Wenn

25.05.14, Воскресенье

– И он мне и говорит: "Дай глаз лизнуть". Я, по-моему, даже брови вскинул в удивлении – настолько всё это было тупо. "Лизнуть", говоришь? Ковальский прям так и сказал, что ли? И ты согласился, да? – Я пьяный был, как бы, – хмыкнул Артём, видимо, смущаясь. – Хотя мне и так похуй было бы. Я согласился, в общем. Ебать, да ты дебил, нет? Хоть бы попросил его зубы почистить перед этим. Ну вот и мучайся теперь. Хотя как будто он прям страдает-застрадывается. Не всё так плохо. По крайней мере, жить будет, ещё и с двумя глазами. Надо только ещё пару дней потерпеть, походить с повязкой, ну, как бы, Артёму уже поебать. Разбил два стакана, а так норм, ничего почти даже не изменилось. И мне вот интересно сейчас стало, что он отцу своему сказал. Ну, когда пришёл с утра пораньше с замотанным глазом. А то как обычно у нас бывает: ушёл, блять, побухать, пришёл без глаза. Пиздец. Кто-то должен сейчас снова пошутить про "вилку в глаз", но не будем. В последнее время эта шутка звучала слишком часто, чтобы оставаться смешной. – И вот результат, – Артём двинул рукой возле лица. Собственно, только что мы узнали, почему у него воспалился глаз. Ковальский его лизнул, блять. Заняться им там больше было нечем, судя по всему. Ебалдяи озорные. Но раз уж заговорили про события того вечера.. Грех не воспользоваться случаем и не спросить. Не удовлетворить свой интерес, так сказать. – Как вообще.. Бля, я даже не знаю, как говорить об этом теперь. После таких охуенных подробностей у меня просто жизнь по пизде пошла просто. Ладно, я преувеличиваю, но бля, ну правда. Вот надо же было додуматься вообще? Давать курящему человеку облизывать себе глаз. Насколько умным надо быть? Я был о тебе лучшего мнения, Артём. – Что вы там делали? Вот Ковальский утащил тебя к себе, да. Вот с этого момента и до того, как вы уснули. Отчёт мне подгони, пожалуйста. Мне интересно. Не прошу уж все подробности, ибо знаю, как ты не любишь просвящать меня в свои дела, но хотя бы общий план. – Что там происходило? В частности, меня интересует та часть, где Ковальский наехал на Артёма. Всё остальное можно опустить даже, но да ладно, в целом. Если Артём захочет рассказать – я с удовольствием выслушаю. Только он не захочет. Ха. – Ну, мы закинулись, – начал вспоминать он. – Хотя не сразу. Ковальский там очень долго расписывал, какое это охуенное средство, как пиздато после него будет, вау вообще, и вот. Потом я таки уломался.. Ой, вот как будто Илье это больших трудов стоило. Или подождите. Это было намеренно сделано? Ну вот вдруг, да? – .. мы закинулись, долго разговаривали о всякой хуйне. Вот это можно было бы и развернуть. Но не хочешь, как хочешь. Кто я такой, чтобы лезть к тебе. – Потом он вдруг такой: "Чё, Артём, ничего не хочешь мне рассказать?". Я говорю: "Не-ет, Ковальский, не хочу". И тут он выдаёт: "А поведать мне увлекательную историю ваших с Сеней отношений?". Похоже, и правда намеренно. Попытка развести Артёма на откровения и узнать у него, что за хуйня происходит тут уже вот почти целый год. Хм. Даже если это не так, хер там теперь что-то переубедит меня обратно. – Я ему говорю: "Ты чё несёшь, блять, какие отношения?". Он как давай мне там выговаривать. И что мы вечно пропадаем-уходим вдвоём, и что закрываемся в спальне, ну, типа, спим там вместе, и что я хожу к тебе, ну, и ты ко мне, и что ещё там что-то. Почему все вокруг такие параноидальные ебланы? Я вот не понимаю. Или это реально как-то так и работает? Что если два человека очень часто делают что-то вдвоём, то между ними явно что-то есть? Тогда напомните мне первого сентября обрадовать Алёну – новостями о том, что у Димы и того Артёма всё серьёзно. Они-то вон, вместе домой ходят, у-у. Ёбанные пидоры, теперь-то всё с ними понятно. – Ну и когда он сказал, что видел наш диалог в ВК, я чёт решил, что бесполезно дальше ему пиздеть. Что-то мне всё равно стрёмно всё равно до сих пор с того, что Ковальский знает об этом всём. И даже то, что он спокойно к этому отнёсся, вообще никак не успокаивает. Наоборот, только больше тревожит – что он наверняка какую-нибудь хуйню задумал, и сейчас просто выжидает. Эх. Артём? Давай убьём его нахер? Спокойнее жить будет. Тебе-то похер, да, но вот для упокоения моей души. – Он не говорил, что именно увидел? А то мне всё интересно, а у него спрашивать, как-то, ну, неудобно. Да и напоминать ему об этом в лишний раз тоже как-то ну такое себе. Не хочу его тревожить. Ну, я просто полагаю, что ему неприятно. Вообще мало кому понравится, когда человек, который тебе нравится, начинает няшкаться с другим у тебя на глазах. Терпение терпением, но крыша-то съезжает понемногу. "А крыша съезжает, туманится взгляд".. Надеюсь, у Ковальского нет топора, и достать ему его негде. Ну, так, знаете. Банальная осторожность. – Да, там, – Артём чёт замялся. – Если ты помнишь, осенью. Когда я пьяный писал тебе, чтобы ты пришёл, и всякое такое. Я не очень понял сначала, о чём он, но когда в памяти таки всплыло, о чём речь, не удержал тяжкого такого вкусного "Блять". Вот ничто другое, да? Самое стрёмное, что Ковальский только мог увидеть – и именно это он увидел. Пиздец, блять, Артём. Я понимаю, что ты пьяный был, но удалить пару сообщений? Хотя тут надо узнать, как именно Ковальский их увидел. Если он в это же время сидел за ноутом и читал это всё, то это в любом случае произошло бы. А вот если нет, и своевременное удаление сообщений могло бы, ну, хотя бы облегчить ситуацию.. Я просто не представляю реакцию человека на такое. Но это пиздец, господа, я кончил. Так же Артёму ничего не помешало бы выйти со своей страницы с чужого компьютера. Ну так, между делом отмечу и это. – Не рычи. Нормально же всё. Блять, Артём, как это называется, скажи мне? – Тебе хоть немного стыдно? Не то чтобы мне прям так надо было поунижать или постыдить его, но надо было хоть как-то его осудить. Потому что ну реально, блять, а. Так не делается. – Уже похер стало, – он лишь пожал плечами. – Хотя мне и не было, если совсем уж честно. Только страшно, чуть-чуть. Ну, тип, если он соберётся что-то делать. Ой, вот как запели теперь. Ты сам, бля, нас спалил, ты в курсе? Да, я спидозно сейчас делаю, что валю всё на него, но по большей ведь части? Это всё его вина. И это даже смешно. Опять же – не он ли в начале года пугал меня всей вот этой хернёй? Хотя сейчас мне уже начинает казаться, что он просто издевался. Это же так весело, издеваться над Арсением. А что насчёт Ковальского – может, Артёму в какой-то мере даже