Wenn

20.11.13, Среда

      – Пойдёшь? – повернувшись ко мне, спросил Ковальский.       – Нет.       – Почему? Интровертом решил побыть?       Я засопел, мысленно упрашивая себя не злиться. Всё нормально, Арсений. Просто пошли его нахуй.       – Да. Посижу дома, погрущу. Уроки сделаю.       – Сейчас бы уроки делать, – фыркнул Илья, и тут же осмотрелся, вероятнее всего, в поисках Артёма. Он стоял в очереди у гардероба, но скоро должен был освободиться. Мне стоило дождаться его по некоторым причинам, и то, что Ковальский вот так внезапно обратил внимание на нас было плохо, на самом деле. Хотя можно понадеяться, что удастся уйти незамеченными от него. Самое главное – чтобы он не спалил, что мы уходим вместе. Хотя, может, всё отменится, и я смогу пойти домой? Алексей Валерьевич не уехал, Артём захотел побыть один, ещё какая-нибудь хуйня.. Ну, я даже не знаю, чего хочу больше. Чтобы планы отменились или сохранились.       – Ты пойдёшь с нами? – когда Артём освободился и подошёл сюда, спросил Ковальский.       – Нет.       – Почему?       – Потому что отъебись.       До Артёма он доёбываться не стал – только потрепал его по голове, и когда чуть не словил по ебалу, отбежал и потерялся в толпе. Это было самое время подойти и узнать, что там с планами, ну, этим я и занялся. Как раз пока Ковальского нет рядом.       – Ничего не отменяется?       – Нет, вроде, – хмыкнул Артём. – Если ты слиться не решил, конечно.       – Нет. Но я по-прежнему не понимаю, чё мы будем делать.       Хотя я придумал кое-что, но стоило сперва узнать, как Артём к этому отнесётся. О чём я думал не так давно – попросить его дать мне свой ноутбук. Поглядеть, что там есть, и всё такое.. Простого интереса ради. Что он там делает целыми днями? Чем дышит, чем живёт? Он сохраняет картиночки? Фотографии? Сериалы или фильмы? Папку с музыкой хотелось бы исследовать. Но я не знаю – это будет слишком ненавязчиво? Артём может и не оценить такого вторжения в своё личное пространство. Но можно сказать ему, что он может следить за процессом и остановить меня, если что. В смысле, если есть какие-то папки, куда мне не стоит заходить, чтобы я в них не зашёл..       – Веселиться, – передёргивая бровями, сказал Артём. Со скрытым за шарфом лицом это выглядело даже забавно.. Но в то же время и вгоняло в некую панику.       – Это было стрёмно, – решил отметить я.       – Со мной в принципе не хорошо, – Артём пожал плечами, уже накидывая рюкзак. – Пошли.       Как только мы оказались в квартире Артёма, я понял, что мне дико неудобно здесь находиться. Трудно сказать, с чем это связано. Я уже был тут несколько раз, ни один из которых ничем плохим не закончился (ну, серьёзно плохим), но всё равно что-то не так? Когда мы были у меня, мне и то было легче. С другой стороны, что не так. То дом, а это – чужая территория. Возможно, это из-за того, что мне стыдно перед Артёмом? Что я не могу нормально с ним общаться, хотя уже почти месяц прошёл с того момента, как мы встречаемся? Как сложно общаться с людьми, в рот их всех ебать, прости, господи..       Раздевшись, мы прошли в комнату Артёма. Здесь мне тоже не нравилось, но сейчас я мог сказать, почему – было слишком пусто. Моя комната была для меня верхом уюта и комфорта (было, конечно, к чему стремиться..), и поэтому всё на автомате сравнивалось с ней. Логично, какие-либо различия – это дикий минус, а комната Артёма – это просто противоположность моей. Какого хера тут так пусто? Как будто в психушке оказался – ничего лишнего в камере, только самое необходимое. Артёму самому нормально тут находиться, нет? Хотя он уже привык, наверное, но всё равно. Мне бы как-нибудь к этому привыкнуть..       