее. По крышам особняков самого богатого квартала города даже днем не особо побегаешь, а уж ночью тем более. Если учесть, что левая рука сломана, а левая же нога прострелена в двух местах, то больше и говорить не о чем. Ну, разве что о серьезных внутренних кровотечениях и синяках по всему телу, но это уже мелочи. Рамирес перебрался по тонкому навесному мосту для чернорабочих на следующий по курсу особняк. Глаза заплыли после попадания стальной трубой в переносицу, так что он еще и наполовину ослеп. Хорошо, что они у него в демоническом обличии большие, как кошачьи плошки, а так бы вообще был полный трындец. Нога сорвалась в щель между двух труб, и Рамирес чудом удержал равновесие на самом краю. Было бы крайне глупо с его стороны умереть, упав с крыши, после того, как он голыми руками уделал аж трех вампиров, посланных за ним его неспокойным старшим братом. Или младшим? Об этом Наследнику думать было некогда.       Полная луна вынырнула из очередного облака и окончательно испортила Рамиресу жизнь. Теперь последний из убийц отыщет его в два счета. Кровь лилась из демона, как из дырявого решета, а в таком состоянии ему с вампиром не справиться. Он дополз до чердачного окна и плюхнулся на его карниз. Вправил кость на руке, перемотал ее оторванным рукавом и крепко задумался. Брести дальше по крышам было бессмысленно. Вампир должен потерять его след, иначе ни черта не выйдет. Рамирес с тоской подумал о медальоне, который с него срезали в драке. Портал бы спас ему жизнь. Чердачное окно заскрипело под нехилым весом его демонической спины, и он решился. Терять ему все равно было нечего: аккуратно вскрыл замок когтем, занырнул внутрь и пошел вниз.       Трехэтажный особняк встретил его абсолютной тишиной и темнотой. Рамирес доковылял до первой попавшейся ванной комнаты, заперся на защелку и приставил стул к ручке двери скорее для сигнализации, чем для надежности. Может, ему все-таки повезло, и он получит долгожданную передышку? Пока Рамирес выковыривал пули из голени и бедра найденными в навесном шкафчике над умывальником щипчиками крайне подозрительного вида, за его спиной набралась полная ванна воды. Он закинул в нее все антибактериальные лосьоны и средства для умывания, какие нашел, нырнул в воду человеком и на несколько долгих минут позволил себе потерять сознание. За это время никто к нему так и не пришел.       Рамирес вылез из воды, едва пришел в себя, смыл благоухание и с глубоким удовлетворением убедился в том, что кровь идти перестала. В его случае это половина успеха. Он перекинулся обратно в истинное обличие, закрывая бока, часть спины и бедра черной змеиной чешуей. Если бы не она, его бы в живых уже не было. Оптимизм Рамиреса иссяк, едва он понял, что тряпок в ванной комнате нет. Ни одной. Даже завалящего полотенца и то не было! Надеть свою окровавленную одежду он не мог, а потому чуть не застонал вслух от унижения: Наследник первой линии Великого Герцога де Сент-Переса вынужден спасать свою жизнь, бегая по улицам Столицы голышом. Великолепно!       Рамирес совсем было решил остаться в особняке и дать бой вампиру, но вспомнил, что недалеко отсюда живет его самая сильная за всю жизнь головная боль, и взглянул на мир бодрее. Если он сумеет попасть к Сэму, то убийца не посмеет напасть на него в присутствии личного помощника мужа Великого Императора. Жить-то всем хочется! Любой дурак знал, что за Сэма и сэр Маркус, и сам Дариус могли оторвать голову любому, невзирая на титулы, деньги и связи. Если Сэм разрешит хотя бы переночевать у него и даст одежду, а еще лучше портал, то это позволит Рамиресу выбраться из передряги живым. Демон осторожно выглянул в окно в поисках нужного дома. Он провел целых полгода на крыше особняка напротив и выучил каждую загогулину на его барельефе так хорошо, что мог нарисовать ее с закрытыми глазами. Как, собственно, и самого Сэма.       Чудовищное помешательство случилось с Рамиресом на десятом курсе его тайного обучения в Университете. В год, когда ему исполнилось 500 лет, умная, прекрасная, крайне своевольная и несовершеннолетняя леди Дэнис Вальтерус поступила в Университет на финансово-экономический факультет. Это поразило его до глубины души полным несоответствием обычаям аристократии и заставило задуматься о том, чем же нравится заниматься лично ему. Полтора года, что Рамирес провел с Дэнис в качестве тренера и любовника, выбили его из привычной колеи Наследника настолько, что он забросил интриги и принялся выяснять правду о себе самом. Занимался он этим безнадежным занятием долго, нудно и незаметно, с перерывами и отступлениями, а правда повергла его в полное уныние. Через 35 лет усиленных поисков выяснилось, что больше всего на свете Рамирес любил не убивать, а рисовать. Еще пять лет он баловался сим неподобающим демону из рода де Сент-Перес занятием втихую, а потом понял, что толку от этого нет, и сорвался.       Навешал лапшу на уши отцу и Кортесу о том, что уходит добровольцем в отряд Космических разведчиков по контракту на десять лет (и даже честно год там оттрубил), а потом незаметно вернулся на Подземелье, нацепил личину (благо в человеческом обличии был страшным, и менять особо ничего не пришлось). Взял свои давнишние липовые документы и поступил на факультет изобразительного искусства Императорского Университета Столицы, где сразу же стал знаменитостью. Во-первых, потому что роскошным человеческим телом и привычкой командовать выделялся среди заморенных демониц и побитых жизнью демонов, как оборотень среди вампиров. А во-вторых, оказалось, что у него действительно был талант. Декан факультета пригласил Рамиреса в свой кабинет через месяц после начала учебы, без церемоний залез к нему в штаны, с наслаждением покорился железной воле талантливого во всех отношениях студента и стал его постоянным любовником на целых девять лет. Рамирес держал декана на коротком поводке и не слишком часто баловал своим умелым членом, а потом и вовсе забросил, потому что увидел ЕГО и сошел с ума.       Десятый, последний курс обучения включал в себя все дисциплины понемногу, и когда Рамирес пришел на очередной проект по живописи, то не поверил глазам, как и те двадцать студентов, что в молчаливом изумлении смотрели на стоящего на подиуме декана, который держал за плечо своего коллегу с факультета физ-мата — неотразимого, сексуального и легендарного Сэма Вилкинса. Профессор Вилкинс обвел всех взглядом и чертовски неприлично улыбнулся, нагнетая напряженное ожидание до предела. Еще бы студентам не напрягаться! Целых полгода раз в неделю они должны были рисовать обнаженную натуру. Если вместо натурщика на подиуме стоял Сэм, то логично предположить, что… Именно эти мысли и довели всех демонов в аудитории практически до оргазма — коснуться няшного тела декана физ-мата губами, а еще лучше членом, не мечтал разве что сэр Маркус. — Уважаемые студенты, — отвлек внимание аудитории на себя декан. — В этом году вам невероятно повезло. Вашим натурщиком будет сам профессор Вилкинс. Аплодисменты, пожалуйста!       Шуму, что устроили счастливцы, могли бы позавидовать все рок-звезды Вселенной вместе взятые. Сэм раскланялся, декан поднял руку, и народ притих. — Некая часть тела профессора будет прикрыта ради вашего спокойствия и его безопасности… — Это против правил! — перебил декана один из тех, кто отдал бы все на свете, чтобы хотя бы поглазеть на шикарную задницу и член Сэма с близкого расстояния. — В этот раз мы сделаем небольшое исключение. Возражений от комиссии при сдаче работ не последует. — Дамы и господа, — вмешался в разговор Сэм, выступая вперед и невыносимо эротично стягивая стильный замшевый пиджак с плеч. Демоны замерли в запредельном предвкушении, забывая даже дышать. — Я хочу кое-что пояснить. Ноги бы моей здесь не было, если бы я не проиграл вашему декану пари. Я не буду спать ни с кем из вас и убью любого, кто попытается меня изнасиловать. Точнее не я убью, а моя охрана. Подробности можете узнать у студентов моего факультета.       Сэм медленно снимал одежду, в то время как похоть в аудитории возрастала с космической скоростью. Демоны не отразили ни слова, из того, что он сказал, потому что все их внимание сконцентрировалось на стриптизе прекрасного человеческого юноши, которого сложно воспринимать всерьез. Демона, дорвавшегося до красоты, остановить невозможно, и, если бы не Рамирес, катастрофы было бы не избежать. Сэм был слишком большим испытанием для их и так не слишком устойчивой творческой психики. Да для любой демонической психики!       В грозовой восторженной тишине Рамирес встал со своего места, настежь распахнул оба окна, запуская метель в помещение, и успел остановить Сэма до того, как тот стянул с узких бедер ужасно сексуальное нижнее белье. — Не стоит.       Сэм поднял голову, пробежался взглядом по аудитории и сделал шаг в сторону с таким расчетом, чтобы Рамирес закрыл его своим большим телом от горящих бешеной похотью взглядов студентов. Стянул со стола белую ткань и подал ему. Рамирес послушно развернул ее во всю ширь, отгораживая небольшое кресло натурщика и Сэма от всех остальных. Дождался, пока он разденется полностью, усадил в кресло и живописно задрапировал его бедра и восхитительный возбужденный член тканью. Выпрямился, молясь всем богам, чтобы не сорваться и не наброситься на него самому, и вдруг почувствовал холодные пальцы на своем запястье. — Ты ведь защитишь меня, правда? — тихо спросил Сэм.       