Tell Me What You Want, Alexander

      — Не хотел бы ты зайти, чтобы выпить?              Алек знал наперёд, что скажет Магнус, еще до того, как тот открыл рот, чтобы озвучить эти слова.              Они делали это… Встречались на протяжении трёх месяцев. В первый раз это был маленький эфиопский ресторанчик на Сорок четвертой улице, где Алек получил свой второй поцелуй от Верховного мага Бруклина и (самое смущающее) упал с лестницы, выходя из лофта Магнуса. Магнус никогда не говорил об этом, никогда не придавал этому большого значения и не делал из этого проблему. Нет, вместо этого он оставался сдержанным и позволял Алеку страдать от его унижения наедине с самим собой. Но сумеречный охотник мельком видел, как тогда он выглянул на улицу из своего окна, проверяя, не получил ли он какой-то сильной травмы.              И он по-настоящему ценил это.              После этого был греческий ресторанчик, где Алек попробовал блюдо с нарезанной фетой [1] и странными оливками. Но Алеку было всё равно на свою еду, потому что он очень наслаждался своей компанией. Он съедал каждый кусочек еды и убеждал Магнуса в том, что она была замечательной.              С того раза Магнус туда его больше не водил.              В следующий раз это была тайская еда на вынос и кино дома у Магнуса, сидя невероятно близко друг к другу. Алек тогда едва мог сосредоточиться на фильме из-за бедра мага, прижимающегося к его собственному.              Каждую.              Неделю.              Магнус Бейн приглашал его на свидания. Иногда Алек мог встретиться с ним в лофте. А однажды Магнус подъехал к Институту очень обходительно и уверенно в себе, совсем не беспокоясь о гневе Маризы и недоумении Роберта, или об ошарашенном и заикающемся Алеке. Но в основном они встречались где-то вовне в определенном выбранном месте.              Они могли сидеть, есть и разговаривать. Алек мог потягивать какой-нибудь коктейль или напиток, который предложил Магнус, а Магнус мог очаровательно улыбаться ему, намеренно не прикасаясь без просьбы или позволяя Алеку брать всю инициативу на себя.              Алека это без конца удивляло. После того балагана на его свадьбе отец предупредил, что Магнус всем известен в качестве донжуана.              Бабника.              Или в случае Алека всё-таки тот, кто крутит с парнями? *              Но всё равно они были вместе, и Магнус всегда… просил разрешения.              «Могу ли я взять тебя за руку, Александр?»              «Могу ли я поцеловать тебя, дорогой?»              «Не хотел бы ты зайти, чтобы выпить?»              Он уважал границы Алека. Никогда не напирал, не пытался переступить или давить на Алека, чтобы заставить делать то, к чему он не был готов.              Сегодняшний вечер был… особенно приятным.              Магнус повёл его в какой-то шикарный итальянский ресторан в городе. Он был одет в золотую рубашку, которая выглядела так, будто была сделана из шёлка, переливаясь на свету и подчеркивая золотую подводку вдоль его тёмных глаз.              Как кто-то может быть таким… идеальным?              Честно говоря, для того, кто являлся наполовину демоном, Магнус Бейн выглядел слишком похожим на того, кто будто бы спустился с Небес.              Было ли это богохульством?              Сегодня вечером Алек никак не мог перестать разглядывать его. То, какими милыми он видел морщинки вокруг глаз каждый раз, когда Бейн улыбался или смеялся на то, что говорил Алек. На белизну его зубов, открывающихся после улыбки. Его легкий и воздушный голос щекотал кожу Алека, когда тот поприветствовал его или благодарил их официантку.              Блять, у него появились бабочки.       Он был слишком… стар для бабочек.              Алек думал о том, были ли когда-нибудь бабочки у Магнуса. Или он слишком привык к этому? Привык к первым свиданиям и романам и поэтому просто мог стать бесчувственным ко всем этим вещам?              Черт, что, если Алек был скучен Магнусу?              Он почти не заикался так сильно, как делал это в начале… И это о многом говорило. Разговоры между ними стали намного легче, мягче. Алек наконец, привык к тому, что был кто-то, кто впервые фокусировался исключительно на нём, а не на Иззи и Джейсе. Это было по-настоящему… приятно.              