2.
2 ноября 2016 г., 23:23
Яковлев был дьяволом.
Земля под его ногами не обращалась в пепел, а высокий цилиндр не скрывал под собой рогов, но каждое движение, мысль, слово выдавало его сущность с головой.
Эта таинственность манила Тучкова так же, как мотылька манит к себе горящая свеча. Его увлечение вызывало некрасивые сплетни в высших кругах, дескать, слишком часто юный князь появляется в свете в обществе неоднозначной личности.
Тучков щелкает затвором, перекат гильз отдается в ушах стуком крови, он все реже промахивается и все чаще — проливает кровь. Нет смысла ее бояться: она сама мрачным потоком убегает по водостокам улиц, впитывается в щели паркета, стекает с рук розовой водой.
Яковлев останавливает слова в горле, рвущиеся наружу: слишком непристойно; князь не спит третью ночь — проносятся в голове раздробленные кости, какая разница, голова или живот — все равно смердит красным.
— Я мог бы остаться с Вами.
Тучков поднимает бледные глаза.
Яковлеву поздно жалеть.
Князь опускается на диван и его клонит в сон; на обратной стороне век отпечатан страх, он не хочет их опускать.
— Вы, верно, не видели кошмаров после дуэлей? — шелест голоса.
Дворянину не нужно отвечать: все ясно без слов.
— Отдохните, князь.
Рядом с дьяволом все чудовища рассеиваются в дымке утра. Тучков сомкнул веки и провалился в сон сию же секунду, плечом к плечу.
Яковлев боится дышать.
