По кругу

Глава 31 НОМЕР НЕИЗВЕСТЕН: Проблема с Тони решена насколько это возможно. Думаю теперь Баки перестанет его избегать. Стив Роджерс: Ты чудо. Что ты сделала? НОМЕР НЕИЗВЕСТЕН: Не волнуйся о деталях. И не расспрашивай ни того ни другого. Их обоих это задевает каждого по-своему ** Стив Роджерс: Баки там с тобой нормально? Сэм Уилсон: ЛОЛ ага! Сэм Уилсон: пришел и мы поговорили. У всех одинаковые вопросы. 1. ты как монах получается? (нееее) 2. значит религия ни при чем? (нееее) 3. и как ты встречаешься с людьми? (очень очень осторожно) Сэм Уилсон: и т.д. и т.п. Сэм Уилсон: он не грубил ничего просто много вопросов Стив Роджерс: Хорошо. Я рад. ** - Ты сбила его машиной? - Это был первый раз, когда она сбила его машиной, – сияя, вставляет Дарси. – Не волнуйся! Ему ничего не сделалось. Встретишь Тора, сам увидишь. Он похож на танк. Баки смотрит на Джейн в поисках подтверждения, и Джейн пожимает плечами, будучи не в силах отрицать. - Он… Да, немножко как танк. ** Питера некоторое время не видно. Среднесеместровые экзамены – важная вещь, а ему ведь приходится думать о стипендии. (Сэм говорит, Питер упоминал, что его стипендия уходит, в основном, на старые медицинские счета дяди и новую крышу для тетиного дома. Стив предлагает чаще выбираться перекусить после тренировок, подкармливать парня так, чтобы это было не слишком заметно. Сэм дает ему пять – значит, поддерживает.) Человек-Паук снова объявляется, когда в банке в центре города берут заложников. Должно быть, Наташа дала Баки распечатку статьи, потому что возле расписания тренировок появляется уничижительная вырезка из «Бьюгл» о самоуправстве с фотографией Человека-Паука, отправляющего грабителя в нокаут. Кто-то обвел ему бедра и плечи маркером и написал поверх печатного текста: «В ОТЛИЧНОЙ ФОРМЕ» ** Наташа и Сэм ведут Стива в кафе с видом на Центральный Парк. Умиротворяющая картина. - От Клинта, – Наташа берет телефон. Интонации чуть заметно идут вверх – она довольна, и Стив чувствует странную гордость за то, что способен это определить. - Что-то одобренное для широкой зрительской аудитории? – интересуется Сэм, попивая баббл ти, который Стив только попробовал и сразу же отодвинул. - Спасибо, что послали Тора… Сербия в руинах… еще больше, чем была до нас… – Наташа хмыкает и поднимает глаза. – Надо полагать, скоро мы их увидим. - Было бы неплохо, – замечает Стив, чувствуя, что так оно и есть. Эта странная семья, которая из них получилась… Похоже, он начал ей дорожить. - Интересно, Т’Чалла заедет? – Сэм проверяет, удастся ли стянуть у Стива фаршированный блинчик. Удар по руке доходчиво доносит до него, что нет, не удастся. - Это месть? - Просто защищаю свое. Наташа улыбается. - Надеюсь, Т’Чалла будет. Тони заранее его ненавидит. – Только потому, что Пеппер усиленно изображает, будто от него без ума, – добавляет Стив. Он накалывает блинчик на вилку, долго им любуется, давая Сэму как следует позавидовать, и откусывает большой кусок. ** - Наташа говорила, что доктор дает тебе проекты? Слово «задания» подходило бы больше, но психиатр умудряется с завидным изяществом пробираться через минное поле плохих воспоминаний Баки и всех слов, которые могли бы послужить триггерами. Когда Стив написал ей о своем намерении вскоре вывести Баки в люди, она прислала подробные рекомендации и список текущих фильмов, которые никак не подходили сейчас для его состояния. Баки кивает. Без выражения: он постоянно лавирует на границе между «без жалоб делать то малое, о чем его просят» и «чувствовать стыд от необходимости посещать мозгоправа». Сейчас перед ним большая керамическая миска, и он осторожно трясет над ней пакет, пытаясь вытряхнуть все до единого кусочки говядины. - Может, я могу чем-то помочь? Баки кривит губы. - Мне сказали… поработать над осознанием, чего я хочу, и потренироваться просить об этом. - Или просто найти это, высыпать в миску и поставить в микроволновку. Баки закатывает глаза, и Стив улыбается. - Мы три сеанса посвятили разговорам о том, как брать что-то самому. - А, вот почему в холодильнике который день нет ванильного мороженого? Баки со скучным видом отворачивается, будто понятия не имеет, о чем речь, но быстрое движение языка по нижней губе его выдает. - Ну, если тебе понадобится что-то, чего нельзя получить, совершив набег на кухню, имей в виду, я буду рад помочь. Стив пытается сказать это небрежным тоном и решает, что удалось неплохо. Баки, быстро кивнув, отвлекается на сражение с кнопками микроволновки. ** Зайдя к Сэму обсудить план предстоящей прогулки, Стив замечает разбросанные по столу бумаги. На одном листе выделены тезисы, которые Стив едва способен прочесть («согласие» обведено несколько раз), на другом – заметки во всех направлениях, мужские и женские знаки и что-то вроде пряничного человечка, с линиями, идущими от головы, тела и ноги. - Планируешь выпечку к Рождеству? – присматривается Стив. - Это называется «гендерный человечек», очень известная обучающая техника, – Сэм отталкивает его руку, тянущуюся к бумагам, берет их сам и перелистывает. – Хватит шпионить. Я ведь не роюсь в скетчбуке, который ты все время с собой таскаешь. ** - В интернете были очень хорошие отзывы, – обхаживает Стив, но Баки смотрит на большие наушники с тревогой. Никто не знает, почему он принимает в штыки вещи, обхватывающие голову, но никто не собирается спрашивать. Стив подозревает, что по этой же причине ему не понравился самый первый аппарат МРТ. - Я могу пользоваться наушниками-каплями. Современные слова в его устах звучат странно. Стив кивает. - Хорошо, но если захочешь попробовать… Знаешь, звуковая система в развлекательной комнате, она как в кинотеатре. - Лучше, – признает Баки, выглядя теперь несколько заинтересованным. - А это как будто она твоя личная, – Стив делает расплывчатый жест. – Тони как-то увидел на мне наушники из магазина на углу и начал вопить. Я не понимал, почему, пока он не дал мне такие. Это как день и ночь. Если твой слух… если он как мой, все мельчайшие… э, в общем, попробуй. Он вручает Баки беспроводные наушники, оставляет флешку на столе и уходит, давая Баки возможность подумать. Он не беспокоится, что Баки затруднится подключить ее к планшету. Баки всегда справлялся с такими задачками в десять раз быстрее, чем он сам. ** Они обедают, когда у Баки звонит телефон. Он достает его из кармана, читает, и лицо его каменеет, становится до боли пустым. Секунду поколебавшись, он опускает телефон на стол и толкает его к Наташе. Стив хмурится. - Можно? Пожав плечами, Баки складывает руки и ставит локти на стол. Стив читает. Джейн Фостер: Завтра едим дим-сам в ресторанчике о котором я рассказывала. Если хочешь бери Стива и присоединяйся! Там суперсолдатские порции. Наташа смотрит на Баки. - Ты хочешь? – мягко спрашивает она. У Тони и Сэма спокойно-отрешенные лица людей, которые заняты своими мыслями и совсем не слушают. Баки издает нетерпеливый звук и прячет лицо в ладонях. Стив морщится. - Я придумаю отговорку, – говорит Наташа, и Баки благодарно выдыхает. ** На следующее утро Тони снова нарушает негласное правило о новостях, собрав всех у телевизора. Бегущая лента полна кратких докладов о положении дел в Восточной Европе и дымящихся бункерах. На левой стороне экрана слайдшоу – пугающие лица в зернистой четкости. Генералы, террористы, некоторые известны принадлежностью к ГИДРе. С другой стороны – конференция с Воителем: он на трибуне, отвечает на вопросы и улыбается. Показывают снятые ранее кадры с людьми, которых уводят в наручниках. Через несколько секунд лицо Наташи становится удивительно мягким, и она достает телефон. - Скажу Баки спуститься, – говорит она Стиву. Когда он появляется, Наташа тянется за его рукой, гладит по пальцам и указывает на экран. Она бормочет по-русски, и Стиву хватает знаний, чтобы понять: «Видишь? Я же обещала». ** Стив берет миску с фруктами с кухонной стойки и несет наружу. Ставит на маленький стол рядом с шезлонгами. Изучает ее, перекладывает фрукты, крутит миску, пока не находит нужный ракурс. Достав из мессенджера скетчбук и карандаши, он намечает изгиб неровной миски, набрасывает лежащую впереди сливу. Потом приходит черед апельсина, яблока, двух персиков. Стив слышит, как позади открывается дверь. Это Баки, и он в новых наушниках. Не глядя на Стива, Баки выбирает шезлонг, подтаскивает его к Стиву и раскладывает целиком. Довольный, ложится, свернувшись, перед Стивом и закрывает глаза. Глава 32 Тор возвращается первым, что само по себе событие. Джейн не слишком шумит, даже когда счастлива, а Дарси не столько громкая, сколько ехидная, но Стив, чувствуя себя в долгу перед новым членом команды, набирает Питеру сообщение, и уж тот, вне себя от восторга, не закрывает рот ни на минуту. - Когда вы, ребята, дрались с читаури, я видел, как ты пролетел мимо моего окна! Я чуть не помер! А можно… ээ… можно потрогать твой молот? - Несомненно, мой новый друг. Какое же оружие берешь на поле битвы ты? - Ну, в общем, никакое. Но я умею выпускать паутину. - А, очень подходящее умение для твоего прозвания. Я хотел бы узреть эту силу. - Железный Человек разрешает мне делать это только в зале. Тор смотрит с пониманием. - Меня тоже просили не являть мою силу в жилище. - Потому что ты поджарил всю охранную систему, – бормочет Тони под нос, набирая заказ на пиццу. ** У Воителя дела в Вашингтоне. Но Т’Чалла возвращается в Башню и, к изумлению и смущению Стива, быстро выделяет его из остальных. - Легенды о твоей храбрости и самоотверженности разносятся далеко, капитан Роджерс. Вакандский акцент, как на слух Стива, не сильно отличается от нигерийского. Это и низкий тембр голоса тут же заставляют Дарси (и, в чем Стив никогда не признается Тору, Джейн) присмотреться к королю с… необычайно пристальным вниманием. Стив не раз видел такое, когда ходил на танцы в компании Баки. - Я знаю, что вы помогли Пеппер в Лондоне, и мы очень благодарны за вашу помощь с ГИДРой. - Разумеется, – Т’Чалла наклоняет голову. – Возможно, моя страна предпочитает определенную степень изоляции, но не годится закрывать глаза на столь явную угрозу людской свободе. Должен признаться, учитывая ваш прошлый опыт, я был удивлен, что вы не присоединились к нам. Стив отчаянно желает, чтобы появился Тони и отвлек своего бизнес-партнера. Король безукоризненно вежлив, но сейчас Стив понятия не имеет, что ответить. На помощь приходит Дарси. - Стив помогает своему симпатичному боевому товарищу. Такую работу удаленно не сделаешь, понимаете? К удивлению Стива Т’Чалла делает извиняющийся жест. - Да, я слышал о вашем друге. Вы правильно