Вот тогда-то Рамирес и сделал самую главную глупость в своей жизни, потому что встретился с ним взглядом, увидел в карих глазах надежду на чудо и твердо решил, что этим чудом станет он сам. — Да, Сэм, — сказал Рамирес и на долгое время погрузился в состояние полного безумия.       Через полчаса студенты пришли в себя настолько, что смогли начать рисовать, и Рамирес благополучно уселся на свое место. Посмотрел на безмятежного Сэма и переставил мольберт так, чтобы видеть его обнаженное бедро. Портрет демон закончил за одно занятие, а все остальное время рисовал то, что из всех студентов видел только он один — полностью обнаженного Сэма: стоящего перед ним, сидящего в кресле, растягивающего мышцы после долгого неподвижного сидения, надевающего или снимающего одежду. Рамирес дожидался окончания сеанса, наблюдал за тем, как Сэм одевается, прикрывая его от остальных, а потом выпроваживал всех из аудитории, зарывался лицом в ткань, что до этого лежала на хрупких бедрах, и кончал по нескольку раз кряду.       Полгода пролетели так быстро, что Рамирес их даже не заметил, но за это время он запомнил каждую родинку на теле Сэма и мог нарисовать его портрет с закрытыми глазами. Стильная стрижка, напрочь скрывающая уши, шею и часть высокого лба. Светлые пряди в черных волосах. Четкие, даже резкие черты лица. Тонкие брови, подчеркивающие большие доверчивые глаза. Две безумно сексуальных сережки на правой брови. Чуть курносый нос. Губы. Коралловые. Чеканные, яркие и такие бесстыдно-жадные, что Рамирес кончал от одной только мысли о том, что однажды они могут прикоснуться к нему с поцелуем. Длинная шея, которую хотелось целовать до бесконечности. Безупречное тело мужчины, никогда не державшего в руке ничего тяжелее карандаша: стройное, гибкое, полное энергии, изнеженное и крепкое одновременно. Тонкие длинные пальцы ученого. А его красивый член, узкие бедра и сказочная задница…       Всем своим ладным, изумительно соразмерным и чувственным телом Сэм умолял обожать его, носить на руках вечность и опускать на твердые поверхности только для того, чтобы заниматься с ним сексом. Помешательство грозило выйти из-под контроля, и поэтому Рамирес решил обратить внимание не на тело Сэма, а на его эмоции, читать которые по выразительному лицу было легче легкого. Лучше бы он этого не делал, потому что веселый, знающий себе цену и чертовски обаятельный плут мало чем ему помог. Он был так похож на избалованного домашнего котенка, что уже через два месяца Рамирес мысленно называл его только так. Сэм нисколько не упростил ему жизнь, взяв за привычку, вставая с кресла после сеанса, нагибаться до самого пола как вперед, так и назад, прежде чем надеть хотя бы трусы. В первый же раз, когда Рамирес увидел, как Сэм встал на мостик, он честно кончил на месте. А кто бы не кончил, интересно?!       Полгода прошли, и на последнем сеансе великолепный Сэм остался сидеть на столе преподавателя, дожидаясь, пока все студенты уйдут. Рамирес медленно собирал кисти возле своего мольберта и мучился сомнениями выбора. Отпустить Сэма с миром он не мог, а заняться сексом — не смел. Свое предупреждение профессор повторял с завидным постоянством и со всей серьезностью, да и доверчивые глаза не позволяли демону взять крепость штурмом. — Рамиро? — Да?       Демон поднял на Сэма взгляд, увидел в карих глазах желание, скинул личину с лица, сорвался с места… но тот вскинул руку, и Рамирес остановился, не долетев до него пары метров. — Я знаю, что все это время ты хотел переспать со мной, мой стойкий защитник, — никак не отреагировал на реальное лицо Рамиреса Сэм. Может, просто не заметил разницу? — Твоя воля и самообладание заслужили мое искреннее уважение и восхищение. — Мне это далось нелегко, — не стал отрицать очевидное демон. — Я так и понял. Я мог бы переспать с тобой в награду за стойкость, но не буду этого делать. — Почему? — Рамирес шагнул вперед и остановился совсем рядом с Сэмом. Вдохнул воздух полной грудью и почувствовал легкий, сладкий, тягучий и щекочущий нервы аромат желания человека. — Ты же тоже хочешь меня! — Хочу, но совсем не так, как ты меня. — Да какая, к черту, разница… — Послушай меня внимательно, мальчик мой. Я выгляжу на 25, но мне две с половиной тысячи лет, — перебил демона Сэм и впервые перестал прищуривать глаза. — Это много даже по меркам демонов, а я человек, и моя человечность не хочет причинять боль ребенку.       Рамирес вздрогнул от пристального взгляда гениального, порочного, уставшего от всего и вся существа. Моргнул, прогоняя наваждение, шагнул вперед и подхватил его в объятия. — Забудь ты о своей дурацкой человечности! Я давно уже не ребенок.       Сэм в ответ обвился вокруг него так сладко, что он кончил мгновенно — полгода сумасшествия не прошли даром. Ласковые губы прошлись по лицу Рамиреса, целуя легко, холодно и успокаивающе. Он намек понял и трусливо спрятал лицо на хрупком плече человека. — Тебе уже лучше? — Да, Сэм. — Тогда я продолжу. Ты нравишься мне, но моего интереса к тебе хватит только на пару месяцев безудержного секса. — Звучит очень даже неплохо, — довольно хмыкнул Рамирес и проложил дорожку из поцелуев по шее Сэма от плеча через щеку до виска и обратно. — Ты сейчас не в том положении, чтобы шутить. — Почему? — Потому что речь идет о твоем сердце, — прошептал ему в ухо Сэм и запустил ласковые пальцы в короткие черные волосы, разгоняя дрожь удовольствия по всему телу демона волной. — Я не хочу его разбивать. — О чем ты… — возмутился Рамирес и даже оторвался от плеча Сэма, но наткнулся на тяжелый взгляд старца и умолк. — Больше двух тысяч лет меня любил самый жестокий и суровый демон из окружения Императора, — сказал Сэм. Увидел, как расширились от удивления глаза демона, и продолжил: — Глава его Службы безопасности Тарио Фаро. Я не вникал в его дела, и для меня он навсегда останется добрым, любящим и готовым ради меня на все, что угодно, мужчиной. Ты понимаешь, о чем я говорю? — Не очень. — Демоны не умеют любить наполовину. Так, как делают это люди или оборотни. Или все, или ничего. — При чем тут я? — искренне не понял Рамирес, но ревность вцепилась в его душу голодным вампиром.       Сэм говорил об этом демоне с такой тоской и любовью! Если бы Фаро был жив, он бы убил его только за это. — Ты же умный парень, Рамиро. Не обманывай себя. До того момента, как ты полюбишь меня всем сердцем, тебе осталось совсем чуть-чуть. Поверь, я знаю, о чем говорю. За пару месяцев безостановочного траха ты надоешь мне, и я выставлю тебя на улицу. Ты не сможешь меня отпустить, и я вынужден буду тебя убить, чтобы спокойно жить дальше. Ты этого хочешь? — Нет, конечно! Я хочу заниматься с тобой сексом до тех пор, пока нам обоим не надоест, и вовсе не собираюсь в тебя влюбляться! — отрезал Рамирес. — Я на такую глупость не способен!       Все эти разговоры были такими… человеческими, что ему от них было жутко не по себе. Да еще этот дурацкий приступ ревности… И оргазм пару минут назад… Хотя… Он же демон! И безумно хочет этого человека целых полгода! Понятно, что ему слегка сорвало крышу, с кем не бывает? Настоящие демоны не могут любить по определению, а бедолагу Фаро можно было только пожалеть, вот и все. Он на его месте не окажется никогда. — Упертый демон! — рассмеялся Сэм. — Я хотел поцеловать тебя на прощание как следует, но теперь этого делать…       Рамирес не дал ему договорить. Сколько можно болтать?! Поцеловал в зовущие губы сначала ласково, а потом плюнул на все и впился так, что Сэм застонал, обхватил его за затылок обеими руками и ответил с таким пылом, что вынес мозг напрочь. Рамирес вошел во вкус, но все неожиданно закончилось, потому что высокомерный и абсолютно ледяной голос ректора, раздавшийся от двери, мигом превратил страстного, податливого и безумно сексуального Сэма во всеми уважаемого, холодного и отрешенного от жизни профессора физико-математических наук и декана факультета в самом известном Университете вселенной. — Сэм, нам пора. — Прощай, Рамиро. Приятно было познакомиться, — протянул руку профессор Вилкинс, сползая со стола, но Рамирес не хотел признавать поражение. — Ты не обманешь меня своим высокомерным видом, Котенок!       Дернул Сэма на себя, сжал в объятиях и крепко поцеловал в губы, но тот невероятным образом выскользнул из его рук и залепил такую смачную пощечину, что у Рамиреса зазвенело в ухе. Схватил за волосы, заставил наклониться, уставился на него страшными провалами глаз на абсолютно белом лице и прошипел посеревшими губами: — Не смей называть меня так!!! Никогда.       Отпустил его и вылетел за дверь.       Рамирес разогнулся и наткнулся взглядом на сэра Маркуса, который оценивающе посмотрел на него, заставляя выпрямлять спину и плечи, и отрешенно сказал: — Подойдешь к нему ближе, чем на десять метров, у тебя будут крупные неприятности. Посмеешь преследовать — умрешь. Вопросы? — Почему Сэм так страшно посерел, когда я назвал его Котенком? — Так называл его Тарио, — с секундной заминкой ответил сэр Маркус и закрыл за собой дверь.       Рамирес подумал немного, разнес всю мебель в аудитории в щепки, выплескивая бушующие эмоции, и покинул Столицу на следующий же день, наплевав на диплом и заключительные экзамены. Он был умным демоном и не хотел умирать из-за ноющих в бессильной ярости и неуемной похоти внутренностей. С сэром Маркусом шутки плохи.       