Wenn

09.03.14, Воскресенье

В последнее время мне подозрительно часто стали сниться сны. У меня уже было такое, но тогда этому хоть было "объяснение" – что я начал таблетками для головы баловаться. Которые, вроде, не должны были мне помогать? Ну, будем считать плацебо. Что происходило со мной сейчас – я не знал. Мозг, что ли, восстанавливается понемногу? Вот это да. Хотя узнать бы, какая норма по частоте сновидений. Так-то я не помню, чтобы мне в детстве, ещё до аварии часто что-то снилось. Хм.. Это был очередной блядский кошмар, только вот я почти не помнил, что там было вообще. Помнил только много людей и столов, что всё походило на столовую, но вот смысл.. Нихуя не ясно. И с чего я взял, что это именно кошмар – я тоже не знаю. Но что-то такое там явно было. Я же проснулся. Хотя при том, что сны мне обычно снятся, когда я уже близок к пробуждению, то ничего удивительного. Ладно. В этом стыдно признаваться, но никуда от этого не деться, и надо просто смотреть правде в глаза. Немного страшно мне стало из-за волнения – я из сна переживал, типа, чё за хуйня, где Артём, почему его тут нет. Может, я поэтому и проснулся? Прям как какая-нибудь ванильная хуйня. Переволновался, что его возлюбленный пропал и в реальности, и вот, проснулся. Сейчас пойдём искать. Может, хоть тут..? Осознав, что во сне, похоже, Артём пропал, и я никак не мог его отыскать, я даже хихикнул. Это что, подсознательный страх повторного исчезновения? Или запоздалая реакция на февральские события? Хм, интересно, интересно. На самом деле, Артём никуда не делся – просто спал на другом конце кровати, – так что успокоился я довольно быстро. И пока он спал, и у меня была возможность делать всё, что только хочется, я придвинулся поближе к нему и обнял. Мы и так спали рядом, но это было недостаточно близко. Нужно ближе. И посильнее его обнять. "Почувствовать, что он правда никуда не пропал", если в романтику ударяться. Мда, это так мерзко, пиздец. Больше не буду так делать.. Когда дверная ручка повернулась вниз, я весь напрягся. Как бы, попробуй этого не сделать, ага? Когда ты знаешь, что кроме вас двоих в квартире только шесть собак, и ни одна из них физически не может так ровно и сразу опустить дверную ручку. Это реально крипово, блять? Но самый пиздец был только впереди. Как бы, логично, что единственный человек, который мог оказаться здесь – это Алексей Валерьевич. Но я не думал об этом, пока не увидел его. А когда увидел, стал просто не способен на сложные мыслительные процессы. У меня всегда была такая реакция при появлении в поле зрения Алексея Валерьевича. Просто мозг отключается, и всё. А тем более, сейчас, когда всё в разы хуёвее, чем обычно. Судя по одежде, Алексей Валерьевич вернулся уже давно, а не только что. То есть, он уже видел нас..? Он должен был зайти сюда, чтобы проверить, дома ли Артём. Он всегда так делает, так что.. Почему только я проснулся только сейчас? А не парой часов ранее из-за того, что меня бьют по ебалу и орут что-нибудь оскорбительное? Хотя у Алексея Валерьевича по-прежнему есть шанс. Я же всё ещё здесь. И вещи для повода имеются. Мы, блять, даже не одеты. Боже, какой стыд.. Вот надо было ему вернуться именно сейчас? Какое-то время мы так и смотрели друг на друга. Надо отмечать, какой тяжёлый у Алексея Валерьевича был взгляд? Хотя он всегда так на меня смотрел. Как будто сейчас уебёт. Ну, я как-то с самого начала ему не приглянулся? Хотя кем вообще надо быть, чтобы понравиться ему хоть немного? Он хоть кого-нибудь любит? Надо будет узнать потом, как он относился к Рите. По возможности. А то мало ли, чем этот день для нас двоих закончится. Я вот многого не жду. – Так, – наконец, заговорил Алексей Валерьевич, и я аж дышать перестал от перенапряжения, – когда проснётся, скажешь, что собак я выгулял и накормил. Он указывал рукой на Артёма, так что вопросов особо не возникало. Один только – чё, блять..? – Ага. Это всё, на что меня хватило. Нет, но просто? Какого хуя? А так можно было..? Типа.. Блять, у меня слов просто не было. Так бояться его реакции, а только ради того, чтобы потом услышать это? Что за пиздец. Собак он выгулял, блять. Эта хуйня была даже пострашнее того, что Ковальский узнает. А это всё? Говно ебаное. Столько нервов, и для нихуя? Артём или не спал уже до этого, или проснулся от голоса своего бати над ухом, но в любом случае, когда Алексей Валерьевич ушёл, он тут же подскочил. Я даже сообразить ничего не успел, да и, если честно, я всё ещё был в шоке. Что дальше, блять? Как жить? А если Отто рассказать, то он тоже на похуях уйдёт чай