Тень

Сиэль с трудом открыл глаза. Все тело немилосердно болело. Попытался вздохнуть, но боль сдавила грудную клетку, так что черные пятна заплясали в глазах. — Себа… — прохрипел граф. На мгновение правый глаз обожгло огнем. — Себастьян… Никто не спешил на помощь к графу, а граф не мог даже пошевелиться, чтобы встать самостоятельно. Боль, разлившаяся по телу, сконцентрировалась в одном месте и пульсировала обжигающе горячими толчками. — Себастьян! В тишине только громко стучало сердце самого Сиэля, а дворецкий не являлся на зов. Маленький граф с трудом гнал от себя мысли, что с демоном что-то случилось. Ведь он же… демон. Что с ним может случиться? Ничего. Абсолютно н-и-ч-е-г-о! Его идеальный дьявольский дворецкий лучший во всем: от наведения порядка в поместье и выматывания нервов графу до убийства людей и ангелов. Себастьяну ничто не может помешать выполнить приказ хозяина. Ну, кроме самого хозяина, разумеется. Но сейчас Сиэль, в столь беспомощном положении, как никогда желал видеть Себастьяна, но тот не приходил, как бы граф не звал его. Преодолевая боль и скрипя зубами, Сиэль попытался подняться, но, увы, со стоном повалился опять на землю. Что черт возьми произошло? Сиэль отчетливо помнил, как утром пришло письмо от Её Величества. Очередной маньяк пугает жителей Лондона, разбрасывая останки своих жертв в самых людных, и даже охраняемых местах. Дошло до того, что у дверей Скотланд — Ярда нашли чью-то голову. Конечно же царственной особе это не понравилось и она приказала цепному псу в срочном порядке устранить столь досадную помеху. Не откладывая дело в долгий ящик Сиэль со своим дворецким сели в экипаж и отправились в Скотланд — Ярд. Мало что вразумительного и интересного можно было выяснить из отчетов детективов, но хотя бы они смогли установить личности нескольких убитых. Все жертвы оказались разных социальных статусов, разного пола и даже национальностей. Ничто не могло этих людей связывать. Последнюю жертву нашли в заброшенных доках. Сиэль направился туда, чтобы проверит все на месте, да и демон мог обнаружить что-нибудь занимательное, невидимое человеческому глазу. На этом моменте воспоминания Сиэля обрываются. Все что было дальше — это вспышки, удар и крик. Это было странно, чертовски странно. Сиэль продолжал смотреть в деревянный прогнивший, а местами и обвалившийся потолок. В расщелинах было видно перемигивание звезд, а рваные темные тучи проплывали мимо. Бледный диск луны иногда выныривал из-за туч, но свету от него было чуть. Где-то недалеко о берега плескалась Темза, а птицы громко кричали, распугивая мелкую рыбешку в грязных водах реки. Прогнивший насквозь город, жил своей жизнью. В темных закоулках можно было встретить свою смерть, а может и развлечение. Все зависело от удачи. Только с удачей и можно было выжить в последнее время. Город сходил с ума. Дыхание постепенно выравнивалось, с каждым вздохом было легче дышать. — Себастьян, я здесь! Приди и забери меня! Несколько минут стояла вязкая тишина, пока вдали не послышались шаги. — Наконец-то! Что-то ты не особо торопишься, — прохрипел Сиэль и повернул голову в сторону раздавшихся шагов. В лунном свете высветился силуэт мало чем похожий на его дворецкого. — Господи, как же темно! — прошипел в темноте голос, а обладатель оного распластался не так уж и далеко от Сиэля. — О, граф, это вы здесь? — Аберлайн?! Удивление Сиэля было столь сильным, что даже превозмогая боль он приподнялся, но тут же закашлялся. — Что ты здесь делаешь? — прохрипел граф и снова повалился на землю. — Господин Сиэль, я увидел подозрительные вспышки и поспешил сюда. — Идиот. — Господин Сиэль! — воскликнул в возмущении инспектор, отряхивая брюки и плащ. — С вами все в порядке? Вы можете встать? — Если бы мог, думаешь лежал бы здесь? — Давайте помогу. Аберлайн торопливо подошел к графу и попытался поднять того за руку. Сиэль охнул и упал обратно. В глазах заплясали кровавые точки, ребра будто треснули окончательно, дышать стало трудно. — Аккуратней, — с трудом проговорил граф, еле дыша. — Простите, простите. Аберлайн осторожно взял графа на руки и понес к выходу. — Почему вы здесь один? — спросил инспектор, подходя к экипажу. — Где ваш восхитительный дворецкий? — Без понятия куда делся этот… — Сиэль гневно сжал губы: то ли от гнева на дворецкого, то ли от боли, когда инспектор укладывал его на сидение экипажа, на котором приехал Фред. — Во всяком случае Себастьяна пока нет, значит ты мне поможешь. — Что? Я… — И без разговоров! — шикнул Сиэль. — Доставь меня в лондонский особняк, и позови врача. Да, сейчас срочно нужен был врач. Тело все ныло, мысли путались. Себастьян черт знает где. Ну, наверное, он таки и знает. Потому что Сиэль терялся в неизвестности. Глаз с печатью пульсировал болью и даже не открывался. Ребра ныли. Было плохо. Было чертовски плохо.

