Снег на голову.

      Работа или подсознательно нежелание, но на улицу, где жила Алина, оперуполномоченный Волков пришёл только через четыре дня. Поднявшись на нужный этаж, мужчина почти заставил себя позвонить в дверь.       — Кто там? — сколько раз он слышал этот вопрос?       — Милиция — почему именно этот ответ? Потому что он наиболее привычный. Да и как иначе представиться? Твой отец? Задумавшись, сотрудник правопорядка едва не схлопотал дверью по лбу. На пороге появилась Ронина. Склонив голову на бок, она внимательно посмотрела на гостя.       — Вы по делу ко мне? Что-то случилось?       — Да, по делу.       Немного прищурившись, девушка отошла, пропуская посетителя вперед.       — Чай или кофе? — поинтересовалась хозяйка квартиры.       — Пожалуй, первое, — выбрал сотрудник милиции. Пройдя по коридору на кухню, он убедился, что дочь (её можно так называть?) живет довольно успешно.       — Какое у вас ко мне дело? — голос отвлек Волкова от созерцания жилища.       — Решил наладить семейные связи, — полушутя, полусерьезно ответил он. Молодая особа фыркнула, одновременно с этим снимая с подставки электрический чайник, откинув прядь волос назад.       — Ты одна живешь? — поинтересовался новоиспеченный «папа».       — Да. — как-то резко ответила Ронина. Чайник засвистел, призывая обратить на себя внимание.       — Просто мама недавно вышла замуж. Мы стали жить все вместе. Я начала чувствовать себя немного лишней. Хотя отчим и относился ко мне хорошо, но я все же решила поехать учиться в другой город. И им не мешать, да и свои силы попробовать в культурной столице. У отчима свой бизнес, он подарил мне квартиру здесь вот и живу, — Алина это проговорила так, слово давно хотела с кем-то поделиться. Хотя, возможно, так оно и было. Тон девушки был равнодушным, словно она зачитывала протокол какого-то дела, где её не касалось ни одно из перечисленных событий.       — Давно? — это всё, что пришло в голову.       — Около Двух недель. Закончив разливать чай, светловолосая выжидающе посмотрела на собеседника, ожидая следующего вопроса.       — Значит, ты поступаешь в университет?       — Лучше, я уже поступила, причем на бюджет, — не без гордости заявила гражданка Ронина. Внезапно раздался звонок в дверь.       — Только бы не он, — сорвалось с губ молодой особы.       — Надоедает тебе кто-то? — спросил капитан, поднимаясь с места.       — Да ходит ко мне участковый, вроде как из-за жалоб соседей на шум, хотя я ничего такого не делала. Да ходит ещё так вальяжно, — донеслось уже из коридора.       Мужской неприятный голос нарушил воцарившуюся на мгновение тишину.       — Участковый Петрашенко. Ну что же вы, гражданочка, снова водите к себе каких-то подозрительных личностей, соседи обеспокоены.       — Да откуда же такие сведения берутся? — Судя по усталому тону, местная владелица сталкивалась с подобным отношением не впервые.       — Какие замечательные тут соседи, знаем мы таких, всё то они видят, всё подмечают, зато как убийство — так никакой толковой информации, — ехидно высказался Вячеслав Юрьевич, выходя в коридор, скрещивая руки на груди. Заметив, что «нарушительница спокойствия» не одна, участковый с явным неудовольствием попросил документы у Вячеслава.       — На каком основании? А впрочем, смотрите, мне не жалко. — заверил мужчина, протягивая требуемую вещь. Увидев удостоверение сотрудника убойного отдела, да еще и старшего по званию, выражение лица Петрашенко мгновенно поменялась с наглого и хозяйского на испуганное и заискивающее. Удовлетворенно заметив произведенный эффект, капитан повернулся к дочери: поставь чайник пожалуйста, я тут задержусь ещё. Девушка не стала спорить и ушла на кухню. Оставшийся один на один, Волков сделал лицо, которое полностью соответствовало его фамилии.       — Значит так, — он одной рукой схватил перепугавшегося служащего за рубашку, — сейчас ты отсюда уходишь. С этих пор ты переступает порог этой квартиры только в действительно, я повторяю, действительно важных ситуациях. Ты меня понял?       В ответ участковый только кивнул и поспешил ретироваться. Едва за ним с характерным щелчком любезно закрылась дверь, из-за угла выглянула Алина.       — А где участковый?       — Он ушел, — улыбнулся служитель закона, — кажется, у него появились срочные дела.       — Странно, — пожала плечами девушка, — обычно он тут минут на тридцать задерживается.       Телефонный звонок, а затем последующее сообщение о том, что поступил вызов и нужно срочно ехать, нарушили все планы капитана.       — Мне нужно уходить, — с сожалением произнёс он, — но...могу ли я еще прийти?       — Если хотите, — чуть улыбнувшись ответила Алина, провожая гостя до двери.