Деревня на лугу

      Сазанами никогда не думал, что жизнь приведёт его в столь далёкую от родного дома страну, как Киригакуре. Не сказать, что он был этому не рад: ему не было пути назад, а открытие новых для себя мест развевало отчаяние и дарило свежие впечатления.       Да, ему нравилась тихая жизнь кузнеца: жар наковальни, уют родительского дома, бессмысленная болтовня с соседями, но чем дольше он гонялся за тенью Госункуги, тем меньше оставалось надежды его поймать.       Ну и пусть — разве нельзя быть кузнецом в другой деревне, а то и стране? Построит новый дом, откроет кузню и будут там новые соседи и новая жизнь, даже бытовые разговоры останутся по-прежнему бессмысленными и глупыми. Только новая жизнь требует новых денег.       Денег, которые дадут ему две отрубленные преступников в перекинутой за плечо сумке. Сазанами поморщился: сам факт убийства был ему отвратителен и он ненавидел себя в такие моменты. Но не больше, чем он ненавидел Госункуги и ему подобных. — Не думай об этом, — вслух сказал он себе и вгляделся вдаль.       Он долго шёл через лес на пути к селению, и вот сквозь туманную дымку проглядывалось очертания тёмной арки.       Деревня явно была бедной: об этом говорили ветхие постройки, разбитые дорогие и одна-единственная таверна, стоящая на одном добром слове. В ней было также холодно, как и на улице, Сазанами невольно подумал, а не переночевать ли где-нибудь под размашистой елью.       Но нет. Пусть лучше его съедят клопы, чем волки. — Приветствую, добрый путник, — спокойно поприветсвовал мужчина за столом возле входа. Сазанами посмотрел на стойку трактирщика и заметил, что та пуста, — да не оглядывайся, я хозяин. Но сам видишь, как здесь пусто. Садись.       Сазанами отодвинул стул, и грохот в пустом помещении оглушил его. Он сел напротив. — Доброе утро. Почему же так пусто? — Ты уже ответил на свой вопрос: утро. А вот что тебя занесло сюда — дельный вопрос.       Сазанами немного задел грубый тон, но он не показал виду. Не жить ему в этой деревне, чтобы отношения строить. — Мне нужен староста вашей деревни, я по объявлению. Поговорить хочу.       Грузный мужчина медленно придвинулся так близко, что охотнику стало не по себе. Казалось, ему сейчас плюнут в лицо. — Дом на краю деревни. Он один там стоишь, не заплутаешь.       Охотник поднялся со стула и вежливо поклонился. Чувство беспокойства окатило его с ног до головы. — Благодарю, добрый человек. — Постой-ка. — К сожалению, мне уже пора. — Не головы ли у тебя в мешке, наёмник? — Я не наёмник. — Но ты тупой. Я вижу, что у тебя там минимум две головы.       Сазанами задорно рассмеялся. — Ну какие головы, сударь? Пара качанчиков и свёкла. Есть у меня такая слабость к овощам, что тут поделаешь?       Ложь была хоть и забавной, но настолько очевидной, что разве что ребёнок бы в неё поверил. Ему бы крупно повезло, если и бы и трактирщик повелся. Но была у Сазанами такая особенность…       Ему обычно не везло.       Стул с грохотом упал на пол, и проворно, насколько это позволял его вес, трактирщик преодолел расстояние в два шага и приставил нож к горлу молодого мужчины. Тот не шелохнулся, но взгляд, который опустился на лезвие ножа, определил, что тот и масла не разрежет. Вероятно, нищета подвигла его к насилию. — Опусти нож, старик, — попросил Сазанами гораздо спокойнее, чем сам рассчитывал, — Что ты хочешь? Головы, доли? — Доли.       Это было произнесено таким голосом, что охотнику стало тошно. Не от отвращения, но от жалости. Он коснулся руки трактирщика, отводя его, но напор, с которым надавили на нож в сторону шеи, заставил его схватить лезвие. Грубые от кузнечного дела, а в последствии от меча руки, почти не пострадали, хотя боль была ощутимой. — Доли? Какой доли? — Послушай… Ты можешь пойти на чёрный рынок неподалёку и получить много больше денег. Староста обдерёт тебя. Знай, что цена, которую он даёт, много меньше, чем та, которая назначена мизукаге. — Обычно деньги сверху идут на благоустройство деревни.       Старик опустил нож, тот упал на пол, а Сазанами с облегчением выдохнул, вытирая с рук кровь. — Издеваешься? Посмотри на деревню, когда это было её благосостояние?       Думаешь, так мало у нас наёмников вроде тебя? — Было бы больше, ты был бы опытней, — со смешком заметил мужчина и устало снял соломенную шляпу, — я не собираюсь давать никакой доли, пока не узнаю что здесь к чему и не увижу старосту воочию. — Пошёл вон, сучий потрох.       Грузный кулак чуть не задел щеку Сазанами, но он перехватил её и ударил под дых так, что старик свернулся от боли, упав на колени.       Охотник развернулся и вышел, хлопнув дверью таверны. Ему было неприятно бить старика, но тот сам нарвался и заслужил то, что получил.       Он был разочарован, хотя и не ожидал другого. Поправив закинутую на плечо сумку с головами он выдохнул и направился в дом старосты, чтобы побыстрее избавиться от добычи.