поступили, что остались здесь и заняли место, которое только вы могли занять. Чем больше времени я провожу с вашей группой, тем больше преимуществ вижу в численности. Всегда достаточно людей в наличии. - Пицца! – вопит Клинт, и половина присутствующих кидается к коробкам, которые он держит. ** - Нет, нет, не «фликер», а Ф-л-и-к-р. Без «е». Это ресурс, где выкладывают фотографии, – Джейн набрасывает на свой кусок пиццы салфетку. Баки качает головой. - Есть же Инстаграмм. Дарси пожимает плечами. - Инстаграмм, он для селфи и всяких тупых фоток, снятых на телефон. А Фликр для профессиональных снимков, цифровых рисунков, зарисовок скульптур. Многие художники им пользуются. - А просто рисунки? - От руки? Ну да, люди их сканят и выкладывают. Баки пихает Стива в плечо. - Тебе надо выложить туда свое. Стив неопределенно мычит и отворачивается, глядя на Клинта и Наташу в углу. Полгода назад он подумал бы, что они оба скучные и холодные. Теперь он видит намек на улыбку на губах у Наташи, и как она наклоняется к Клинту. Она правда скучала по нему. Хорошо, что Наташа решила вернуться с ним в Америку. Баки снова толкает его. - Что? - Возможно, я что-то пропустил, но раньше старое искусство нравилось людям даже больше. - Нет, в смысле, у меня нет нужного альбома. Вообще ни одного из тех, старых, – Стив берет еще кусок пиццы. – Не то чтобы я прихватил много вещей в тот самолет. - Твое барахло-о-о, – тянет Дарси, надувшись. - Думаю, большая часть сейчас в музеях, – деликатно сообщает Брюс. - Да. Смитсоновский музей вернул мне кое-что по первому же требованию… Ожерелье моей матери было явно не для показа. - У них твои альбомы? Баки выглядит непомерно оскорбленным. На его голос поворачиваются сразу несколько голов, и Стив морщится. Он до сих пор не знает, как реагировать, когда за него кто-то злится. - Это ничего, – он опускает глаза. – Многое даже не в музеях. Большая часть довоенных вещей разошлась по частным коллекциям. - Как можно знать, что парень жив, и держать у себя его имущество? – Дарси делает гримасу. - Они, наверное, за эти вещи тысячи заплатили, – замечает Джейн. Клинт фыркает. - Бери выше, миллионы. Я видел, как Коулсон охотился кое за чем онлайн… до того, как тебя нашли, разумеется. Там был «Хоббит» в твердой обложке. Ставки дошли до шести нулей. Баки вскакивает. - Я его тебе на день рождения подарил! - Баки, серьезно, ничего страшного. - Я согласен с мистером Барнсом, – спокойный голос Т’Чаллы резко контрастирует с возгласом Баки. – Другое дело, если бы ваши вещи отошли к вашим ближайшим родственникам, а затем были проданы или пожертвованы. Их не отдавали добровольно. Стив взмахом руки обрывает обсуждение. - Я хочу, – четко выговаривает он, – послушать невероятные, героические, очень подробные истории о том, что вы делали в Румынии на прошлой неделе. Видел в новостях, смотрелось великолепно. ** - Значит, ты суперкомпьютер, да? - Да, сэр. Питер делает глоток из бутылки и сочувственно морщится, когда Тони снимает переднюю панель Джарвиса, хмурится на нее и натирает об свою рубашку. - И ты делаешь, ну, сто тысяч дел одновременно? - Что-то вроде этого, сэр. - И что ты делаешь вот пря-я-ямо сейчас? - Как обычно, сэр. Осуществляю наблюдение за всей собственностью мистера Старка, сканирование электронного оборудования мистера Старка, регулирую его портфель акций в соответствии с последним разработанным мной алгоритмом для стабильного роста. Также я отвечаю на два сообщения от двух разных бизнес-партнеров, предложивших встречу на одну и ту же дату в июне, отправляю часть средств из личных фондов мистера Старка на счет психиатрической клиники в Варшаве, составляю список приглашенных на… Тони вскидывает голову: - Стоп, что было перед списком? - Варшава, Польша, сэр. - Зачем мы отправляем деньги в психиатрическую клинику? - Туда были отправлены двое заложников, сэр. Около ста тысяч долларов потребуется на улучшение их содержания и общей инфраструктуры здания. Оно было построено в 1982 и с тех пор… - Да, ясно, зачистка после борьбы с преступностью. Понял. Не интересно, – Тони отмахивается. – Стой. Парень. Тебе же девятнадцать? Питер настораживается. Рядом в мгновение ока появляется Баки, выхватывает бутылку и изучает ее. - Паркер, в каком возрасте в двадцать первом веке разрешается употреблять спиртное? Питер победно улыбается, но это не срабатывает. Баки опрокидывает в себя остатки яблочного вина, достает «Оранжину» из холодильника и сует Питеру. - Погоди, погоди, – Клинт наклоняется к Тони, коленом – Стив замечает – все еще прижимаясь к ноге Наташи. – Тони, ты ведь сделал… это? - Это? – Тони поднимает брови. – Я много чего делаю. Можно сказать, я все время что-нибудь делаю. - Нет… – Клинт указывает на Баки, потом на Стива и легко ударяет пальцами по губам, подразумевая «алкоголь». Тони моргает и расплывается в улыбке. - Да, да, ЭТО! Баки хмурится. - Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? Тони практически бежит через комнату и за руку оттаскивает Пеппер от Джейн, с которой та разговаривала. - Пожалуйста, скажи «можно». Ну скажи! Пеппер смотрит озадаченно. Тони, фыркнув, горячо шепчет ей на ухо, своей суетой очень напоминая маленькую собаку, умоляющую взять ее на прогулку. - А если кто-нибудь сильно разгуляется, Тор просто положит Мьельнир ему на живот, и все будет лучшим образом. Пеппер машет руками. - Я воздерживаюсь от голосования и вообще ухожу спать, – объявляет она. Победно вскинув кулак, Тони хватает Брюса за руку. - Идем, бро, помнишь, какую штуку мы намешали в прошлом месяце? - Что? А! Да, – Брюс, почесывая затылок, встает. – Она… наверное, безопасная. Глава 33 - Они, можно сказать, втискиваются, – объявил доктор неделю назад. - Простите? – сказал Стив. - Извините, я пытаюсь подобрать слова, понятные для непрофессионала, но получается, похоже, неважно, – доктор ерзает на стуле, делает глоток из стакана и продолжает: – Мне встречались разные случаи повреждения участков мозга. Или когда эти участки по тем или иным причинам переставали работать. Если они и восстанавливаются, то не настолько. И не так быстро. Стив ждал, изо всех сил стараясь не радоваться раньше времени. - Я начинаю подозревать, что причина, по которой сержанта Барнса так часто «стирали» и замораживали, когда для него не было заданий, заключалась в том, что в обратном случае они не смогли бы его использовать. Они хотели создать неуязвимого бездумного робота, но с похищенными технологиям, которые сами едва понимали, получили хоть и модифицированного, но все же человека с плохой привычкой защищать людей и следовать лишь тем приказам, с которыми согласен. Доктор демонстрирует замедленную съемку состояния гипоталамуса. Одно яркое пятно, одно, полтора, три. Три с половиной, семь. - Они десятилетиями пытались замедлить этот процесс. Мозг восстанавливается. Чертовски упорный мозг, если можно так выразиться. ** Клинт коротко объясняет, что Тони и Брюс некоторое время назад начали изобретать какой-то особенный алкоголь. Он был там, когда пришлось проветривать целый этаж: пары их первого детища сшибали людей с ног в буквальном смысле. (Примерно в это время Джейн и Т’Чалла извиняются и ретируются, избегая дальнейшего веселья. Робот Джарвис удаляется в лабораторию на какой-то ремонт). - Они синтезируют что-то вроде суперкрепкого виски. Не знаю точно, как оно работает, – Клинт глядит в потолок. Питер, подобравшись ближе, терпеливо караулит стакан Дарси. Как только она отвлекается, чтобы проверить телефон, Питер подтягивает стакан паутиной и допивает. - Баки не понравится, – лениво предупреждает Стив. - Я слишком молода, чтобы быть бабушкой, – жалуется Наташа и уходит в угол, к Тору и «Сэму, сыну Уилла». Те не умолкают с тех пор, как их друг другу представили. У Тора тот оживленный вид, с каким он обычно рассказывает про Асгард. - Кстати, – Стив озирается. – А где Баки? Может, снова дремлет? Теперь дневной сон требуется ему реже, чем раньше, но все-таки случается примерно через день. А может, для Баки тут слишком людно. - Не видел его с тех пор, как он отобрал бутылку у Питера. Как у него дела, кстати? – Клинт растягивается на диване. Стив замечает свежий порез у него на бицепсе, вчерашний вроде бы или около того. Стив пожимает плечами. Трудно сказать точно. - Лучше, чем неделю назад, – говорит он, наконец. – В основном, лучше. И плохие дни уже не такие плохие. Ночь воспоминаний о Говарде не считается. Клинт кивает. - Думаешь, он выйдет на поле? - Что? - Не сейчас, разумеется, – при виде выражения на лице Стива Клинт напрягается. – Господи. Извини. Стив в свою очередь жестом просит прощения за вспышку. - Он… тренирует Человека-Паука. У него хорошо получается, но я… не знаю. - Действующие враги? - Да. - Хм. - Или если сам захочет. Клинт почесывает затылок. - Трудно сказать. Что ж, – он смотрит, как Питер, пройдя по потолку, роняет бутылку прямо в урну. – Никакой спешки. Никакого давления. У нас хватает свежей крови, чтобы справиться с тем, что есть на данный момент. ** Начавшийся дождь перерастает в грозу. Молнии над панорамой города выглядят крайне драматично. Включив танцевальную музыку, Тони демонстрирует нечто вроде бочонка, покрытого трубками и датчиками. - Вот. Эта порция должна быть отличной, и оно точно не ядовитое. Стив, топай сюда. Где твоя хмурая половинка? - Где-то в другом месте, – Стив с обиженным вздохом подходит к… бочонку. Тот выглядит куда более угрожающим, чем должен. – Значит, это… спиртное. - Суперспиртное, – поправляет Тони. Брюс, который обычно старается держаться подальше от гениальных опытов Тони, на этот раз тоже гордится… этим, чем бы оно ни было, и ему явно любопытно посмотреть, сработает ли оно так, как должно. - Выдержано в дубе и пропущено через изрядное количество науки. Брюс выдает извиняющуюся улыбку. - Мы определенно уделили больше времени работе над качеством, чем над… эм… вкусом. Стив невольно улыбается в ответ, чувствуя себя тронутым. Этот проект, когда только начинался, был, очевидно, для него одного. Своего рода жест доброй воли, когда он и Тони могли терпеть друг друга лишь в условиях нависшей над миром угрозы. - Вряд ли оно хуже, чем то, что пили мы с Баки когда-то, – Стив принимает предложенный стакан и сует его под кран. Тут же появляется запах – как смесь виски и газа. Где-то поодаль фукает Дарси. Когда стакан заполняется наполовину, Тони закручивает кран. - Окна надо открывать? Давайте откроем. Хотя падать вроде никто не собирается. Питер спрыгивает с потолка и приоткрывает двери патио. Покачивая стакан, Стив нюхает прозрачную жидкость. Это определенно… алкоголь. - Ээ, у