К великому сожалению Рамиреса, работа в рядах Космических Разведчиков от Сэма так и не отвлекла. Он безумно тосковал по доверчивым карим глазам и по рисункам, все реже похотливо рвал его хрупкое тело на части в мечтах и все чаще думал о том, что было бы неплохо с ним хотя бы поговорить. Этого же ему никто не запрещал! Однако за два года борьбы за выживание в тех местах, куда никто кроме Разведчиков никогда в жизни не полезет, так ни разу Сэму и не позвонил.       Как ни странно, из лап Космоведов Рамиреса вытащила не тоска по Сэму, а старший брат, который приперся за ним в очередную жуткую дыру лично, разнес там все к чертям, избил едва стоящего на ногах после тяжелого ранения Рамиреса до полусмерти и притащил домой. — Зачем ты вернул меня? — спросил он Кортеса после того, как пришел в себя в Императорской больнице в Столице. — Наследники рода де Сент-Перес умирают от рук своих братьев в Столице и никак иначе.       Кортес стоял у окна спиной к нему и смотрел на отражение палаты в залитом дождем стекле. Рамирес подавил нелепую дрожь восхищения, а также неожиданное и совершенно идиотское желание его нарисовать: огромного, властного, мрачного, пузырящегося мышцами и при определенном ракурсе даже похожего на Бессмертного Императора, что было скорее минусом, чем плюсом, ибо в демонической ипостаси Дариус был ужасен. Именно таким Рамирес и представлял себе следующего Великого Герцога де Сент-Переса. — Почему не убьешь сейчас? Одним претендентом на титул стало бы меньше. — Битва за него еще не началась. Кто мы такие, чтобы нарушать традиции? — В гробу я видал эти традиции!!! — с полтычка завелся Рамирес. Кортес наступил на больную мозоль. — И тебя с ними заодно, твердолобый поборник правил. Ты один по ним и живешь! — Зато ты вечно исполняешь черт знает что и позоришь своими выходками весь наш род! — О Небо, как же ты меня бесишь! Ненавижу! — Ты мой брат. Это правильно. — Это НЕ правильно! Ты достал меня своими правилами, тупоголовый долбоеб! Я закажу тебя завтра же, понял? Назло тебе и всем нашим традициям!!!       За это Кортес избил его еще раз — не сильно, с расчетом на пару-тройку дней в больнице, тем самым давая время хорошенько подумать о своем неподобающем поведении.       Рамирес подумал как следует, убивать брата до срока передумал, а после выхода из больницы первым делом отправился в Университет за дипломом художника-реставратора. Получил его, второй раз в жизни накачался алкоголем под завязку, пришел в покои Кортеса и кинул диплом прямо в его рогатую голову. Насладился неподдельным изумлением на вечно хмурой морде, покрылся мурашками неконтролируемого возбуждения от его вспыхнувших огнем глаз, схватил за горло, жестоко поцеловал в губы, нарушая еще одну незыблемую семейную традицию, и свалил смотреть на Сэма с крыши дома напротив. Этого ведь тоже никто не запрещал. Увидел Котенка разгуливающим голышом по комнатам и опять свихнулся.       Следующие полгода Рамирес провел в бреду. Узнал все, что только можно, о Тарио Фаро, Сэме и их совместной жизни, чуть не умер от бешеной ревности и излазил дом, который демон оставил Сэму, вдоль и поперек, чудом не попавшись на глаза чертовски наблюдательным слугам. А потом устроил наблюдательный пункт на крыше особняка напротив и подглядывал за Котенком в бинокль, кончая от одного его вида, несколько месяцев подряд. В том, что его убьют, едва он приблизится к Сэму на десять метров, Рамирес не сомневался, слишком уж слуги в доме личного помощника сэра Маркуса были профессиональными, а других вариантов получить объект вожделения в свои загребущие ручонки (кроме неисполнимого похищения в Университете) попросту не существовало.       И однажды Рамирес позвонил. Дождался, когда Сэм останется в спальне один, и позвонил, глядя на него в бинокль. — Почти три года прошло с нашей последней встречи, Рамиро, — ответил Сэм, поворачиваясь к окну спиной. То есть к нему спиной. И задницей. Невыносимо шикарной голой задницей!!! — Ты остыл? — Нет. Я хочу тебя так же сильно, как и раньше. — Приходи, когда остынешь, — сказал Сэм и отключился. Побродил по комнате с задумчивым видом, лег на постель и уснул в гордом одиночестве.       Рамирес постучался рогами о трубу на крыше и понял, что Сэм прав. Он не смог бы контролировать себя в сексе с ним и порвал бы на части в первые полчаса. С этим надо было что-то делать. Демон вернулся домой, в очередной раз подумал как следует и вспомнил своего невозмутимого, как сама Смерть, командира Космических Разведчиков, который даже в самых безнадежных ситуациях не терял голову и контролировал свое тело на запредельном уровне. Нашел его в очередной дыре, взял контакты его Мастера и снова ушел из дома, но на этот раз без предупреждения. К черту Кортеса и его правила! Сколько можно?!       Пять лет Рамирес постигал искусство самоконтроля на забытой Великим Ничто планете, а потом увидел в новостях, которые смотрел ежедневно, что Великий Герцог де Сент-Перес первый раз за четыре с половиной тысячи лет не смог вылечить себя сам и попал в больницу, и понял, что время финальной битвы пришло. Конечно, отец все еще был могуч и силен, но это уже не имело особого значения. Наследникам нужно было разобраться между собой, оставляя Великого Герцога на растерзание победителю. В отличие от других знатных семейств, в роду де Сент-Перес братья не оставляли друг друга в живых. Зачем? Победитель гарантированно получал спокойную жизнь на ближайшие две тысячи лет, плодил Наследников и занимался укреплением позиций рода, не отвлекаясь на внутрисемейные дрязги.       С одной стороны, Рамиресу повезло, потому что пока он познавал дзен и собственное тело, братья устроили свару, и из пяти в ней выжили только двое, а с другой — нет, потому что в живых остался хитрый Санчес и невыносимо-бесячий Кортес, при виде которого Рамирес раз за разом покрывался испариной нездорового возбуждения. Особенно, когда видел его в новостях полуобнаженным, рогато-демоническим и змеино-чешуйчатым. Как убить Санчеса, Рамирес хоть и смутно, но представлял, а вот как избавиться от Кортеса… Ни одной умной мысли в голову демона не приходило. Вообще! Он впадал в ступор, едва начинал об этом думать, и ничего не мог с собой поделать, так что когда отец загремел в больницу второй раз, Рамирес собрал нехитрые пожитки в котомку, а силу воли в кулак и вернулся в Столицу, не имея никаких планов, где и угодил в ловушку буквально через пару дней после приезда.       Рамирес медленно крался по карнизу очередного особняка и чувствовал себя настоящим идиотом, потому что ни одного клочка одежды на нем теперь не было. Это напрягало. Он же не Сэм, чтобы вот так запросто разгуливать голышом! За то время, что Рамирес наблюдал за ним в окна его особняка, он натянул на себя явно большую мужскую рубашку едва ли в половину вечеров, предпочитая бродить по дому полностью обнаженным. Как только слуги могли это выносить? Впрочем, они своей жизнью были довольны, обожали, защищали и любили своего хозяина похлеще оборотней. Еще бы! Если на Сэма нападала похоть, то он начинал заниматься сексом с первым попавшимся ему по дороге слугой и даже позволял, не часто, залезать в свою шикарную задницу членом. Когда Рамирес увидел это в первый раз, то разрушил кирпичную трубу, возле которой сидел, до основания. Но это было до того, как он постиг дзен. Теперь все будет иначе.       Знакомые очертания особняка Сэма открыли в демоне второе дыхание, он ускорил шаг, за что и поплатился: тонкое железо карниза скрежетнуло под ногой и выдало его местоположение тому, кто терпеливо ждал ошибки. Вампир накинулся на Рамиреса раньше, чем затих звук, но он его уже ждал. Увы, голышом, так что от пуль, выпущенных практически в упор, защититься толком не смог, хорошо хоть пистолет из рук убийцы выбил. Битва закипела на запредельных скоростях, только вот сил у демона уже не оставалось: несколько пуль засели в конечностях, внутренние кровотечения снова открылись, клыки вампира располосовали шею и плечо, а рука хрустнула в месте перелома заново, не позволяя вырвать убийце гортань левой.       Они покатились по крыше очередного дома, рухнули с нее на балкон, приземлившись на спину вампира. Рамирес сумел-таки обрести ясность сознания, чем и воспользовался в полной мере: полоснул когтями здоровой руки по лицу убийцы и рванул клыками горло. Вампир полыхнул пламенем и осыпался пеплом, а Рамирес поскользнулся в крови и крепко приложился несчастной переносицей о перила балкона. — Да чтоб тебе!       Сознание поплыло в закат, но он не мог позволить себе передышку. Только не сейчас! Боль разрывала его на части, глаза почти не видели из-за все больше распухающей гематомы на переносице, а в мозгах давным-давно засел дятел, который стучал острым клювом ему прямо в темечко: «Брат не дремлет. Ждет ошибки. Беги». До нужного дома Рамирес добежал на последнем издыхании. Сорвался с витой лепнины фасада крыши на второй этаж, прошел по узкому карнизу с десяток метров, чудом с него не навернувшись, выбил локтем стекло и ввалился в кабинет Сэма, меняя ипостась и теряя сознание на лету. … Сэм стоял у стены и отрешенно наблюдал за суетой в своем кабинете. Слуги явились на шум разбитого стекла даже раньше, чем он успел вскочить из-за стола. Это радовало. Не зря он изредка подставлял им задницу. Таких верных и преданных псов днем с огнем не сыщешь! Они охраняли его с таким рвением, что он не думал о своей безопасности ни секунды. Красивый, беззащитный и совершенно свободный человек в самом центре Столицы демонов. Без хозяина, без влиятельного любовника, без официальной охраны. Сам по себе. Сэм не без оснований собой гордился.       