Wenn

21.10.13, Понедельник

      – Всё хорошо?       – Да.       Ковальский, даже не спросив разрешения, потянулся ко мне руками и положил их на моё лицо. Я весь сжался от отвращения – я не любил, когда меня трогают, – но Ковальского это только рассмешило.       – Ты мой брезгливый, – протянул он умилённо, зачёсывая мне волосы назад. – Блять, ну и пиздец.       И не говори. Я тоже охуел, когда с утра пошёл зубы чистить. Надо на время вынести из квартиры все зеркала..       – Может, поебётесь ещё?       Я обернулся, сразу заволновавшись. Как бы, я вообще не хотел, чтобы Артём видел меня таким, но по сути же этого избежать было нельзя? У меня же нет годовых запасов тональника, а у матери его пиздить тупо.. Да и я решил не стесняться поражения. Шрамы же украшают мужчину. Правда, шрамы получены в позорно проигранной битве, но.. Что бы об этом сказала Кристина – "╮( ˘ ､ ˘ )╭".       – Я не против, – быстро сориентировался Ковальский и схватил меня за плечо. – Ты уже успокоился после вчерашнего? Я бы мог помочь тебе справиться с этим.       Спасибо, вынужден отказаться от подобного рода услуг.       – Чё это за хуйня? – нахмурился Артём, проходя ближе. Я хотел пошутить типа "Это моё лицо, чё, не узнал, что ли", но мне и слова сказать не дали.       – Елисеев его отпиздил, – объяснил Ковальский. – Всё было бы гораздо хуже, если бы не я.       Да, давай, повыёбывайся, какой ты молодец, я так тебе благодарен, у-у. Нет, ладно, я правда был благодарен. Но не кичиться же произошедшим. Хотя если он так перед Артёмом выгораживается..       – За что? – после недолгой паузы спросил Артём.       – Мимо прошёл неудачно.       Артём недовольно посмотрел на меня, и я бы хихикнул, но мне быстро стало несмешно – я заволновался о Елисееве. Хотя он, вроде, сильнее Артёма? Да и его друзья всегда при нём, так что можно не бояться, но что помешает Артёму, как он ещё в сентябре говорил, выследить его где-нибудь и колени ему покромсать? Надо будет как-нибудь попросить Артёма не агриться на него и ничего никому не делать. Я и так в незавидном положении, если сейчас ещё Артём начнёт за меня мстить, я не выдержу этого дерьма. Меня же задрочат тогда. Типа, у-у, чё, тебя отпиздили, сразу побежал своему другу жаловаться? Нахер оно мне надо. Надеюсь, Артём поймёт. И я бы подумал о чём-нибудь вроде "С чего ради он должен заступаться за меня", но у него было такое выражение лица, будто он прямо сейчас пойдёт раздавать пиздюлей всем попавшимся под руку. Как бы, это плохо. Да и противно. Как будто я девка какая-то тупая.. Даже не девушка, а просто девка.       Чувствовал ли я себя девкой, когда стоял и молча получал пиздюлей? Ой, ладно. Всё я правильно сделал. Наверное. Меня всё ещё терзали смутные сомнения, но я предпочитал об этом не думать. И так жить не весело, нечего себе ещё всякими грустными вещами будни омрачать.

******

      На геометрии Артём снова подсел ко мне, и я сразу же, просто молниеносно, подумал, что ничем хорошим это не закончится. И что вы думаете? Я оказался прав – он сделал это только чтобы побычить на меня. Люблю его очень сильно.       – Ты совсем долбоёб, что ли?       Ну вот. Теперь и Артём на меня наезжает. Чё я вам всем сделал, блин..       – Что опять?       Я ещё ничего не сделал, что за оскорбления? Нет, ладно, я понимаю, что его не устраивает, но он серьёзно, что ли?       – Почему ты его не отпиздил?       – Потому что их там было семеро, возможно? – хмыкнул я, стараясь сделать это как можно более задумчиво. В силу моей охуенной эмоциональности выходило не очень хорошо, но я старался.       Но самое вкусное было только впереди.       – А ты чё, не носишь с собой никакой хуйни для самообороны? Перцовку хотя бы, или нож?       Господи, ну ёб твою мать. Ну, предположим, был бы у меня нож, да? Хотя с перцовкой, возможно, получилось бы всё уладить, но блять. Пока ты её достанешь, вся хуйня.. Это же неудобно. По ебалу получать, конечно, удобнее. А из сумки её пока достанешь.. Кто-то прямо даст тебе это сделать – тебя отпиздят раз десять за это время. Тем более, что у меня замок заедает иногда. Зная своё везение, я точно могу сказать, что молния непременно бы заела именно в тот момент, ни позже, ни раньше.       – Как же так, – протянул я. Я, может, слишком наивен, но я привык к спокойной жизни. Мы же не в Европе, чтобы я носил с собой перцовку и ножи, в самом деле? И нахуй мне тогда думать о самообороне. Хотя мать таскала с собой перцовку. Но она и женщина, как бы..?       – Посмотри на своё ебало и попаясничай ещё, пожалуйста.       Посмотри на себя в зеркало и поведи себя, как шмонька тупая, ещё, пожалуйста.       – На, – Артём достал из кармана один из своих ножей и протянул его мне.       – Блять, ты даун? – меня это почему-то выбесило. Я даже не думал, что он таскает их с собой даже сейчас, а тут он ещё и пихал один из них мне в руки. Вот долбоёб, блять, нет? Пошёл нахуй, пока эта хуйня у тебя в глазу не оказалась. Какого вообще хера? Он серьёзно думает, что что-то такое может мне помочь? Я что, еблан, с ножами на людей кидаться? Окей, предположим, ещё раз, был бы у меня вчера нож при себе. Что бы я сделал им? Пырнул бы кого-нибудь? Ага, а потом сел бы. Да, можно сказать, что самозащита, хуё-моё, но я не сильно доверяю нашим органам в этом вопросе, так что в лишний раз не хотелось бы с ними связываться. Артёму надо нахуй сходить с такими идеями, ага? Ебанутый, блять.       – Я не буду его брать.       – Я в тебя его воткну, если ты его не заберёшь. Я тебе серьёзно говорю.       С трудом не верится, но, всё же, вынужден отказаться. Блять, но неужели так сложно оставить меня в покое? Это мои проблемы, сам с ними как-нибудь разберусь. Не маленький и не баба какая-то. А ты отъебись. Хотя Артём, наверное, привык за Риту впрягаться и ко всякой такой хуйне? Но так вот, я не Рита, и сам свои проблемы порешаю. Иди нахуй.       Но Артём всё никак не останавливался.       – Тогда я буду ходить за тобой и защищать тебя.       Ещё лучше, блять.       – От чего?       Или он имеет в виду, что подобное может повториться? Я же даже не думал об этом.. Но просто что-то мне подсказывало, что Елисеев не будет со мной дрочиться. Отпиздил разок – и хватит. Расчитались за все грехи перед друг другом. Хотя я всё ещё считаю, что не имел перед ним никаких провинностей. Но допустим, у Кирилла своё виденье ситуации. Он же вчера что-то предъявлял? Помнится, что-то такое было. Смутно, но допустим, мне похуй.       – Прям знаешь, как уговаривать людей.       На самом деле, было бы забавно, если бы Артём и правда начал ходить за мной, но нет. Это уже слишком.       Нож пришлось забрать, но только чтобы он от меня отъебался. Разумеется, я не собирался применять его, так что просто убрал подальше в сумку и попытался забыть о случившемся. Неловко как-то, всё же.

******

      Жизнь меня никогда ничему не учила, так что домой я пошёл тем же путём, что и вчера, и так же один. Наверное, пора заканчивать с такими прогулками в одно ебло, но.. Не сегодня. К тому же, когда до меня дошло, что я долбоёб, было уже поздно – херня уже началась. Уместно использовать выражение "Колесо Сансары дало оборот"? Вроде, нет, но похуй. Кто мне запретит? Кто что сделает? По еблу ещё раз даст?       Уровень сложности в этот раз был выше, хотя человека было всего два. Один из них, логично, был Елисеевым, а второго я не знал. Зато его знал Елисеев. Чему он, похоже, сам был не рад?       Какое-то время я разбирался, что у них происходит. Было понятно, что это тоже какая-то стычка: второй парень зажимал Елисеева у стены, и подумать бы, что они просто пиздели. Ну, немного напряжённо, судя по выражениям лиц и громкости голоса второго парня? Слов я разобрать не мог, но тон уловить можно было, и ничего хорошего там не было, очевидно. И что дальше? Что ни день, то какая-нибудь херня случится, вот как это работает вообще?       Но смешно. Видимо, каким бы охуенным ты ни был, как бы кого ни щемил, всегда найдётся кто-то, кто сможет надавать пизды тебе. Но всё же, мне было странно видеть такое расположение дел. Елиссев гнал на меня, на Артёма, и сам по себе выглядел так.. Опасно? Борзо. А теперь его какой-то хер прессует. Видимо, это более сложный босс. Хотя обычно с Кириллом были его друзья, а сейчас он был один. Может, в этом дело? Но всё равно странно – два дня назад расклад был совсем другой.       Складывалась неприятная и сложная ситуация. Что я должен сделать? Поворачивать и идти домой обходным путём? Или снова включить режим героя и пойти повыёбываться? Врагов-то мне мало. Хочу ещё, да посолидней, да уровня чтоб повыше. То был Елисеев, а сейчас покруче кого найду. Это как в играх. В Перфект ворлде каком-нибудь, когда ползает где-нибудь какая-нибудь поебота, и ты решаешь попробовать убить её в одно лицо, а потом тебя выёбывают, и ты три часа бегаешь по карте в поисках людей с таким же заданием, чтобы потом командой пойти туда же. Когда-нибудь я обязательно перестану сопоставлять реальную жизнь с играми..       У меня было не так много вариантов действий, и самым хорошим мне казался зайти со спины и въебать Второму парню. Да, и будет смешно, если потом окажется, что у них мирные разговорчики по душам, и тут я такой вылез из ниоткуда и хуйни натворил. И не дай бог потом у этого парня сотряс какой будет, и сам Елисеев меня ментам и сдаст за нанесение вреда здоровью. Ну, если такое произойдёт, я точно просто съебу нахер из этой страны. Не смогу тут жить с таким позором.       Пришлось отойти чуть дальше, чтобы Парень не заметил моего приближения. Типа чел вообще не парится, что их могут увидеть и вмешаться. Хотя надо уточнить – им что-нибудь за это будет? Обычная драка на улице же. Никто же не умер, а, как говорится, "Нет тела – нет дела". Да и где-то тут надо вставить шутку про русскую незаинтересованность во всём происходящем. О, там два парня пиздятся? Но я иду на работу/в школу, мне некогда возиться с этой хуйнёй, кто-нибудь другой позвонит. Всё в порядке, всё нормально.       