нас утечка газа? – в дверях стоит Баки. Волосы у него всклокочены, на нем просторная футболка и пижамные штаны, в которые он, наверное, специально переоделся, чтобы вздремнуть. Стив старается скрыть реакцию, а Дарси, напротив, издает умиленный звук, привлекая внимание. - Нет, это напиток. Любезно предоставленный хозяином. Стив протягивает стакан, Баки подходит, придирчиво его разглядывает, потом нюхает и тут же отшатывается. - Крепкий. - Это специально, – улыбается Стив. – Тони и Брюс его изобрели, потому что с моим обменом веществ я не могу опьянеть. Заинтересованно хмыкнув, Баки снова наклоняется, уже медленнее, и Стив замечает, что почти все бросили свои занятия и ждут, что будет дальше. Баки закусывает губу. - Я тоже хочу. Дерьмо. - Что ж, здесь хватит на двоих, – хладнокровно заявляет Тони. Повинуясь его жесту, какое-то жуткое устройство доставляет еще один стакан. - Я не эксперт ни в вашей биологии, ни в производстве спиртного, но не вижу причины, почему это должно меня останавливать. Наука превыше всего. - Наука должна убедиться, что они выпьют сегодня достаточно воды, – бормочет Брюс, глядя, как Стив передает Баки стакан. Тот встряхивает его, корчит гримасу. Потом запрокидывает голову, глотает сразу половину и улыбается под громовые аплодисменты. ** Стив находит, что, иначе как шотами, пить это невозможно. Прислушавшись к себе, он решает, что один глоток действует на него примерно вполовину слабее, чем до сыворотки. Догадка неточная, но Брюс, будто заблаговременно чувствуя себя виноватым, приносит ему бутылку воды, и Стиву приходится признать, что смесь по-своему неплоха. Баки разбавляет свою порцию виски, который находит в баре. Он оживленно рассказывает Дарси и Сэму только что вернувшееся воспоминание: как Дернье и Джонс очаровывали местных женщин в пабе маленького французского городка. И какое было лицо у Стива, когда Баки перевел ему их французский. - Это было грязно, – объявляет Стив, – и я не собираюсь ничего этого повторять. Сэм гогочет, а Клинт, появившись, будто из ниоткуда, дергает Баки за руку в немой просьбе. Баки наклоняется и очень долго и обстоятельно шепчет ему на ухо. ** Питер уходит спать. Дарси держится впечатляюще, не отставая от Сэма. И вполне четко выговаривает, что, раз тот хвастает, каким отличным барменом был в колледже, пусть встанет и смешает ей что-нибудь. Стив разговаривает с Наташей, когда появляется Баки и тычет его в бок. - Ммм? Все вокруг выглядит чуть расплывчатым и мягким. Лицо Баки напоминает Стиву о вечерах, проведенных в слишком маленькой квартирке в компании слишком дешевого пойла. Хорошее лицо. Баки через плечо смотрит на Тора. Тот рассказывает что-то Сэму и Тони. - Радужный мост? Наташа ухмыляется. - Настоящий. Стив кивает. Баки хмурится, переваривая это, и уходит слушать дальше. ** Брюс ойкает. Наверное, Тони толкнул его локтем. Тони показывает в угол, где Баки по-русски разговаривает с Наташей и Клинтом. Выражение лица у него спокойное, почти теплое, а в глаза он смотрит, пожалуй, больше, чем за всю свою первую неделю здесь, вместе взятую. - Научный успех, – бормочет Тони Брюсу, и оба откидываются назад в одинаково довольных позах. ** Стив сидит на диване, вполуха слушая, как Тони рассказывает историю своего знакомства с Пеппер. Баки подходит сесть рядом, мельком касается Стива. Колено к колену, локоть к локтю. Это очень приятно. Сегодня все… приятно. - Клинт хороший, – тихо докладывает Баки. Стив наклоняет голову, и кивок получается более глубоким, чем он намеревался. - Мм. Они некоторое время слушают Тони. История длинная. Стив успел забыть начало. - Он с Наташей? - Хм? - Клинт. Клинт с Наташей. Стив поворачивается и глядит вопросительно, Баки медленно и многозначительно поднимает брови. Стив пожимает плечами. - Не интересовался. Не спрашивал. Стив смотрит на Тони, потом в угол, где двое агентов устроились на одноместном диванчике. Клинт мостится на подлокотнике, лицом к Наташе, которая с расслабленным видом занимает большую часть сиденья. Все нормально. - Я сначала думал, может, вы с ней вместе, – Баки пожимает плечами. Стив издает короткий смешок. - Нет, нет. - Вы никогда не… - Господи, нет, Бак, – Стив трет лицо, не в силах удержаться от ухмылки. – И прежде чем ты спросишь, она все пыталась устроить мне свидания с девушками из офиса, когда… когда у нас еще был офис. Все они прошли ужасно. Если ты в настроении для таких историй, лучше найди кого-нибудь другого. Баки делает глоток своего жуткого коктейля, даже не кривясь от вкуса. - Никаких хороших историй от тебя, никаких от Сэма. Ясно. - Нет, – соглашается Стив, – не от Сэма. - В будущем много таких, как он? - Таких – это каких? Если честно, Стив не уверен, что никогда не встречал людей, которых можно было бы назвать похожими на Сэма. - Наверное… других. А. Теперь понятно. - Кажется, звучала цифра один из десяти? Негетеросексуальных, я имею виду. Каких-нибудь еще. Он дергает плечом, что означает «и это нормально». Баки кивает. - Он говорит, сейчас за это не арестовывают. Тон звучит весомо. - Нет. Если взрослые и по обоюдному желанию. Мысли Стива возвращаются к россыпям бумаг с выделенными абзацами, но уже поздно, и он… сонный. Неважно. На некоторое время Стив уходит в свои мысли. Баки встает, наливает еще стакан, возвращается, садится, пьет. И спрашивает: - Что это за музыка? - Это… – Стив прислушивается на секунду. – Хаус. - Хаус? - Или электроника. Или чиллвейв. - Это все музыкальные стили? - Да. Индастриал не слушай. Тебе не понравится. Баки хмурится, смотрит вокруг, допивает и ставит стакан на стол. Движение получается размашистое – как у человека, которому уже не слишком подчиняются конечности. - Как под такое можно танцевать? Снаружи усиливается ветер, врывается через щель приоткрытых дверей. И вдруг Баки вскакивает и исчезает в патио. Стив не успевает и подумать спросить, что случилось. - Э, Стив? – Клинт выжидательно смотрит на него, и Стив, медленно моргнув, понимает, что ждут все. - Я… Я не его переводчик, – бормочет он, глядя в темный провал, откуда слышны ветер и дождь. Прислушавшись, он отмечает быстрый шелест бумаги, а потом ничего. Баки, вернувшись, направляется прямиком в кухню. - Баки? – зовет Стив. - Оставил твою книгу снаружи. Проверял, чтобы страницы не вымокли. - А, – говорит Стив, и есть что-то, что ему надо помнить – про книгу и, вероятно, про Баки. Не идет на ум. Возможно, что-то неважное. - Спасибо. Глава 34 Баки десять, когда он ночует у Стива в грозу. Разбросанных по полу подушек и одеял более чем достаточно, даже для Стива. Стоит приятная осенняя ночь, они оба засыпают легко, посреди разговора, потому что весь день играли, и комната кажется самым удобным и безопасным местом в мире. Баки не поднимается, пока его мочевой пузырь не начинает всерьез протестовать, а когда возвращается, шлепая босыми ступнями по прохладным доскам, слышит звук, от которого волосы встают дыбом. Стук капель по бумаге. После ужина Баки велели все унести с пожарной лестницы внутрь. А точнее, солдатиков и альбом, альбом Стива, заполненный недельным количеством рисунков, включая тот, что был нарисован несколько часов назад – в деталях прописанная эпическая битва и солдаты, спускающиеся безукоризненным строем с высоты. Баки бросается к окну, распахивает его дрожащими руками и, как есть, в пижаме, вылезает в темноту. Не обращая внимания на солдатиков, он нащупывает мягкую обложку альбома. Сам альбом на месте, но это ведь бумага, и ветер распахнул его на какой-то невидимой странице. Захлопнув альбом, Баки прижимает его к груди и, глотая слезы, заползает обратно. Потом включает лампу, чтобы оценить ущерб. Все плохо. Страницы склеились углами, кое-где большие пятна воды превратили гладкую бумагу в мягкие бесформенные пузыри. Баки обводит пальцами очертания снайпера на заднем фоне – теперь, когда прямые четкие линии стали расплывчатыми и серыми, тот похож на призрака. Пристыженный, Баки снова прижимает альбом к груди, боясь закрыть его из страха, что он больше не откроется. Пройдя по темному коридору, Баки стучит в комнату миссис Роджерс – тихо, опасаясь случайно разбудить Стива, боясь признаться, ненавидя себя. Миссис Роджерс охает над его промокшей пижамой, но когда Баки показывает ей альбом и пытается что-то выдавить, она, кажется, понимает, в чем дело. Целый час они вдвоем сидят на кухне при свете лампы, промокая каждую страницу полотенцем. Бумага высыхает, морщится, некоторые страницы целы, но гораздо больше уже не спасти. Когда сделано все, что можно, миссис Роджерс отсылает Баки спать, оставив альбом под лампой, открытым на самой пострадавшей странице. Она говорит Баки идти в постель и обещает, что утром все покажется не такой уж катастрофой. ** Стив просыпается, но процесс этот непривычно долгий. Он медленно осознает, что у него болит голова, что он лежит, и что он, должно быть, уснул совсем недавно. Некоторое время мысли отказываются течь связно, потому что все как-то неправильно – ступням неудобно, ноги и рука прижаты к чему-то прохладному и гладкому. Ткань. Диван. Поверхность под ним неровная. Он одет и обут. Руки обнимают что-то теплое и твердое. Чью-то ногу? Стив быстро садится. В голове плывет, но ситуация проясняется: он на диване в общей гостиной, и секунду назад он спал головой у Баки на коленях, одной рукой обнимая его ногу. Баки, слава богу, еще спит. Не успевает Стив это подумать, как Баки шевелится, хмурится и тихо стонет. Наверное, у него тоже трещит голова. - Мммм. Баки на секунду прикрывает правой рукой лицо, потом делает глубокий длинный вдох и приоткрывает глаза. - Стив, – бормочет он, хотя выходит больше похожим на «ств». Стив перебирается к изножью, чтобы можно было откинуться назад, не задев Баки ногу. Он все еще держится за голову и определенно не готов говорить. Я не хотел здесь засыпать, сказал бы он. У меня голова лопается, сказал бы он. Энтони Старк – прямая угроза человечеству, сказал бы он. Баки разминает шею и слегка перебарщивает – раздается громкое щелканье - Мннн. Перебросив ногу, он ставит ступни на пол, несколько раз вдыхает и хрипло смеется. - Ч…? – выдавливает Стив, прослеживая его взгляд. На журнальном столике большая бутыль аспирина. К ней прилеплен стикер – «ПРОСТИТЕ» почерком Брюса. - Воды, – объявляет Баки. Он крайне аккуратно встает, вращает плечами, потягивается. Стив отводит глаза от полоски голой спины, мелькнувшей между штанами и рубашкой. Некоторое время Стив пялится в пол – единственное занятие, причиняющее минимум страданий. Тихо звякают стаканы, журчит вода, босые ноги ступают по ковру. Когда перед носом