Честность без обязательств

Очередная ложь Дэвида, слёзы и полупустой стакан виски в руках. Она почти никогда не пила, особенно таких крепких напитков. Но сегодня — особый случай. Сегодня алкоголь помогает забыть неприятности и обрести мнимую свободу. Он помогает быть честной — хотя бы с самой собой. Как же этого не хватает Дэвиду… Рядом присаживается ещё один поздний посетитель и заказывает себе такую же порцию виски. У доктора Вэйла сегодня тоже был явно не самый лучший день. Сдержанные приветствия и неловкое молчание. Они ведь, кажется, и не встречались после той бурной ночи. Странное продолжение близкого знакомства. Бармен молча выполняет заказ, и Виктор с какой-то непонятной грустной иронией поднимает стакан и, шепнув ради приличия «Твоё здоровье», осушает его одним глотком. Затем знаком просит бармена повторить. Неожиданно видеть его в таком мрачном настроении. Мэри Маргарет чувствует себя не в своей тарелке. Она подумывает уйти, но дома Эмма обязательно будет повторять, что верить Дэвиду было ошибкой. А она и сама это знает, потому допивает свой виски, морщится с непривычки и, стараясь не обращать внимания на соседа, тоже просит добавки. Бармен смотрит на неё удивлённо, Виктор тоже, но сейчас ей всё равно. Она делает ещё один глоток и зажмуривается, отдаваясь во власть крепкого напитка. Как хорошо сидеть вот так и ни о чём не думать. Пусть даже тебя никто не понимает. Хотя… После второй порции виски, Виктор заказывает и третью, но, уже почти поднеся стакан ко рту, передумывает. Не хочет свалиться в пьяный обморок при свидетелях? Он ставит стакан на стойку и смотрит в него отсутствующим взглядом. Мэри Маргарет замечает его необыкновенную задумчивость. Привычная забота обо всех окружающих прорывается сквозь туманную пелену алкоголя, и она мягко касается его локтя. — Что-то случилось? Виктор вздрагивает от прикосновения, но на вопрос никак не реагирует. Вместо этого отпивает ещё немного виски и, не поворачивая головы, произносит: — Прости, что я тебе не перезвонил. Тогда. Равнодушное извинение «для галочки». Ему ведь совсем не жаль. И оба это знают. Он откупился букетом. Этого должно было хватить. Но хватило ли? Мэри Маргарет отворачивается и смотрит прямо перед собой. — Ничего. Я и не ждала. Правда, не ждала. Первое приключение на одну ночь вечно правильной учительницы. Когда-то же приходит пора ломать стереотипы? — Не ждала? А вот это забавно. Он выглядит таким удивлённым, будто… обиделся? Неужели другие, коих наверняка было великое множество, всегда ждут и просят продолжения? Тогда что не так с ней? — Извини. Неловкая улыбка и лёгкий румянец. Ей, кажется, тоже не жаль. Хотя удовлетворения от достигнутой цели не чувствуется. Чего она добилась? Угрызений совести разве что. Но Виктор тут совершенно ни при чём. Хотя едва различимое чувство вины, появившееся сразу после той ночи, снова даёт о себе знать. Она ведь его использовала. И сейчас слова извинений тоже совсем не искренние. Впрочем, почему её должны волновать его чувства? Наверняка обычно всё происходит наоборот. Пусть хоть раз ощутит, каково это. — Неожиданно… — неожиданно видеть его таким растерянным. Виктор запивает вырвавшееся слово новым глотком виски, а Мэри Маргарет смущённо отводит взгляд. Ей внезапно становится стыдно за свои мысли. — Неожиданно что? — она о своём стакане, наоборот, позабыла. — Не думал, что ты из тех, кто ищет приключений на одну ночь. — Что? — Её щеки предательски заливает красным, а взгляд начинает бегать по углам, будто ищет место, где можно спрятаться от неловкости. Ответная шпилька оказалась очень колючей. — Прости за прямоту, но давай называть вещи своими именами. Теперь он кажется ещё и злым. Очередное извинение совсем не выглядит извинением. Скорее он нарочно говорит так, чтобы ей стало ещё более неловко. Впрочем, заслужила, чего уж. Неуместный румянец сходит на нет. Действительно, а почему бы не посмотреть в глаза собственным поступкам? Сегодня как раз подходящий день. — Я правда не из тех. …обычно. — И что же заставило тебя сделать исключение для меня? То, что других вариантов попросту не было? Остановись, Мэри, ты слишком пьяна. — Ты правда хочешь об этом поговорить? Вряд ли ему интересно. Хотя… что-то неуловимо изменилось в его взгляде. Не иначе, уязвлённое мужское самолюбие требует реванша. Или просто ударил в голову алкоголь. — Дэвид, верно? Ну, конечно, Дэвид. Кто ж ещё? Мэри снова делает глоток виски. — Всё так очевидно? Непривычно говорить об этом с ним. Непривычно говорить об этом вообще с кем-либо кроме Эммы. — Ты забыла, где я работаю? Я видел всё с самого начала. Странно. Она думала, что слезливые драмы — не то, за чем ему нравится наблюдать в больнице. — Тогда почему?.. Потому что правильных учительниц так и тянет сбить с пути истинного? А самоуверенным самцам — наставить рога? Ну же, Виктор, признайся, что всё именно так и было. Пусть разбуженная алкоголем совесть снова замолчит. — Ну, не ты одна искала приключений на одну ночь. Вот, уже лучше. Грубо, но честно. Почему с Дэвидом это непозволительная роскошь? Сейчас бы ударить Виктора за нахальство, но рука почему-то не поднимается. И даже чувство вины отказывается исчезать. — А сегодня ты тоже ищешь приключений? Она, кажется, ищет. Хоть и боится признаться вслух. Но алкоголь высвобождает скрытые желания. И сейчас хочется ещё немного честности без обязательств. — Не искал. Но тут появилась ты. Нарочито оценивающий взгляд с нескрываемым приглашением. Разве так соблазняют законопослушных учительниц? Разве законопослушные учительницы должны таким соблазняться? — Думаешь, я совершу ту же ошибку? Совершит. Определённо совершит. Но законопослушные учительницы должны строить из себя недоступных. Он допивает очередной стакан виски, бросает на стойку несколько примятых купюр и рывком поднимается со своего места. Мэри Маргарет думает, что вечер окончен и почти жалеет о своих словах. Но Виктор, уже почти повернувшись, чтобы уйти, резко наклоняется и шепчет ей в самое ухо: — Уверен в этом. На утро она снова будет твердить себе, что это ошибка: просто то, что должно было стать приключением на одну ночь, немножечко затянулось. Что во всём виноват избыток алкоголя в крови. Но отчего-то усилившееся чувство вины не захочет оставить её в покое. И Мэри Маргарет будет убеждать себя, что во всём виновата черта, которую она снова переступила. Он в этот раз опять ей не позвонит. И даже не подарит букета. А она, позабыв о Дэвиде, будет говорить себе, что не ждёт. А потом они снова «случайно» встретятся у стойки в безлюдном баре…