Демоны перевернули на спину огромного голого парня, в буквальном смысле слова свалившегося ему на голову, и спокойствие мигом слетело с Сэма, потому что на столе лежал не абы кто, а Рамиро — его единственный неудавшийся проект, ради которого он был готов на многое. Даже на то, чтобы впервые в жизни завести официального любовника. Наконец-то этот упрямый и невероятно волевой демон попал к нему домой! Сэм так боялся, что все его усилия пропали даром! — Он нужен мне живым и здоровым. Как можно скорее. Никаких врачей и больниц. — Да, господин, — склонил голову каменно-суровый Моро.       Сэм ласково улыбнулся ему, зная, что демон сделает все, как надо. Это же был не абы кто, а Моро! Они знали друг друга 600 лет. Несмотря на зловещий вид и полностью седую голову, управляющий был не таким уж старым и ужасным. Ему было всего 1100 лет, он умел улыбаться и мог быть невероятно нежным и заботливым любовником. Просто об этом никто не знал.       Моро бросил взгляд на одного из слуг, и тот молча испарился. Сэм не обратил на него внимания. Он так привык к окружающим его в доме демонам, что считал их чем-то вроде полезной мебели и ходячих секс-тренажеров. Ими заведовал Моро, и это было все, что Сэму следовало о них знать, потому что все остальное знал за него всевидящий демон: сам решал, кого уволить, а кого принять на работу, не беспокоил ни по каким хозяйственным вопросам и окружил максимальным комфортом, за что Сэм был ему очень благодарен.       Рамиро застонал, попытался открыть заплывшие напрочь глаза, но ему это не удалось. От падения сломанная кость на руке вышла наружу, рана на голове открылась и кровь залила стол Сэма. — Что с ним, Моро? — Множественные раны, открытый перелом, два закрытых, два пулевых ранения, вероятнее всего серьезное внутреннее кровотечение, сломанная переносица, пробитая голова и сильное сотрясение мозга, — перечислил демон. Увидел, как побледнел Сэм, и добавил: — Да не переживайте вы так! Утром придет в себя. — А когда выздоровеет? — Я не врач, Сэм, но этот демон очень силен и молод. Думаю, через пару дней даже без врача. Мы ему поможем, и он встанет на ноги гораздо быстрее. Куда его отнести после лечения? — В мою спальню, — сказал Сэм, не задумываясь ни на секунду.       Он ждал Рамиро восемь лет и теперь не собирался выпускать его из рук очень и очень долго. Моро поднял на хозяина ревнивый взгляд, и Сэм мысленно закатил глаза к потолку: детский сад, штаны на лямках! Тоже мне, демоны! Сделал жалостливые глаза, подошел к нему и крепко обнял, пряча лицо на каменном плече. Демон осторожно прижал его к себе и поцеловал в разноцветную макушку. — Моро, Тарио умер триста лет назад. Я устал и замерз. Я обычный человек, который хочет, чтобы его обожали, носили на руках и любили в постели, а не просто похотливо трахали в коридоре. — Мы не трахали вас, господин! — всполошился Моро. — Мы… — Я знаю, мой хороший. Я говорю не о вас, — успокаивающе погладил его по каменной груди Сэм. Демон облегченно выдохнул. — Вы же практически часть меня, и не важно, кто займет место Тарио в моей постели или в моем сердце. Вас из меня изгнать невозможно. — Спасибо. Я передам остальным, — успокоился Моро.       Поднял прекрасное лицо главного и единственного сокровища их тайного ордена к своему и поцеловал долгим поцелуем. Сэм ответил, но было понятно, что ему сейчас не до того. Моро вздохнул и выпустил любимого идола из рук. Он хотел увидеть его счастливым снова. Они так и не смогли сделать его таким, так что Моро давным-давно был готов к тому, что Сэм возьмется за дело сам. Теоретически готов. — Пришло время перемен, — сказал Сэм.       Заправил выпавшую прядку жестких седых волос Моро за ухо и сжал в руке его стальную ягодицу. Демон разом повеселел и снова стал самим собой. Почти. Вот и отлично. — Приведите Рамиро в порядок и уложите в мою постель. Я хочу быть рядом, когда он очнется. Не хватало еще, чтобы он сбежал! — Никуда он от вас не денется. Это ведь тот самый демон, что следил за вами с крыши особняка напротив пять лет назад. — Да. — Он на вас помешался. — Мне этого мало, — недобро улыбнулся Сэм. — Мне от него нужно гораздо больше. — Господин, вы все-таки больше демон, чем человек, — одобрительно прищурился Моро. — Хотите влюбить его в себя, а сами остаться при своих? — Не умничай, — посуровел Сэм.       Моро понимающе улыбнулся, сделал знак двум слугам, которые подхватили истекающего кровью демона на руки и испарились из кабинета. Сэм двинулся следом, но остановился в дверях и обернулся. Моро смотрел на него с таким фанатичным обожанием в черных глазах, что ему в кои веки стало страшно. Его детский сад был очень, очень опасным, клыкасто-рогатым и почти сумасшедшим, а потому обращаться с ним стоило крайне осторожно. Сэм гулял по лезвию бритвы много веков, восхищая своими цепными псами и виртуозностью их моральной дрессировки даже Императора. Трудно быть Богом, но Сэм старался, и у него очень даже неплохо получалось. Пока у него будет его драгоценный Моро, все остальные слуги никуда не денутся. — Моро? — Откуда вы знаете, что я хочу вам что-то сказать? — чуть скривился демон. — Я же обожаю тебя, глупый, и знаю о тебе все, — рассмеялся Сэм. — Говори. Я не буду на тебя обижаться. — Если Рамиро причинит вам боль, то умрет. И вы меня не остановите, — предупредил Моро, подходя к нему. — Даже не буду пытаться, — улыбнулся Сэм, пропустил демона вперед и ощутимо шлепнул по поджарой ягодице.       Моро знакомо заскрипел зубами, борясь с приступом сумасшедшего желания, и все снова встало на свои места. Они оба успокоились и отправились каждый по своим делам. …       Время подходило к обеду, когда Сэм получил вожделенное тело юного демона в свое полное и единоличное распоряжение. Моро лично проконтролировал лечение, и через три часа Рамиро перестал хрипеть и напоминать цветом лица белую простыню. Внутреннее кровотечение остановили, почки и селезенку зашили, переломы срастили, а дырки в конечностях затянулись сами, как только из них извлекли пули. Регенерация у Рамиро была фантастическая и удивила даже видавшего виды Моро, который пересмотрел свое презрительно-снисходительное отношение к тайному воздыхателю и отнесся к нему с должным уважением. Слуги уложили Рамиро в постель Сэма в покоях Тарио и удалились, оставляя нетерпеливо шатающегося по комнате господина одного.       Сэм задернул шторы, скрывая дневной свет и погружая Рамиро в легкую полутень, и прошел на кухню за водой, лишая себя возможности наброситься на него с поцелуями. Он влюбился в этого могучего, страшного и совсем еще юного демона с первого взгляда, случайно увидев его на одном из общих собраний университетских старост. Рамиро настолько отличался от остальных студентов невероятной аурой власти, силы и могущества, был таким широкоплечим, могучим и суровым, так сильно напомнил Тарио, что Сэм захотел оказаться в его надежных руках со страшной силой. Его Рамиро даже не заметил, и это задело Сэма, как ничто другое.       Полгода он придумывал план по эффективному соблазнению и покорению невнимательного студента и, в последний год обучения Рамиро, воплотил его в жизнь. Восторженный, собственнический и страстный взгляд юного демона, закрывшего Сэма собой от остальных студентов на первой обнаженке, стал для него лучшей наградой, и он применил все свои знания, чтобы довести Рамиро до помешательства. Полгода изощренных эротических издевательств, высокохудожественных раздеваний, устраиваний в кресле и одеваний сделали свое дело, и юный демон влюбился в Сэма по уши, чего он и добивался.       Сэм радовался этому, как последний болван, но ничего не мог с собой поделать, а потому чуть не провалил все дело, когда ответил на страстный поцелуй Рамиро в конце тщательно продуманной провокационной беседы по окончании курса. Хорошо, что Маркус просчитал все наперед еще лучше, чем он сам, и вовремя его остановил. Сэм хотел заполучить Рамиро со всеми потрохами на веки вечные, и не собирался быть его очередным любовником. Он хотел быть любимым! Конечно, привязываться к нему так сильно, как к Тарио, Сэм не планировал, но Рамиро пробудил в нем интерес, искреннее желание и легкое чувство влюбленности, которого он так долго ждал. До тех пор, пока все это горит в душе, качаться на волнах настоящей любви могучего демона будет легко и приятно до умопомрачения.       Увы, мечтам Сэма сбыться было не суждено, потому что Рамиро исчез без следа на следующий день после разговора. Конечно же, личный помощник всесильных демонов постарался отыскать беглеца, но у него ничего не вышло, потому что университетские документы юного демона оказались поддельными, все его видели только в личине, которая так хитро жила на нем, что оставляла лицо таким же, как всегда, одновременно меняя до неузнаваемости. Выяснить, кто он такой, не смог даже очередной глава Службы безопасности Императора. Это погрузило Сэма в депрессию, куда тяжелее прежней. Третий раз в жизни он влюбился с первого взгляда и опять остался не у дел. Ладно Маркус, но Дэнис и Рамиро! Было от чего расстроиться.       