Потом нашёлся другой повод поизводиться – что мы сейчас будем делать? Да, у меня были мысли, но не сразу же, да? Надо о чём-то поговорить сперва, но вот о чём? В целом, Артём может начать разговор, а мне главное не слиться, но такой вопрос – а сколько это будет длиться? Не до вечера же? И во сколько я уйду отсюда? Темнеть начнёт в шесть-семь, сейчас только два часа часа. И казалось бы – четырёх-пяти часов нам вот так хватит.. Впрочем, ладно, похуй. Посмотрим, как всё сложится. Да и Артём разве не намекал, чтобы я тут и на ночь остался? Это будет очень стрёмно..       – Чё нервничаешь? – спросил Артём, заглядывая мне в лицо.       – Хочу и нервничаю, – фыркнул я, но тут же решил исправиться. – Просто не знаю, что делать.       – Ну давай я тебе подскажу, – хмыкнул Артём. – Можешь пока сесть на кровать и побыть там.       – Прикольно.       Пока он ходил по квартире и что-то делал, я судорожно соображал, как мне быть. Или Артём и дальше меня проинструктирует? Было бы прикольно. С другой стороны, не хотелось, чтобы было, как в лагере – что все разговоры будут тащиться только им, а я как чмошник буду молчать или уныло поддерживать тему ущербными вопросиками. Насколько же всё плохо? Опять же – встречаемся почти месяц, а даже поговорить не о чём. Хотя в нашем случае все эти "Встречаемся уже сколько-то там" неуместны. Мы пропустили некоторые стадии развития отношений, что даёт о себе знать сейчас.       Ну, можно узнать, чем они занимались с его бывшими? Я же могу расспрашивать о таком? У нас довольно странно границы установлены, так что допустим, что да. Да и что такого постыдного там может быть, чтобы Артём застремался мне об этом рассказывать? Скорее всего, они тупо пиздели о чём-то, иногда куда-то выбирались и.. Всё? Что ещё люди в отношениях делают? Ебутся. Но мы про это даже не говорим, потому что и так понятно.       К тому моменту, как Артём окончательно вернулся, я смог немного расслабиться, и вопрос дался мне относительно легко:       – Что вы делали, когда ты приходил к Ане?       Я сам не знал, почему именно Аня, но как уж вышло. Потом можно и про остальных уточнить?       – Серьёзно, да? – потормозив немного, фыркнул он.       – Мне просто узнать.       – Ну, – протянул Артём, отходя к столу и останавливаясь возле него, – сначала она доёбывалась до меня, как у меня прошёл день. Этого ей всегда было мало, поэтому всегда приходилось кормить её пиздатыми историями на сторонние темы. Потом.. Или мы напивались, или просто темнело, и она начинала доёбываться до меня на личные темы.       Было принципиально дожидаться тёмного времени суток, чтобы начинать доёбываться на личные темы? Типа, говорить с человеком о таком можно только или когда он пьяный, или когда темно? В чём смысл?       – Или задавать свои стрёмные вопросы, до которых она додумалась с очередной подачки своих друзьяшек или из-за кошмара.       Бля, прикольно..       – Все её кошмары были про ревность, – поделился со мной Артём, причём с таким выражением, будто это был пиздец какой-то ебаный. Хотя именно этим это и было. Я не то чтобы верил во всякую паронормальную хуйню.. Но сны – это ведь и психология в некоторой степени? Если человеку постоянно снится, как ему изменяют, что-то это о нём да говорит.       – А твои – про то, как ты убегаешь от кого-то, да?       Я не понял, с чего вдруг тема так внезапно переключилась на меня, но куда уж деваться.       – Или прячусь, – дополнил я.       У меня тоже очень весёлая жизнь, как можно заметить. Артём ещё летом стебался надо мной из-за этого, типа, "Гы, убегаешь от себя?)", и, в целом, такие мысли не лишены логики. Но я не хочу об этом думать. Когда-нибудь это закончится, я уверен.       – Что из этого хуже?       А то он так говорит, будто это что-то плохое. Он же не презирает меня? Я не виноват, что вижу такую ебанину. А даже если и сказать "Ну это же твои проблемы".. Ну не сказал бы, что у меня есть какие-то проблемы с определением или принятием себя. Вполне себе комфортно существую. Почему моё подсознание считает иначе – уже его проблемы.       – Ну, твои кошмары не имеют ко мне никакого отношения, – хмыкнул Артём. – Так что хуже кошмары про ревность.       – А с Ритой и Катей? – я решил вернуться к прошлой ветке обсуждений.       – Почти то же самое. Только они мне мозги не так сильно ебали. А, – вдруг воскликнул Артём, – мы с Аней иногда ещё ездили на всякие сходочки и вписки. А с Ритой ходили к Ковальскому. Гуляли иногда. С Аней тоже, но ей обычно в три утра всегда прибивало это делать. Рита была более нормальной.       Блять, пиздец. А можно мы не будем гулять?       – Вас никогда не били?       Гулять в такое время суток как будто не самая безопасная затея. Ну или это просто я. Деревенский дикий мальчик, для которого высунуться из дома после девяти вечера равноценно смерти.       – Нет. Мы либо не уходили далеко от подъезда, и тусили на детских площадках, либо я выёбывал ей мозги, и мы возвращались домой после одного круга вокруг дома.       Артём покачал головой, скрестив руки на груди.       – Пиздец, блять.       Кажется, он был остро недоволен этой ситуацией? Ну, мне хотелось верить, что в этом деле его больше смущает тот факт, что его вытаскивали из дома в такое время ради нихуя. Это бы нас сроднило. Я в принципе домосед и домашний человек – меня хер заставишь выйти из дома без причины. А тут ещё и в такое время.       – Чё, – вдруг Артём уставился на меня. – Раз уж про бывших заговорили, выкладывай про Кристину.       Я немножечко затриггерился, хотя сам не понял, что именно меня задело. То, что Артём вызывает меня на личный разговор или то, что он назвал Кристину моей бывшей?       – С чего ради она моя бывшая?       – Ты от ответа не уклоняйся.       – Как дела? – попытался пошутить я, но тут же решил прекратить паясничать. – Ладно. Что тебе рассказать?       – Как вы познакомились? Как отношения развивались? Мы с Ковальским там придумали немного, – Артём неловко почесал щёку. – Но это же не так было.       – Отто отправил меня помочь его другу с переездом в новый офис. Надо было подвинуть пару шкафов и коробочки потаскать. Кристина – дочь этого друга. Мы встретились там, а потом уже она начала до меня доёбываться.       – Так звучит, будто тебе это не нравилось.       А вы что, пытаетесь меня спровоцировать на эмоции сейчас?       – Мне было похуй.       Он ожидал чего-то другого? Мальчик мой. Я первые недели две даже не понимал, чё она от меня хочет. Бедной девочке пришлось несколько раз заманивать меня к себе домой под разными предлогами, и видел бы ты её ебало, когда она хотела обняться со мной на прощание, а я отшатнулся, помахал рукой и ушёл. Представляешь хоть немного уровень неловкости?       – Это было прошлым летом? Ну, ты говорил, что вы ездили к ним тогда.       – Да.       – Сколько тебе было? Пятнадцать?       Я покачал головой.       – А у вас что-то было? – у Артёма всё ещё были вопросы. Что, хочет быть уверен в моей чистоте перед отношениями с ним?       – Целовались пару раз.       – И всё?       "И всё", блять. Посмотри на меня, и сам ответь на свой вопрос.       – Угадай с трёх раз.       – Ладно, неважно, – сразу слился Артём. – Чем ещё вы занимались?       – Зависали вместе. Я рисовал ей её персонажей.       А она печатала мне наклейки, которые сама же рисовала. Я был предельно счастлив.       – И ты посмел бросить её после такого? – произдевался Артём. – Чё за персонажи?       – Она хочет стать разработчиком игр. И у неё уже есть одна задумка. Вот, она просила примерно набросать пару штук.       Мне кажется, это была очередная её попытка придумать, как заманить меня к себе.. Но как бы уже и похуй. Мы довольно неплохо проводили время, если так подумать.       – А сейчас у вас что? Ты типа написал ей, вот так, ни с хуя, и вы снова начали общаться?       Вообще-то, я сам охуел, что всё так легко прошло, окей? Не надо надо мной издеваться.       – Нет, просто так совпало. Она сама хотела мне написать. Ну, она так сказала. Так что можно сказать, что мы просто понадобились друг другу в один момент.       – Зачем она тебе понадобилась?       – Извиниться перед ней? – фыркнул я. Чё Артём там навыдумывал себе? Хотя да, он же не в курсе полной истории наших взаимоотношений. Или в курсе..? Я разве никогда не говорил ему? Бля.       – Благородство, и только, – фыркнул Артём, снова закатывая глаза.       – Ты говорил, мы можем общаться, – напомнил я.       Просто хотелось прояснить. Он же правда так говорил, а сейчас вот доёбывается.       – Не.. – Артём, видимо, и сам охуел с моей тупости. – Приписывай моим словам не тот смысл. Общайтесь сколько влезет, мне похуй.       Ну ладно. Смотри мне.       – Просто хотелось узнать. Ты себя позиционируешь, как какого-то ебаного девственника, а потом оказывается, что такая девушка, как Кристина, запала на тебя, и даже сама чёто тебе пишет, шлёт..       Ой, да так и скажи, что завидуешь, блять. Ладно, конечно, я не думал, что причины волнения Артёма – это ревность.. Если он вообще волнуется.       – Я сам в ахуе, – решил поделиться я. – Что был, когда она начала приставать ко мне, что сейчас, когда всё продолжилось.       – Ты у нас скромный мальчик? – усмехнулся Артём. – Ой, не знаю, что такая девушка забыла рядом со мной..       Я уже недовольно вскинул бровь. Да, очень забавно, что Артём признаёт, какая Кристина охуенная. Но можно уже прекратить? А то реально чем-то не тем отдаёт.       – Эм, – я сам решил сменить тему. – Можно в твоём ноутбуке пошариться?       – Чё? Зачем? – сразу нахмурился Артём.       – Просто.       Адекватных объяснений у меня не было, а потому я надеялся, что Артём поймёт.       Подумав немного, он глубоко вздохнул.       – А ты свой мне потом дашь? – вскоре спросил он, и я кивнул. Конечно же, дам. Это будет справедливо.       – Да. Только можно ты не будешь просматривать кое-какие папки?       Казалось, что стоит сразу это прояснить..       – А что ты там такое ныкаешь? – Артём сощурился, посмеиваясь. – Ладно, в случае с тобой это не смешно. Но и ты тогда тоже.       – Ну, логично. Вообще, я хотел предложить, чтобы ты сидел рядом и следил. Остановишь, если что-то пойдёт не так.       – Так пойдёт, – выдал Артём и двинулся в сторону шкафа. – Сейчас.       Артём не то чтобы долго искал свой ноутбук где-то у себя в шкафу, но я всё равно успел побеситься. Хотя это немного не то слово. Я предполагал, конечно, что он может прятать все вещи там, но блять. Это же н е у д о б н о, какого хера, Артём? Ноутбуку-то что там делать? В чём проблемы у тебя?       – Что? – заметив мой взгляд, спросил Артём. – Знаешь, как хочется разхерачить его об стенку, когда злишься?       Я забрал у него ноутбук и поставил себе на колени, Артём же пока пошёл подключать провод к сети питания.       – Нет, не знаю.       Что ещё я мог сказать. Я по природе спокойный миролюбивый человек.       – Твоё счастье, – мудро заметил Артём.       Я же задумался. Каким психованным уебаном надо быть, чтобы даже твой ноутбук был в опасности? Я просто полагаю, что техника занимает довольно важную позицию, и к ней куда более бережное отношение, чем к остальным вещам. Как бы оно ни висло, не будешь же ты сознательно разъёбывать что-то? Это глупо. Но Артём настолько агрессивный, что даже такие вещи в опасности?       – Ты всегда так нервничаешь?       Я всё ещё считал, что говорить с ним про его психопатию – не самая лучшая идея, по крайней мере, на данном этапе, но в тот раз он, вроде, спокойно к этому отнёсся? Так что допустим, мы можем.       – Ничего не могу с собой поделать, – он лишь пожал плечами. – Если что-то бесит, надо что-то сломать или порвать, чтобы успокоиться.       И поэтому здесь так пусто? Он всё попереломал? Ладно, шутка. Наверняка он просто прячет вещи от себя, чтобы не разнести ничего в порыве гнева.       – Это у меня с детства, – меня как бы успокаивали. – Мне тогда нравилось представлять, что предметы чувствуют боль. Но я никогда.. Как сказать? Не инициировал злость. Не подходил и не начинал что-то хуярить или ломать. Меня всегда бесили.       Ага-ага.. А как-то контролировать эмоции, вот это всё? Понимать, что своими действиями ты вредишь себе, окружающим (ну или хотя бы окружающему тебя, если люди тебя не ебут), и пытаться работать с гневом? Нет? Тебя, бедного, доводили. А ты, конечно, ни в чём не виноват.       Когда Артём уселся рядом, я немного занервничал – ну, чего бы и не занервничать после таких разговоров?, – но постарался себя успокоить. Сейчас же он не нервничает? Всё хорошо, я в безопасности. Главное – не бесить его. Но ещё бы кто-то пояснил, что это значит.       Рабочий стол был абсолютно пустым – это сильно бросалось в глаза, надо отметить. Артём, наверное, любит пустоту? Когда настолько убрано, что вообще ничего нет? Или просто привык к такому? В любом случае, мне казалось это очень странным. Не то чтобы у меня на рабочем столе было много херни, но игры, хотя бы.. Хотя кое-кто же в них не играет.       Потом уже я обратил внимание на фоновое изображение. Логично, оно было чёрным, и только по кривому центру было что-то вроде карты. Границы, в центре карты – сердце, три меча, протыкающие его, сверху над всей этой конструкцией – римская цифра три, снизу, уже под самой картой – "OUCH!". Тройка мечей типа, да? Кристина не то чтобы увлекалась этой хернёй, но у неё был набор, и она в целом неплохо знала, что говорят выпавшие карты. Как-то она гадала и мне, и тогда в раскладе была тройка мечей. Какое совпадение. Я тогда особо не слушал, что мне рассказывали, но помню, что это дико хуёвая карта. Это Артём так иронизирует над собой, или просто поставил первую попавшуюся картинку? Но просто странно, что он – парень, ещё и такой, – шарит за обозначение карт таро. С другой стороны, кто-нибудь из его бывших мог раскидать ему за понятия хотя бы примерно..       – Это обе твои папки? – добравшись до того самого, спросил я.       "Ёбаный ад" и "С флешки" как-то не вписывались в общую картину системных папочек..       – Да. Просто когда мы жили все вместе, всё моё хранилось частью на общем компьютере, частью – на флешке.       М-м. И что же ты там такого прятал? Что нельзя было хранить на общем компьютере? Ладно, шучу. Наверняка там что-то вполне безобидное. Или типа того.       – А сейчас слить это всё в одно нельзя, да? – тыкая на первую папку, спросил я. Вообще, можно было и не спрашивать – понятно же, что раз он это не сделал, то были причины, – но как же не доебаться.       – Я сильно привыкаю к вещам.       О, я не один такой еблан? Круто. Но такой вопрос: а названия он тоже не менял? Я просто полагаю, что раз компьютер был общий.. Хотя он же не уточнял, с кем именно общий. Может, только со старшей сестрой? Я просто подумал, что было бы забавно, если бы его родители видели вот это "Ёбаный ад".       В Аду было не так уж и весело. Картиночки и музыка, ещё какой-то мусор – "Документы" с какими-то pdf внутри, "Новая папка" (куда уж без этого, господи), с, судя по всему, мемасиками, какой-то "Резерв", "Подготовка", "С комментов" и "С телефона". Последнее меня дико заинтересовало, и это логично – с какого ещё, нахуй, телефона?       – У тебя был телефон? – заходя в папку, спросил я.       – Ковальский скидывал мне всякую хуйню.       "1", "Какие-то бумажки".. "Трупы", блять?       – Там голуби, – хмыкнул Артём, видимо, догадавшись, на чём я завис.       – Какого хуя.       Зачем тебе фотки мёртвых голубей, Артём, ты чё, больной? Пиздец.       Заходить дальше я пока не стал, решив просмотреть хотя бы поверхностно всё имеющееся здесь – помимо папок тут были и фотографии.       – Надо бы тут убраться, по-хорошему, – задумчиво проговорил Артём. – Столько хуйни с ГИА осталось.       