хотелось, чтобы он узнал. Типа, посмеяться над ним, вот это всё. Очень грубое поведение, на самом деле.. Но так хотя бы объяснится, почему Артём так по-уебански себя вёл. Реально, если бы он не хотел палиться, он бы всё для этого делал – он достаточно параноик, чтобы продумывать такие вещи сразу. Но ему самому же похер было. Пиздец, блять. Я снова начинаю разочаровываться в людях. В одном конкретном, если точнее. – Если бы засобирался. Ты бы согласился на расплату натурой? Мне просто спросить. Интересно, всё-таки. А то вот ему страшно было чуть-чуть, что Ковальский может что-то натворить. Но что он может-то, блять? Только расплату попросить или шантажом как-то выудить хоть немного плюшечек для себя. Хотя ладно, не только это, но допустим. Что вот, м-м, Ковальский сказал бы Артёму, что, ну, как-то не по-человечески вот так поступать с ним, так что "готовь туза, еретик". Ну и для полноты картины надо было назвать это платой за молчание и ничегонеделанье. "Никто не пострадает, но надо дать кое-что взамен". Ну и? Раз Артёму было страшно, он бы пошёл на это? Как бы, уже ведь ничего такого в этом нет? В смысле, секс у тебя уже был, с парнем на перерыве, ну и причины отказываться тогда (ну да, кроме твоей принципиальности блядской)? Их нет. Или не настолько страшно? Боже, я мудак. Артём с секунду тупил, после чего резко и с силой зарядил мне ногой по коленке. Не очень приятно вышло, надо сказать, ну, отчасти ещё потому, что я немного не ожидал таких сюжетных поворотов. Чё началось-то? Я тебе что сделал? – Ты охуел, блять, псина? – выпалил он, садясь на месте. Голос у него был реально злым. Тс, кажется, я перестарался. – Чисто теоретически, – я не особо пытался его успокоить, но просто чтобы он и дальше на меня не агрился. – Как к этому относиться? – Не стал бы я этого делать, – Артёма больше волновали сейчас другие вещи. – Фу, бля. Иди нахуй. Пиздец, Арсений. – Да угомонись ты. Я просто спросил. Хотя меня забавляет твоя реакция. Хоть каждый день тебя так подъёбывай. Но не буду. Я же не пидр какой-то. Да, Артём? – Это бесит, знаешь? – всё ещё злился он. У-у, задели чьи-то нежные чувства? Прям по больному? Пошутили, что ты будешь ебаться с Ковальским? Ну всё, ты спалился, теперь я знаю твоё слабое место. И теперь тебе лучше следить за своим языком повнимательнее. – Твои вопросы и подъёбочки тоже бесят в большинстве своём. Да, да, стрелки переводят только пидорасы, и все дела, но это типа справедливо, окей? Артём тоже не особо заботится о том, приятно ли мне слушать его шуточки, так с чего я должен делать это же по отношению к нему? "Относись к людям так, как хочешь, чтобы относились к тебе", ёпта. – Ёб твою мать, а, – протянул Артём, отворачиваясь. – Давай ты будешь говорить мне, если тебя что-то бесит в моём поведении? Я только захотел сказать ему, что мы обговаривали это, как он будто почуял: – И говорить, пока не заткнусь. В чём проблема-то? Да в том, что ты никогда не заткнёшься всё равно, и будешь надо мной издеваться дальше. Потому что хули тебе стоит, ну. Хотя глупо немного заявлять, что это не работает, не опробовав.. Ну, опробую теперь. И ещё раз скажу, что не работает. – Да всё, завали лицо своё. Как-то не очень хорошо у нас всё идёт.. Пхех. А так хорошо начиналось. Первые несколько часов вообще как надо прошли, всё миленько, славно, и вот надо же было всё запороть опять. Молодец, Арсений, надеюсь, ты собой доволен. Ну и чё, всё, да? Мы опять типа поругались? И кто должен извиняться? Если я, то у нас проблемы. Артём ещё немного так посидел, после чего лёг обратно, всё так же молча. Я теперь тупо боялся заговаривать с ним, так что тоже молчал. Пусть он начинает, мне страшно теперь, всё. Буду молчать и лежать тихо, как амёбка. Хватит мне. – И вот часто ты о таком думаешь? – вскоре заговорил Артём. Очень важные темы. Его реально так это волнует, что ли? Дебил, блять. Но теперь-то он понимает, что я чувствую, когда он меня на подобные темы подъёбывает? – Как ты будешь с Ковальским ебаться? – уточнил я. – Да каждый день. Мне же думать больше не о чём, ну. – Люблю ещё подрочить после таких мыслей. Или во время. – Всё, заткнись, – Артём истерично забил рукой меня по плечу, и пришлось даже отодвигаться от него. Бож, как будто меня это реально остановит. Но раз ты настаиваешь, то ладно. – Господи, какого хера, – протянул он, закрывая лицо руками. – Что с тобой стало? У себя спроси. "Что ты со мной сделал". – Ты меня испортил. – Блять, а. Опять я во всём виноват. То, что ты видишь такой подтекст в одной безобидной фразе, говорит о тебе очень много. Что ты тупая обиженка, например. Или что у тебя было тяжёлое детство. Бедный Артём. Иди ко мне. Только я тебя понимаю в этом мире. Надо было как-то отвлечься, так что я полез за телефоном – вдруг там будет что-то, о чём можно будет поговорить? Там, Кристина, или эта непонятная.. Данил. Девушка, сидящая под мужским именем, короче. Не знаю, как её на самом деле зовут, хотя и не сказал бы, что мне реально это важно. Просто какая-то очередная малолетняя девочка, которой очень нравятся больные на голову и "унылые" мальчики. Прям как Артём, ну конечно. Ну, что тут сказать. Не она первая, не она последняя. Я уже счёт его фанаткам потерял. Ладно, шучу. Она семнадцатая. – Тебе Данил. Написала. Я ебал, использовать мужское имя и глагол в женском роде – это самое тупое, что я когда-либо делал (шучу, конечно же). Мой внутренний граммарнаци волосы на себе рвёт сейчас. Хотя я преувеличиваю, мне почти похуй, но всё же. Как-то это тупо. Что вообще за мода такая тупая? Им типа стыдно за то, что они женского пола? Они думают, что это типа круто? Где причина такого поведения? Никогда не пойму. – Опять эта шлюха? – фыркнул Артём, поворачиваясь ко мне. Я, конечно, особой любовью к Данилу не пылал, но сейчас охуел с такой грубости. – Чё так грубо, – сказал я, и тут же решил ещё на него понаезжать, ибо причины имелись. – И с ней ведёшь себя, как пидр. Ну правда, он неправильно это делает. Она к нему так тянется, а он весь такой из себя злой мудак, и вообще я чёт даже охуел, когда их диалог почитал. Это чё вообще такое? Раньше он куда терпимее к дамам был, а тут чёт началось. Мне кажется, это ненормально. Ну, я имею в виду, что так с девушками разговаривать нельзя. Артёму нужно срочно стать добрее. – Ты общайся культурно, ебать. – Галантно, ну, бля, – так же произдевался Артём, переползая поближе. Я отдал ему телефон и на время отвлёкся от происходящего, уставившись в небо. Ну, или куда-то туда. Было темно, так что