Правда, восхитительно.              Магнус был замечательным.              Серьезно, что он вообще нашел в Алеке?              Они пришли в очень модный ресторан. Он был одет с ног до головы в черное: черную рубашку с пуговицами, черные брюки, черную обувь. Он не надел кожаную куртку и перчатки без пальцев для этого случая. Однако всё равно был таким… простым.              Скучным.              Мрачным.              Алек резко вдохнул. Ангел, он выглядел больше так, будто был на похоронах, чем на свидании со своим парнем.              — …андр?              Алек по-совиному моргнул, и Магнус, сидевший прямо напротив, вернулся в поле его зрения. Его глаза были теплыми, когда смотрели на Алека, небольшая улыбка украшала его лицо.              — Прости… Прости меня! Что ты сказал? — вскинулся Алек, его щеки покраснели. Улыбка Магнуса расширилась, и он усмехнулся.              — Я спрашивал, не хочешь ли ты зайти выпить, Александр. Тем не менее, я пойму, если тебе надо собираться… — его голова слегка наклонилась вправо, он выглядел задумчиво. — Ты выглядишь немного тревожно. Мариза снова поручила сделать тебе что-то непристойное?              Алек судорожно покрутил головой.              — Нет, нет, всё в порядке. Извини… просто погрузился в размышления, правда. Честно. Я бы хотел зайти. Подняться, я имею в виду, я хотел бы подняться наверх. Чтобы выпить.              Он почесал свои взъерошенные волосы и сдержал стон, чувствуя себя подавленным. Однако Магнус всё равно просиял после этих слов.              — Замечательно! Следуй за мной, дорогой.       

***

      — Я могу помочь?              Магнус повернул голову через плечо, стоя возле мини-бара, чтобы посмотреть на Алека. Он легко улыбнулся и помахал, чтобы тот присоединился к нему. Встав со своего места на диване, он сделал круг, чтобы встать рядом со своим парнем, который начал вытаскивать несколько прозрачных бутылок жидкости с различными бокалами и прочим оборудованием.              — Что мы будем делать? — с любопытством спросил Алек, когда взял два бокала от Магнуса: один более высокий, постоянный бокал, и другой бокал на длинной ножке, для коктейлей.              — Я думал о «Манхэттене» [2]. Ты такой еще не пробовал. Вот, возьми это, — сказал он, передав Алеку кусочек апельсиновой корки, перед тем как разместить один такой в своём собственном постоянном бокале. Алек нахмурился и последовал его примеру. — Просто немного апельсиновой цедры, Александр. Коктейльная вишня — следующая, — продолжил маг. Он поднял маленькую бутылку и плеснул несколько капель в бокал, прежде чем передать его Алеку.              Алек развернул бутылку в руках, чтобы прочитать его этикетку. «Angostura Bitters» [3].              Хах, окей.              Он плеснул несколько капель, так же, как это делал Магнус, и остановился, когда Магнус положил свою руку на его, показывая, что он налил достаточно.              — Хорошо, очень хорошо. Теперь подними свой маддлер [4], дорогой.              — Мой что? — спросил Алек, растеряно осматривая стол.              Магнус хмыкнул и поднял толстый деревянный стержень. Алек забрал его, ощутив маленькую искру, когда их пальцы коснулись друг друга, и подумал, что она просто померещилась. А если нет, то тогда, должно быть, это была на самом деле магия Магнуса.              Он наблюдал за тем, как другой мужчина поднял свой собственный маддлер, и отточенным движением перемешал смесь.              Алек сделал то же самое, хотя немного неуклюже, но Магнус, кажется, не заметил этого. Они оба добавили несколько кубиков льда.              — Хмм, хорошо, теперь возьми свой джиггер, — сказал он ему и затем ухмыльнулся, когда Алек моргнул и нахмурился. — Извини, ангел. Ты такой милый, когда смущаешься.              Алек не покраснел. Правда, не покраснел. Нет.              — Это, — сказал он, поднимая одну из двух металлических кружек в форме песочных часов с присущим ему шармом, — джиггер, Александр.              