пить? Я уже не знаю, чего ждать от этой жизни. – Чё за хуйня сейчас была? – Артём, похоже, тоже не много понимал. Мне бы кто объяснил. Реакции отца Артёма я боялся больше всего хотя бы потому, что ответочка прилетит тут же, вот прям сейчас, а не как в случае с Отто – пока он приедет сюда (если это вообще случилось бы), и там хуё-моё.. Он ещё попиздеть попытался бы, возможно, а Алексей Валерьевич? Да хер он бы стал слушать, ну правда. Набил бы лицо, и до свидания. А так он даже не разозлился. Ёб твою мать.. Закрыв лицо руками, я глубоко выдохнул. Всё, успокаиваемся и начинаем дышать нормально. Все живы. Никто не умер. Всё хорошо. – Чё ты с ним сделал? – развернувшись ко мне, зашипел Артём. Думает, это я виноват? Хотя господи, понятно же, что он шутит. Ну, насколько можно шутить в подобной ситуации. – Блять, девятое же сегодня.. – Артём закрыл лицо руками и принялся растирать глаза. Всё пиздец плохо. Я бы удивился в разы меньше, если бы он отхуярил нас как в последний раз. Я просто вспоминаю ситуацию с Ковальским – что тогда, и что сейчас. Тогда – спали одетые, на разных концах кровати, даже не лицом друг к другу. Сейчас – спим голые, в обнимку. Тогда – у одного разбитый нос, у другого – разъёбанное лицо. Что сейчас? Собак он, блять, выгулял. Как, как это работает? – Ты ему настолько нравишься, что ли? – немного справившись с удивлением, спросил Артём. Скорее, у пустоты, чем у меня, ну да ладно. Мне тоже сейчас не очень-то и хорошо, так что разговаривать я не сильно хотел. Не то чтобы я против такого расклада, конечно. По крайней мере, можно спокойно ночевать тут, и не бояться, что на утро есть вероятность, что тебе пизда (хотя я теперь сюда вообще нахуй больше никогда не приду, спасибо, не то что спать с Артёмом в одной комнате буду). Хорошо же? Я полагаю. Возможно, Артём по-другому к этому относится. Стрёмно, наверное, когда твой батя узнаёт, что ты пидр? Я бы сдох от стыда, если бы со мной такое произошло. Я даже представить себе такое не могу. Ну, поставим на роль отца Отто. Даже с моим уровнем параноидальности не получается представить, что будет, если всё дойдёт до него с матерью. Что тогда вообще делать? Только поперёк, всё. Один выход. – Пиздец, – протянул Артём, падая обратно на кровать. Я на секунду задумался, что было бы забавно, если бы вдруг оказалось, что Алексей Валерьевич сейчас стоит под дверью и подслушивает, как мы тут сейчас оба охуеваем. Артём рассказывал, что он любит такие вещи. Внезапно врываться в комнату, если дверь закрыта, вечно ходить тут и проверять, чем Артём занят, и всё такое. Так что, наверное, вполне может быть..? Больной мужик, блять.. – Он должен был приехать шестого, – вдруг заговорил Артём. – Обычно его ровно по неделям задерживают, так что я думал, что он тринадцатого только вернётся. И зачем он мне это говорит? – Да ладно. Все же живы. – Я просто в ахуе. А, его просто на попиздеть тянет? Ну тогда пусть пиздит. Я внимаю. – Так, давай оденемся, ладно? – снова садясь, пробормотал Артём. Видимо, в планах уже вставать и отправляться делать дела? Ну, в целом, вряд ли есть смысл и дальше валяться. Произошедшее так хорошо всех взбодрило сразу.. Даже не скажешь, что мы спали всего пять часов. – Когда ты пойдёшь? – торопливо натягивая шорты, спросил Артём. Выгоняют меня? Уже? Так резко? Как будто нас не его батя спалил, а его девушка. Хотя шутки сейчас не совсем уместны. Но свалю это на защитные механизмы. У меня стрессовая ситуация, вот мозг и ебланит в судорожных попытках отвлечься. – Могу сейчас. Было прекрасно понятно, почему Артём отправляет меня нахуй. Ему сейчас явно не до гостей, всё такое, но.. Что-то мне не хотелось уходить. Чисто из соображений безопасности. Мало ли, что может случиться? Вдруг Алексей Валерьевич просто не хочет при мне поднимать разговор об этом, а вот я сейчас уйду, и в понедельник не обнаружу кое-кого в школе? И во вторник тоже, и в среду.. А там и новости о смерти, и хуё-моё. Но не сидеть же мне тут целые сутки? Это как минимум странно. Как максимум, мне же неудобно. Да и Артём, кажется, сам хочет, чтобы я ушёл. Интересно, ему не страшно? Хотя господи. Посмотри на него и скажи. Умник ёбаный. – Да. Будет лучше уйти. Ладно, как он скажет.. Просто понадеюсь, что всё будет хорошо, и в понедельник мы увидимся. И что тогда же в понедельник, утром, ему не нужны будут тонны тональника и всего такого. Блять.. Я хочу знать, что он об этом думает и чтобы он сказал, чего он ждёт. Но не спрашивать же? Это как-то глупо.. Типа я волнуюсь за него. Но я же волнуюсь. А можно я спрячусь и посижу тут..?