Договор

Гермиона Грейнджер сидела за столом и разбиралась с документами, когда ее представитель влетела в кабинет, с гулом захлопывая дверь. Резким шагом она пересекает пространство между столом и входом, заставляя обратить на себя внимание. — Ты это видела? — она показывает свернутую газету. — Нет, Марго, этого я не видела, — отвечает Гермиона. — А стоило бы. Ты на первой полосе Пророка. Грейнджер щурится. — А это плохо? Ты, кажется, говорила, что всегда надо быть на слуху. — Да, но не в таком свете. А впрочем, я тебе сейчас зачитаю. Марго демонстративно раскрыла газету, пробежала глазами ненужное, потом прокашлялась и начала: — «Вчера Гермиона Грейнджер, героиня войны, видный политический деятель, давала интервью для журнала „Деловая Ведьма“, в котором журналист спросил ее о браке, на что юная леди ответила, что на ближайшее время у нее запланировано лишь обустройство общественной жизни, но никак не своей. Невольно возникает вопрос: а могут ли люди доверять свои жизни тому, кто со своей никак не разберется?» Марго оторвалась от газеты и выразительно посмотрела на Гермиону. Пауза продолжалась еще немного, прежде чем Гермиона, посмотрев по сторонам и наклонившись через стол, поближе к Марго, шепотом произнесла: — Что, Скитер вернулась? Марго встала с кресла и сказала: — Я тебя умоляю, ты лично с ней разобралась. Кажется, это одна из первых твоих «реформ». Что делать будем? — Брось, Марго, это же неумирающий и плывущий по жизни Ежедневный Пророк — все прекрасно знают, что правды там, как костей в языке. — Да, но тем не менее его читают, его любят читать, Грейнджер. И даже несмотря на то, что они понимают, что там и грамма правды нет, все равно поднимают бучу и толки идут потом с полгода. — Ну надави на них, ты же это умеешь! — Гермиона устало откинулась на спинку кресла. Она всегда терпеть не могла скандалы. Они ее утомляли и восстанавливать справедливость казалось гиблым делом. Зато Марго это любила. По природе она была властной, а угрозы были ее лекарством и методом разрядки. Так они друг друга и нашли. — Одно дело задавить одного журналюгу, другое — целый журнал или газету. Наступила еще одна пауза. Гермиона молчала, не желая делать то, к чему ее вела Марго — самой задать наводящий вопрос. Потом, как правило, от такого вопроса не улизнешь. Но девушка испытующе взирала на нее с противоположного кресла, призывая сдаться. — Ну хорошо, что мы будем делать? — Гермиона невольно закатывает глаза. — Тебе надо выйти замуж, — без интонации объявляет Марго. Гермиона широко распахивает глаза, отталкивается от спинки кресла, упираясь руками в столешницу и тихо спрашивает: — Что? — Ты все прекрасно слышала, — отмахивается Марго, вновь вставая с кресла. — Не твои ли слова были, что отношения и брак — это помеха карьере? — Гермиона продолжала говорить вкрадчивым шепотом, все еще пребывая в ужасе от ситуации. Она взглядом следила за Марго, которая заложив руки за спину, нарезала круги по кабинету. Резко остановившись, она ответила: — И я подпишусь под каждым своим словом, Гермиона. В самом начале это всегда помеха, но когда становишься солидной фигурой в своей сфере, тебе необходима поддержка в тылах, хотя бы для видимости. Потому что люди довольно предвзяты и наблюдательны, но вот если у тебя будет семья, они сразу выказывают свое уважение, удовлетворенно кивая. Вообще, что я распинаюсь? Ты видела хоть одного политика не семьянина? — Да! — практически кричит Гермиона. — Как же его звали… — Остановимся на том факте, что он мужчина. — Но это же нечестно! — почти хныкала Грейнджер. — Я что, зря проводила реформу об общем равенстве? — Милая, по крайней мере, все уже стремится к идеалу! — Не разговаривай со мной, как с ребенком, Марго. Я ведь могу на все плюнуть. Пусть попробуют сдвинуть меня. Я столько сделала для страны, сколько они и за девять жизней не осилят! — О-о, это уже от отчаяния в тебе заговорил диктатор, — Марго положила руку на плечо Гермионы, успокаювающе поглаживая. — И как ты себе это представляешь? Как я найду себе мужа в кратчайшие сроки? — Все просто, — Гермиона подняла голову и встретилась взглядом с Марго. — Мы объявим собеседование. Грейнджер язвительно усмехнулась и приподняла брови. — Я так и вижу объявление: «Объявляется прослушивание на роль мужа для Гермионы Грейнджер. Просьба: актеры со стажем» — Не надо утрировать. Мы просто скажем, что ведется набор стажеров в компанию. Молодые люди… Какой возраст тебя устроит? — С двадцати четырех до тридцати. — Ну вот, молодые люди, 24-30 лет, находчивые, трудолюбивые. Как тебе? — Это сумасшествие, — обреченно качает головой Гермиона. — Не без этого, — просто пожимает плечами Марго, встает с подлокотника кресла Гермионы и движется к выходу. Уже нажимая на ручку двери, она поворачивается и добавляет: — Я назначаю на послезавтра. Гермиона в ответ запрокидывает голову и закрывает лицо руками, слыша хлопок двери.