Парень так и не заметил меня, но для меня это, конечно же, было только плюсом. От удара с локтя чел просто свалился на землю, и я хотел ещё пнуть его, чтобы вырубить наверняка, но он не поднялся и так. Мда, надеюсь, он не эпилептик там какой? А то будет как в том случае, когда чел впрягся за девушку, ударил напавшего на неё парня, а тот оказался больным и сдох от одного удара по лицу. Ужас, что бывает в мире. Ну, надеюсь, я не окажусь на месте того парниши..       – Вот, блять, пришла помощь, откуда не ждали, – фыркнул Елисеев, отворачиваясь. Но сильно недоволен он не был, мне показалось? Ну, хули. Я тоже не злился, когда в субботу Ковальский подошёл к нам. Сложно с такого злится.       Дальше тоже было сложно. Нужно было следить, чтобы Парень не очнулся и ничего мне не сделал, но и ногу Елисеева, которая уже почти вся была в крови, хотелось поразглядывать. Сложный выбор.       – Это..?       Ранения в таких частях тела – немного не прикольная вещь, и хотя, судя по месту разреза на ткани, артерию не задели (ну, или это было маловероятно), размеры пятна и бледнота самого Елисеева меня самую малость нервировали. Как вообще, он нормально себя чувствует? И так было видно, что ему тяжело стоять, а, как бы.. Я же могу о нём беспокоиться? Я же так люблю беспокоиться о людях, которые меня ненавидят.       – Всё нормально, – поморщился тот, видимо, поняв, о чём я. Но по нему прямо было видно, как он старался держаться, но он даже стоять самостоятельно не мог – и опирался на стену. При таком раскладе его попытки выглядеть как обычно – пиздато и опасно, – смотрелись немного даже смешно. Блять, но как давно у него эта хуйня? Как он себя чувствует?       – Ты далеко живёшь? – спросил я. – Может, скорую вызвать?       Надо было что-то решать, потому что мне действительно казалось, что ещё немного, и мне придётся быстро съёбывать домой, чтобы меня никто не увидел с двумя бездыханными телами рядом.       – Никаких скорых, блять, – Кирилл так неожиданно заагрился, что мне даже неловко стало. Чё, он боится, что мамке настучат? Чмошник, у-у.       Он даст мне оказать ему хотя бы первую помощь? В ножевых ранениях я шарю. В чём же ещё шарить десятикласснику, конечно, но типа. Ну дай. Тебе же не сложно.       Только я хотел узнать про кровотечение (хотя бы остановилось оно или нет), как Елисеев выпалил:       – Ты так ко мне подъёбаться решил?       Настоящий пацан, даже в такой ситуации думает об авторитете. Или что это? Я не шарю за понятия. Но однозначно Елисеев немного дебил.       – У тебя вся нога в крови, блять, ты можешь о чём-нибудь другом подумать?       С чего ради мне к нему подъёбываться? У них же с Ковальским там какой-то договор. Хотя разве Елисеева остановит подобное? Я больше хотел думать, что ему самому это не надо и он оставит меня в покое. По большей части мне всё же было похуй на все эти подъёбы. У кого-то ЧСВ, однако, не поубавилось, даже после произошедшего? Просто я тут увидел его в таком вот незавидном положении. Может, он потому и выёбывается, что не хочет в моих глазах выглядеть как опущенец?       – Всё нормально, – сказал он, хотя голос у него уже звучал не так уверено. Но не менее грубо, надо сказать.       – Сам до дома дойдёшь?       А то я мог бы, ну.. Помочь. Можно такие слова использовать? Кирилл не проблюётся? Я ему, кажется, не очень нравлюсь, но надо же исключения из принципов делать. Хотя бы в критических ситуациях.       – Чё, помочь мне хочешь?       Вот нет бы просто согласиться, и быстро со всем закончить, надо обязательно повыёбываться. Это ведь так охуенно. А главное логично, в его-то положении.       – А ты типа сам справишься?       Он не слишком себя переоценивает? Мудак тупой. Я понимаю, конечно, что неприятно, когда люди тебе помогают, но не в такой же ситуации принципиальность свою ебучую включать.       – От всяких пидоров ничё принимать не собираюсь.       Ой, блять, чё ты там спизданул? Мало крови вытекло? У меня тоже нож есть, вообще-то, прикольно, да?       Вообще, опять же – от него такие вещи звучали смешно. При том, что он не мог стоять ровно и поэтому как бы наклонялся. То есть, он даже выглядел сейчас жалко, но при этом продолжал выёбываться. Мне бы его ЧСВ, я бы горя в этой жизни не знал. Кирилл, отсыпь немного. Или если я тебя добью сейчас, потом твоё тело можно будет облутать..?       – Ты сейчас не в том положении, чтобы выёбываться, м? – разозлился я. – Так что ебало прикрой.       Будут тут ещё меня так называть. И на каких основаниях? Из-за губы? Нахуй иди.       – Я видел вас с Дёрнбергом, – решил сообщить мне Елисеев не без насмешки. – Как вы в дёсны долбились в школе.       В этот же момент он попытался выпрямиться, и в целом у него получилось – он даже устоять смог, хотя и по-прежнему с упором на стену. Ну вот, теперь не могу шутить про то, что он жалко выглядит. Тяжело это, когда над тобой такая хуйнина возвышается. Интересно, какой у него рост вообще? Метра два точно будет, наверное.       