Впрочем, Дэнис со счетов Сэм не сбрасывал, хоть и не слышал о ней ни слова много десятилетий. Да он и не хотел слышать или знать, хоть и сталкивался с Томасом Вальтерусом на официальных приемах сотни раз. Смысл? Она все еще была несовершеннолетней. Спасала Сэма только физика, в которую он погрузился с головой, чем порадовал и Маркуса, и Дариуса. А два года спустя Сэм почувствовал обжигающий взгляд сквозь окно спальни, облизавший его с ног до головы, и едва не пустился в пляс. Рамиро вернулся! В следующие месяцы Сэм изводил объект своего вожделения издалека, чувствуя его прожигающий дырки взгляд даже на расстоянии в триста метров и через бинокль. Объяснения этому феномену не было, но он пользовался этим умением по полной, в надежде довести Рамиро до такого состояния, чтобы он наплевал на всех и вся, пришел к нему и показал, кто в доме хозяин.       Сэм Рамиро недооценил, потому что он не пришел и не показал. Он просто взял и позвонил! Сэм едва не кончил от его низкого с хрипотцой голоса, но собрал волю в кулак и сумел-таки послать лесом, умирая от желания получить головомойку в ответ и сдаться, однако Рамиро не стал спорить, а повесил трубку и ушел. Просто взял и ушел!!! Сэм серьезно поговорил с самим собой на предмет того, что не нужен ему тот, кто его слушается, и в депрессию впадать не стал. Может, Рамиро вернется, когда повзрослеет? Хотел же он его целых два года! Так оно и получилось. Через долгих пять лет, именно тогда, когда Сэм почти перестал ждать, Рамиро вернулся. Очень эффектно вернулся, чего уж там.       Сэм снова зашел в спальню и решил, что ходить вокруг да около сил у него больше не осталось: залез на постель и откинул со спящего Рамиро тонкое одеяло, которое на него натянул слегка повернутый на этом Моро. В первые месяцы своего обитания в доме Тарио демон падал в обморок или бледнел до синевы, если видел разгуливающего по особняку Сэма обнаженным. Конечно, у него были на то причины, но потом Моро привык, справился с собой и даже перестал натягивать на Сэма огромные рубашки Тарио. Внешне все вошло в норму, но в голове у демона тараканы умирали медленно и неохотно, а обнаженным Сэм увидел Моро только после того, как чуть не умер, наевшись таблеток в попытке избавиться от тоски по Тарио раз и навсегда.       Горячий солнечный луч пробежался по Сэму и Рамиро, но резкий порыв ветра слизнул его и оборвал завязки на балдахине, опуская занавес до конца. Сэм рассмеялся вслух. Столько лет прошло, но ни Солнце Прайм, ни Ветер Франсуа так и не изменились. Они присматривали за ним и надеялись на то, что однажды он поддастся на их лукавые уговоры и с ними переспит, но в данном конкретном случае Сэм был неумолим. У него уже были два любимых демона, которые имели его в хвост и в гриву, не позволяя ничего взамен. Зачем ему еще? Тем более таких красивых! Влюбиться в Прайма и Франсуа было легче легкого, а умирать от разбитого сердца Сэм не хотел. Ему хватало и Маркуса. С Дариусом.       Полумрак огромной постели придал лежащему на спине могучему Рамиро вид настоящего мачо и супер героя: непобедимого, властного и непоколебимого, как скала. Мурашки удовольствия пробежались по позвоночнику Сэма тонким ручейком. Совсем скоро он будет принадлежать ему. Впервые со смерти Тарио Сэм снова хотел этого до дрожи в коленях и отчаянно надеялся на то, что Рамиро больше не позволит собой командовать.       Сначала Сэм просто любовался на свою долгожданную добычу. Потом отодвинул смоляные волосы челки со лба. Не смог убрать руку и осторожно спустился пальцами по носу с горбинкой и пухлым девичьим губам до квадратного подбородка. Ладонь прилипла к теплой, очень смуглой коже и принялась исследовать пузырящиеся мышцами плечи и грудь. Одной маленькой ладони Сэма для этого было явно недостаточно, и он подключил вторую. Прошелся ищущими пальцами по всему телу Рамиро от шеи до мизинцев на ногах… а потом не выдержал и начал подниматься обратно, но уже губами, языком и даже зубами. Руками и всем телом. Коснулся уголка соблазнительных губ, не посмел поцеловать, вжался в его узкие, перетянутые мышцами бедра своими и кончил. Мда… древний похотливый старикашка. Сколько раз он стонал это Дариусу и Маркусу во время бесстыдных экспериментов? Не счесть! Теперь это относилось и к нему тоже. Сэм поцеловал широкое плечо и начал сползать с уютного тела демона на постель, но тот не позволил: обхватил руками, оплел ногами и недовольно нахмурился. — Рамиро, чудо ты мое страшное, — прошептал Сэм.       Попытался коснуться морщинок меж густых черных бровей хотя бы руками, но демон обхватил его еще сильнее, притнул его голову к своему плечу и невнятно забормотал что-то в макушку. Сэм прислушался изо всех сил. — Тебе не уйти от меня, Котенок. Я не позволю. Хватит, нагулялся. Теперь у тебя буду только я…. И ты… Мы.       Рамиро затих, а Сэм немного поплакал в широкое теплое плечо от счастья, возродившейся в сердце надежды на лучшее и далеких воспоминаний, поерзал и уснул. Впервые за много лет в своей постели не один. …       Высокий расписной потолок в окантовке балок балдахина. Большая комната в вечерних сумерках, едва видимая сквозь опущенную темную ткань. Уютный полумрак. Тишина, нарушаемая только тиканьем старинных напольных часов. Самая удобная в мире кровать под спиной. Тепло-е… те… ло… на … гру… ди…. — Сэм.       Рамирес выдохнул имя вслух одними губами, просто чтобы убедиться, что это ему не снится. Котенок пошевелился и едва не сполз с него на постель. Демон мгновенно вернул его на место. Туда, где он и должен быть. Сэм прекрасно вписался во все изгибы большого человеческого тела Рамиреса: нога к ноге, бедра внутри его бедер, живот на его прессе, плечи на груди, а гениальная голова лбом на его шее. Идеально. Он провел руками по стройному телу Сэма, оставил одну руку на его чуть впалых и от этого еще более эротичных ягодицах, а вторую запустил в гриву разноцветных волос. Белое и черное лепестками закрыло от Рамиреса лицо мирно сопящего Котенка. Так не пойдет. Он убрал волосы, открывая щеку и порочные губы, провел пальцами другой руки между упругих ягодиц, почувствовал, как они сжались под его рукой, и кончил. Пришел в себя, понял, что все у него затекло от долгого лежания на спине, повернулся на бок и на секунду выпустил Котенка из рук. — Не уходи, Рамиро! — сонно вцепился в него Сэм.       Демон мгновенно подмял его под себя, устроился чуть сбоку, чтобы не раздавить, и положил голову ему на грудь. Почувствовал руки на своих плечах, ногу на бедре, проглотил дурацкий ком в горле и прошептал: — Ни за что, Котенок.       Свинцовая усталость навалилась на Рамиреса и погрузила в тяжелый сон. … Сэм проснулся от боя часов и громкого сопения у себя на груди ровно в полночь. Тяжелое тело намертво пришпилило его к постели, а короткие волосы щекотали нос, вызывая желание чихнуть. Он открыл глаза и вспомнил все, что случилось вчера. Рамиро безмятежно спал, а вот Сэм мигом взбодрился и попытался выбраться из-под него, не разбудив. Вчера он облизал свою добычу только спереди, да и то без важных стратегических мест, а сейчас у него была прекрасная возможность закончить начатое и прогуляться по спине, ягодицам и ногам. Демон все еще был бледен и явно не до конца оправился от ран, так что о бурном сексе следовало забыть как минимум до утра. Сэму пришлось вспомнить все безумства далекой молодости, чтобы обрести свободу, но едва он выбрался из-под демона окончательно, как тот открыл глаза, схватил его за талию и мигом вернул обратно.       Только вот положение тел изменилось: одна могучая рука под головой Сэма, вторая на подбородке и горле. Губы в одном вдохе от его. Готовые к свершениям члены трутся друг о друга в плотно прижатых бедрах. Холодные ступни Сэма на мощных ягодицах Рамиро. Неосторожный глоток человека и звериное рычание демона в ответ. За долю секунды большой член Рамиро оказался в Сэме по самое не могу, а его губы впились в него сумасшедшим поцелуем. Он ответил, но уже через минуту запрокинул голову назад и застонал. Рамирес почувствовал оргазм Сэма и взорвался в нем целым морем в ответ, но даже не подумал остановиться или хотя бы замедлить темп. Он слишком долго ждал! Восхитительно узкий и чуть тесноватый проход Котенка наполнился живительной влагой его семени, раздался, обтек восторженно-ненасытный член демона плотным кольцом и забрал в плен не только его, но и мозги.       Первый раз Рамирес выпустил Сэма из своих рук через два часа, да и то всего лишь на пару минут. Полюбовался на него, поднимающего занавесы балдахина, омытого ярким лунным светом, обнаженного и порочно-эротичного. Проводил взглядом до дверей ванной комнаты. Но едва Сэм закрыл ее за собой, на Рамиреса накатил такой жуткий страх больше никогда его не увидеть, что он в панике скатился с постели, влетел в ванную… и наткнулся на удивленный взгляд стоящего над писсуаром Сэма. Ему было все равно. Он крепко обнял своего хрупкого человечка, прижался к выступающим лопаткам грудью, к ягодицам пахом, спрятал горящее лицо в разноцветных волосах и замер. — Не сходи с ума, — спокойно, чуть лукаво и очень порочно сказал Сэм, но демон в ответ только крепче сжал руки на его талии.       