Алек почувствовал себя так, словно проводит научный эксперимент. Он поднял второй джиггер, и Магнус передал бутылку виски.              — Примерно одну с половиной унцию [5], не переборщи. Хорошо, хорошо… теперь Sweet Vermouth.              Алек наполнил его, затем вылил последнюю из жидкостей из джиггера в бокал и после этого, повторяя за Магнусом, взял длинный стержень для помешивания напитков и ловко смешал весь алкоголь.              — Осторожнее, дорогой, осторожнее, — прошептал Магнус, когда Алек слишком воодушевленно перемешивал его.              — Ох, извини, — пробормотал Алек, начав помешивать медленнее.              Маг отмахнулся на извинения и накрыл ситчатой крышечкой его и Алека бокалы, прежде чем вылить содержимое своего собственного в бокал для коктейлей.              — И, наконец, еще немного апельсиновой цедры и вишня в качестве украшения. — Он поместил фрукты в свой бокал. — Вуаля. Только что ты успешно сделал свой первый «Манхэттен», Алек, — радостно оповестил Магнус, поднимая бокал и направляясь к дивану.              Он грациозно присел на него, располагаясь боком и жестикулируя Алеку, приглашая сесть рядом.              Он сел.              Алек сделал глоток и поморщился из-за крепкого вкуса алкоголя, к которому всё ещё не привык. Но это не было… плохо.              По меньшей мере, ему понравился фруктовый вкус напитка.              — …Есть ли какие-нибудь новости от Джейса? — спросил Магнус, делая небольшой глоток и осторожно оценивая его реакцию.              Он старался не поднимать эту тему очень часто, особенно на их свиданиях. Они имели дело с надвигающейся и устрашающей проблемой, касающейся Валентина и Круга, и в Институте этого и так было достаточно.              — Пока что нет, — пробормотал Алек. — Я даже не могу почувствовать его. Я чувствую через нашу связь, что он жив… но это всё. Кроме этого… ничего.              Алек хмуро посмотрел в свой бокал и немного сдвинулся так, чтобы оказаться чуть ближе к Магнусу. Их колени столкнулись.              Алек не отодвинулся.              Чёрт, Магнус, кажется, даже не обратил на это внимания.              Ради бога… как же так случилось, что его колени покалывало прямо сейчас? Могут ли колени быть эрогенной зоной?              — Прости, Алек, — всё, что ответил на это Магнус.              В его глазах был неподдельный блеск, и Алек ничего не мог сделать с этим — он был очарован ими и ощущением их коленей, соприкасающихся друг с другом. Алек хотел, чтобы Магнус поцеловал его. Он хотел поцеловать Магнуса.              Очень сильно.              Ну, не плохой поцелуй, а хороший. Он очень сильно хотел хорошего поцелуя.              Или двух.              Хорошо, лучше больше, чем двух.              Он почувствовал дыхание Магнуса, коснувшееся его губ, быстро и пораженно моргая, потому что не заметил, когда это он успел наклониться вперед? Или это был Магнус, пододвинувшийся ближе к нему?       Может быть, они встретились на полпути во взаимном интересе, смутно подумалось Алеку.              — Можно ли мне поцеловать тебя, Алексан… — его имя прозвучало приглушенно, когда рот Алека горячо опустился на губы Магнуса.              Губы Магнуса были такими гладкими и, Боже, такими нежными. Их рты с легкостью двигались навстречу друг другу — Алек стал привыкать к этому. Он научился целоваться.              Возможно, не так умело, как Магнус, но он всё равно мог делать это. Маг был более чем готов помочь отточить этот навык в течение следующих нескольких месяцев.              В последнее время он чувствовал себя увереннее, целуя Магнуса.              И так и продолжалось, пока другой мужчина быстро не отстранился от него, ругаясь вслух.              — Черт… что такое? Извини, всё было плохо? — начал лопотать Алек, обеспокоенно отпрыгивая от него.              — Нет, нет, поцелуй был не плохим. Ты просто, ты пролил свой напиток на меня, дорогой, — затаив дыхание, сказал Магнус. — Я немного напугался. И вдобавок ко всему, это была моя любимая рубашка.              — Ох, Магнус. Мне так жаль. Я даже не заметил… — он наклонил голову вниз, опустив плечи и чувствуя себя полным идиотом.              — Хей, — позвал Магнус, подняв согнутый палец, чтобы слегка снизу надавить на подбородок и приподнять его голову вверх.              — Или ты мог бы… — слова вырвались прежде, чем он успел остановить их, и Алек резко себя оборвал.              Магнус вопросительно поднял бровь, а Алек почувствовал, как краснеет его лицо.              — Я «мог бы» что, Александр? — уверенно спросил Магнус, держа его пальцем, чтобы тот не отвернулся. — Не стесняйся.              Алек нервно прочистил горло.              — Я имею в виду… Тебе не обязательно менять рубашку. Ты мог бы просто… мог бы просто снять её. — Его голова была готова взорваться в любую минуту, и в этот момент Алек был бы рад, если бы мог вообще избежать унижения этого момента.              Почему он такой глупый?              Магнус выглядел немного опешившим.              Блять.              Где атака старого доброго демона шакса, когда она была так нужна?              — Хмм, пытаешься вытащить меня из моей одежды, Алек? — поддразнил Магнус.              Алек с облегчением заметил, что Магнус не был возмущён. Дышать ему стало немного легче.              Немного.              — Изв… Извини. Это было грубо с моей стороны. Я очень сожалею о твоей рубашке, Магнус, — прошептал Алек, стыдясь самого себя.              Возможно, ему следует просто уйти…              — Я же сказал тебе не беспокоиться об этом, Александр, — сказал Магнус. Он отдернул руку и опустил ее вниз рядом с собой. — Алек… ты хочешь, чтобы я снял свою рубашку? — спросил он, невзначай наклоняя голову в сторону.              Алек прикусил губу настолько сильно, что он был уверен, что вот-вот почувствует вкус крови.              — Я… Я не знаю. Возможно. Я не… — он возился, отчаянно пытаясь найти нужные слова, чтобы ответить. На мгновение он удрученно задался вопросом, существует ли кто-то, кого он мог бы нанять, чтобы тот подготавливал его к свиданиям. Возможно, даже делать шпаргалки.              — Александр, пожалуйста, — твердо сказал Магнус. Он поднес руки к своему воротнику на рубашке, чтобы слегка коснуться его. — Скажи мне. Не нервничай. Я не собираюсь судить тебя за то, чего ты хочешь.              Алек проглотил сердце, подскочившее к его горлу. Это было трудно сделать, потому что у него во рту было так же сухо, как в Сахаре.              — Я хочу… Я хочу, чтобытыснялсвоюрубашку.              Уголки рта мага удовлетворенно поднялись вверх, и, не разрывая зрительного контакта, он начал своими ловкими пальцами неторопливо расстегивать пуговицы на дорогой рубашке.              Ангел.              Магнус снимает свою рубашку.              Магнус. Бейн. Снимает. Свою. Рубашку.              Ох, он видел других мужчин без рубашки раньше. Он поглядывал на своего парабатая бесчисленное множество раз. Но этот мужчина — этот восхитительный мужчина был парнем Алека.       Мужчина, которого по-настоящему привлекал Алек, и, безусловно, Алека привлекал он.              Мужчина, который был Верховным магом Бруклина.              Человек, который, вероятно, мог бы иметь любого другого мужчину или женщину, которых бы пожелал. Но из всех людей он выбрал Алека.       Человек, который просто, блин, снял свою рубашку, потому что Алек его попросил.       Ангел, его сердце вот-вот разорвется. Он хочет истечь кровью на изящном полу Магнуса и умереть. Прямо здесь.       Взгляд Магнуса ни капли не колебался, когда он расстёгивал рубашку, снимая её со своих широких плеч, и Алек был уверен, что его глаза выскочат из орбит, потому что этот мужчина был чертовски горячим.       Очень, очень горячим.              Достойный того, чтобы фантазировать о нём, если честно.              Но Алеку не надо было фантазировать, потому что Магнус был реальным. Осязаемым. Стоявшим сейчас перед ним без рубашки. Его кожа была загорелой, гладкой и безупречной, его грудь и живот были крепкими и…              Ох.              Хорошо.              Он не ожидал этого.              Теперь настала очередь Магнуса прочистить своё горло.              — Метка мага. Это беспокоит тебя? — он звучал робко.              Как будто бы…              Как будто бы Магнусу было неловко.              Как будто… он был искренне обеспокоен, отвернется ли Алек или будет ли ему противно из-за того, что у него нет пупка.              Неуверенность была нишей Алека. Она не подходила Магнусу Бейну.              — Совсем нет. Господи, ты идеален. Серьезно.              Его руки были сильными. Руки Алека, конечно же, тоже были сильными. Годы тренировок укрепили его тело. Для Алека это было нормально, потому что он был сумеречным охотником, воином, солдатом. Но Магнусу, Магнусу не нужна была физическая сила — у него была магия.              Тем не менее, у него было это всё, спрятанное под дорогими дизайнерскими рубашками? Алек мог бы поднять Магнуса, если бы захотел, но подумал, что Магнус, возможно, мог бы сделать то же самое с ним, крепко держа его на своих сильных мускулистых руках. В тайных глубинах его сознания зажглось небольшое, но острое возбуждение, которое он бы никогда не осмелился озвучить. Алек хотел пробежаться своими ладонями по плечам и вниз к его рукам. Он хотел наметить линии на крепкой, гладкой груди и животе, который в конце сузился бы к… Так, он должен остановиться.              — Алек, — осторожно позвал Магнус, — не будет ли слишком дерзко с моей стороны, если я попрошу тебя… снять твою рубашку тоже? Ты можешь отказаться. Я не расстроюсь.              Алек снова сглотнул. Его взгляд оторвался от тела Магнуса, чтобы вновь посмотреть ему в глаза.              Через секунду он отрывисто кивнул.              — Д-да, — согласился он.              — Ты не обязан делать это, если тебе не хочется, — напомнил ему Магнус.              — Я… Я не против, — пробормотал Алек. — Я имею в виду… ты видел меня без рубашки до этого, верно? — он рассмеялся, пытаясь скрыть от него эмоциональный вихрь своей нервозности, перемешанный с волнением.              Не то чтобы Алек стеснялся своего тела. Он был в хорошей форме, в конце концов. Он даже никогда не думал о том, чтобы тренироваться без рубашки.              С другой стороны, на него никто и никогда не глазел столь откровенно, как Магнус, когда вошел и застал его бьющим грушу в Институте.              Он поспешно расстегнул рубашку и дернул плечами, давая ей небрежно упасть на диван.              Магнус, не стесняясь, хитро посмотрел на него.              — Я уже говорил однажды и скажу это снова: мне нравится то, что я вижу, ангел.              Мой ангел.              МОЙ ангел.              Снова появились эти чертовы бабочки.              Магнус плюхнулся обратно на диван, беспечно закидывая ногу на ногу, и поманил Алека, чтобы тот снова сел рядом с ним.              Но на этот раз без их рубашек.              Магнус вытянул левую руку вдоль спинки дивана, и Алек опустился на место рядом со своим парнем, ощущая руку, нажимающую на его плечи.              Это было… слишком.              Но было так хорошо.              Интимно.              И красота всего этого была в том, что… это было правильно. Это было тем, насколько далеко они могли зайти, потому что Магнус говорил ему сто раз, что он ничего не ждал от Алека. Они могли просто… сидеть рядом друг с другом, без рубашек.              И вольный к тому, если бы он пожелал перейти к чему-то большему.              Вольный к тому, чтобы не делать чего-то большего, если это то, чего он хочет.              Никаких ожиданий.              Алек пододвинулся чуть дальше в сторону Магнуса, покорённый ощущением соприкосновения их кожи.              Было тепло. Спокойно. Магнус издал довольное мурлыкание и потянулся, чтобы взять свой коктейль со стола.              — Может быть, сделать для тебя еще один «Манхэттен», Александр? Или я мог бы что-то быстро приготовить для тебя, если ты желаешь, — предложил он.              Алек покачал головой. В его глазах появился такой трепет, которого не было с тех пор, когда Джейс исчез в портале с Валентином.              — Нет, спасибо, — прошептал он сонно, и его голова в полной удовлетворенности упала на плечо Магнуса. — Мне всё равно больше нравится «Бруклин» [6].