возникает стакан, Стив с благодарным мычанием берет его, открывает аспирин, вытряхивает слишком много таблеток и протягивает бутыль Баки. Таблетки проходят сухо, противно, вода почти не помогает. - Чувствую себя дерьмово, – говорит Баки, проглотив свою долю, но, как ни странно, голос у него счастливый. - Ты всегда лучше справлялся с похмельем, – брюзжит Стив. Допив воду, он встает налить еще. Баки хмыкает и прислоняется к стене. На кухне бардак, но ничего непоправимого. Коробки из-под пиццы – пустые или с парой кусков, не стоивших того, чтобы прятать их в холодильник. Бутылки. На кухонной стойке зияет чистое пятно. Что-то прямоугольное – его скетчбук с торчащими на манер закладок бумажными полотенцами между листов. Заходит Баки. Тяжело опираясь локтями на раковину, он наполняет собственный стакан. Ты оставил его снаружи, сказал он тогда. И теперь Стив помнит: дождь, Баки, убежавший посреди вечеринки. Он смутно помнит, что нечто подобное случалось прежде, в детстве. Был дождь, альбом по какой-то причине не унесли в комнату, и с тех пор он толком не закрывался из-за покоробившихся страниц. Стиву кажется, он помнит, как расстроился тогда Баки. Рядом становится тепло – левая рука Баки задевает его, обманчиво живая. Баки пьет, ставит стакан и тянется к скетчбуку. Это странно. Несмотря на всю их близость, Стив не помнит, чтобы Баки когда-либо притрагивался к его рисункам без разрешения. - Мне нравится… – Баки переворачивает несколько листов и убирает полотенце. – Вот этот. Он тыкает пальцем в натюрморт из фруктов, и у Стива останавливается сердце. Баки снова наливает воды и молча уходит, скорее всего к лифтам и в свою комнату. Стив не двигается. Под наброском несимметричного блюда, груши, апельсина, яблока и персиков – скетч, который Баки не мог, никак не мог не заметить. Глава 35 Стив начинает долгий сложный процесс убеждения самого себя, что все хорошо и его опасения чрезмерны. Не обнаружилось ничего особенно ужасного. Баки даже об этом не упоминает. Возможно, ему все равно, или он вообще выкинул все из головы. Самое лучшее – вести себя так, будто ничего не случилось. Стив старательно подавляет панику. На телефоне сообщение от Сэма. Трехчасовой давности. Сэм Уилсон: ушли на похмельный бранч, будем через пару часов Стив Роджерс: И что я натворил, чтобы заслужить отлучение? Сэм Уилсон: чувак. БРЮС ПЫТАЛСЯ ВАС РАЗБУДИТЬ. Сэм Уилсон: было оч прикольно ** Стив принимает долгий горячий душ, пытаясь размыть каменную глыбу, которая поселилась у него в голове. Душ немного помогает. Стив все еще чувствует себя странно, но уже не так заторможен, впрочем, четко думать по-прежнему не получается. К тому же он все еще силится отогнать мысли о вещах, которые не в силах контролировать. Он выходит, вытирается, переодевается и решает проверить, не дотянули ли какие-нибудь остатки пиццы до холодильника. Кое-что и правда дотянуло, но Баки успел расправиться почти со всем. - Я только что принял самый долгий душ в жизни, – объявляет Баки, великодушно придвигая Стиву три куска с ветчиной и ананасами. Волосы у него все еще влажные, одна длинная прядь курчавится на лбу. – В будущем горячая вода никогда не кончается? - В нормальных домах – кончается, – Стив садится напротив Баки и шире открывает коробку, чтобы использовать крышку в качестве тарелки. Его мать не гордилась бы сегодняшними манерами сына. - Мм, – Баки, жуя, левой рукой взлохмачивает себе волосы. Стив наблюдает за его лицом, выискивая признаки... чего-нибудь. Баки замечает. - Координация лучше? - Угу, – Баки шевелит каждым пальцем по очереди и делает знак, который Стив узнает из Стар Трека. – Нужно время. Сложив кусок пиццы пополам, Стив медленно жует, слишком поздно осознавая, что во рту будто лошади ночевали. Ну и ладно. ** Тони, Брюс и Сэм возвращаются с контейнером, от которого пахнет теплым сиропом. Внутри оказываются самые пышные блинчики, которые Стив когда-либо видел. Баки делится ими с большой неохотой. - Вкусно, – хвалит он с полным ртом. Тони, кивнув, лениво падает на диван. От него пахнет мимозами. Стив оглядывается. - Где все? - Джейн и Дарси увели Тора на завтрак, потом, думаю, собирались в лабораторию, – Брюс разгибает пальцы. – Т’Чалла прислал сообщение, благодарит за хорошую компанию, но ему надо сделать что-то в посольстве, а потом встретиться с другом. Пеппер работает. Где Питер, я не знаю. - У Питера экзамен через полчаса, – Баки смотрит на часы на стене. Стив пытается выглядеть не слишком изумленным тем фактом, что он в курсе и запомнил. - Ладно, Питер в университете. Это все? - Клинт и Наташа, – вспоминает Сэм. Вся комната понимает, что обоих недосчитались одновременно, и молча решает дальше эту тему не развивать. - Крылья? – напоминает Сэм Тони. - О, - Тони жестом привлекает к себе внимание. – С тех пор, как испытание костюмов оставило часть моей собственности на различных стадиях разрушения, возможно, появилось, а может, и нет, правило, что полетные тесты в Башне проводить нельзя. Так что за бранчем я сказал Сэму – как насчет карьера? Устроим маленькое путешествие. Ехать всего час, тихо, спокойно, никого вокруг, никакой драмы. Возьму с собой костюм и присмотрю, чтобы все прошло как надо. Сэм поднимает брови, подразумевая: «Пеппер наложила на эту хрень вето, и я за». (Стив успел понять, что у Сэма – и его бровей – бывает специфическая манера общаться). - Ты, наверное, весь в предвкушении, – говорит Стив. Сэм широко улыбается. Он в предвкушении. Баки садится. - Мне можно с вами? Все взгляды устремляются на него. Баки моргает, понимая, что от него ждут объяснений. - Когда-нибудь мне придется выйти наружу, это будет хорошая практика… появиться где-то, где не надо… ммм… носить цифровую маску или… общаться с незнакомыми людьми. Стив смотрит на Сэма, потом – на Тони и Брюса, и все пожимают плечами. Баки осторожно улыбается, будто примеряя на себя это выражение. - Мне надо помочь Джейн в лаборатории, а вы развлекайтесь, – Брюс машет на прощание и исчезает в коридоре. Тони хлопает в ладони, довольный. - Джарвис! - Сэр? - Скажи в кухне, пусть приготовят пару сэндвичей. Отправляемся на пикник. ** «Пара сэндвичей» оказывается дюжиной. Плюс упаковка газировки, бутылка искристого сидра, свежая клубника и четыре бутыли воды. Стив понятия не имеет, где они достали клетчатый плед и корзинку, но это не самая странная вещь, которая может появиться в Башне. Тони забрасывает все в багажник Ауди с откидным верхом, туда же отправляются набор инструментов, чемоданчик с костюмом, новые крылья Сэма. - Ружье! – объявляет Сэм и поясняет: – Это значит, что я рядом с водителем, а не то, что мне… - Знаю, Уилсон. - Я на всякий случай. Сэм садится. Баки наполовину застегивает толстовку, смотрит вперед, на дверь гаража, словно мысленно готовясь к тому, что скоро придется оказаться за ней, и влезает позади Тони. ** - Новая рука ведет себя хорошо? - Да, спасибо, – Баки вытягивает левую руку, задумчиво глядя, как пальцы сгибаются один за другим. – Все нормально. - Отлично, – Тони выруливает на левую полосу и прибавляет скорость. Волосы Баки начинают разлетаться на ветру. Поморщившись, он достает из кармана джинсов резинку и левой рукой, отточенным практикой движением, собирает волосы в хвост. Стив молчит, улыбаясь сам себе. ** Тони демонстрирует охране какое-то удостоверение. Баки в это время, набросив капюшон и пригнувшись, делает вид, что завязывает шнурки. Все хорошо. Когда они вернутся домой, Тони, наверное, даже записи с камер удалит. Стив знает, что, несмотря на всю кажущуюся болтливость и легкомысленность, Тони пришлось стать тем еще параноиком, чтобы выжить. Одно из немногого, на чем они оба сходятся. На самом деле карьер не заброшен – только закрыт на день. Вдалеке краны, какие-то конструкции, все сдвинуто в сторону, чтобы не мешать. Баки садится прямее, рассматривает подобие каменистого высохшего русла. Оно футов восемьдесят в ширину и очень, очень длинное. «Берега» неровные, загроможденные, а середина, около сорока футов, плоская. - Опасно, если он приземлится неправильно, – медленно говорит Баки. Сэм ухмыляется. - Я всегда приземляюсь правильно. - Даже когда я вырвал тебе крыло? - Если бы я неправильно приземлился, слег бы с гипсом на обеих ногах. Баки, подумав, кивает. Припарковавшись, Тони выпрыгивает и вытаскивает из багажника инструменты. Сэм достает снаряжение Сокола. Баки, решив помочь, берется за корзину. Выбрав место на большом плоском камне с хорошим видом на карьер, он расстилает плед и устраивается удобнее: цепляет на нос солнечные очки и скрещивает ноги в лодыжках. - Хорошо устроился, Барнс? – Сэм надевает «рюкзак» на спину, двигает плечами, застегивает что-то. - Жду начала воздушного шоу, – Баки смотрит на Стива, спокойно, но как-то ищуще. Изучающе. – Ты идешь, или ты теперь тоже летаешь? ** Тони взлетает футов на пятьдесят над центром карьера. Баки следит с интересом. Крылья Сэма разворачиваются впечатляющим полотном красного и серебряного. - Не помню, чтобы они были красными, – замечает Баки. - Все, до чего Тони дотрагивается, становится золотым. Или красным. Или тем и другим, – вздыхает Стив. Впрочем, смотрится красиво, не поспоришь. Да и Сэм выглядит очень довольным. Он в мгновение ока отрывается от земли, набирает высоту, выгнувшись назад, делает петлю, пикирует вниз и снова взмывает, не долетев до дна карьера каких-то десяти футов. Тони наблюдает, Стив видит, как шевелятся его губы – вероятно, он разговаривает с Джарвисом. - Ну как они? – зовет Тони, голос слегка отдается эхом. Сэма трудно разглядеть – слишком высоко и солнце бьет в глаза. Но каким-то образом Стив знает, что Сэм счастлив. Махнув ногами, он проносится над корзиной, заставляя обоих рассмеяться, потом летит прямо в Железного Человека, затормозив только в двух футах. Двигатели компенсируют, позволяя ему зависнуть в воздухе. - ИЗУМИТЕЛЬНО. Глава 36 Испытания длятся чуть больше часа. Тони был прав – никаких помех отыскать не удается. Они даже замеряют, как быстро система перезагружается после воздействия электромагнитных импульсов. На это требуется всего четыре короткие секунды, причем крылья остаются раскрытыми, позволяя Сэму планировать. - Ты гений, – говорит Сэм. Тони соглашается и делает бочку. Баки наблюдает с интересом, но продолжает кидать взгляды на Стива – долгие, любопытные. Стив не может заставить себя смотреть в ответ. Краешком глаза он видит длинные каштановые пряди, растрепанные на ветру, и устремленные на него голубые глаза, пытающиеся что-то выяснить. Он уверен, что знает, что Баки силится понять, так что старается держаться как ни