Ну а по теме – кажется, кому-то пиздец? Это же реально плохо. А если он расскажет кому-нибудь? Или уже рассказал? У него есть какие-либо доказательства? Снимки там, или ещё чё. Жаль, что если я сейчас начну расспрашивать его или пытаться узнать, я покажу, что мне не похуй. А мне похуй. Хотя немного, надо признаться, боязно. Впрочем, Ковальскому, если он узнает, всё будет Артём объяснять, не я. Хотя решать, кто и что кому будет объяснять, далеко не мне. Ковальский же просто меня отпиздит. Так что такие заявления тут не уместны.       На секунду мне подумалось, что было бы забавно, если бы Елисеев сейчас дополнил себя словами типа: "И одиннадцатого. Услышал там, в туалете, вещи интересные всякие". Но ничего такого не произошло. Ну и слава богу. Тогда бы мне точно пришлось его убить.       – Чё скажешь? – после недолгой паузы спросил Кирилл. То есть, вот реально? Я перед ним сейчас оправдываться должен?       – Не знаю, с хуя ли я должен тебе что-то объяснять или оправдываться перед тобой.       Никто не достоин такой траты времени с моей стороны. Порой даже я сам. А вообще, он же мне угрожает сейчас, да? Он мне угрожает. Может, реально добить его по-быстрому? Людей вокруг много, но что мне мешает увести его куда-нибудь и там убить нахуй? Кирилл сейчас явно не в состоянии сопротивляться. Никто даже не расстроится. Хотя вдруг родители Елисеева его любят? Не со всеми же он такой быдлан ебучий.       И хотя я бы не назвал его хорошим человеком, смерти я ему не желал. Даже при том, что он видел нас с Артёмом и мог быть потенциально опасным. С моей стороны слишком глупо надеяться на то, что никто больше об этом не узнает? Хотя уже двадцать первое число, и если бы Кирилл кому-то рассказал, наверное, какие-то знаки уже были бы..?       – Где ты живёшь? – в конце концов, я решил пойти по мирному пути. Надо было либо отвести его домой, либо я не знаю. Если и правда далеко, то звонить в нужное место.       – До дома меня ещё проводишь? – продолжал издеваться Елисеев. До него всегда так медленно простые вещи доходят? Почему нельзя вести себя нормально, и хотя бы ненадолго перестать вести себя, как уебан? Ну, недаром двухметровая дылдятина. Как до жирафа – пока дойдёт, полвека пройдёт.       – А ты сам доползёшь? – я указал на его окровавленную ногу. – Чё, думаешь, с распоротым бедром так легко ходить?       Удачи ему с этим. Дебил, блять. Пусть молится, чтобы ему нерв там никакой не задели, и он не будет хромать всю оставшуюся жизнь. С другой стороны, он сможет ходить с тростью. Добавит образу пиздатости. А как прозаично он будет пиздить этой тростью людей..       – Ты внатуре еблан какой-то, – падая на меня, выдал Елисеев. Стоило отметить, что он подуспокоился, но я не стал обращать на это много внимания. Может, он устал и замёрз, или вообще решил, что хуй со мной, пусть поможет, раз так хочет. Чужая душа потёмки, как говорится.       Но хоть выпендриваться перестал. Образец адекватности ебаный. То стоял и выёбывался на меня, то завалился, будто я обязан его нести куда-то. Пиздец, реально, поделись ЧСВ и наглостью, тебе мало, что ли?       – В ту сторону, – Елисеев указал рукой от себя, и я немного даже расстроился. Сейчас бы человека в гору тащить. Но ладно, справимся. Раньше как-то справлялись, и сейчас всё сможем.       Я ещё ни разу не был в той стороне улицы, так что воспринял происходящее как увлекательное испытание. Реально же как исследование новых земель? Прямо как играх, когда локация исследуется только по заданию..       Ладно, всё. Давайте лучше думать о любимой биологии. Интересно, каково это – иметь такие раны? И можно было доебаться до Елисеева, но это же странно? Ему и так не очень, а тут ещё я со своими доёбами. Хотя мне правда было интересно. Вот он сейчас идёт, ну, как может, и как это на ощущения? Ему больно? Нога вообще двигается? Хотя насколько я мог судить, он опирался на неё при ходьбе, но иногда поджимал её. Видимо, на некоторое ближайшие время Елисеев теперь инвалид. Ха, блять, довыёбывался?       – Ты далеко живёшь?       – Тот дом. На Фрунзе.       Немного, но я прихуел. До Фрунзе топать было метров триста, и это не быдло бы проблемой, если бы на мне не висела туша взрослого упитанного двухметрового чела. Но что ж. Ввязался так ввязался. Будем страдать, раз по дурости взяли задание не по уровню.       – Ты знаешь, что с этим дальше делать? – спросил Кирилл через какое-то время. Было видно, что он стремался, но в целом я его понимал. Я бы тоже воспринял подобное как оскорбление себя любимого. Что за ущербство? Я что, сам себе помочь не могу? А не сходить ли вам нахуй, м? Умные любители помогать, суки, ненавижу.       Но сейчас была немного другая ситуация. И хотя я и сам не признавал такого, но принимать помощь от других – нормально, и стыдиться этого не стоит. Надо почаще это повторять. Может, в следующий раз, когда Артём выкинет что-нибудь такое, не захочу набить ему ебло.       – Скорую вызвать?       Самый лучший вариант. И шрам не такой вкусный останется, и помощь от квалифицированных людей. А не от какого-то еблана с улицы.       – Без скорых, – Елисеев моих советов не оценил.       – Ну, знаю.       Предложения зайти не последовало, но я сам решил, что именно это подразумевалось под его вопросом. Просто Елисеев постеснялся сказать об этом прямо, вот и всё. Ну, я прекрасно его понимал. Мы бы, наверное, могли быть пиздатыми друзьями, если бы не такая замечательная история знакомства? Насколько нормально думать о подобном, да.       Когда мы добрались до нужного подъезда, встал другой вопрос.       – На каком этаже ты живёшь?       – На десятом. Да не бойся, – Кирилл напряг руку, которой держался за меня, так придушивая. И откуда столько силы взялось, блять. То идти не может, то на удушающий берёт.       – Лифт работает.       – Ага, прикольно, – хмыкнул я. Кирилл прекратил издеваться так же резко, как и начал, но я всё равно взял на карандашик быть с ним аккуратнее. Вот я думал, что стоило убить его, раз он видел нас с Артёмом. А если Кирилл решил сделать то же, только со мной, раз я увидел, как его защемил какой-то лох? Надо быть осторожнее.       В квартире была интересная планировка, так что я на время завис, осматриваясь. В целом, из-за того, что ванная была сразу напротив входной двери и в паре шагов от неё, Елисеев не нуждался в помощи – было на что опереться, чтобы пройти эти самые пару шагов, а в ванной он сразу уселся на бортик. В какой-то мере удобно..       – Не разувайся, – только я захотел спросить об этом, бросил Кирилл. – Ты тут ненадолго.       Я даже глаза закатил. Воу, охладись там, ладно?       Елисеев аккуратно и медленно стянул с себя кроссовки, после чего уставился на меня.       – Включи свет, там, сбоку.       Я и сам видел, где здесь свет, но агриться не стал. В гостях надо быть вежливым. Меня мама хорошо воспитывала.       – Принципиально, какой водой мыть?       – Лучше тепловатой.       Джинсы он отстирывать не будет, такие только выбрасывать, так что не надо его информировать, что кровь легче отстирывается в холодной воде. Он, наверное, и сам это прекрасно знает? Ну, хоть что-то же он должен знать. Я так понимаю, он довольно часто дерётся. Должен же какую-то информацию выносить из подобных эпизодов.       Кирилл пересел так, чтобы его ноги были в ванне, и вскоре послышался шум воды. Я только тогда понял, что если так дальше и продолжится, то я увижу чьи-то обнажённые ножки. Интересно, Елисееву не стрёмно? А то я же пидр, всё такое. Вдруг не удержусь, как схвачу его за хуй. Или он поэтому меня туда к себе и не зовёт, чтобы я видел всякое такое? М, а так хотелось посмотреть на ножевое ранение в бедро..       Я продолжал стоять в коридоре, так что сразу заметил движение в комнате слева. На шум, видимо, подтянулась кошка Кирилла, и она была такой маленькой, такой милой, что я чуть не умер нахуй. Нет, но вот правда. Есть же такое, когда по морде понятно, кто перед тобой – кот или кошка. В данном случае, правда. уместнее будет кошечка. Она ещё и молодая, наверное..? Очевидно пиздючка какая-то. Но какая же милая, господи..       Но, как обычно, животное не хотело со мной знакомиться и как-либо взаимодействовать, а потому быстро убежало обратно. Ну, не очень-то и хотелось. Я знаю, что животные меня ненавидят. И нет, я не плачу.       Наконец меня отвлёк голос Елисеева:       – Блять, она прилипла. Что делать?       – Отмочи тёплой водой. Можно горячей, – всё же пришлось пройти к нему в ванную, чтобы видеть, что этот дебик делает. – Или если что-нибудь кроворастворяющее есть?       Тот лишь цокнул языком и, наверное, с мыслью "Хули мне, я ж мужик", просто сдёрнул ткань. Логично, вместе с ней к хуям улетел и кусок уже образовавшейся корочки.. Мне аж больно стало. А как больно тромбоцитам и всем другим штукам, которые отвечают за свёртывание крови. Они вот старались, и что? Это цена их работе?       Я бы поиздевался ещё, если бы не увидел того дерьма, что было у Елисеева на ноге. Это было не просто "ткнул ножом", это было нихуёвое такое ранение. Смотрелось реально мерзко. Я обычно не имел проблем с такими вещами, все эти раны, шрамы, кровища, пиздец. И хотя вряд ли это существенный показатель, но эта хуйня даже мне казалась мерзкой. Кирилл точно ногу чувствует? А голова не кружится? Вся хуйня там, что ещё бывает при обескровливании..       Кровь на коже осталась, хотя сама рана уже не текла, даже при том, что Елисеев только что не слабо потревожил её. Ну, так было даже лучше – не надо ещё кровопотерь, иначе точно кто-нибудь умрёт. И какой же смачный шрам останется, я ебу.. Кириллу бы реально задуматься над вызовом скорой. Двадцать четыре часа, насколько я знаю, у людей есть, чтобы врачи не послали нахуй с такими делами.       – Охуенно, блять, – Кириллу, кажется, вообще было похуй. Хотя чего я жду от него? Вроде, это даже нормально, когда в стрессовой ситуации люди думают вообще не о том. Я тоже был не слишком впечатлён, когда узнал, что меня машина сбила. Помнится, когда я пришёл в себя, первым делом я поинтересовался у матери, сколько она заплатит за моё содержание в больничке. И только потом до меня дошло, что происходит, и я даже поплакал немного. Так что не мне сейчас возмущаться. Вот я уйду, Кирилл успокоится и, может, даже всплакнёт. Не осуждаем.       – Если не зашить..       – Да похуй мне, никаких скорых, – уже явно психуя, зашипел Кирилл. – Говори давай, что делать быстрее уже.       – В ней что-нибудь есть? – всё ещё опасаясь приближаться, спросил я.       – Вроде, нет. Никто ничего такого и не делал же?       – Ты даже не посмотрел, – заметил я.       – Так тут всё в крови, – выругался Кирилл. – Чё я тут увидеть должен?       – Так помой, блять? Нахуй ты сюда сел. Где бинты и всякая другая хуйня?       Ничего бинтовать ему я не собирался, но следовало провести хоть какую-то обработку. Может, конечно, тогда стоило спрашивать прямо – про аптечку, – но я поздно об этом подумал.       – В комнате. Которая дальше, – Кирилл махнул рукой в сторону. – Шкаф справа, нижняя крайняя слева ячейка.       Ясненько..       Столик с иконами, стоявший в зале, я заметил ещё из коридора, но сейчас, проходя мимо, смог рассмотреть его получше. Небольшой такой столик, укрытый розовой кружевной скатертью, и уставленный иконами. У края лежали несколько книжечек с молитвами, а в центре стояли два портрета, но уже обычных людей, и с чёрными лентами в углах. Посередине стояла вазочка с конфетами, и пара свечей в стаканах. Странно было видеть такое, зная, что за ребёнок у владельцев этой квартиры, но зацикливаться я не стал. Нечего издеваться. Да и мне ли рассуждать о соответствии детей и родителей.       Тем более, что совсем скоро нашёлся ещё один повод половить диссонансы. Сначала меня смутили верёвочки, занавешивающие дверной проём. Я видел такие однажды, но это было несколько лет назад, и тогда это ещё хоть как-то вписывалось – во время, так сказать, в тип квартиры. А тут пиздец какой-то – то это, то стол с иконами, при том, что тут такой ребёнок.. А с кем он живёт? Не один же, да?       Из-за этих занавесок должен был вылезти какой-нибудь скелет во фраке и таинственным голосом пропеть: "Следуй за мной!". Потому что комната у Елисеева была как Страна Чудес какая-то, это просто восхитительно.       Начиналось всё теми же занавесками. Опять же, я видел такие много лет назад, но тогда это были обычные скрепки. Здесь же заместо самих верёвочек были ленты, и все увешанные бусинами, какими-то колокольчиками, и прочей мелкой хуйнёй. Уже это было странно, но всё самое интересное было впереди. Под тихий звон пройдя в комнату, я оказался, как я уже отмечал – в ебучей стране чудес.       Стена напротив была скрыта за куском фанеры, по центру которой было нарисовано солнце с человеческим лицом. Вокруг него располагались созвездия, которые ещё и светились. Смотрелось нихуёво. Кирилл сам всё это делал, интересно..? Если он и рисовать так умеет, ещё и с проводочками возиться, пиздец он крутой чел, по факту.       Кровати как таковой здесь не было, но половину комнаты занимал разложенный диван. Над ним стена тоже была украшена, и всем подряд: какими-то плакатами, картой звёздного неба, дощечкой с оленьими рогами, на которых ещё и висел стеклянный фонарь..       Ещё по комнате было развешено много гирлянд. Похоже, они сейчас были у каждого первого подростка? Просто Кирилл уже третий, вот и спрашиваю. Хотя тут в принципе было много всякой хуйни. Ночники, лампы, свечи какие-то расставлены, блять. Мои шаблоны никогда так не рвались, как сейчас.       Наклеечки и фарфоровые статуэтки на полках меня смутили ещё больше. Особенно обилие кошек. Вот так бывает, знаешь человека, мразь мразью, а потом оказываешься у него в комнате, и пиздец. Как – как, блять, – человек вроде Елисеева может жить в такой комнате?       В ходе осмотра шкафа выяснилось, что Кирилл абсолютно точно имеет какие-то увлечения в физике и технике, держит у себя трёх амадинов, угорает по ароматическим палочкам и мифологии – книги по большей части были на эту тему, – и любит или просто модельки из бумаги, или клеить их. Особенно объёмные многогранники. Может, им всё же попробовать поговорить с Артёмом? В какой-нибудь спокойной ненапряжной обстановке. Уверен, они найдут много общего, если перестанут выёбываться друг на друга. Так, глядишь, помирятся, одной проблемой у каждого станет меньше.       Вспомнив, зачем я изначально сюда шёл, я быстро отыскал аптечку и сразу направился в ванную. Задерживаться больше не стоило. а порыться можно было и по дороге. По сути, мне нужны были только бинты, которыми можно будет обработать кожу вокруг раны, и что-нибудь антисептирующее. Банальная перекись или хлорик.. У каждого должно быть дома, нет?       У Кирилла уже тряслись руки, так что всё остальное он предоставил мне. Сняв с себя куртку (было жарко, да и неудобно) и вымыв руки, я аккуратно стёр кровь с кожи, стараясь не задевать саму рану, и попутно рассматривая её на нитки или что-то такое внутри. На самом деле, мне было жутко неловко прикасаться к Елисееву, ещё и в таких местах, но я пытался изо всех сил. Ещё держал в голове, что и он наверняка не в восторге от моей компании. Может, сказать ему, что я нормальный, просто с одним исключением? Типа, мне только Артём нравится, и Кирилл может не переживать. Хотя вдруг дело вообще не в этом, и я ему как человек не нравлюсь? А я сейчас как типичный пидр себя веду. Ой, вы ненавидите меня из-за моей ориентации? Нет, ты просто как человек хуйло, вот мы тебя и хуесосим. Был бы норм пацан, общались бы нормально, но ты же урод ебаный. Ясно, гомофобы тупые. Ой, о больном.       