особо ничего разглядеть было нельзя, ну и смысл тогда.. Но уже где-то часа через два должно начать светать. И мы пойдём домой, наконец. Ну, я надеюсь, что Артём меня не наебал. Хотя что нам ещё тут делать. Днём тут будут люди, при них не поняшишься особо, поэтому надо будет перебраться в место потише, побезлюднее. Домой, окда? Больше выбора-то и нет, да и надо же рано или поздно туда вернуться? Мы и так с шести часов шароёбимся, мне уже надоело. Вернее, как сказать.. У меня диссонанс. Я никогда такой дичью не занимался, и хотя сейчас я уже смирился со своей участью, мне всё равно слегка не по себе. И я хочу уже домой. К себе, к Артёму – похер. Принять душ, тщательно вымыть голову, кинуть все вещи стирать (мы же тут не на покрывале лежим, а на голой земле, между прочим) и забраться в нормальную кровать. И главное – поспать, ёб твою мать, боже. Не то чтобы я хотел это делать, но душа просит. Душа хочет спать. Я бы тут поспал, да нэ нет. Да и Артём сказал, что мы не будем спать всю ночь, ну должны это сделать, вернее. Зачем? Потому что так написали в блядском списке "Что нужно успеть сделать за свою жизнь". Да, а вы как думали? Ха-ха. – И вот что мне ей ответить? – спросил Артём, не знаю, правда, у кого. Если у меня – он что хочет услышать вообще? Нашёл, блять, советчика. – Поинтересоваться, как оно там? Типа мне не похуй? Ему бы аккуратнее с этим. Я же могу решить, что он и со мной по такой же системе общается. Интересуется только потому, что должен или потому что ему вовлом прерывать общение. А не потому что ему реально интересно или что-то в таком духе. Это же пиздец грустно. – Кошмар, ты такой грубый. – Зачем мне возиться с ней? У меня ты есть. Так, прекрати, а. Это не смешно. Да и ты со мной не возишься, не пизди. Если прикрываться экономией ресурса, то куда ты его пускаешь потом, м? Если не на меня. Ой, Артём, молчи лучше, вот правда. Я же сейчас как начну думать. – Занервничал, – протянул он довольно. – Я победил. Когда это мы начинали спорить или типа того, чтобы он "побеждал"? Ой, вот мужики все такие, лишь бы повыёбываться да ЧСВ потешить. Ужасно, с кем я встречаюсь. – Почаще мне такие вещи говори. – Я могу, – заверил меня Артём. – Но ты тогда точно меня бросишь. Неженка. Сейчас кто-то получит очень нежный удар в голову или что побольнее. Издевается он тут ещё надо мной, ублюдина. – У нас ещё осталась еда? Обожаю резкие смены темы разговора. Особенно с какой-нибудь хуйни на что-нибудь нейтральное или приятное. Ни разу не ломает меня с этого. – Дохуя. – Дай что-нибудь, курить хочу, пиздец. – Иди покури, – предложил я. Не очень хотелось тянуться за сумкой и всё такое. Вставать ещё надо будет, или совершать слишком сложные движения.. Давай ты просто оторвёшь жопу, отойдёшь к реке и покуришь? Хотя к ней ещё спуститься надо, так что ладно, не надо. Ну, к дорожке, хотя бы. Полюбуешься. Темнотой. И рекой в темноте. Ничего не видно, но какая разница? Зато смотреться будешь прозаично. – Мне вставать лень. А еды ты мне можешь дать. Вот хитрый, а. Только для этого я тебе и нужен, да? Чтобы опенинги в сериалах перематывать и еду подавать. Ну понятно, отлично просто. – И что ты хочешь? – Да что угодно. И колы дай. Артём ещё вчера запланировал ходить где-то там всю ночь, так что запасся едой на всё время наших походилок. Не то чтобы её нужно было много, но мы всё равно накупили дохуя всего, потому что "Ну вдруг скучно станет? Надо же будет чем-то себя занять". А что ещё делать, когда тебе скучно? Хотя не то чтобы я против. Вкусная еда – это всегда хорошо, плюс ещё на обогрев себя любимого уходит много энергии (оказывается. Я замечал, конечно, что в тёплое время меньше еды потребляется, но ебать, не всё же так плохо). И хотя сегодня было относительно тепло, когда ты лежишь на не прогретой земле, как-то, ну.. Тепло тела уходит не туда и быстро. Одежда ещё спасает, конечно, но всё равно. Вообще, было бы лучше, если бы мы стояли или сидели, но я бы заебался, так что ладно. Всё равно теперь уже не нужно никуда ходить, и даже если ты и проснёшься завтра с воспалением лёгких, то все твои проблемы будут заключаться лишь в том, что нужно будет как-то попасть на приём к врачу и выжить в больнице. Хотя я просто мудак, который не может позволить себе проёбывать занятия с чистой совестью. Не знаю, что со мной не так, но и похуй, как бы. Вообще, мне нравилось, чем мы тут заняты. Даже не из-за еды и даже несмотря на непривычную обстановку. Вот бы я только ещё вёл себя не как долбоёб, и вообще отлично было бы. Ну, сейчас вот, вроде, всё нормализовалось, да? Ну вот. Остаётся только заново ничего не запороть, и будет отлично. Пройду уровень нормально. – Как голод связан с желанием курить? – спросил я, подтаскивая к себе рюкзак. Научный интерес, не более. Я бы заявил, что это типа несвязанные вещи, и Артём мудак тупой, но.. Пусть он мою теорию подтвердит, ладно? Хотя это даже не моя теория, а, я думаю, в какой-то мере общеизвестный факт. "Кому-то известный". – Мне просто скучно. Ну, знаешь, мозг хочет себе каких-нибудь развлечений. Покурить, поесть – похуй, лишь бы хоть что-нибудь. Как интересно.. Хотя я примерно так и думал – что как-то так зависимость и выглядит. И что люди не могут бросить именно из-за скуки – просто делать нехуй, а мозг требует развлечений. Артём так забавно выразился, мда. Хотя есть и другая версия. Типа, есть же ещё какой-то там фермент, который должен расщеплять никотин..? Что-то такое, я уже плохо помню. И, типа, даже если курящий человек долго не курит, то всё равно вырабатывающаяся в его организме эта вот "что-то там-даза" начинает сигналить, тип, дайте мне субстрат, а то мне делать нехуй. Вот. Но у Артёма это как-то странно работает. Ну, и не будем тогда об этом думать даже. А то мне так хочется, чтобы он бросил это дело нахер.. Но говорить с ним об этом как-то стрёмно, потому что ну кто я вообще такой, ну. Выёбываюсь там чёто, блять. Надо Артёма перед выбором поставить, ну – или я, или курение. Он меня быстро на место поставит, нахер послав. Хех. Принижать себя так прикольно, весело. С этим тоже надо завязывать. – Уже почти три часа, пиздец, – протянул Артём, продолжая залипать в телефон и забирая у меня бургер и колу. – Немного осталось. Я полагаю. Во сколько мы вообще планируем пойти домой? Я могу спросить? – Ещё чуть-чуть, и останется девяносто девять из ста. Ну-у.. Вряд ли все девяносто девять, я думаю. Там же наверняка можно вычеркнуть что-нибудь ещё? Что ты уже делал или особенно тупое, что ты даже под дулом