в чем не бывало – сражается с румянцем, ползущим от шеи, и подбивает Сэма подняться выше. Позже он будет не раз укорять себя за то, что вообще позволил себе рисовать Баки и втянул себя в этот бардак. Пока он просто пытается сосредоточиться на контроле. - Так что осталось прежним? Стив вскидывает удивленные глаза. - А? Баки пожимает плечами. Он не смотрит ни на Сэма, ни на Тони – разглядывает облака, покусывая нижнюю губу. - Не знаю. Рестораны, магазины… Все изменилось? - А, – Стив дает себе время подумать. У него давно заготовлены ответы для людей, которые спрашивают, что в будущем стало по-другому и что его поразило. Но честно отвечать кому-то, кто по себе знает, что имеется в виду… - Десегрегация, разумеется. Еще из-за инфляции все стоит целое состояние, по крайней мере, возникает такое впечатление. И торговые центры. По сравнению с некоторыми из них старый Универмаг Мэйси выглядит крошечным. Баки восхищенно присвистывает. Стив смеется. - И… гораздо больше всякой еды, как ты уже, наверное, заметил. - Китайская кухня, – с благоговением говорит Баки. - Порции сделались больше… Путешествие самолетом сейчас обычное дело, так что туристов прибавилось. Кинотеатры… Там уже не крутят новостные сводки перед сеансами, только рекламу или трейлеры. И фильмы в нескольких сериях показывают редко. Разговор прерывается, потому что Тони начинает «атаковать» Сэма слабыми лучами репульсоров. Сэм уворачивается, осыпая его впечатляющим дождем издевок. - Парки? – спрашивает Баки. - Может..? А, да. Парки, думаю, остались прежними. Дети, родители, животные. Появились фрисби. Баки хмыкает. - С фрисби я справлюсь. - Не сомневаюсь. На самом деле Стив не стал бы с полной уверенностью утверждать, с чем Баки справится, а с чем нет. Но сегодня он, кажется, вполне общителен и открыт новым впечатлениям, так что Стив не намерен его останавливать. У Стива на уме целый список мест, которые он, Сэм и Наташа обрыскали поблизости от Башни, и куда можно было бы наведаться днем, не опасаясь слишком громкого шума или толпы. Однако он не собирается озвучивать эти идеи, пока Баки открыто не попросит. Снова тишина. Баки ерзает на покрывале, вытаскивает руки из-под головы и возится с застежкой толстовки, дергая ее туда-сюда. - А ты что любишь делать снаружи? - Снаружи? - Да. Вне Башни. Застежка скользит на дюйм вверх, потом вниз, снова вверх. - До того, что случилось в Вашингтоне, я ходил бегать по утрам. Баки молчит – явно ждет, что он, рассказав, что делает по утрам, перейдет ко дню, но сказать нечего, и Стив собирается с мыслями. - ЩИТ отнимает много времени, – пожимает он плечами. – Операции. Поездки. - Угу, – Баки не выглядит убежденным. – Выходит, в будущем столько нового, а ты только тренируешься и сражаешься. - Я навещаю Пегги, – говорит Стив, сам не зная почему. Баки рядом стихает, рука останавливается на застежке. - Наташа говорит, что она мм… – Баки подбирает слова, – что ее память становится хуже. - Альцгеймер. Она помнит меня, но иногда не узнает медсестру, которая ухаживает за ней пять лет… И каждые пять, двадцать минут ее кратковременная… – Стив не знает, куда делось слово «память», затерялось где-то в горле, которое сжимается слишком быстро. Он встает, идет к машине и некоторое время перебирает напитки. Берет две бутылки воды. Когда он возвращается, более или менее взяв себя в руки, то протягивает одну бутылку Баки, другую открывает себе. ** Баки выглядит задумавшимся, пока Тони и Сэм не приземляются перекусить. Теперь он снова улыбается, изредка шутит. Если Сэму и Тони кажется, что он примеряет образ… себя, они об этом ничего не говорят. - Было три с ветчиной и сыром. Ты уже съел два. - Да, и третий хочу, – Баки смотрит на Стива с гротескной серьезностью, заставляя Сэма рассмеяться. Стив невозмутимо разворачивает третий сэндвич, и Баки фыркает. - А ведь когда-то мы были друзьями, Роджерс. - Да, были, и вот ты пытаешься вытащить у меня еду из рук и оставить эту пакость с авокадо. - Чем тебе не нравится авокадо? – Баки пытается выхватить сэндвич, но Стив уклоняется. - Вот и ешь его, а мне оставь этот. - Сейчас я не хочу авокадо. - Дети, – бросает Тони, глотая игристый сидр из бутылки. – Двадцатилетние дети. Или девяностолетние. Сэм ухмыляется. - Знаешь, Старк, если вся твоя затея с изобретательством когда-нибудь рухнет, сможешь вкладываться в фуд-траки, которые будут кататься за этими двоими. Баки хмурится. - Фуд-траки? Это как фургоны для доставки продуктов? – он делает выпад за сэндвичем, пока Стив, по его мнению, не смотрит, но безуспешно. В конце концов, Стив садится подальше, чтобы поесть спокойно. - Помнишь, я как-то приносил фалафель? – спрашивает Сэм. Глаза у Баки расширяются почти до невозможности. - Да. - Фуд-трак. И Сэм принимается объяснять про автокухни, окна раздачи, и как часто владельцы пользуются твиттером, чтобы рассказать людям, где их искать. - И эти штуки есть везде? - Нет, нет. Только в больших городах. - Значит, здесь. - Здесь точно. - Кухня тети Кима, хоть название и хромает, подает о-о-о-чень вкусного запеченного лосося, – Тони играет бровями. – Если хочешь, возьму тебя как-нибудь. Сэм изображает подчеркнуто ровное выражение лица, а Стив затаивает дыхание. - Думаю, мне нравится лосось, – говорит Баки. На его лбу появляются морщины – он пытается дотянуться до чего-то далекого, особенного. - Стив? - Иногда твоя тетя приезжала в город и готовила его. Тебе нравилось. - Хорошо, – Баки кивает, поверив на слово. – Когда-нибудь… скоро. Мы пойдем. И… Смешливая бравада иссякает. Баки снова кивает с напускной беззаботностью, тянется за бутылкой и пьет воду. ** - Знаешь, ты не обязан, если не чувствуешь себя готовым. Баки вскидывает голову, подбирая слова, и, кажется, понимает, что Стив нарочно говорит едва слышно. Плюс ветер, свистящий в ушах. Сэм и Тони наверняка не услышат. - Ага, – Баки жует губу, рука тянется к застежке толстовки. – Просто. Я же не могу… Надо когда-то начинать становиться нормальным. - Ты… Ты и так делаешь большие успехи. Постоянно. Твой врач говорит, что теперь тебе нужен сеанс дважды в неделю, а не через день, верно? Это же здорово. Не дави на себя слишком сильно. Баки, кажется, неуютно – то ли по этому поводу, то ли из-за чего-то другого – так что Стив, решив не заострять внимание, сосредотачивается на линии горизонта. Сейчас, наверное, четвертый час. Он некоторое время не проверял телефон. - Я хочу… Мне надо принимать решения. Надо доказывать, что я могу. Тебе не надо ничего никому доказывать, хочет сказать Стив, но боится, что голос подведет. ** Стив Роджерс: Если его неожиданная готовность покинуть Башню волнует меня в том смысле, что я думаю, будто он пытается на некоторое время от меня избавиться, это ведь беспричинная паранойя, правильно? Сэм Уилсон: дддддд Стив Роджерс: не понимаю. Сэм Уилсон: это значит очень решительное «да» Глава 37 Баки начинает себя пересиливать, и Стиву приходится подавлять тихую тревогу, копошащуюся в затылке. Он волнуется, что Баки надавит слишком сильно и спровоцирует ухудшение, или что он оступится и огребет себе проблем. Стыдно, но даже больше Стив страшится, что у Баки все получится, он снова станет независимым человеком и решит убраться куда подальше. Баки ни разу не сказал ничего о рисунке – и о своих подозрениях – но Стив до сих пор чувствует на себе долгие изучающие взгляды и каждый раз упорно не замечает их, отказываясь клевать на приманку. Раньше Стив боялся, что Баки никогда не будет говорить больше десяти слов в день, не сможет оставаться наедине ни с кем, кроме него, Сэма и Наташи. Однако круг доверенных лиц растет и ширится, Баки провел минимум дюжину тренировок с Питером, шесть или семь – с Пеппер, и ничего плохого не случилось. Стив привык к немногословности и был так благодарен, что Баки говорит хоть что-то… Приходится признать, он никогда не замечал или не уделял достаточно внимания тому, чего Баки не делал. А Баки начинает проявлять интерес к чужим историям, спрашивать о деталях, уточнять. Иногда он спорит – пусть и тихо. Первый раз, когда он возражает Тони, шокирует Стива, потому что до него только сейчас доходит, что Баки не делал этого раньше. (Сэм дразнит Баки чаще, и тот реагирует – добродушно в хорошие дни и с неприкрытым раздражением в не очень хорошие. От второго Стива коротит, в глубине живота поселяется жуткое ощущение, что Баки и прежде умел злиться или раздражаться, но скрывал это из страха кого-нибудь испугать.) Баки спрашивает Клинта, где и зачем тот научился стрелять из лука и участвует в дружеском споре «луки против огнестрельного оружия». Как-то утром Джейн наблюдает за тестами на планшете, и Баки просит объяснить ему. Обнаруживается, что близкое общение с Тором научило Джейн отлично растолковывать сложные вещи простыми словами: спустя полчаса Баки хоть и оказывается несколько замороченным, но худо-бедно разбирается в М-теории. ** Тренировки с Питером набирают темп. Когда дело доходит до рукопашной, движения обоих становятся несколько размытыми. Брюс, который из них всех наименее подкован в драках, часто наклоняется спросить Стива, как Баки вывернулся из той или иной хватки, коснулся резиновый тренировочный клинок руки Питера или нет. Стив всегда рад объяснить и разобрать движения, занявшие долю секунды. Однажды, выходя из зала в туалет, он замечает, что Пеппер заняла его место рядом с Брюсом и имитирует удушающий захват, в который Баки взял Питера, объясняя, как тот вывернулся. ** На одной из тренировок Питер выскальзывает из хватки Баки, упирается руками в мат и с силой выбрасывает ноги. Баки отлетает на несколько футов, тяжело падает и хватается за челюсть. Питер в панике подскакивает. - О господи… боже… боже мой… Простите, сержант Барнс, мне так, так жаль, я не подумал, я… - Отличный удар, – Баки улыбается, показывая окровавленные зубы. – Больше не думай. ** Идут дни. Наташа обдумала идею Тони с фуд-траком и переиначила ее в небольшое путешествие с конкретной целью – добраться до какого-то определенного магазина (Стив никогда о таком не слышал) и купить себе обувь. Баки ничего не остается, как идти с ней и пережить этот опыт. (Клинт уверил Стива, что Наташа – необыкновенная женщина, которая тратит на шопинг совсем мало времени. Она подыскивает модель заранее, примеряет около пяти пар, проверяет, крепкие ли каблуки, и в итоге все занимает минут двадцать.) Они отправляются за полчаса до закрытия, и Стив усердно игнорирует намеки Клинта о своем чрезмерном волнении. Когда оживает телефон, Стив совершенно точно не роняет пульт в попытке как можно быстрее его схватить. НОМЕР НЕИЗВЕСТЕН: он