Сэм сдержал улыбку, заткнул рот вспыхнувшему желанию немедленно заняться с Рамиро совершенно аморальным сексом и продолжил свое теперь уже нелегкое занятие дальше. Однажды они попробуют и это тоже, но пугать юного демона вот так сразу Сэм не собирался. Прошагал вместе с ним в душ, где отклеил его от себя, прижал к теплому дереву лицом и как следует отымел. Обратно в постель он вернулся на руках Рамиро, потому что демон оказался настолько хорош, что сокрушительный оргазм загнал Сэма в полную нирвану.       Второй раз Рамирес отпустил своего страстного и умелого Котенка лишь под утро и то только потому, что тот неожиданно воткнул ему в плечо шприц со снотворным. Демон попытался обхватить Сэма так, чтобы не дать сбежать, но кто-то третий придержал его болевым захватом, и он не сумел: позорно покатился в глубокий сон и выпустил свое сокровище из ослабевших рук. — Тебе надо поспать, ненасытное ты мое чудовище. Ты еще не восстановился от ран, а мы затягиваем процесс, — прошептал ему в ухо Сэм. — Обещаю, когда ты проснешься, я буду рядом. — Правда? — Правда.       Рамирес перестал бороться и через пару минут уснул. Моро выпустил его шею из рук и накрыл одеялом. Сэм закатил глаза к потолку, но ничего на это не сказал. Потер пару синяков и засосов, почувствовал наливающийся ревнивым бешенством взгляд управляющего и рассмеялся от счастья. — Ничего смешного! — буркнул Моро.       Сэм слез с постели, повис на его шее, повалил на ковер и сел на демона верхом. Тело болело везде, но это была такая ерунда, что говорить об этом не хотелось. Сэм вгляделся в мрачное лицо застывшего под собой ледяной глыбой Моро и мысленно поежился. А говорить придется. Поцеловал его в холодные губы: — Ты переживаешь не по делу. — Не по делу?! Он едва не затрахал вас насмерть! — возмутился Моро, запуская палец между ягодиц Сэма. Тот недовольно поерзал в попытке увильнуть, но демон был неумолим. — Этот мерзавец что, даже не кончил в вас напоследок?! — Рамиро же не знал, что я готовлю ему подлянку, — улыбнулся Сэм. — И потом, ты зря на него наговариваешь. Он мне даже ничего не сломал! И так и не принял демоническое обличие. Невероятная сила воли. — Я могу вас подлечить? — с такой надеждой в голосе спросил Моро, что он чуть не рассмеялся. — Ладно, так и быть, уговорил.       Ходить с саднящей после последнего приступа долгого страстного секса задницей не хотелось. Рамиро будет спать как минимум восемь часов и не сможет ему помочь, а Моро необходимо чувствовать себя нужным и любимым. Вот пусть доктором и поработает. Сэм расстегнул ширинку и прихватил основательный, рвущийся на свободу член демона пальцами, но Моро остановил своего господина очень быстро: поцеловал, перевернул на живот и поднял на колени, проникая в растянутую задницу Сэма членом с легкостью настоящего профи: незаметно, приятно и очень аккуратно. Как всегда. Моро был любовником Сэма целых два года вскоре после смерти Тарио и знал о нем абсолютно все. — Моро, не надо, — остановил руку демона на своем члене Сэм. Он не хотел, чтобы лечебная процедура превратилась в секс. Для этого у него теперь был Рамиро. — Но как же… — Хороший мой, я вымотан до предела. Так много оргазмов за 8 часов мог выжать из меня только Тарио. Мне так хорошо не было уже очень-очень давно. Честное слово. — Хорошо, Сэм, — послушно убрал руку Моро.       Кончил в него один раз. Начал все заново и второй раз пролился ему на копчик. Замазал синяки и засосы, перевернул на спину, понял, что этого недостаточно, и с легким сердцем и чистой совестью принялся за Сэма снова. Идол этого даже не заметил, потому что спал и улыбался во сне так, что Моро, который хотел воспользоваться случаем и побыть в обожаемой заднице как можно дольше, не выдержал и пары минут. Пролился на впалый живот, протер оставшиеся синяки, привел себя в порядок и отнес Сэма на постель, оставляя его в могучих объятиях молодого, ненасытного, но как ни крути, очень аккуратного, демона. Поистине невероятную выдержку Рамиро по достоинству мог оценить только Моро. Что он и сделал. … — Рамиро, чудо ты мое страшное. Хватит спать!       Сэм уселся на бедра юного демона верхом и принялся гладить могучую грудь, которая медленно вздымалась вот уже 12 часов и на все попытки ее оживить никак не реагировала. Как и все остальные части тела Рамиро. Сэм поставил на него острые локти и принялся рассматривать в упор. Вдруг поможет? Густые черные брови, орлиный нос и квадратный подбородок, но при этом длиннющие ресницы и пухлые губы. Такие соблазнительные, что смотреть на них и ничего не делать, было просто невозможно. Сэм пробежался по ним пальцами… губами… языком… Ноль эмоций. — Мальчик мой, если ты прямо сейчас не очнешься, я изнасилую тебя во сне. Серьезно! — снова принялся за уговоры Сэм. — Меня просто распирает, Рамиро!       Демон глубоко вдохнул и повернулся на бок, скидывая нетерпеливого соблазнителя на постель. Это оказалось последней каплей и переполнило чашу терпения Сэма: он решительно взялся за тяжёлую ногу демона, сдвинул ее подальше на постель, открывая ягодицы, и принялся за них сначала пальцами, а потом и губами, чтобы в конце концов забраться в растянутый анус изголодавшимся членом. Рамиро довольно поерзал, устраивая обоих удобнее, распластался на постели грудью, подтянув согнутую ногу до уровня талии, и засопел еще слаще. Сэм трудился над ним не меньше получаса, но все, чего он достиг, это пара оргазмов для себя и счастливые вздохи для Рамиро.       Моро появился в спальне, как жуткое ночное привидение, ближе к полуночи, когда Сэм извелся окончательно, испробовал все, что только можно, и впал в беспокойство. Первое, что сделал всезнающий демон, это довел несчастного господина до оргазма поцелуями и умелой рукой на возбужденном донельзя члене. Сэм благополучно кончил и с несчастным видом уставился на склонившегося над Рамиро Моро. — Сэм, вы уверены, что хотите его разбудить? — А что не так? — оперся на железобетонное плечо Рамиро подбородком Сэм и внимательно посмотрел на Моро. К любым словам своего управляющего он прислушивался в оба уха. — Рамиро проснется бодрым и полным сил. Он ждал вас очень долго и хочет до безумия, — пожал плечами Моро. — Он не выпустит вас из постели трое суток, а то и дольше. — Хороший мой, у меня яйца сводит от желания! Я хочу, чтобы он не слезал с меня целую неделю! — Вы и так не слишком хорошо выглядите, а после первых же суток тяжелых физических нагрузок и голода вообще привидением станете, — проворчал Моро. — Вы физически это все не переживете и умрете от очередного оргазма прямо на его члене. Оно вам надо? — Не преувеличивай, — недоверчиво посмотрел на демона Сэм, но тот не шутил. Моро вообще никогда не шутил. — Ладно. Что ты предлагаешь? Учти, нескончаемый недельный секс с Рамиро — моя мечта, и отказываться от нее я не собираюсь. — Сейчас вы идете на ужин и съедаете все, что я поставлю перед вами. Отпрашиваетесь у сэра Маркуса, — почти незаметно скрипнул зубами Моро. — Потом я сделаю вам пару не слишком полезных уколов, которые помогут продержаться подольше, а когда вы приметесь за Рамиро, то в обязательном порядке будете съедать хотя бы фрукты, что я буду ставить на прикроватный столик. Договорились? — Да, хороший мой, я сделаю все, как ты скажешь, — улыбнулся Сэм и протянул к нему руки. Моро обогнул постель и подхватил идола в объятия. — Идем, мой самый предусмотрительный демон в мире. Что бы я без тебя делал?       Моро на риторический вопрос отвечать не стал, но комплименту порадовался. Принес Сэма на кухню, накормил до отвала, убедился, что сэр Маркус не против недельного загула, и вколол Сэму два запрещенных к продаже и использованию сильнейших наркотика. Что ему еще оставалось? Ни Сэма, ни Рамиро остановить было практически невозможно, а в норму они оба придут только после того, как оторвутся за восемь лет ожидания.       Моро подхватил поплывшего в никуда господина на руки. Ждать смысла не было, а потому он уложил Сэма на постель в спальне и от всей души залепил кулаком в челюсть юного демона, за что тут же схлопотал от него коленом в лицо. Это было настолько неожиданно, что Моро не успел среагировать и отлетел в угол. Рамиро его даже не заметил, потому что увидел перед носом блаженно улыбающегося Котенка, который прогнулся так сексуально, что он насадил его на себя тут же. — Чудо ты мое страшшшное, — прошептал заплетающимся языком Сэм. — Я хочу быть твоим. Хватит притворяться милым и пушистым. Демон ты или кто?       Моро только головой покачал в великом неодобрении и похвалил себя за предусмотрительность. Наркотики не дадут Сэму чувствовать боль, что бы демон с ним ни вытворял. Рамиро сменил ипостась, обретая гигантский рост, пузыри мышц по всему телу, черную блестящую чешую по плечам, бокам и даже бедрам, острые когти и небольшие, загнутые в крендель рога рода де Сент-Перес на голове. Моро едва не рухнул обратно в угол. Вот только в разборки Наследников попасть им и не хватало. Тем более этих!       Сэм принялся сладострастно скакать на большом, но, слава Великому Ничто, не безразмерном члене демона, а Моро убедился, что Рамирес де Сент-Перес по-прежнему абсолютно адекватен и разрывать Сэма на части не собирается, и бесшумно выскользнул из спальни, чтобы, дойдя до своих покоев, набрать номер, который не набирал еще никогда. Абонент не заставил себя долго ждать. — Добрый вечер, Ваше Величество, — склонился в поклоне Моро.       