пистолета не сделаешь/не сможешь сделать. Потому что я вот, например, вообще не всекаю, что значит "Полюбить закат". Нахуя мне его любить и почему это так важно, алё, блять? Или "Убегать от большой собаки". Тогда уж сразу вписывайте "Быть покусанным большой собакой и грустить из-за того, что у тебя нашли бешенство". Но зато ты живёшь полной жизнью. – Можно же вычеркнуть что-то ещё. – Наверное, – хмыкнул Артём. – Сейчас поглядим. Прости меня, что я так проёбываю твой интернет. Да ладно. Для тебя мне ничего не жалко. – Да ладно. Он всё равно теперь мне не нужен особо. Вот в учебном году я бы не так на это смотрел. А сейчас-то уже похер. Какое-то время было тихо – Артём искал ссылку, ждал прогрузки страницы.. Весело, короче, сейчас будет. Я просто очень люблю, когда всякие утырки читают другим людям морали о том, как жить и что делать. И не важно, о чём речь – о детях или о путешествиях. Бесит всё равно одинаково. Хотя это всегда и у всех так работает – когда тебя учат жизни сильно активно и с сильно умным видом, у тебя скорее возникнет неприязнь к этому умнику. И хуй там ты будешь его советы слушать и выполнять. Скорее даже, всё специально наоборот сделаешь, и будешь доволен, какой ты мамкин анархист. Мда. – Так, смотри, – наконец заговорил Артём. – На самолёте мы летали, всю ночь не спим сейчас, на море были. Бля, я надеюсь, он шутит? Он же не решил реально заняться этой хуйнёй? А то, чую я, мне не поздоровится. – От избытка чувств обнять человека. Это ввело Артёма в какой-то ступор – с секунду он молчал, рассматривая экран телефона, потом помотал головой, сощурившись, и продолжил: – Убегать от огромной собаки, вырастить кактус, купить плеер – минус, завести двух кошек. О, вижу, где доебаться до формулировки можно. – Что имеется в виду – завести одновременно или за всю жизнь? – В душе не ебу, – хмыкнул Артём. – Гулять во вьюгу, выиграть в гляделки, потерять друга.. Познакомиться и подружиться с человеком, родившимся в тот же день, что и я. Нахуя, господи.. Гулять без зонта под дождём – минус, гулять в одиночестве.. – А путь от школы домой считается? – Нет, Арсений. Гулять в одиночестве – это когда ты просто так вышел из дома пройтись и без компании. И поход в магазин тоже не считается. Да блять, а. Как с языка снял ведь. – Погладить тигра. Жалеть, что тигр куснул тебя. – С разбегу вбежать в воду. Жалеть, что утонул. – Полюбить закат, это мы уже комментировали. Пробыть в одиночестве несколько дней, напиться – минус, разбить окно.. Как-то давным-давно, когда в том нашем доме были ещё деревянные окна.. Я открыл окно в моей комнате, и ночью его оторвало сильным ветром. Считается? Или надо как мой одноклассник в той школе? Мы, правда, так и не узнали, как это произошло, но он типа просто сидел на подоконнике, и тут у него за спиной лопнуло стекло. Хы. – Оскорбить человека, – Артём криво усмехнулся. – Кататься на роликах весь день. Охуевать от боли в конечностях. Вообще, странно, что некоторые пункты являются обыденностью. В смысле, ну не может быть такого человека, который бы ни разу в жизни никого не оскорбил. Ну бред же. То есть, особо стараться даже не надо. Но в чём тогда смысл? Это же, как бы, челлендж, да? "Испытание". Хотя ладно, похер. Мне-то что. – Прыгнуть с парашютом, говорить с девушкой или парнем весь день.. Чё, блять. Пожить вместе с любимым человеком, пришить свой палец к кофте. А имеется в виду прям кожу иглой протыкая, или просто, как бы..? Ну, палец обхватить ниткой, без травмирования? Это важно. – Упасть в глубокую яму. Я падал в наш погреб, примерно по высоте как со второго этажа. Можно вычёркивать? – Сильно испугаться, подарить что-то ценное кому-нибудь, проболтать по телефону несколько часов. О, этот вопрос у нас уже поднимался. Что, блять, о чём можно говорить по телефону несколько часов? Или всю ночь, как особые романтики любят писать. – Полюбить, разлюбить. Возненавидеть. – Это всё с одним человеком надо делать? – Так, – Артём недовольно на меня зыркнул. – Я сейчас на свой счёт всё приму. Да не бесись. Ты навсегда в моём сердце. Даже если жизнь разлучит нас. Я никогда тебя не забуду. Какой бы мразотой ты бы ни был, помнить о тебе я буду только хорошее. Только брось меня нормально, ладно? А то испортишь всё в самый последний момент, будет неприятно. – Заблудиться в лесу, залезть в ледяной фонтан и долго в нём брызгаться. "Умереть от воспаления лёгких". – Спать в палатке, проехать на поезде семь суток. Удачи тем, кто попытается это провернуть. Совет от Арсения: даже не пытайтесь делать это в июле. Ну, или смотрите, чтобы маршрут лежал не через границу. А то охуеете жариться в стоящем сорок минут на тридцатиградусной жаре поезде. А вообще, нам, сибирякам, это провернуть вряд ли удастся. Тут до Дальнего Востока четыре дня, в другой конец страны – два, ну, примем, что Москва какая-нибудь – это другой "другой конец". И что делать? Эх, всё, Артём, расходимся, мы никогда не сможем выполнить эту срань. Хотя если уехать в какой-нибудь там Псков, и оттуда рвануть во Владивосток. Это ещё может сработать. – Полюбить жизнь. Бля-я-ять, а. Кто это составлял? Девочка с пубертатом, у которой гормоны скачут, как по синусоиде? Я ебал. – Разбить посуду, быть в хорошем настроении днём первого января. А что, это какой-то типа особенный день, и всем пиздец хуёво в него? Я чёт не догоняю. – Хуйня какая-то, – прокомментировал Артём. – Убить комара, напившегося крови, подержать в ладонях живую бабочку, уснуть под любимую музыку, съесть картошку, запеченную в костре, провести весь день на солнце.. Всё, Арсений, можешь уже не стараться. – Да я уже давно понял, что всё это безнадёжно. Сейчас они меня только добили. Прямо в сердечко. Как же так.. Не прожить мне полноценную жизнь. – Искать на звездном небе яркие звёзды и созвездия, забыть о чём-то очень важном.. Ой, да каждый день. Хотя "о важном"..? А что есть важное? Если я забуду о приёме у врача – это считается? Как бы, "важно" – понятие относительное. – Переписываться смс-ками полночи, потратить последний инет на чтение дневников. Что? Переведите с даунского, я не понимаю. – Спеть в караоке. – А если голос, как у чайки? – У тебя голос не как у чайки. Вот ты-то откуда знаешь, а? Сиди молча там. И с чего ты вообще взял, что я именно о себе говорю? – Ну а вот если у кого-то. Им тоже петь? Или в одиночестве..? – Господи, да всем же похуй, ну? – успокоил меня Артём и продолжил. – Съесть в одиночку шоколадку, целый день читать. "Охуевать от головной боли потом". – Улыбнуться сквозь