отлично выглядит в ботинках Стив Роджерс: Я думал, вы шли покупать обувь тебе. НОМЕР НЕИЗВЕСТЕН: боги шопинга непредсказуемы, их решения не оспариваются. - Она будет поздно? – спрашивает Клинт, не интересуясь, кому Стив пишет. Стив выгибает бровь. - А что, у вас свидание? Клинт мычит что-то неразборчивое. Тайна продолжает оставаться тайной. ** - Это и еда, и танец, – говорит Наташа в лифте прямо перед тем, как двери открываются. Стив прямее садится на диване, радуясь, что Клинт ушел, а вместо него тут Джейн с планшетом и Дарси, играющая в Flappy Bird на телефоне. - Как все запутанно, – тихо отвечает Баки, больше похожий на себя прежнего… больше, чем месяц назад. Он огибает угол – смотрит в пол, но собран и невредим, разве только имеет несколько нервный вид, что случается, когда впечатлений оказывается слишком много. Руки у Баки засунуты в карманы, с каждого запястья свисает по большой коричневой бумажной сумке. Джейн машет. Дарси отрывается от телефона, и ее будто физически тянет к сумкам. - Мы ходили за покупками, – сообщает Баки, будто это не очевидно. Дарси выскальзывает из кресла, устраивается рядом со Стивом на диване и тянет руки. Неуверенно дернув ртом, Баки все же ставит перед ней обе сумки и смотрит, как Дарси принимается в них копаться. - Шпильки. Баки, ты такой непредсказуемый. Его глаза сужаются. - Это Наташины. - Так и думала. Слишком маленькие, – Дарси со вздохом возвращает туфли в коробку и берет вторую. Баки смотрит на Стива. - В самом деле бывает танец сальса? - Сальса, да, – улыбается Стив. Ему не хочется признаваться, но внутри он рад, что Баки продолжает обращаться с вопросами к нему. Стив знает о будущем меньше всех, но, по-видимому, все равно остается самым надежным источником. - Очень быстрый танец. Тебе бы понравилось. Немного похож на свинг. Джейн отрывается от планшета. - Баки танцует свинг? - Танцевал, – Баки ерошит себе волосы, пожимает плечом и стаскивает свитер через голову. Футболка при этом задирается до половины, и Стив как всегда старательно смотрит в телевизор и ни в коем случае в сторону Баки. Он уже возвел это умение практически в ранг искусства. - Стив, а ты? – Дарси достает пару мужских мотоциклетных ботинок и со злодейской улыбкой делает Наташе гримасу, смысл которой Стив не улавливает. - Трудно найти партнершу для танцев, когда ты на голову ниже всех твоего возраста, – Стив поспешно меняет тему. – Кажется, сальса появилась в Нью-Йорке. Джарвис? - Вы правы, сэр. Над телевизором возникают экраны, демонстрирующие примеры танца. На женщинах яркие платья, открывающие спины, мужчины одеты очень строго. Баки следит за движениями их ног. - Ты это умеешь? – спрашивает он. - Да, – отвечает Наташа. Баки кивает на шпильки. - В этих? - Без высоких каблуков такие танцы не танцуют, Барнс. Наташа чуть вскидывает подбородок – ее вариант самодовольства. Баки, впечатленный, присвистывает, и смотрит, как Дарси разворачивает пару фиолетовых лодочек. - Тоже слишком малы для тебя, – говорит она Баки, и тот закатывает глаза. – Нат, у тебя отличный вкус. - Спасибо, – улыбается Наташа. ** Клинт возвращается, и все рассаживаются на диване за игрой, которую Дарси называет «Ютьюб Энди Уорхола». Они просят Джарвиса показать что-нибудь, потом переходят от этого видео к другому, а от другого к третьему, собирая несколько экранов сразу. Стива удивляет, что Баки не просто остался, но и принимает участие в двух видах социальной активности без перерыва. Судя по всему, держится он хорошо, пусть и выпадает из реальности время от времени. Но стоит Джейн попросить показать прочие танцевальные стили, как Баки немедленно подбирается. - А это который? - Вог, – отвечает Дарси. – Вообще-то, его придумали трансвеститы. - Трансвеститы, – вклинивается Стив, – это… - Я знаю, – обрывает Баки. – Сэм мне все объяснил. - Все? – повторяет Джейн, не скрывая любопытства. - Какими сейчас бывают люди, – Баки снова ерошит себе волосы, все то же нервное движение, что и семьдесят лет назад. – Ну, или всегда были, но не могли сказать. - Странно тебе сейчас, наверное, – говорит Дарси. – В смысле, в твои дни все это было типа супертабу. Дарси примеряет мотоциклетные ботинки Баки. Они выглядят несколько слишком свободными. Скривив губы, Баки некоторое время демонстративно смотрит на экраны. Стив молчит, разглядывая пустое поле для смс в телефоне. - Я думаю, это хорошо, – говорит он, наконец. Воцаряется неловкая тишина: никто не знает, развивать ли тему дальше. - Удобные, – подает голос Дарси, вытягивая ноги. Баки все-таки замечает и окидывает ее по-настоящему раздраженным взглядом, от чего Дарси пробивает на хихиканье. ** Питер является к ужину, который Клинт в шутку называет «семейным» (у Стива предчувствие, что название приживется). Он приносит запеканку и разогревает ее в духовке, пока Брюс делает что-то очень вкусно пахнущее из киноа. А Баки временно отлучают от кухни, потому что он всюду сует нос, все нюхает и задает слишком много вопросов. - У нас такого не было, – почти хмуро поясняет он за столом. Пеппер не может удержаться от смешка. Пытается спрятаться за свой вездесущий ноутбук, но не особенно преуспевает - Надо взять его в продуктовый. Напугать до смерти карамболой и киви. У Тони ужасные идеи. - Это ужасная идея, – сообщает ему Стив. Наташа объясняет Баки, что супермаркеты очень ярко освещены, большие, часто шумные… что-то в этом роде. Познания Стива в русском растут, но не так стремительно. - Надо заняться новыми танцами. Это можно и дома сделать, – Дарси смешивает мороженое с каким-то совершенно особенным и совершенно бессмысленным вкусом. - Танцами? – повторяет Питер. Сообразив, что мешает Брюсу, он перебрался на потолок. Даже такая кухня не слишком подходит для работы одновременно трех-четырех человек. - Все, что появилось после сорок пятого года, – уточняет Джейн. Тор рядом с ней хмыкает. - Я находил забавным «Гангнам Стайл», но Дарси убедила меня, что она уже не столь популярна. Питер широко улыбается. - Сержант Барнс, я просто обязан научить вас танцевать хип-хоп. - О-о-о, – тянет Сэм с улыбкой, а Стив со стоном закрывает лицо руками. – Эй, Стив, что такое? - Старая история. Девушки каждый раз рвались научить Баки какому-то новому танцу, о котором узнали в городе, и он был для меня потерян. Баки тоже смеется. Видно, что он помнит. - Они похищали меня, Стив. Стив обращает мученический взор на Наташу, которая, по его мнению, с наибольшей вероятностью хотя бы притворится, будто сочувствует. - Бедняга. Похищенный прекрасными женщинами, которые заставляли его покупать им напитки и развлекать их разговорами до утра. - Я всегда пытался отослать кого-нибудь к тебе, – напоминает Баки, отвлекаясь на поднос, который Сэм достает из духовки и ставит в центр стола. Там зеленые бобы и брокколи. Тор с наслаждением вдыхает аромат. - Благородная попытка с твоей стороны, Баки. Питер, как там запеканка? Питер паутиной подтягивает к себе на потолок кухонные часы. - Еще две минуты. - После ужина танцы! – объявляет Дарси и оглядывается посмотреть, куда девалась ложка. (Ее стянул Питер.) ПРИМЕЧАНИЕ: Загадочный десерт Дарси называется «хлеб-мороженое»: https://www.youtube.com/watch?v=gifcJIz4Tas Глава 38 Большинство еще заканчивает то, что, по настоянию Дарси называется «хлеб-мороженое», когда Сэм приглашает Пеппер на середину помещения. - Надо подавать хороший пример старшим гражданам, – серьезно говорит он, что-то выбирая на предоставленном Джарвисом экране. – Если мы оставим это на откуп Дарси и Питеру, они увидят только тверкинг и крампинг и запишут нас в сумасшедшие гедонисты. - Оба слова выдуманные, – говорит Стив без особой уверенности. - Я виню себя за твое невежество, – вздыхает Сэм, – но еще больше я виню всех тех в этой Башне, кто знает тебя гораздо дольше и не удосужился научить ничему важному о будущем. - Выходит, учиться, как пользоваться смартфоном, интернетом… – начинает Стив. Сэм обрывает его взмахом руки, другой нажимая виртуальные кнопки. Музыка звучит отовсюду, сперва тихая, чтобы никого не напугать, и Питер широко улыбается, счастливый и расслабленный в своем кресле, словно в мире все отлично. ** Научно усиленное виски магическим образом появляется вновь. Стив мудро ограничивается одним шотом. Баки по совету Джейн мешает свою долю с кучей всего. Они смотрят, как к Сэму и Пеппер присоединяются Дарси и Джейн, потом Наташа и Клинт. (Стив не знал, что Клинт танцует, но, с другой стороны, ни разу не видел, чтобы кто-то отказывал Наташе. Так что…) - А теперь «Partition», – объявляет Дарси, закончив с замысловатым набором движений, сопровождаемым беззвучным подпеванием певице. Пеппер машет руками, Тони смеется. Брюс двигает кресло ближе к Стиву, чтобы удобнее было смотреть. - Мне тебя жаль, – задумчиво улыбаясь, бормочет он. Стив отводит глаза от Клинта, который держит Наташу за бедра, и смотрит вопросительно. Брюс ухмыляется. - Когда они предложат тебе присоединиться, у тебя не будет хорошей отговорки. Сэм как нарочно указывает на Брюса. - Ну давай, дружище, где твое чувство веселья? Брюс складывает руки в защитном жесте, лицо его вдруг становится напряженным. - Я не… Знаешь, я сейчас чувствую себя немного… зеленым. Сэм ойкает и тут же отстает. Стив поглядывает на Брюса. - Зато у тебя всегда отличная отговорка в рукаве, – бормочет он, не скрывая зависти. Брюс молча улыбается в чашку. Баки, наклонив голову, кивает на Сэма. - Как это называется? - Тустеп, – Сэм крутит бедрами, выделываясь. Пеппер хихикает, к явному неодобрению Тони. – Он легкий. - Танцы будущего скучные, – объявляет Баки. Как, видно, и было задумано, Сэм воспринимает его слова как вызов, хватает Пеппер и делает более сложный комплекс, включая движение, которое вроде бы называется «волна». Вскоре на место Пеппер пробирается Дарси. Опустившись на корточки, она медленно поднимается, а Сэм смеется и по контрасту демонстрирует нечто сложное и быстрое. Баки ухмыляется, довольный результатом, откидывается на спинку кресла. - Рано или поздно тебя втянут, – предупреждает Тони. – Это неотвратимо. - Я знаю, дай мне еще понаблюдать. Вы, ребята, двигаетесь не так, как мы когда-то. Стив видит: он запоминает движения, отмечает, как одно переходит в другое. Баки всегда быстро учился таким вещам. - Но цель по-прежнему та же, – замечает Стив, и Баки улыбается во все зубы. - Наверстываешь упущенное? - Угу. Джейн жестом предлагает Питеру стать ее новым партнером. Тор, вместо того, чтобы ревновать, пользуется моментом и спешит в кухню, к остаткам хлеба-мороженого. ** - Иди сюда, – говорит Наташа Баки, и того, словно магнитом, вытягивает