Император молча и очень пристально посмотрел на демона с экрана визора, чем заставил нервничать. Знаменитый кабинет позади него был погружен в сумрак, хотя солнце еще не село. В этом был весь Дариус: древний, бессмертный, таинственный и повелевающий даже светом и тьмой. — Я управляющий Сэма Вилкинса, Моро Шэдоу. Однажды Тарио сказал мне, что если случится то, с чем я не смогу справиться сам, я должен сообщить об этом вам. Лично. — За 300 лет ты не воспользовался этой возможностью ни разу, хотя поводов было более чем достаточно. Я это оценил, Моро, — наконец, доброжелательно сказал Император. Увидел, как смутился и растерялся от его слов демон, и едва заметно улыбнулся. — Ты же не думал, что следить и наблюдать умеешь ты один? — Нет, но я не совсем понимаю, чем заслужил ваше внимание. — Неким тайным орденом, — ответил Император. — Если бы ты был Великим Герцогом, я бы тебя за твоих слуг убил. — Император! Я никогда не… — Я знаю, Моро, поэтому ты до сих пор жив, — прервал его Дариус. — Поговорим о деле. Судя по всему, Сэм затащил-таки Рамиреса де Сент-Переса в свою постель. — Как вы узна… — начал было Моро, но оборвал себя на середине фразы. Зачем спрашивать очевидное? — Да. Мне нужно что-то с этим делать? — Нет, — одобрительно улыбнулся Император, — только сказать Сэму, что я в курсе. Все остальное он поймет сам. — Да, Ваше Величество. Больше у меня вопросов нет, — склонил голову демон. — Ты должен знать еще кое-что, Моро. — Сэр? — Скоро в вашем доме станет еще веселее. Не позволяй Сэму погрязнуть в интригах и не мешай всему остальному. Пусть детишки разбираются со своими проблемами сами, — сказал Дариус и отключился, оставляя Моро в глубоких раздумьях. …       Рамирес стоял под душем, прислонившись спиной к деревянной обшивке стены, и наблюдал за сидящим перед собой на коленях Котенком: ласковым, умелым, беззащитным и покорным. Это сводило с ума почище его умелых губ на члене. Демон отвел мокрые пряди волос с красивого лица, провел членом по глазам, щекам, носу, стирая капли воды, и кончил в подставленный рот. Сэм облизал головку и свои порочные губы языком, попытался подняться с колен, но Рамирес ему не позволил — взял за волосы и прижал к своему паху: аккуратно, нежно, но очень настойчиво. — Я хочу еще, Котенок.       Поцелуи разбежались по животу и бедрам, пальцы и шаловливый язык принялись за снова готовый на все член, а Рамирес впал в блаженное отупение. Вода стекала по телам, добавляя остроты ощущениям, Сэм играл губами и ртом так сладко, что терпеть долго было невозможно. Демон кончил снова и повернулся к стене лицом, подставляя спину теплому дождю, а задницу красивому члену Сэма. И он не замедлил появиться: уверенный, порочный и самый лучший на свете. Забрался в демона, дразня, завлекая, покоряя и заставляя умолять о пощаде и освобождении. Довел до последней черты и взорвался в нем, унося обоих за край. — Рамиро, чудо ты мое ненасытное, я сдаюсь, — прошептал Сэм, уткнувшись в необъятную спину демона лбом.       Капли стекали по буграм мышц и черной змеиной чешуе демона, снова будя в Сэме желание, только вот сил для его удовлетворения не осталось. Рамирес развернулся и подхватил его на руки. — Отличная мысль, — устало улыбнулся Сэм.       Получил глубокий поцелуй в губы, обхватил Рамиро за талию ногами и заработал огромный демонический член в задницу, но не дрогнул и ресницей. Они занимались сексом так долго, что демон растянул его под себя полностью. Никакой боли, только удовольствие: бесконечное, неостановимое и практически безвылазное. Именно такое, какое Сэм и хотел. Тарио обожал такие его приступы и не слезал с него часами. Рамиро заткнул его за пояс, чем покорил Сэма еще больше. Счет времени они потеряли давным-давно и возвращались в реальный мир только тогда, когда большая ваза на прикроватном столике вдруг снова оказывалась полна всякого рода вкусными и совершенно неприличными на вид плодами.       После фруктового секса Рамиро впадал в боевое безумие и устраивал Сэму такую порку, что кровать под ними стонала от жестокого напора могучего демона. Кровать стонала от ужаса, а Сэм от наслаждения, объяснить которое был не в состоянии. Даже кровь на демоническом члене Рамиро не могла вывести его из блаженной нирваны, в которой он пребывал, бог знает сколько времени. Так обращаться с его телом могли только Маркус и Дариус, но Сэм принадлежал им, а потому чувствовал боль только тогда, когда они хотели этого. Что с ним случилось теперь, он не понимал. Сэм бы с удовольствием вообще ни о чем не думал, но его гениальные мозги хоть и парили в голове мыльными пузырями, но думать не переставали ни на минуту. Решения давно забытых нерешенных загадок, выход из тупиковых исследований, доказательства недоказанных закономерностей, правильные ответы на несформулированные толком вопросы — все это роилось и путалось, возникало и исчезало, заставляя профессора физико-математических наук, живущего в похотливом мальке Сэме, стонать от восторга и разочарования. Он так хотел записать хоть что-нибудь из всего этого! Но Рамиро ускорял темп и выкидывал Сэма из этого Рая в другой, полный чувственных удовольствий и безмерного наслаждения. Какие записи, господи! Долгая дрожь по всему телу, лопнувшие все до одного мыльные пузыри и полуобморочный экстаз — вот и все, что ему оставалось в итоге.       Сэм почувствовал, как взорвался оргазмом Рамиро, и поежился от ласковых искорок его семени в своей крови. Они пробежались по всему телу, залечивая от и до, и собрались в теплый комок прямо в сердце. Он поспешил выгнать искрящийся шар, но тот пригрелся, прилип и уходить не пожелал. Сэм смог избавиться от него, только когда на помощь ему пришел Маркус. И Дариус. И Тарио. И даже Дэнис. Это и привело Сэма в чувство. Рамиро уложил его к себе на грудь, укрывая руками и ногами, и ненадолго притих. Сэм с трудом поднял голову, сфокусировал взгляд на прикроватном столике и обнаружил там две наклейки. Маленькую и большую. Профессор Вилкинс взял бразды правления телом, запинал ногами изможденного похотливого малька Сэма в угол и решительно приклеил пластырь на грудь Рамиро и на руку себе. Повеселились и хватит. Они оба уснули мертвым сном через минуту. … — Доброе утро.       Спокойный и холодный, как сама смерть, голос Моро вывел Сэма из блаженного полусна. Широкая грудь под его ухом всколыхнулась, и он тут же поднял голову. — Тсс. Рамиро, спокойно, здесь все свои.       Демон моргнул, на мгновение крепко сжал Сэма в могучих руках и расслабился. Моро поставил большой поднос с едой на столик рядом с кроватью и посмотрел прямо в серые настороженные глаза Наследника. — Сэр Рамирес, во избежание недоразумений, хочу вам кое-что пояснить, — вежливо начал Моро, пристально наблюдая за демоном. Тот распахнул огромные глаза во всю ширь, но не дрогнул и мускулом. Молодец! — О вашем пребывании здесь ни Великий Герцог де Сент-Перес, ни остальные Наследники не знают. — Это хорошая новость. — Плохая новость: ни Сэм, ни сэр Маркус в ваших разборках участвовать не будут. Я в этом доме отвечаю за безопасность и приму все меры для того, чтобы спокойствие господина нарушено не было. — Если ты думаешь, что я позволю упасть с головы Сэма хотя бы одному волоску, то ты полный идиот, — сел на постели Рамирес. — Котенок не будет участвовать в моих интригах никогда. Даже если захочет. Я справлюсь со своими проблемами сам и не здесь. Если бы не твои снотворные штучки и не обнаженный Сэм в моей постели, я бы ушел на следующий же день! Дайте мне одежду, я уберусь отсюда немедленно. — Что? Сдурел?! — опешил Сэм. Повалил демона обратно на постель и сел сверху. — Я тебе уйду! Деловой! Трахал меня почем зря целых… — Шесть, — вежливо подсказал Моро, скрывая одобрительный блеск глаз прищуром. Рамирес своим поведением его откровенно порадовал. — Шесть!!! Суток подряд, а теперь собираешься свалить? Я тебе кто? Шлюха? Поимел и дальше пошел? — Котенок, ну что ты несешь, — попытался обнять его Рамирес. Сэм сложил руки демона на его груди и уселся на них сверху для надежности. — Я сейчас в бегах, по моему следу идет очередной убийца. Как я могу остаться? Если с тобой что-то случится из-за меня, я с ума сойду. — Пока у меня есть Моро, со мной ничего плохого не случится, — отрезал Сэм. — У тебя есть план? — Да, — отвел глаза Рамирес. — Не ври, — понимающе улыбнулся Сэм. — Нет у тебя никакого плана. — Ну… да. — Раз плана у тебя нет, значит, идти тебе некуда. Так? — Да, — неохотно согласился демон, — но это вовсе не означает… — Ты хочешь меня? — перебил его Сэм. — Конечно! — Моро, как ты узнал, что Рамиро — Наследник Великого Герцога де Сент-Переса? — Истинная ипостась, — пожал плечами демон. — Витые рога и черную змеиную чешую на теле демонов этого рода невозможно спутать с другими. — А когда это ты успел увидеть меня в истинной ипостаси? — напрягся Рамирес. Моро молча, укоризненно и крайне многозначительно на него посмотрел. — О… ты подсматривал за нами в постели?       