слёзы, господи, блять, а, – Артём хлопнул себя по лбу. Тоже веселится. – Пять раз посмотреть от начала до конца один фильм. А книгу семнадцать раз перечитать считается? Я не люблю смотреть фильмы просто. – Сказать человеку в глаза, что пора прекратить общение. До боли хлопать в ладоши, танцевать до изнеможения, бросить курить. Или "не начинать курить вовсе". Можно же так? – Поцеловать фотографию, построить замок из песка, не спать ночью во время грозы.. Да ну, под такую погоду очень классно засыпать, вы чё. А вот с фотографией сосаться – это странно. Хотя Артём вот уже успел. Он вообще много где успел. Насыщенная жизнь у парня, что ещё сказать. – Возненавидеть себя, а потом полюбить снова, а-а-а-а.. Заметить в фильме глупую ошибку. А в жизни замечать глупые ошибки? Хотя в любом случае можно засчитать, потому что я воспринимаю всё происходящее как игру. И вот, я нахожу глупые ошибки в игре. Почти то же самое. – Залезть на дерево, полюбить то, что больше всего ненавидел, кардинально изменить свою жизнь. Это что, интересно? Переехать, как в тупых фильмах? Уйти с работы и отправиться в горы? Блядство, а. Свои влажные фантазии могли бы и при себе оставить. – Найти любимую профессию. Всё, теперь вот уж точно даже пытаться не буду. – Выиграть в споре, объесться до тошноты клубникой. О, у сибиряков опять проблемы. Это можно считать за дискриминацию? А то что-то как-то.. Я начинаю чувствовать себя угнетённым. – Включить на очень большую громкость музыку и слушать с наслаждением, плакать три часа подряд. Почему три? Если я хочу больше? – Хочешь, блять? – фыркнул я. – Что это вообще значит? Это как.. Бля, я не знаю. "Хотеть плакать". "Любить грустить". Пиздец, Артём. – Ни с кем не разговаривать сутки из-за обиды, – Артём очень выразительно прочитал это, после чего покосился на меня. Типа намекает так. Что я сейчас довыёбываюсь, и у Артёма будет ещё один "-1" из списка. – Сорвать крапиву голыми руками, петь песню без музыки, петь хором на сцене, выступить сольно на сцене перед огромным количеством людей.. А если у тебя голос никакой, ну вот всё-таки? И почему, опять же, это считается чем-то до пизды важным, раз все должны успеть сделать это? Никогда не пойму, что в голове у некоторых особо одарённых происходит. – Сфотографировать животное. Блять, а, что за люди, которые никогда не фотографировали своих кошек или собак? – Или мёртвых голубей, – вспомнил Ковальского я. – Или так, – Артём покачал головой. – Испечь торт, сфотографировать небо, биться об стену? Ебать, а. Слушать полный бред от другого человека. Это у нас каждый день просто. Это он про меня или про Ковальского? – Сходить на чей-нибудь концерт. Снова рубрика "Проблемы сибиряков". Ну, если сибиряк не из Новосибирска. Тогда ещё есть шанс, но и то не факт. Потому что всем на нас похуй. Ха. – Весь день просидеть за компом, пытаться покончить с собой.. Артём засопел, закатывая глаза и поджимая губы. Е-е, самоубийства и ""попытки"" покончить с собой. Тыканье в себя канцелярским ножом, е-е-е. – Знаешь, вот тут тоже в конце стоит "умереть". Надо было эти два пункта друг за другом ставить. Да. Потому что попытка покончить с собой должна заканчиваться твоей смертью, а не восстановлением страницы в ВК. Парам-парам-пам. – Порезаться бумагой, получить болевой шок, пытаться плавать там, где тебе по колено, получить в подарок красивую фарфоровую куклу.. А если я парень? А я бы вот не отказался.. И что, что парень? Если она красивая, то почему нет? Но я даже говорить об этом не буду. Знаю и так, что услышу в ответ, ага. "Арсений опять ведёт себя как баба, это потому, что у тебя отца не было, ы-ы-ы". Понятно, как бы, что Артём шутит, но в каждой шутке есть доля правды, так? Ага. – Упасть с лестницы, найти что-то новое для себя, надеть свадебное платье. Блять, да какого чёрта? Ой, да ладно, просто переведи на себя. Хотя у мужчин с этим не так разнообразно. Как бы, костюм же на все случаи жизни один, типа..? Или я что-то не так понимаю. Хотя можно объединить вот эти два пункта. Обнаружить, что тебе чертовски идут свадебные платья. Хотя это не смешно. Была бы у парней более выраженная талия, ещё бы прокатило. А так – фу. – Прочитать большую книгу за несколько часов, перемыть гору посуды, найти в себе силы жить.. Найти в себе силы не быть нытиком-позёром, окей? – Рассказать тайну про себя, просидеть в комнате, не включая свет, до самой темноты, заснуть в обнимку с мягкой игрушкой. А если я парень? Ну, вот тут уже такие вопросы уместны. Честно, я не уверен, что и девушки так делают.. Как бы, окей, это говно в фильмах постоянно показывают, но в реальности-то..? Это же не так работает, верно? Ладно ещё в детстве. Хотя если можно засчитать это, то ладно. – Поговорить по телефону с совершенно незнакомым человеком, раствориться в музыке, забыв про всё, пообщаться с иностранцем и умереть. Пошли, Арсений, – Артём перевернулся на спину, и у меня реально сложилось впечатление, что он сейчас встанет на ноги. – Со второго сразу на сотый. Это типа он меня выпиливаться зовёт..? Тонко-тонко. Но пошли. Только ты нахуй, а я домой. Вообще, когда Артём рассказал мне об этом в первый раз, мы оба так неплохо погорели по поводу того, какое же это дерьмо. Правда, Артём тогда говорил о каких-то других списках, но на эту же тему и таких же бредовых – там было го-ораздо больше поводов для горения жопы. Но что я хочу сказать. Все вот эти советы дохуя духовно просвещённых, как тебе жить и что делать – ебать хуйня. Точно то же самое, как когда тебе вечно тычат в нос, что пора бы уже и жениться, и детишек заводить, и вот это вот всё. Такие же ублюдочные дауны, которые считают, что знают лучше, как жить эту жизнь. "Тебе надо путешествовать, иначе твоя жизнь неполноценна, и вообще..". Нахуй сходите. Я сам решу, какая у меня жизнь – полноценная или нет. А для особо умных – дверь вон там. На ней ещё табличка "Нахуй", да-да, вот эта. Вам туда. – Не, вот по сути если, тут хотя бы без всякой пафосной ебалы. Я видел какие-то другие.. Сейчас. Ой, вот только не говори, что ты полез искать их. – Там вообще такая дичь ебаная. Жопа горела. Да я даже так могу сказать, что там пишут. Про путешествия, саморазвитие через те же путешествия и чтение книжек, изучение языков и всякое вот такое, что там ещё популярно у современных псевдоинтеллектуалов. Любителей выёбываться, если по-простому. Умиляет их уверенность в том, что они лучше знают, что тебе надо делать. Типа, блять. Те же учителя, только с другой стороны. – Э, вот, – начал Артём. – Я не всё