из кресла. Оказавшись, однако, перед ней, он мнется, не знает, куда деть глаза, и очень осторожно кладет руки ей на бедра. - Засмущался, Барнс? – подмигивает Клинт. - Я знаю, как, – ворчит Баки. – Просто думаю, что сделать, чтобы вы меня не обошли. Он просит Джарвиса повторить одно из видео, и песня сменяется. Стиву кажется, это турецкий. Баки оставляет несколько дюймов между собой и Наташей, его руки на нужной высоте, но он вращает бедрами и плечами, скорее красуясь, чем исполняя ведущую роль. Наташа по-кошачьи улыбается и отвечает движением, которое проходит от таза к груди, кружится, пока не оказывается в полуобороте от Баки, привлекая его ближе. Стив сглатывает. - Надо запомнить на будущее, – бормочет Клинт. Он тоже смотрит, потягивая пиво возле кресла Стива. - Движения? - Нет. Что его можно взять на слабо, – Клинт злодейски улыбается и прислоняется к стене. Когда песня заканчивается, Баки ходит по помещению, будто более или менее наслаждается вечеринкой. Стиву живо вспоминаются танцевальные залы 40-х – как Баки двигается и следует ритму, ведет девушек так, чтобы его не сочли распускающим руки, но и не заподозрили в игнорировании партнерш. Это очаровательно. Это соблазнительно, и Стив понимает, почему это нравится девушкам. По той же причине ему нравится, как Баки танцует… Качая головой, Стив исчезает в кухне и позволяет себе еще один шот. Потом заводит разговор с Брюсом. Питер учит Дарси какому-то па: ставит ноги так, будто сидит в седле, а руки его словно расчесывают волосы невидимой расческой. Дарси быстро подхватывает. - Ну ладно, я должна хотя бы увидеть, как ты пробуешь, – Пеппер протягивает Стиву руку. Говорит она достаточно тихо, чтобы другие не услышали и не начали подкалывать. Стив делает лицо в духе «пожалуйста, не заставляй меня», но Пеппер по каким-то причинам игнорирует. - Я не умею… - Я знаю. Все равно идем. И это же Пеппер, она так много дает и так мало просит взамен… Ожидая неминуемых взглядов, Стив пытается подняться как можно незаметнее. Для людей нет ничего интереснее, чем танцующий человек, который не умеет танцевать. Это нечестно. Музыка сменяется снова, звучит что-то легче, проще. Пеппер приподнимает руки, покачивается, и Стив видит, где надо взяться, но все кажется грубым, неуважительным по отношению к Тони. Пеппер, однако, принадлежит только себе, к тому же сама его попросила, так что Стив осторожно кладет ладони на ее тонкую талию и придвигается, надеясь замаскировать этим отсутствие таланта. Сэм одобряюще мычит где-то справа, и Стив чувствует, как к щекам приливает жар. Мне нравится тимбилдинг, если от него не хочется провалиться под землю, говорил Брюс несколько минут назад, и это самое чувство затапливает Стива с головой. Пеппер с улыбкой кладет руки ему на плечи и просто покачивается, делая маленькие шаги туда-сюда. Краем глаза Стив видит улыбку Джейн. Баки, который с ней танцует, останавливается. Стив пытается не краснеть. Он знает, что выглядит бревно бревном, но ничего не может с этим поделать. - Поттс, я освобождаю тебя от обязанностей, – Сэм ловко выдергивает Пеппер у него из рук. Та хихикает и позволяет Тору себя перехватить. Сэм спаситель, с облегчением думает Стив, но быстро понимает, что Сэм не ведет его к креслам, а просто танцует напротив. Однако танцевать куда проще, когда от тебя не ожидают никаких прикосновений, да и с Сэмом просто… легко, к тому же он слишком увлечен собственными движениями. Чувствуя, как расслабляются плечи, Стив заставляет себя улыбнуться и повторяет за Сэмом. У него даже что-то получается. - Тайна раскрыта, – говорит Клинт где-то позади. – Он умеет танцевать до тех пор, пока для этого не требуется слишком близко подходить к девушке. Сказано это добродушно, но Стив все равно ощущает укол. Впрочем, досада исчезает, когда он чувствует руку Клинта на плече – тот твердо толкает его налево, прямо в Баки, и сам встает перед Сэмом, спиной к груди, делая притирающееся движение, слишком интимное. Стив таращится чересчур долго, прежде чем понимает, что Баки поймал его за плечо и до сих пор не отпустил. - Ммм, – нерешительно говорит Стив, чуть отодвигаясь. Баки молчит и быстро поглядывает по сторонам. Стив тоже это видит: Сэм и Клинт так разошлись, что никто даже не заметил, как Стив и Баки встали в пару. - Это… это легко, – говорит вдруг Баки, берет Стива за запястья, приподнимает ему руки, ставит локти. – Не… не так, конечно, – он коротко кивает на остальных, потом показывает, как перемещать вес и двигать бедрами. Музыка медленная и волнующая, атмосфера делается какой-то не в меру чувственной. От Баки пахнет алкоголем, имбирем, лимоном и медом. Глаза темные. Вдруг Баки оказывается гораздо ближе, будто Стива притянуло невидимой нитью. То ли он сделал что-то неправильно, то ли так и должно быть, но все расстояние, которое Стив оставлял между ними, испарилось, и ему страшно дышать. Он не знает, как вежливо отодвинуться, не выдав себя, он так долго ходил по самой тонкой из яичных скорлупок, что не чувствует, как горят уши, не замечает, пока не отводит глаза от движущихся бедер, что Баки на него смотрит. - Я… – втянув воздух, Стив судорожно подбирает отговорку. – Я все еще… не слишком хорош в танцах, и… Выражение лица Баки меняется от изумления к сконфуженности, затем становится каким-то сложным, одним из его фальшивых лиц. Обернувшись через плечо, он говорит: - Мне надо отдохнуть, голова трещит. Стив, проводишь? - Чт… - Голова кружится, – бормочет Баки негромко, но так, чтобы его услышали. И Стив знает, что это работа на публику, и его паника оказаться выставленным напоказ сменяется паникой от надвигающегося разговора. Баки собирается разговаривать об этом. Баки тянет его в укромное место выяснить, какого черта с ним творится. Влекомый левой рукой Баки, Стив чувствует, будто они движутся одновременно слишком быстро и слишком медленно. Прочь от толпы. (Они что-то говорят? Выражают надежду, что Баки скоро полегчает? Уши у него будто чем-то заткнуты или полны воды, это ужасно, какую же ошибку он сделал.) К лифтам. Джарвис, не спрашивая, куда им надо, закрывает двери. Стив моргает на сдвинувшиеся створки, потому что этого он не планировал. Не мог. Он никогда не придумывал правдоподобных отрицаний. Просто старался вести себя обычно, не вызывая подозрений. Если Баки спросит о чем-то в лоб или прямо скажет, что он знает, Стив понятия не имеет, что ответить. ПРИМЕЧАНИЕ: Плейлист http://fieldbears.tumblr.com/post/88618321341/circling-back-chapter-38s-playlist Глава 39 Коридор кажется слишком длинным. Баки движется быстро, целеустремленно, и Стив заставляет себя шагать за ним – осужденный, следующий за своим палачом. Открыв дверь своей комнаты, Баки вталкивает туда Стива, входит сам и хлопает дверью. Стив вздрагивает – Баки морщится. - Стив, – начинает он, и Стив чувствует иррациональное желание оборвать его, хоть ему нечего противопоставить. Они все еще стоят около двери, и Баки теснит Стива к створке. - Прости, за что бы то ни было, – выдавливает Стив. - Нет, не извиняйся, не… Я не… Баки почти задыхается. Дыхание горячее. Виски, мед, имбирь, лимон. Фальшивый образ человека с ясной головой на плечах рассыпается, Баки выглядит расстроенным. - Баки, я понятия не имею, о чем ты. Дыши. Стива открыто информировали, что фразы типа «успокойся» мало помогают и вообще невежливые, так что он берет Баки за плечи, крепко, но не ограничивая в движениях. Если он сможет сфокусироваться на том, чтобы успокоить Баки, то, может, удастся игнорировать собственный парализующий страх. Баки однако нетерпеливо мычит и отталкивает его руки. - Я пытался ждать, пытался быстрее приходить в норму, я не знаю, что… В одну минуту я так уверен, а в другую снова сомневаюсь, и мне нужно… – рыкнув, Баки толкает Стива, чуть не пробив им стену. Стив дергается принять более устойчивую позу, отпихнуть, понять, что происходит, но Баки целует его, и Стив не может дышать. Рот у Баки мягкий, но настойчивый. Чувствуя касание зубов, зацепивших нижнюю губу, Стив отшатывается и стонет одновременно. Он чувствует, как Баки убирает руки, немедленно сожалея о потере прикосновения и тепла там, где тело Баки начинало к нему прижиматься. Тяжело дыша, Баки смотрит из-под ресниц потемневшими глазами. - Если хочешь, чтобы я остановился, я остановлюсь, – язык мелькает по нижней губе, будто бы преследуя остатки вкуса Стива. – Но я… Я хочу. Несмотря на шок, Стив достаточно осознает происходящее, чтобы поймать Баки за затылок и притянуть назад, прижимаясь и неуклюже целуя в ответ. Баки тихо, потерянно стонет, снова притискивая его к стене, возвращая приятное давление. Стив целует Баки до тех пор, пока ему не приходится отодвинуться, чтобы сделать вдох. Баки тоже хватает воздух, но все равно разочарованно мычит, притираясь к Стиву бедрами, от чего тот самым смущающим образом давится. - Стив, – рычит Баки. Собственное имя, произнесенное с таким голодом, кажется чужим. Стив улыбается, как бы пьяный, потому что это нереально, он все еще не уверен, что это по-настоящему. Протянув руку взять Баки за подбородок, он делает еще несколько вдохов и целует Баки в щеку, в линию челюсти, всюду, пока губы Баки не растягиваются в улыбке. - Я не знал, – бормочет Стив в теплую шею. Он чувствует толкающийся под кожей пульс, и это подхлестывает кипящее в нем желание еще сильнее. Свободной рукой он спускается по спине Баки к бедру, пальцы цепляются за шлевку джинсов, подтягивая еще ближе. Его бы воля – он оставался бы так до конца жизни. - Это потому, что ты болван, – шепчет Баки, снова поддавая бедрами. Застонав ему в рубашку, Стив позволяет отлепить себя от стены и вести к кровати. Когда он падает назад, то цепляется ногами за Баки. Они запутываются в конечностях и простынях, Стив дает оседлать себя, подтянуть выше, уложить так, как хочет Баки. Он невольно посмеивается, совсем тихо. - Чего смешного? – спрашивает Баки, и Стив улыбается. - Я просто… – он облизывает губы, тянется к поясу Баки (ему позволено дотрагиваться сейчас, если то, как трепещут у Баки ресницы, что-нибудь означает). – Счастлив. - Хорошо, – бормочет Баки. Глаза у него почти черные. Он тянется сомкнуть пальцы на рубашке Стива и легко разрывает ее. Стиву все равно. Рот Баки вездесущ: язык ведет дорожку от живота к груди, обводит сосок, заставляя Стива выгибаться и скулить. Так ново и так много, так недостаточно, совершенно недостаточно. Найдя плечи Баки, Стив сильно вжимает пальцы, а Баки опускается ниже, так, что не достать, и кусает туда, где выступает кость под кожей. Стив вскрикивает, но не останавливает его. Когда Стив