Я и сам видел кучу каких-то бумажек – такие фотографии, думаю, всем школьникам хорошо знакомы. А ещё тут было подозрительно много кошек. Но Артём же их не любит, м?       Заметив фотографию с чьим-то голым торсом, я сначала просто пригляделся, а потом и открыл её – чё уж там. По татуировочкам было легко определить, кто именно фотографировал себя в зеркале..       – Это ты? – уточнил я. Ну, так, вдруг чё. Может, у него сестра-близнец есть? Чисто по приколу делающая такие же татуировки, как у него. Ну вот вдруг.       – Да.       – Почему у тебя чёрные ногти?       – Не спрашивай.       Как прикажете.       – А это что за хуйня? – обводя мышкой царапины и красноту у него на груди и животе, спросил я.       – Это Аня.       – А это Ковальский?       В том же зеркале, за Артёмом, был кусок чьего-то тела, и по татуировкам на плече можно было легко определить, кто это у нас. Вот, практическая польза от них, хоть какая-то – можно легко определять, кто на фотографии, даже если не видно лиц.       – Да.       Хм.. Вообще, это был крайне странный снимок. Артём с крашеными ногтями и разодранным голым телом, Ковальский где-то там на заднем плане ходит, и я понятия не имею, где они. Чья это квартира? Анина, что ли?       – Ковальский был знаком с Аней? – решил поинтересоваться я.       – Нет. С чего ради?       – Ну вдруг. Они как будто похожи.       – Оба – конченые долбоёбы?       – Ну типа того.       – Они виделись один раз, вроде? – принялся вспоминать Артём. – Мы прошлись немного, и всё. Там ниже есть её фотки с той прогулки. Ани, в смысле.       Фотки Ани или фотки, которые сделала Аня? Это важно. Просто казалось бы, нахуя Артёму хранить фотки Ани?       Больше здесь меня особо ничего не заинтересовало. Было очень много бумажек, где были не бумажки, были какие-то люди, чаще всего – наши одноклассники. Как я это понял? Да по обстановочке. Уже узнаю свою школу. Были ещё и какие-то девушки..       – Кто это?       Открывать фотографию я не стал, просто выделил её. Две какие-то женщины сидели рядом, судя по всему, в каком-то заведении?       – Мать и сестра.       Но если фотки с телефона Ковальского, откуда здесь это? Зачем ему фотка матери и сестры Артёма?       – Откуда у него фотки твоих родственников? – я всё-таки не сдержался.       – Мы, вообще-то, все хорошо общаемся. Ну, общались, – быстро исправился Артём. – Но вообще, моя семья, семья Ковальского и Риты как бы друзья между собой. Ну, с некоторыми поправками..       Кажется, были моменты, которые изменили это всё дело? Ну, допустим, эта часть истории персонажа пока мне не доступна.       Чуть ниже тоже нашлось кое-что интересное. Какая-то дама стояла у разрисованной стены и прикуривала.       – Это Аня? – догадался я.       – Да.       Я повернулся к нему, ну, так – глянуть ему в глаза. Серьёзно, блять, да? С ней?       Я даже фотографию открыл, чтобы рассмотреть получше. Мне нравилась её футболка, а всё остальное было хуйнёй какой-то. Зачем, Артём?       – Ещё её фотки есть?       – Понравилась? – усмехнулся тот.       – Ага, – внимательнее вглядываясь в иконки файлов, сказал я. – Привстал уже так немного.       – Ну, мы похожи, в целом.       – Цветом волос?       Но пока я заметил у них одно сходство, уж извините. В лагере они говорили, что Аня была педовкой, то есть, предполагалось, что она похожа на пацана. Но простите? Лицо у неё было довольно феминным и даже милым, что ли? В каком месте они с Артёмом похожи? Он своё ебало-то видел? Если он похож на Анечку, то.. Я даже не знаю, что не так с этим миром.       – Там где-то чуть ниже должны быть. Вот, – он указал в место на экране. – Как ты их сделал?       Всё та же Аня сидела на кровати, получается, прямо перед Артёмом, и пила из какой-то зелёной бутылки. Судя по обстановке, они были у неё в комнате..? Ну или у кого-то в комнате.       – Чел, – Артём устало посмотрел на меня. – Я не всегда без телефона был, окей? Там дальше ещё есть голубь, который ел сосиску.       Артём пару раз нажал на стрелочку вправо, и вот включилась та самая фотка. И правда голубь, и правда ест, и правда сосиску. Охуеть можно.       – Недавно видел, как один копчёную куриную ногу поклёвывал, – хмыкнул Артём. – Тоже охуел немного.       Во-первых, какой молодец выбросил копчёную куриную ногу? Покажите мне его. Во-вторых, мне кажется, голуби уже вообще всё готовы клевать, что клюётся. Лет через десять трупы собак и людей объедать будут не только насекомые и бактерии, но и голуби вместе с ними.       Больше ничего особого тут не было – по крайней мере, я не видел. Хотя так уж прям сильно я ничего не рассматривал – просто листал вниз, и всё.. Но и досконально просматривать всё я не собирался. В конце концов, файлов тут было под полторы тысячи, а я, к счастью или к сожалению, не бессмертный. Может, когда-нибудь, когда у меня будет миллиард лет свободного времни..       – Ты не будешь это всё просматривать? – спросил Артём, когда я вернулся в исходную папку.       – Слишком долго.       – Надо поудалять там всё, – задумчиво повторил Артём.       – Ты не играешь в игры? – рассматривая все папки здесь ещё раз, спросил я. Просто если это всё хранилось на компьютере, то такие вещи тоже должны быть здесь?       – М, нет. Когда я тусовался у Ковальского часто, невольно приходилось за этим наблюдать, иногда участвовать. А так нет.       Блять, я этого не пойму никогда, наверное. Типа, вообще ни во что не играть? Чем он занят-то целыми днями тогда? Книжки читает? Или фильмы смотрит? Чем он тут занимается целыми днями?       – Как ты к этому пришёл?       – К чему? – не понял я. Вообще было неожиданно, что он вот так заговорил со мной.       – К игрулям своим. У меня такое себе к этому отношение, – зачем-то напомнил Артём. – Так что давай. Как это случилось. Как нормальные люди превращаются в задротов?       Милый мой.. Что ещё есть "нормальные люди" – те, кто играют в игры, или те, кто не играют.       – После такого тона, – я даже осмелился посмотреть на него. – Не о чём с тобой разговаривать.       – Да рассказывай, – заканючил Артём. – Я не буду над тобой издеваться.       – Да знаю я вас, – так же начал издеваться я. – Только повод дай, тут же насмешки какие-то, блять..       – Блять, Арсений. Рассказывай давай. Во сколько лет начал играть в китайские игрули. И свернул не туда.       И вот без шуток, после такого он думает, что я буду что-то ему рассказывать..?       – Вообще-то, довольно поздно.       Не то чтобы я хотел исповедаться перед ним, но просто хотелось пояснить.       – Наш старый комп такое не потянул бы, так что сперва были лёгкие позорные РПГ-шки.       – Что это?       Сейчас Артём интересовался более миролюбиво, и я даже удивился. То есть, он и так может?       – Герои, Фалаут, – я решил сразу зайти с примеров. – Не видел у Ковальского?       Он должен был, я знал. Обязан.       – Ну чёто было.       – Вообще, это пиздец обширный жанр. Но если мы говорим о тех временах.       Про времена визуальных новелл, ещё и пикантного содержания, я не стал говорить. Некоторые секреты лучше держать при себе..       – Потом в один прекрасный момент выпустили PSP.       И так я превратился в нелюбителя выходить из комнаты. История о том, как арсений превратился в затворника.       – Уже потом были китайские игры. И то я туда вернулся только чтобы с Ковальским играть. Я сейчас больше по пиксельной поебени.       – Офф эта ваша? – зафыркал Артём. М-м, неуважение к шедевру.. Осуждаем.       – И она в том числе.       – Чёто ты деградировал, – хмыкнул Артём. – С китайщины на пиксельную хуйню.       – Блять, вам не угодишь, – фыркнул я. – Китайские ММОРПГ – плохо. Пиксельные РПГ – плохо.       Чё делать-то? Хотя я знаю, что Артём скажет. Общаться с людьми, вести нормальный образ жизни, вот это, да? Заранее скажу: пошёл нахуй.       – А аниме ты не смотрел?       Такие резкие смены темы меня не сильно радовали, при том, что новый объект обсуждения тоже был такой себе. В смысле.. Ладно, чего грех таить, я смотрел. Но это было давно и всего пару раз, так что не считается.       – Немного. Как правило, если его выпускали по штукам, которые мне нравились.       Типа Бетмена, или та же Данганронпа..       – А так. Мне тяжело сидеть и залипать в экран по полтора часа. Да даже двадцать минут. Это пиздец.       Не знаю, что со мной не так, но я одну серию Игры престолов мог полдня смотреть. А фильмы нормально заходят только фоном к чему-то, и то я половины так не понимал, потому что внимание на другом. Ну никак не сходится у меня с ними.       – Зато как в играх по семь часов в день проводить – это он может.       – В играх ты хоть что-то делаешь.       Путём долгого осмысления всего происходящего я понял, что дело в том, что мне надо что-то делать руками. Играя, ты хотя бы на кнопки тычешь, что-то читаешь, во что-то вникаешь, а когда смотришь фильм? Можно что-то делать, но только ты отвлечён на дело, и нихуя не поймёшь. Замкнутый круг.       – А что тебе мешает делать что-то во время просмотра фильмов?       – То, что во время просмотра фильма надо смотреть на экран и вникать в происходящее, может быть?       Может, и есть такие умники, которые за весь фильм только пару раз поднимут взгляд на экран, и при этом всё поймут и запомнят, но у меня мозг не так работает, уж простите.       – А можно я как-нибудь посмотрю, как ты играешь во что-нибудь?       Я снова немного прихуел – и с очередной резкой смены темы, и с сути просьбы, и с того, что Артём опять говорил нормально, а не так, будто я конченый уебан.. Даже непривычно.

******

      – А ты хочешь, чтобы я до тебя доёбывался? – я развернул голову вверх, чтобы видеть лицо Артёма. Так забавно, оказывается, лежать у кого-то головой на ногах.       – Не знаю. Не могу сказать, насколько это будет меня бесить.       Всегда можно попробовать. У меня всегда к тебе вопросы найдутся, ты мне только разрешение дай.       – Хочешь, доебусь сейчас?       – Ну попробуй.       Тон у него снова был пренебрежительный. Явно недооценивает масштабы своих проблем.       – Чё, кто такая Света? – разворачиваясь обратно к ноутбуку, спросил я. Дама так и не ответила, хотя прошло уже целых три минуты. Что творится в мире? Ужас. Брала бы пример с подружки своей – никуда не отходит.       – Аринина подруга.       – А Арина?       – Подруга Риты. Она была у неё на дне рождения, – напомнил мне Артём, ещё с таким выражением, будто я тупой. Простите, мне никто не говорил запоминать всех ваших друзей. С этого момента начну, раз так настаиваете.       – И почему они что-то решают?       Артём консультировался у этих двоих по поводу новой татуировки. Не знаю, какого хера он это делал, но переписки велись прямо у меня перед лицом, и как бы..       – А кто должен? Ты?       Я не настолько самовлюблённое уёбище, но если подумать, моё мнение для него должно быть важнее, чем двух каких-то там подружек Риты. А он у меня даже не спрашивал. Это вот что такое, я не понял? Он охуел?       – Твои татуировки на твоём теле. А так создаётся впечатление, что ты ищешь общественного одобрения.       Реально же напоминает всех этих долбоёбов, которые сами не в силах определиться и расспрашивают у окружения. Блять, эту татуировку кому носить потом всю жизнь – вам или вашим друзьям? Пиздец горит.       – Господи, я просто спросил, – Артём закатил глаза. – Всё равно же всё по-своему сделаю.       – Нахуй тогда спрашивать? А если теперь твоё "по-своему" будет свопадать с их мнением? И они будут думать, что их мнение важно для тебя.       – Блять, – прошипел Артём. – Всё, хватит. Уже не смешно.       Но я не смеялся, Артём.. И даже не шутил..