сохранял себе. Самое забавное. Ну давай. Посмеёмся сейчас от души. – Спасти чью-то жизнь, – после этого Артём с придыханием начал читать. – Сдайте кровь, пожертвуйте на операцию. Научитесь качественно оказывать неотложную помощь, и кто знает, может, именно вы спасёте чью-то жизнь. Подержите моё пиво. Для начала, идти на курсы первой помощи мало кто додумается, а научиться таким вещам можно только с большим количеством практики – никак иначе. Потом, кровь и деньги могут и не помочь. Честно, всем этим фондам я бы доверять не стал. Сдавать кровь.. В целом, норм затея, но только если ты не спидозник и не болен чем-нибудь ещё вот таким. А то вдруг твою кровь по случайности пропустят, ну и вот что дальше? Не смешно дальше. Закончим тем, что оказывать первую помощь, если вы не врач и не уверены в своих силах – себе дороже. Господи, люди такими ебланами бывают, я ебал. – Прочитать книгу "Правила долголетия" и прожить минимум на десять лет больше. Хм. Ты не можешь знать, сколько лет ты должен прожить. Но хорошо, вот следуешь ты каким-то там правилам. А потом рак какой-нибудь хуйни такой: "Приветики", и что ты будешь делать? Как вообще статистику собирали, мне вот что интересно? Господи, а, как минимум на десять лет больше.. Что за хуйня. – Выучить красивый стих. Учите стихи, это ведь так красиво. Выберите хотя бы один очень тронувший вас стих и заучите его на память и постоянно цитируйте. Я так сделал со стихом "Заповедь" Редьярда Киплинга. – Покажите людям, что вы тупой обмудок, любящий понтоваться на каждом шагу. И таки автор этой статьи мужик.. Хм. Пидр какой-то. Ещё и левак ссученный, небось. Фу. – О, вот. Составить генеалогическое древо хотя бы до десятого поколения или даже дальше. Прочитав это, Артём уставился на меня, выжидая моей реакции. Моего праведного гнева. Этот товарищ сам-то хоть пробовал? Это невозможно, блять, алло. Я вот клянусь – нет таких людей, у которых где-то хранится инфа про их родню на десять поколений назад. Это же пиздец. Максимум, что люди сейчас смогут нарыть – это бабушки и дедушки их бабушек и дедушек, всё. Всё остальное уже проёбано. Ебать, я горю просто. Для меня это слегка больная тема, потому что я тоже хотел бы узнать, кто и как у меня в роду были. Ну хер там. Артём тоже – если я всё правильно понял, он нарыл только до своей прапрабабки. Всё. И никто дальше не уйдёт. Конечно, если их родственники уже не подпарились и не сохранили где-нибудь записи. Что маловероятно. Раньше такие вещи мало кого волновали. Да и сейчас тоже. Люди начинают узнавать только когда видят совет об этом в интернете. Никакой связи с предками, фу, блять. – Вот это тебе тоже понравится. "Посетить скотобойню, фабрику по производству меха и место массовой вырубки лесов. Не стоит жить в иллюзиях, посмотрите за занавес этих ужасных мест, этих современных концлагерей". Сейчас бы сравнивать концлагеря, где пытали и убивали людей, проводили над ними эксперименты, и скотобойни. Или места вырубки лесов, о, ебать. Заебали эти зелёные сранные. Их самих на скотобойню свозить надо, пусть хоть увидят, как там гуманно и аккуратно обращаются с коровками. Дауны, блять. А про тюрьмы рассказать, где заключённых содержат, нет? Про страны, где до сих пор есть рабство? Нет? Людей нам не жалко? В двадцать первом веке о людях заботятся только хуесосы, а норм пацаны переживают за зверушек и кустики в лесу? Ок, я понял. Как недавно выразился Андрей Юрич, "ущербность вашей социальной жизни мне понятна". Вот примерно то же. Всё, я всё понял. Современные тенденции. – "После такого вы уже не будете прежним, никто не будет. Разве что у вас камень вместо сердца". Ебать, лол. – Теперь понятно, что со мной не так. А то я чёт не заметил особых изменений в себе после посещения скотобойни. Даже мясо всё ещё ем. Я потраченный типа, да? – Ты был на скотобойне? – Артём развернулся ко мне, заинтересованно меня разглядывая. Неожиданно, правда? – Отто возил к своему другу. Они в тюрьме там чёт познакомились.. Не знаю, зачем я это сказал. Но допустим. – И как впечатления? – Ну, немного жаль. Когда милой коровке стреляют в голову из пневмата. Она-то вообще этого не ожидает. Забегает себе такая в этот загончик, начинает осматриваться, и тут бац. И пока, коровка. Хотя я говорил с женщиной, которая организует транспортировку животины (ещё живой, если что), и она сказала, что всё коровки понимают. Прекрасно они осознают, что больше они в свои загончики не вернутся.. От этого их ещё больше жаль. Они мало того, что такие миленькие, так ещё и что-то соображать там у себя могут. Я вот не знал. Честно, я не очень в это верю.. Но как бы похер. – Но куда больше меня смутило то, что мужики там без перчаток работают. Ну, когда потрошат тело. Голыми руками всё делают, и я такой просто. "Чё, сука. Вы адекватные вообще, нет? Наденьте перчатки, блять, какого хуя". Вот моя реакция. Когда я это увидел, мигом забыл про коровок, просто в раз. Гигиена людей меня больше как-то волнует. – Фу, – протянул Артём, поморщившись. – Серьёзно? – Да. И это было, ну. Вызывало куда больше эмоций, чем смерть коровок. – Ты так мило говоришь, – Артём умилённо заулыбался. – Коровка. Ну, хоть "р" проговорил, спасибо, что не издеваешься. – Побыть месяц вегетарианцем. Думаю, после выполнения пункта двадцать девять это будет намного проще, чем кажется. Поверьте – никакого вреда здоровью вы не нанесёте, но спасёте несколько невинных жизней, и возможно, вам понравится это. Вот опять. Какой-то хер считает себя просто охуеть умным, и что если ему что-то никакого вреда не принесло, то и остальным так же зайдёт. Рот его я ебал. И замечательный факт – коровку убьют в любом случае, вообще без вариантов. Не купишь ты – купит кто-нибудь другой. Сюрприз, бля, ничью жизнь ты не спасаешь. Пиздец, ну и любят же они строить из себя хер пойми кого. Благодетель прям, ну. Да ты просто утырочный даун. Небось, сам-то животное в квартире держит, да? Собаку не выгуливает, сколько ей нужно? Вот, что можно сопоставлять с концлагерями. А не скотобойни, ну ебать, а. Куча людей так старалась придумать способ быстрого и безболезненного убийства, чтобы животное не мучилось, есть специальные люди, которые отвечают за перевозку животного, чтобы оно не беспокоилось, не переживало, и всё равно, блять, находятся умники, которые считают, что "скотобойня = пыточная". Ну.. Сейчас мало кто посвящён в тонкости ведения дел в сельском хозяйстве. Потому сфера такая запущенная. Но конечно, все же хотят быть журналистами и переводчиками, или экологами