смотрит вниз, Баки встречает его взгляд, глядит сквозь ресницы, и Стиву приходится откинуть голову, чтобы не потерять контроль окончательно. Баки ждет несколько секунд, убеждаясь, что Стив не передумал, и возвращается вверх цепочкой поцелуев, заканчивающейся на горле. Он посасывает кожу, оседлав Стиву бедро так, что тому, пожалуй, слишком хорошо. Стив упирается ступнями в матрас и приподнимает бедра, поворачивает голову, давая Баки больше места. - Черт побери, Стив, – Баки прижимается к нему, и Стив чувствует это, горячую твердость напротив бедра, доказательство того, как Баки сильно его хочет. Издав тихий беспомощный звук, Стив тянется за ртом Баки, настигает его снова, пытаясь постичь вкус. Рука Баки двигается по телу Стива: бицепсы, грудь, бедра – и, наконец, начинает возиться с пуговицей штанов. Стив почти уверен, что должен что-то сказать, и оказывается, что он прав, потому что пальцы Баки, добравшись до ширинки, останавливаются, дождь поцелуев замедляется и, наконец, иссякает. Один последний барьер. - Да, – выдыхает Стив ему в рот. – Да. Все. Да. Стив имеет представление, на что соглашается, но он никак не мог ожидать такого выражения на лице Баки, как расширяются его глаза и вспыхивает кожа. Баки стремительно сдергивает со Стива штаны и белье и берет член в руку. Бедра Стива дергаются так, что он чуть не сталкивает Баки с кровати. Баки посмеивается, язык мелькает по нижней губе. Он смотрит на член Стива, примериваясь. Стив знает, что сейчас будет, но не может полностью поверить – Баки наклоняется и берет его в рот. Мокро, тесно и невозможно горячо. У Стива вырывается поскуливание, бедра снова толкаются вперед, пока две сильные руки не прижимают его к постели. - Баки, – выкрикивает он, чувствуя напряжение в животе и ниже, сворачивающееся клубком тепло. Ничто, что он раньше испытывал, не сравнится с этим. И когда Баки отпускает и пробегает языком по стволу, Стив задыхается. - Я хочу, – бормочет Баки между движениями языка, рука ласкает уверенно, но мучительно медленно, – чтобы ты кончил. Не сдерживайся… Просто… Баки стонет и двигает бедрами (трется об кровать, понимает Стив), снова высовывает язык, ловя капли выступившей смазки. – Хочу сейчас. Не хочу долго, хочу делать это снова и снова, с тобой, хочу… Он сбивается, когда Стив садится, цепляет его за локоть и подтаскивает выше, чтобы достать до молнии джинсов. Хохотнув, Баки помогает, перекатывается на бок, избавляется от одежды. Стив снова затаскивает его на себя и целует. Шарит руками по коже, на которую еще не успел отвлечься. Она жаркая и гладкая. - Что еще? – выдавливает Стив между вдохами, потому что слова неожиданно делают происходящее гораздо более заманчивым и реальным. Баки смеется и прилаживается к нему бедрами. Стив стонет, выгибается, открывая горло. - Что хочешь. Скажи мне. Это почти мольба. - Хочу знать все, что тебе нравится, – выдавливает Баки, – и давать это тебе. Каждую ночь. Стив поскуливает, дрожа, закрывает глаза. - Хочу наверстать упущенное, – добавляет Баки. – Не лед. Бруклин. Все те разы, когда я был слишком глуп, чтобы прижать тебя к стене и расцеловать, все те разы, когда мы ложились в кровать, не прикасаясь… Господи, Стив. Баки приподнимает его, давая возможность опереться, и работает бедрами, пока не становится слишком хорошо, и Стиву приходится предупреждающе стиснуть ему плечи. - Да, – выдыхает Баки, движения делаются беспорядочнее, но быстрее. Стив выгибается и, наконец-то не думая, забирает оба члена в ладонь. Разрядка наступает почти сразу. Баки кончает вскоре после него – тело напрягается, семя заливает Стиву пальцы. У Стива горят легкие, словно он не может вдохнуть достаточно воздуха так быстро, как хочется. И когда Баки скатывается с него, он подрагиваюшей рукой хватает его за плечо, уговаривая себя, что Баки никуда не уходит. Баки и не уходит. К тому времени, как Стиву удается успокоиться, перекатиться на бок и свернуться вокруг Баки, тот уже спит. Глава 40 Стив просыпается, потому что Баки слабо пихает его в грудь. - Стив. - Мммм. - Стив, мы отвратительны. - Нет, – машинально говорит Стив, потому что он на самом деле не слушает и потому, что хочет только завалиться спать дальше. Голое бедро Баки прижимается к его боку, теплое, твердое. Баки выворачивается из его вялой со сна хватки. - Стив. Стив открывает глаза. Он уверен, что сейчас середина ночи, и когда он пытается приподняться, чтобы понять, о чем речь… Баки в его постели, голый, и воспоминания начинают приходить в дымке чувственной памяти. Стив садится быстрее, гримасничая от стягивающего ощущения на животе. Засохшая сперма. - О, – говорит он, глядя вниз. Простынь слегка царапает кожу. Это… смущает, даже притом, что не весь этот бардак натворил он. - Ага, – тихо говорит Баки, рассматривая собственную грудь. Она тоже выглядит не слишком чистой. – Я не могу заснуть. Сосредоточиться на чем-то трудно, потому что Баки все еще голый и все еще в его кровати. Даже спросонья он красивый, думает Стив, позволяя взгляду путешествовать вверх – теперь, наконец, можно. Баки терпеливо ждет несколько секунд, потом снова его пихает. - Можешь глазеть на меня в душе, если хочешь. Пойдем. ** Стив глазеет. Баки вздыхает и тычком в плечо разворачивает его лицом к струям. В ванной пахнет медом и лавандой, и когда Стив поворачивается поцеловать Баки в щеку, Баки перехватывает инициативу и целует его в губы. В этот момент больше ничего, кажется, не имеет значения. - Я не уверен, что смогу снова уснуть, – признается Стив, глядя, как Баки моется. Капли воды скатываются медленно, будто красуясь. - Я тоже. Баки по-собачьи встряхивает головой, отчаянно брызгаясь. Стив с гримасой протягивает ему полотенце. - Боже, эта штука пахнет. - Я думал, тебе нравится. - Нравится, хороший запах, – Баки вдыхает. – Напоминает… Он отворачивается, вспыхивая. - Ту ванну? Баки поднимает бровь. Он не смотрит, но и не отворачивается. - Твои руки были… эээ… – он смеется. – Это была первая из многих ночей, когда я думал, что свихнусь еще сильнее, чем уже есть. - В смысле? – Стив выключает воду, берет полотенце и позволяет себе полюбоваться на Баки. Возможность делать это кажется роскошью. Какая-то часть мозга все еще посылает тревожные звоночки, будто ему надо продолжать осторожничать. - Я видел твое лицо и думал «он хочет», – Баки дергает плечом. – Я плохо тебя помнил. Я только знал, что мне надо было оставаться с тобой и никогда ничего не говорить. - Ничего не говорить? - О том, чего я от тебя хотел, – выпаливает Баки и ретируется в спальню, к шкафу. Закончив вытираться, Стив идет за ним. - Даже если бы я знал, что ты чувствуешь… Знаешь, я тогда ничего не мог сделать. - Потому что я не был собой? - Потому что ты был… не в порядке. Я думал, в таком состоянии ты сделаешь что угодно для кого угодно, и я… не мог знать, чего ты на самом деле хочешь. Руки Баки все еще на дверце шкафа, он смотрит на Стива оценивающе. - А сейчас? Стив не может сдержать глупую ухмылку. - Время от времени я буду просить тебя напоминать мне. Баки фыркает. - И как же мне это делать? Он подходит вплотную, притираясь грудью, касаясь уха губами. У Стива на уме несколько способов, но сейчас он предпочитает положить руки Баки на плечи и крепко обнять. Даже под лавандой и медом он пахнет домом. Стив зарывается носом ему под челюсть, глубоко вдыхает, наслаждаясь тем, как пульс Баки ускоряется. - Никаких особенных планов… – говорит Стив тихо. Баки позволяет ему прижать себя к стене. Полотенце падает к ногам, и Стив через свое полотенце чувствует реакцию на быстрые поцелуи, которыми он усеивает правое плечо Баки, потом левое, до самой кромки новой руки. Он вспоминает о том, что Баки сделал для него раньше, ртом, и думает, сможет ли повторить подобное. Самой мысли хватает, чтобы возбудить его сильнее. Он ворчит, берет Баки за щеки и целует, как следует. Баки напрягается. Стив не понимает, что это значит, пока Баки не отворачивает голову и не толкает его в грудь. Он немедленно отшатывается на расстояние вытянутой руки, оставляя ладони на стене. - Прости, я не… - Все нормально, просто… Баки моргает, отрывается от стены, как только Стив опускает руки, и быстро пересекает комнату, будто ему потребовалось подышать воздухом именно в определенном месте. Потом он возвращается. Кидает на Стива быстрые взгляды и снова отводит глаза, словно в смущении. Стив понимает, что возбуждение Баки полностью пропало. - Я не хотел… ммм… Баки трет лицо и качает головой, молча обрывая разговор. Он подходит и обнимает Стива за плечи. Стив глубоко вдыхает, на сей раз обращая больше внимания, на то, где соприкасаются их тела, и кладет ладони Баки на бедра. Это хорошо. Баки утыкается носом ему в плечо. - Я, наверное, еще не могу… – бормочет он чуть слышно, – всего. Пока. - Ну и ладно. Это ничего. На самом деле Стив не возражал бы, даже если бы они неделю только за руки держались. Это не имело значения. Тогда было очень хорошо, но сейчас ясно, что главное для него – чтобы Баки было удобно. - Будем привыкать вместе? - Ага, – соглашается Баки, и когда Стив осторожно его обнимает, подается навстречу. Стив стоит так несколько минут, упиваясь ощущением, потом предлагает перестелить постель и попытаться снова уснуть. ** Баки говорит, что самый легкий способ всем рассказать – ничего не рассказывать. Он говорит, что хочет пить и сделать смузи, и что надо посмотреть телевизор, и заняться еще чем-нибудь в общей гостиной. Стив не видит, как это может им помочь, но спорить не хочется. Вскоре оказывается, что смысл в этом способе есть: когда блендер выключается, Баки приносит два стакана, бросает Стиву на колени подушку и укладывается на бок. Его волосы рассыпаются по подушке, он смотрит на экран с расслабленным вниманием. - О, – говорит Стив, сдвигаясь удобнее. Он кладет ладонь Баки на голову и находит, что это вполне приемлемо. Время от времени Баки приподнимается сделать глоток смузи, но, поставив стакан на стол, неизменно возвращается на колени Стива. - Знаешь, можно было просто за руки взяться, – улыбается Стив, почесывая Баки за ухом, от чего тот довольно вздыхает. - Так лучше, – бормочет Баки. Увлекшись серией «Как это работает», он не замечает, как появляется Клинт. Его маршрут к холодильнику обрывается, когда он замечает их на диване. Посмотрев некоторое время, Клинт идет к доске с расписанием тренировок, берет маркер в зубы и переворачивает доску другой стороной, обнажая массу стрелок и пунктов. «Супервиски» зачеркнуто, «Романтический пикник» тоже. Рядом с «Танцы» Клинт ставит большую красную галочку, кивает сам себе и уходит.

КОНЕЦ