Йод бы лучше нашёл, хуйлуша.       – Нахуя ты ввязался? – вдруг заговорил Елисеев, и я аж вздрогнул, перепугавшись. Вот так уж ему интересно? Хотя я бы и сам не отказался узнать. Потому что это пиздец, как я вообще до этого докатился? Сижу у Елисеева в ванной, обрабатываю ему рану на ноге. Мог бы я подумать, что такое когда-либо случится? А как смешно я выгляжу со стороны, особенно для Елисеева. С разукрашенным им же ебалом, да..       – Да не ебу. Просто.. Типа. Ладно.       Научите меня разговаривать. пожалуйста..       – Еблан, блять, – фыркнул Кирилл. – Сейчас ещё тебе перепадёт.       – Уже перепало, как бы. Похуй.       И это что, забота? Он заботится обо мне? Ой, ну перестань. Я не достоин.       Смазав йодом края раны, я принялся закрывать флакон, про себя вспоминая, видел ли я в аптечке что-нибудь ещё. Этого уже будет достаточно, но, может, чего-нибудь ещё сыпануть..? Стрептоцид?       – Завтра всё нормально будет? – Елисеев тем временем решил заняться насущными вопросами. Чё, уроки боится пропустить? Отличник, фу.       – Я ебу? От тебя зависит. Но вообще, лучше подержать её на воздухе сегодня. Чтобы она затянулась и начала уже заживать.       Ему же не надо никуда сейчас идти? Надеюсь, что нет. Или что он может отменить всю свою хуйню и немного побыть дома.       – Дома же чисто?       А то у них тут котенька есть, и мало ли, как часто тут уборку делают. Но хер знает. Его комната мне казалась вполне чистой. Ой, да и господи. Как будто Кирилл – человек без какой-либо формы иммунитета, и сдохнет, если ему подышать на открытую рану. Всё с ним нормально будет. Даже если кошка в доме есть.       – Да.       – Просто не дёргай её и не раздирай. Если она сейчас высохнет и хоть немного зарастёт, потом не будет присыхать ко всем поверхностям. А потом можно будет бинтовать, если так будет спокойнее.       – Ёбаный в рот, – Кирилл нервно посмеялся, осматриваясь. – Ты типа умный, да?       Честно, я счёл это за наезд и уже даже немного напрягся, но оказалось, что всё не так плохо.       – Типа, блять, вот юмор. Мне сейчас помогает какой-то гипер-умный хуй. А когда этот твой Дёрнберг ходил с почти такой же поеботой, его его тёлка довела до какой-то хуйни своими советами.       Это про Аню же, да..? Что-то у окружающих слишком много историй о ней. Хотя Елисеев только третий, но тут важно доебаться до того, откуда ему известно что-то. Ладно, Рита, ладно, Ковальский, но Елисеев? Хотя это же его, как бы, тема? Ну типа.. Не знаю. Истории, где Артём проебался или что-то такое. Осталось выяснить, кто поставщик.       – Ага, – я не желал говорить о проёбах и страданиях Артёма. – Если будешь обрабатывать йодом, мазать надо только вокруг раны.       – Да, туда ничего не лить, – Елисеев кивнул головой, типа, "я понял, отъебись уже, заебал". Гипер-умный хуй, ну пиздец, конечно.       – И никаких мазей. Особенно внутрь.       Тоже на всякий случай. А то мало ли, чё ему в голову ёбнуть может.       – Окей, босс, – фыркнул тот, и я осмотрелся, уже не зная, куда деваться от неловкости. На этом же можно заканчивать? Кириллу помогли, отношения улучшили, я надеюсь на это, по крайней мере, можно и съёбывать, так? Эпизод закончен? Ещё дела есть? Где список смотреть?       – Отведи меня в комнату, – Елисеев попытался самостоятельно встать, и в целом у него получилось, но я не думал, что у него получится нормально ходить. Забавно-то как. Интересно, это сильно бьёт по его самооценке? Ему помогает какой-то чел, которого он с братанами отпиздил пару дней назад. Унизительно, хуё-моё. Мне-то похуй. Может, и Кирилл не такой долбоёб, и из-за такой хуйни не загоняется? А тогда наехал на меня только чтобы пристыдить. Как знать. Вообще, мне не стоит его оправдывать, а то тупо получается. Человек открыто меня презирает, а я вот так себя веду. Ну, зато по-христиански. Надо быть добрым ко всем. Ладно, есть исключения, конечно, но Елисеев явно не из них. Он вообще классный парень. Наверное. Скорее, если бы я входил в его круг доверия, я бы мог в этом убедиться. Но увы. Все выборы уже сделаны.       Я довёл Елисеева до кровати, и когда он уселся на неё, сразу отошёл в сторону. Достаточно нам нарушений личных пространств на сегодня. Перевыполнили все планы, хватит.       Но уходить вот так сразу я не решился, да и не хотел, наверное. Хотелось ещё немного побыть в таком замечательном месте. Локация ведь сугубо эпизодическая, я здесь больше никогда не окажусь. Зафотать бы тут всё (скринов-то не понаделаешь..), но при Елисееве это делать, ну, не очень?       – Нравится? – наверное, заметив моё поведение, догадался Елисеев.       – Ты сам всё это делал?       – Да.       Ещё меня радовало, что я не один такой – парень, который любит собирать всякую хуйню. Надо отметить, что Елисеев далеко ушёл. Ну, теперь мне есть, к чему стремиться. Нашёл свой идеал. И если кто-то будет мне пиздеть, что я странный, я расскажу им про это место. Чтобы не выёбывались.       – Осматривайся, – бросил Кирилл, сам начиная забираться под одеяло. – Я могу укрыться?       Эх, я бы тоже сейчас не отказался оказаться у себя дома и залезть под одеялко. Но до дома ещё дойти надо, и не умереть при этом. И перо под печень не словить..       – Подожди хоть немного. Чтобы рана высохла. Тогда можно будет бинт наложить. Хотя если тебе нормально на левом боку, то.. Можешь просто отодвинуть ткань, чтобы она к коже не прикасалась.       Елисеев кивнул и принялся переворачиваться на тот самый левый бок, заодно подтягивая к себе одеяло. Я на секунду представил, как, типа, я сейчас уйду, а он останется тут один, и ка-ак приуноет. Бедный Елисеев. Может, стоит остаться с ним..?       Ладно, всё. Давай, лучше ещё раз порассматривай те шарики в шкатулке. Они такие забавные. И тебе же так интересно, что это такое, и зачем нужно вообще.       – Чё ты там рассматриваешь? – вскоре заметил Кирилл.       – Да ничего..       – Хочешь – забирай?       – Что? – я посмотрел на него. Я отлично его расслышал, но просто удивился.       – Они.. Хотя жалко, конечно, – задумался Кирилл. – Но можешь считать это благодарностью.       – Нет. Это неправильно.       – Вот чё ты выёбываешься, блять? – прикрикнул он, зачем-то перебираясь ближе к краю кровати. Он же, вроде, спать хотел, нет?       – Ты.. – я поспешил сменить тему. – Можешь позвать кого-нибудь сюда? Чтобы ты не оставался один.       – Бля, брат, – восхищённо протянул Кирилл. – А это отличная идея. Наберу своим мальчикам..       Сразу же он потянулся за телефоном, а я довольно покачал головой. Да, пусть Кирилл хоть тусу у себя дома собирает, но лишь бы за ним кто-то присмотрел до прихода его родителей. А то я не могу остаться по ряду причин, но и бросать его одного не хотелось бы. Я такой душка, конечно.       – Я же смогу завтра ходить? – увлечённо печатая в телефоне, спросил Кирилл.       – Думаю, да. Но.. Опять же, рана должна высохнуть. Так что постарайся по возможности не накладывать на неё повязки, ну и.. Посидеть дома, не знаю. Чтобы даже одежда сильно ничего не тёрла.       – Понял. Спасибо.       Вау. Мне не послышалось?       – Подойди, – вдруг протянув руку, сказал Елисеев, и когда я отшатнулся, посмеялся. – Ты чё, боишься меня, что ли? Бу, сука.       Мне даже захотелось его ударить. Чё он такой весёлый, блять, стал? У него разве не кровопотеря в организме? Спи, блять. Шутник ебаный.       – Ладно, – в конце концов, сдался он. – Просто хотел нормально поблагодарить. Но как хочешь.       А что в том "Спасибо" было не нормального? Еблан, блять.       – Не за что, – сразу как-то застремавшись, протянул я. – Пойду, пожалуй.       – Удачи, – отозвался Елисеев, уже закрывая глаза и укутываясь в одеяло.       – Ты закроешь дверь?       Я, конечно, могу оставить её открытой, но это не очень идея, мне кажется.       – Я инвалид, – вздохнул он. – Ну а вообще. Владик уже бежит сюда. Так что похуй, можешь оставить дверь открытой.       – Это не..       Не то чтобы я был жутким параноиком, но разве это не опасно? Не хуёво, я не знаю.. Вот так я оставлю дверь открытой, а какой-нибудь сосед Кирилла алкаш дядя Толя перепутает этажи и ввалится сюда. И пусть Кирилл, неспособный самостоятельно передвигаться, объясняет ему, что это его квартира. Я не хочу, чтобы случилась какая-нибудь хуйня.       – Господи, – выругался Кирилл. – Ну можешь ключи у меня в куртке взять. Закроешь дверь, завтра в больничке мне отдашь.       – А как ты завтра утром отсюда выйдешь?       – У меня есть запасные.       У всех есть запасные, одни мы как лохи какие-то, блять. Надо бы заняться уже этим вопросом..       – А к тебе же кто-то там идёт, нет?       – У него есть ключи от моей квартиры, – Кирилл только отмахнулся. Пиздец, сейчас бы выдавать ключи от квартиры своим друзьям. Ну чего бы и нет, да?       – Ладно, – в конце концов сдался я. – До свидания.       – Удачи.       Да, вот уж что мне не помешает. А то сейчас тот хер как решит мне отомстить.. Хотя он же меня не видел, получается? Но я всё равно переложу нож из рюкзака в кармашек. К греху поближе, так сказать..       Я был сказочно рад, когда наконец оказался дома. Как же приятно осознавать, что всё, весь пиздец закончился, и теперь ты несколько часов можешь провести в своей уютной комнатке (не такой уютной, как у Елисеева, конечно, но), и вообще расслабиться, наконец. А то там, за дверью, столько опасностей и плохих людей..       Стоило мне только зайти в квартиру, мать сразу же подозревающе меня оглядела. И я сперва даже не понял такого интереса к своей персоне, но её слова всё прояснили:       – Я уже думала, тебя опять избили и ты валяешься где-нибудь без сознания.       Ха-ха.