какими-то там блядскими, ну. Зачем вообще заниматься чем-то полезным. Зато кудахтать про то, как жестоко обращаются с коровками – это все могут, хотят и делают. А-а, блять. Вот правда, если бы не глаголы в мужском роде, я непременно решил бы, что это писала баба. Хотя нет, я бы посомневался как следует. Потому что в последнее время я ясно для себя уяснил – не всё, что меня бесит, сделано, ну, или написано, в частности, женщинами. И если мне хочется выбить автору статьи пару зубов, нельзя сразу и полностью исключать вариант, что писал не мужчина. Да, жизнь в обществе пошла мне на пользу – я стал меньше сексистом. Незаметно, наверное? Но на деле да. – Хэштеги у статьи: "Очнитесь", – посмеялся Артём. – Очнитесь и поймите, что вами не должны манипулировать какие-то пидорасы из интернета. Артём посмеялся и начал мотать страницу вверх. Я краем глаза заметил пунктик с волонтёрством – Артём пропустил его сейчас, но жаловался на это ранее, в самый первый разговор. Хм.. Я заговорю об этом, никто не против? – Так забавно, как все топят идти и делать добрые дела. Помогайте людям, пиздуйте в Африку учить детей. – Ебать, я вообще горел, – Артём так активно продолжил тему, что я аж порадовался немного. – Ещё фотку приложили, тип, какая-то баба в Африке, или где-то в том районе, довольная стоит и улыбается. Охуеть. Сразу вспоминаю статью про какую-то американку, которая вернулась из Африки, и у неё в мозгу бычьего цепня нашли. – Или случай с девушкой, которая тоже угорала по всей вот этой хуйне, и в итоге словила элефантиаз. – Это что? – Это такие маленькие хуйнюшки в тебя через кожу входят и кушают твою лимфатическую систему. – У нас такого нет? – косясь на меня, спросил Артём. А головой если подумать? У тебя-то в мозгах никто не живёт. – У нас слишком холодно для такой хуйни. Какой-никакой, но плюс жизни в этом регионе. Что можно спокойно зайти в речку и не бояться, что там живут какие-нибудь нитчатки-хуетчатки и прочая ебала, которая так прям вот и хочет попасть внутрь тебя, м-м. Да-а-а.. Люблю Сибирь. – И это типа не лечится? – На тот момент, по-моему, не лечилось. Сейчас уже что-то делают, но не знаю, как там по эффективности. – И с этим жить нельзя? Ебать, да с чем угодно внутри себя нельзя жить. В мозгах это или в ногах – похуй вообще, это инородный объект, его нужно удалить, Артём, блять, не тупи, а. Ладно, искусственные органы ещё не в счёт, но не паразиты же. – Твоё тело распухает до ебанатских размеров. Жить ты будешь, но сидя на диване. Что это за жизнь, блять. – Странно, что ты не находишь это классным. Ой, вот иди в жопу, а. – Я бы находил это классным, если бы внутри меня не жила какая-то срань, медленно меня убивающая. Это мерзко по сути, и, блять. Я прервался, потому что не знал, что можно сказать дальше. Ну, как выразить свои мысли, чтобы это не походило на нытьё какого-то пидораса. Хм, мне надо будет обдумать своё отношение к этому. Хотя вряд ли мне это пригодится в дальнейшем теперь. – Ладно, давай не будем об этом. А то я как-то случайно узнал, что такое цистицеркоз, и как-то мне с тех пор не очень приятно про такие вещи пиздеть. Ой, фу. Я тоже знаю, как это выглядит просто.. Лучше бы не знал, наверное. – Давай лучше ещё списочки почитаем, – протянул Артём. – Может, хватит? Нельзя столько много заданий разом брать. – Ваши задротские шутки меня уже доебали. Ой, да как будто ты их часто слышишь. – Тебе шутки, а мне боль. Знаешь, как обидно. Приходишь в локацию, чтобы понабрать там заданий и разом всё выполнить, а они не берутся. Поною хоть кому-нибудь. Хотя мне стыдно ему рассказывать о таком, но надо уже бороться с собой. Плюс это нормально – рассказывать своему партнёру какие-то штуки из своей жизни. Во-от. – Арсений, семнадцать лет, – протянул Артём. – Вот лучше бы себя полюбил. – Что? – Пункт такой – "Полюбить себя". – Это даже не смешно. – "Заняться сексом в туалете ресторана". Пошли, Арсений. Артём аж сел, и хотя я знал, что никто никуда идти не собирается на самом деле (да и куда мы пойдём, в два-то часа ночи), всё равно одёрнул его за руку и вернул обратно на землю. Не надо нам такого, пожалуйста. Да и тупо как-то идти в ресторан только чтобы поебаться в туалете там. Зачем. Для этого можно и в школу сходить, ну. Тем более, что опыт в этом уже есть. Мда, я долбоёб. – "Провести целый день с любимым в кровати", – Артём снова читал сохранённые себе отдельно пунктики. Специально, что ли, копировал, чтобы мне потом показать..? – Это же пиздец. Как это вообще возможно? Или это будет очень большая кровать, на половине которой – вы с любимым, а на другой – ноутбук с интернетом и сериальчиками какими-нибудь, еда и прочие ништяки. Ну, вам же надо чем-то заниматься всё равно, верно? Не будете же вы сутки лежать и рассматривать друг друга. Так и охуеть со скуки можно. – Я тоже в ахуе слегка, – хмыкнул Артём. – Самое нормальное – это составить своё генеалогическое древо и умереть. Вот реально. Узнать, кем были твои предки и уйти из жизни. Охуев с того, какой ты унтерменш. Ладно, шучу. Я пытался. – Я так и знал, что ты запомнишь про смерть. – Ещё я запомнил, что какие-то ублюдки считают просто необходимым делом выучить английский и итальянский. И если первое ещё можно понять хоть как-то, то с чего такая честь макаронникам – я не понял. Как же немецкий? Как же прочитать Mein Kampf на оригинале? Это никто не хочет сделать в своей жизни? Понять, что двигало человеком, устроившим такую дичь? Нет? Ну понятно. А потом чёто кричат про политику и как у них всё плохо. Конечно, куда там, когда путешествия да бедные страдающие коровки в голове. – Ещё "не спать всю ночь" нормальное дело. – Честно, не понимаю логики здесь, – я таки решил поделиться с ним своим мнением. – Что под этим подразумевают вообще? Ты не спишь ночь и весь последующий день, и ложишься спать только вечером? Или ты не спишь всю ночь, но вполне можешь лечь спать днём? Если второе, это не имеет никакого смысла вот вообще. В смысле, это же должно быть испытание, так? Но не спать всю ночь – это же вообще хуйня вопрос, так какого чёрта? Это слишком просто. – Ну всё, ты допизделся, – подумав немного, выдал Артём. – Теперь не будем спать до вечера. Ой, да пошёл ты нахер. – Я всё равно не выдержу. – Я тебе не выдержу. – И ты тоже уснёшь. Не выдержишь и ляжешь спать. Я его знаю. Или будет как в тот раз – под шесть утра оба уснём, и всё. И "Задание провалено". – Короче, план, – Артёму что-то внезапно стало слишком весело. Таки решил вызов принять? – Сейчас сидим тут до полдесятого. До