Рамирес покраснел от стыда и злости за растяпу себя. Как можно было настолько увлечься сексом, чтобы не заметить чужого демона возле постели?! А если бы это был убийца? — Я же говорил: я отвечаю за безопасность Сэма, — голосом занудного старикашки ответил Моро. — Вы молодой необузданный демон, а Сэм — хрупкий беззащитный человек. Конечно, я приглядывал за вами! — Ужасно, но правильно, — прикрыл пылающее лицо ладонью Рамирес, легко выдергивая руку из-под Сэма и даже не замечая этого.       Моро одобрительно прищурился и перевел взгляд на господина. Тот улыбнулся и убрал ладонь с лица Рамиреса. — Ты останешься у меня, чудо ты мое страшное. Даже не думай возражать, ясно тебе? Мы будем радоваться жизни и заниматься сексом до одурения. Никто не узнает правду, пока ты сам этого не захочешь. Поживешь спокойно, подождешь и придумаешь план. Куда тебе торопиться? Ты же еще совсем мальчишка. — Я все понимаю, но про мальчишку ты сказал зря, — немедленно подмял Сэма под себя Рамирес. — Я давно уже не ребёнок. То, что мне 559 лет, вовсе не говорит о том, что у меня нет мозгов или опыта. Не смей разговаривать со мной таким снисходительным тоном! Я готов ради тебя на многое, но если ты не будешь уважать меня и не перестанешь командовать, ноги моей в твоем доме не будет. Понятно? — Ух, какой грозный! — улыбнулся Сэм, но наткнулся на тяжелый взгляд почерневших глаз Рамиреса и передумал прикалываться. — Прости. Я не хотел тебя обидеть. — Надеюсь, ты извинился искренне, — сурово посмотрел на Сэма демон. Отвел волосы с его лица и прошелся по нему губами. — Я останусь и позволю тебе все, что угодно, если ты пообещаешь вести себя крайне неприлично, но при этом очень уважительно. — Клянусь! — заулыбался Сэм. — Ты меня приятно удивил, Рамирес. — То ли еще будет, — поцеловал его демон.       Почувствовал укоризненный взгляд Моро затылком и понял его без слов: сел на постели, посадил Сэма к себе на колени и принялся за еду, не забывая практически насильно подкармливать своего хрупкого, сладострастного и очень капризного Котенка. Накормил до отвала, натянул оставленные предусмотрительным Моро штаны, посадил обнаженного Сэма на закорки и пошел с экскурсией по новому дому, проверяя столы, стены, кровати и подоконники на прочность собой и совершенно неприличным Котенком. Планета Подземелье, Столица, 1 год и 4 месяца до дня Х       Рамирес провел рукой по стройной спине лежащего рядом Сэма. Утреннее солнце услужливо обрисовало то, что демон чувствовал рукой: выступающие лопатки, все до единого позвонки, тонкие ниточки ребер и впалые бедра. Под прозрачной кожей были видны даже голубые прожилки вен. Рамирес виновато поцеловал Котенка в копчик. Два месяца они сходили с ума — и вот результат. Если бы не все сильнее мрачнеющий Моро, Рамирес вряд ли смог бы взять себя в руки так быстро, но с сегодняшнего дня все будет немного по-другому. Устоять перед Сэмом он не сможет ни при каких раскладах, но если займется хоть чем-нибудь, то Котенок наверняка чуток успокоится. Если бы он не был таким нереально хрупким человечком! Но он был. И хрупким, и человечком. Это следовало учитывать, даже если сам Сэм забывал об этом напрочь.       Моро возник в дверях темным призраком с полным подносом еды как всегда неожиданно и своевременно. Каждое утро ровно в 8. По нему можно было сверять часы. Рамирес поднялся с постели, натянул штаны и успел поймать демона за плечо до того, как тот испарился. Пришло время поговорить. Моро жутко потемнел лицом, и он тут же убрал руку, мысленно отругав себя за тупость. Сэм же предупреждал, что прикосновения управляющий терпит только от своего господина!       Рамирес вышел в коридор следом за демоном и плотно прикрыл за собой дверь. — Моро, так дальше нельзя. Я не могу устоять перед Сэмом, а он скоро станет привидением! Мне надо отвлечься. — Что я могу для вас сделать? — повеселел управляющий.       Рамирес зажмурился, но все-таки сказал это вслух. Выбора-то все равно не было. Дзен не помогал. Только любимое запретное занятие могло спасти от него Котенка. — Мне нужна большая светлая комната под студию для рисования. Сможешь подобрать?       Продолжительное молчание было ему ответом. Он открыл глаза и наткнулся взглядом на слегка подрастерявшего свою вечную каменную невозмутимость Моро. — Я познакомился с Сэмом в Университете. У меня диплом художника-реставратора. — Это крайне… необычное увлечение для Наследника рода де Сент-Перес. — Да, я знаю, — почесал затылок рукой Рамирес, скрывая смущение. — Наш род во все времена отличался воинственностью и нездоровым помешательством на разного рода оружии. Я не исключение, просто рисование идет дополнительным бонусом. — Вам лучше знать. — Я открываю тебе мою слабость только ради Сэма и убью тебя, если это знание выйдет за пределы этого дома. — Понимаю, — вернул невозмутимость на лицо Моро. — Простите, что вынудил вас давать пояснения, сэр. Мне понадобится несколько дней, чтобы все организовать. Это поручение выходит за рамки моего опыта и требует специфических… эээ… — Не перегибай палку, — улыбнулся Рамирес. — Просто покажи несколько помещений, а дальше я все сделаю сам. — Хорошо. Что-то еще? — Да. Сэм приходит домой очень рано. Раньше такого не было. В чем дело? — В вас, — пожал плечами Моро. — Сэр Маркус недоволен. — Ты можешь сделать так, чтобы терпение Великого Герцога Барбадоса иссякло? — спросил Рамирес. — Я хочу, чтобы Сэм занялся делами и своей любимой физикой с тем же усердием, что и раньше. — Но почему?! — все-таки растерялся Моро.       Такого он от юного демона не ожидал никак. Сумасшедшее желание распирало Рамиреса на части постоянно, и не чувствовать его было невозможно. Если к легкому, сладкому запаху Сэма все привыкли, то тяжелый, властный и чуть горьковатый аромат желания Рамиреса, как и его красивое, могучее человеческое тело, напрочь выбивали демонов в особняке из колеи. Сексуальный беспредел, что творился в доме последние два месяца, докатился даже до Моро, который пару раз не выдержал накала страстей, что бурлили вокруг Сэма и Рамиреса, и прогулялся до всем известного квартала Ню на другом конце Столицы, чтобы сбросить напряжение и прийти в норму. Успокаивать подчиненных он даже не пытался. До тех пор, пока они исправно выполняли свои обязанности, их личная жизнь его не касалась, даже если происходила у него на глазах в темных коридорах, служебных помещениях или закутках под лестницами. — Из-за Сэма, — пожал плечами Рамирес. — Я хочу, чтобы он был счастлив и доволен жизнью. — Внимание сэра Маркуса можете привлечь и вы, — многозначительно посмотрел на демона Моро. — Герцог терпеть не может, когда кто-то причиняет Сэму боль без его согласия. — Что ты… О. Понятно, но я не уверен, что смогу это сделать. — Это самый эффективный способ. Сломанной ключицы и недовольного этим сэра Маркуса хватит, чтобы вернуть Сэму мозги.  — Ты прав, — тяжело вздохнул демон. Хотел добавить еще что-то, но дверь открылась, и из нее вылетел встрепанный со сна Сэм. — Рамирес! Ты куда исчез?        Сэм повис на могучей шее своего демона и успокоился только тогда, когда почувствовал, как сжались вокруг него сильные руки. — Мне нужно было поговорить с Моро, но я не хотел тебя будить, Котенок, — ответил Рамирес, целуя шею и точеное плечо перед своим носом. — Никогда больше не пугай меня так! — прошептал ему на ухо Сэм. — Я подумал, что ты ушел бороться за власть и бросил меня одного. — Маленький мой, ну что ты несешь? — оторвался от выступающей ключицы Рамирес. Посмотрел в расстроенные карие глаза и потерялся в них, снова забывая обо всем на свете, кроме хрупкого доверчивого человечка в своих руках. — Я никогда не оставлю тебя одного. Ни за что. Даже если мне придется уйти, я обязательно к тебе вернусь. — Правда? — просиял Сэм. — Правда, — улыбнулся Рамирес, открывая дверь в покои на ощупь и прижимая Сэма к стене сразу на ней. — Вряд ли я протяну без тебя долго. — Чудо ты мое страшное! — счастливо обнял его Сэм. Выдохнул в висок: — Ты свел меня с ума. — Не стоит терять ваши гениальные мозги, профессор Вилкинс, — попытался вынырнуть из омута Рамирес. — Они вам еще пригодятся. — Да плевать мне на них! Я боюсь потерять тебя. — Ты не потеряешь, — прошептал демон и утонул в нахлынувших эмоциях с головой, теряя контроль, обнимая Сэма в полную силу и, конечно же, ломая ему плечо.       Рамирес понял, что натворил, только когда посреди спальни возник раздраженный донельзя сэр Маркус, который с ходу отвесил ему чудовищной силы подзатыльник, отправляя на пол, а потом закинул на постель страшно виноватого Сэма, холодно отчитал обоих, вылечил сломанное плечо помощника и исчез так же внезапно, как и появился. Рамирес упал на постель, получил порцию поцелуев и уверений в том, что ни в чем не виноват, накормил Сэма завтраком насильно и с легким сердцем, но яростно протестующим членом выпроводил из дома на работу, чем заслужил одобрительный взгляд всезнающего Моро и отправился вместе с ним осматривать свое будущее тайное логово.       О борьбе за титул Великого Герцога де Сент-Переса Рамирес решил подумать не раньше, чем через полгода. Пусть Кортес и Санчес бьются между собой, а он померяется силами с победителем. Хватит с него семейных традиций! Если есть хоть капля мозгов, то ими нужно пользоваться, и теперь, когда у Рамиреса был Котенок, умирать за просто так не хотелось. Кортес сильнее его, Санчес хитрее, а он был той самой золотой серединой, которая получит вожделенный титул и право на жизнь терпением.