***

Очнулся Сиэль уже в своей комнате. Лучи солнца пробивались из-за неплотно занавешенных штор. Чертовски хотелось пить. Повернув голову и открыв уже рот чтобы кого-нибудь позвать, Сиэль с удивлением заметил, что у его кровати в кресле спит инспектор. Неожиданно. А что этот тут забыл? Сиэль вспомнил как Аберлайн нашел его в доках и все-таки, видимо, привез его домой. И по всей вероятности просидел с ним всю ночь. — Аб… Аберлайн, — прохрипел Сиэль. Инспектор вздрогнул и открыл глаза. — Господин, вы очнулись? — Воды… — Да, да, сейчас. — Сколько времени? — спросил Сиэль, глотнув воды, заботливо преподнесенной инспектором. — Четыре часа пополудни. — Так много? — удивился граф. — Себастьян не объявлялся? — Нет, Сиэль. — Аберлайн грустно покачал рыжей головой. — И в этом поместье у вас нет слуг? — Аххх… точно, — Сиэль поморщился. — Они мне были здесь не нужны, пока со мной был Себастьян. Итак, что со мной? Как я понимаю, врач был? — Да. У вас сломаны ребра, легкое сотрясение мозга, и глаз… — Что с ним? — Сиэль протянул руку к правому глазу, что скрывал… бинты? — Вас кто-то знатно поцарапал. Вы чуть без глаза не остались. Хотя вы почему-то и так здоровый глаз скрывали повязкой. — Что? — Врач, сказал ждать. Глаз поврежден, но не критично. Нужно делать компрессы, и капать глазные капли. И строгий постельный режим хотя бы месяц. Полностью вы восстановитесь только через три. — Что? Так долго? Это невозможно! — Господин Сиэль, но это так. Так что вам лучше не перечить рекомендациям врача. Я за этим лично прослежу, — уперся, словно баран на новые ворота, инспектор, грозно сверкая глазами. — Ладно, — тяжело вздохнул Сиэль, представляя опеку навязчивого и докучливого инспектора. — Тогда тебе нужно помочь мне. Самое главное — вызови сюда моих слуг из поместья.

***

Прошел почти год, но Себастьян так и не появлялся. В городе его никто не видел. Аберлайн, по указке Сиэля, провел расследование по исчезновению дворецкого и произошедшему в доках, но безрезультатно. От Себастьяна осталась лишь серебряная цепочка с гербом рода Фантомхайв. Сиэль невыносимо долго не мог привыкнуть к отсутствию Себастьяна. Без него чего-то незримого, но такого необходимого не хватало. Себастьян был пешкой, рукой, головой, важной частью самого Сиэля. Без него стало пусто, тихо, дико. Без него стало… никак. Сиэль еще никогда не испытывал тоски по кому-то. И уж тем более не думал, что так будет относиться к демону. Но Сиэля сжигала беспросветная тоска. И он не мог ничего с этим поделать. Если бы не Танака, взявший бизнес в свои руки, то граф мог бы лишиться всего: и капитала, и дома. Но верный Танака сумел вовремя предотвратить полный крах семьи Фантомхайв. А Сиэль чувствовал себя слабым, беззащитным и глупым человечишкой и никому не нужным. Кроме Аберлайна, да. Как этот человек смог влиться в жизнь Сиэля, он и сам не мог понять. Просто после работы он всегда приходил в особняк Фантомхайв и помогал Сиэлю восстанавливаться после травм. Строго следил, чтобы выполнялись рекомендации врача, и пытался развеять грусть графа. Последнее пока никак не удавалось сделать. Но Аберлайн не отчаивался. Аберлайн верил, что дворецкий вернется и позаботиться о Сиэле, как делал это всегда. Встанет за плечом графа и будет поддерживать его. Не даст окончательно сломиться. А пока господин Михаэлис отсутствует, инспектор решил помочь молодому графу не сойти с ума. Но как бы Аберлайн не старался, ничего не выходило. Сиэль пустым взглядом смотрел перед собой, почти ни с кем не разговаривал, и каждый раз вздрагивал, когда внизу хлопала дверь. Даже Её Величество королева Виктория забыла на время о цепном псе. В особняке не появлялись письма и не приходили её слуги. Танака считал это благословением небес, что никто не беспокоит господина, пока тот восстанавливал здоровье. Но когда залечились физические раны, настала пора лечить душу, но преданный дворецкий не знал чем помочь. Графа ничто не могло отвлечь от пустого созерцания стен. Танаке даже пришлось вспомнить давно забытые времена, когда он помогал графу Винсенту управлять компанией. Тогда она не была такой обширной и не имела столько филиалов как сейчас, но Танака постарается сделать все, чтобы молодой граф не потерял даже шиллинга. И надеялся, очень надеялся, что Себастьян скоро вернется.

***

— Господин, вам письмо, — произнес Танака, заходя в кабинет и протягивая на серебряном подносе белый плотный конверт, скрепленный красной восковой печатью. Сиэль вздрогнул и перевел чуть осмысленный взгляд на конверт. Ослабевшей рукой потянулся за ним и чуть было не опрокинул поднос. Сиэль ослабел. Темные круги под глазами, кожа стала еще бледнее чем была, и так маленький граф сейчас казался слишком хрупким, словно хрустальный цветок. По мере чтения письма во взгляде графа стало проскальзывать любопытство. Задание от королевы было не то чтобы сложное, но любопытное. Пришлось бы много общаться и появляться на светских раутах. Сиэль не знал как будет обходиться без Себастьяна, но понимал, что пора встряхнуться и брать в руки, — свои руки — жизнь. От него многое зависит, а он раскис как барышня. Хватит, черт возьми! — Танака, приготовь мне ванну и костюм. У нас в городе назрело пару дел, — произнес Сиэль, поднимаясь с кресла. «Наконец-то!» — подумал дворецкий и добродушно улыбнулся. — Будет исполнено, господин.