скольки..? Ты ёбу дал? – Потом зашкеримся к кому-нибудь. Тон он не сбавлял, почему было ощущение, что это далеко не конец списка. Продолжения, тем не менее, не последовало, так что я решил предложить свой вариант. – И ляжем спать. – Нет. Теперь никто не будет спать до вечера. – Ну блять. Я просто поддерживал атмосферу. Типа я реально ему верю, что мы будем этим заниматься. Кого мы обманываем, Артём? Ляжем мы днём поспать, ну не пизди – ни себе, ни другим. – Зато представляешь, какой охуенный сон будет? Что-то даже так, желания никакого всё это мне не добавляет. Ну, я как-то привык заботиться о своём здоровье, особенно по той части, что связана с головой. А сон и нормальный режим дня – важная составляющая. Во-от. И долго не спать – это плохо. И извини, Артём, но страдать хуйнёй я не собираюсь. Хотя и ты тоже, как бы.. Просто ты ещё не понял. – "Пять вещей, которые восстанавливают нейроны мозга"? – заметив ссылку на статью в диалоге, спросил я. Надо было как-то отвлечь Артёма от этой темы, ну, я пытался. – Не знаю, зачем сохранил это, – хмыкнул он, тыкая на сообщение. – Сайт сомнительный, так что я бы им не верил. Но можем почитать. Потом пойдём, значит, восстанавливать клетки мозга. Может, не надо? Сам же сказал, что им нельзя доверять. Да и нахуя нам их восстанавливать? Проблем пока ни у кого не наблюдается. Мда, сказал Арсений. – Физические нагрузки, молитвы..? Ну, а ты как думал, друг мой. Кстати, церковь у нас от дома совсем недалеко. Так что если ты правда хочешь.. Восстановить пару клеток.. Хотя тут, скорее, речь идёт о запоминании чего-то. Я полагаю. Не уверен, на самом деле, что это помогает восстановлению клеток мозга, но, как бы, и похер мне. Это не то, о чём я должен беспокоиться. – "Секс". Вот сейчас точно пошли. А ещё две вещи? И вообще, всё хорошо в меру. Помни об этом, пожалуйста. – Сядь на место. – Не, отличная же тема? – Сядь. – Да уйди. Я, может, походить хочу? – всё-таки поднимаясь на ноги, спросил Артём. – Заебало уже лежать и не делать нихуя. Вау, это произошло? А я всё думал.. И, может, ты вернёшь мне мой телефон? Буду премного благодарен. Пришлось тоже вставать. Может, мы вообще пойдём отсюда куда-нибудь сейчас? Не по домам, так просто походить в местах покрасивее. Оказывается, центральные улицы очень лампово украшены иллюминацией.. Хех, прям игра слов. Но там правда прикольно. Особенно в районе Новособорной. Хотя те места по сути своей должны были украшать – центр города, плюс место довольно часто посещаемое. Мда, во-от.. И из-за того, что я не так уж часто тут бывал, тем более, в нужное время суток, я в душе не ебал, как тут прикольно. А сейчас вот посмотрел. Надо пошутить, типа, какой Артём молодец, таскает меня по всяким красивым местам города, романтику разводит. Но ещё бы я это важным находил. Уж не умер бы, если бы вообще не знал, что тут происходит. Но Артём, видимо, не так уж и собирался куда-то идти. По крайней мере, судя по тому, как он встал на месте и уставился куда-то в сторону. Или что он там делает. Не так уж хорошо и видно, надо сказать. До сих пор. Блин, скорей бы рассвет, а. Заебало уже это всё. Не люблю быть на улице долго в тёмное время суток. Странно, наверное, звучит от человека, который с шести вечера ходит хер знает где. Но да, не люблю. – Чё, мы пойдём отсюда? – спросил я, когда понял, что ждать чего-то от Артёма бесполезно. – До шести хотя бы давай походим? – недовольно протянул тот, разворачиваясь ко мне. Меня даже как-то порадовало, что он так скинул четыре часа. Чё, может, через пару минут ещё раз спросим? И он скинет ещё немного, и сразу домой пойдём тогда уже. Классно же, ну? – Давай на мост сходим? – Нет, – уже готовый, выпалил я. Он уже просто предлагал это – сходить к мосту и походить по нему, но я прям вижу, как потом Артёму приспичит походить по перилам, а потом он такой типа "Ой, чёт я пошатнулся", и всё, пока. Нет, блять. Никто никуда не пойдёт, никаких мостов. Я уже не говорю, что нам тогда придётся километра четыре пешочком навернуть, а ради целого нихуя. Артём сам-то этого хочет? Я чёт сильно сомневаюсь. – Что тогда делать? – Можно домой пойти.. – Бля, у тебя это на все случаи жизни план. Арсений, происходит какая-то дичь. Домой. Арсений, надо поговорить. Домой. Арсений, тебя Татьяна Викторовна зовёт. Домой. Ой, да иди ты, а. Она сама виновата, что я её боюсь – нехуй было пугать меня. Я же человек такой, впечатлительный. На меня один раз наедешь, я потом с тобой в одном помещении находиться не смогу. – Блять, как ты вообще до этого додумался? – тряся рукой в воздухе, говорил Артём. – Бля, меня классная к себе вызывает. Пойду домой. Чувствую, это будет новый мем ещё какое-то время. – Арсений, Америка сбросила на Северск ядерную бомбу, ещё чуть-чуть и всем пизда. Домо-ой. Ну технически.. Хотя я даже не знаю, что делать в такой ситуации. Надо бы спускаться в метро, по плану, но у нас в городе нет метро. И что тогда? Надо будет заняться этим вопросом. А то хер его знает, как жизнь сложится. Может, двадцать второго июня две тысячи четырнадцатого года Америка решит без какого-либо предупреждения объявить войну Российской Федерации? Вот как можно знать, что этого не случится? Поэтому лучше быть уверенным в себе и своих познаниях. И знать, что делать при ядерном ударе вблизи твоего города, а то и на него. Да и в принципе при выбросе каких-либо опасных веществ – вдруг что, вдруг пригодится. Нельзя же знать наверняка. – Ну вас нахрен, пацаны, я домой, – протянул я. Для картинки можно было бы пойти куда-нибудь, но я не решился. Да и вспомнил о кое-чём другом. – Ты не боишься, что Курт потеряется? – Ой, да что с ним станет. У Артёма был такой беззаботный тон, что я аж удивился. Серьёзно, бля? – Твой батя тебе потом пизды даст. – Вот вечно ты нагоняешь, – вздохнул Артём и тут же завопил. – Фон Шлейхер! У меня аж сердце прихватило. Опять. В который раз уже, боже.. Зачем так орать каждый раз. Ещё и так внезапно. Но за собакена я реально слегка переживал. Просто он чёт давно не прибегал к нам. Раньше хоть с какой-то промежуточностью он прибегал сюда, обнюхивал всё и снова уносился в темноту. А сейчас чёт как-то давно его видно не было. Куда делся? Вдруг его схватил кто и сделал что-нибудь страшное? Мы же этого не хотим. Артём же любит его. Алексей Валерьевич его любит. Да и денег жалко. Хотя бы из этих соображений стоит относиться к нему повнимательней. Артём позвал его ещё пару раз, после чего вскоре послышалось знакомое фырканье. После этого уже никто не кричал, и вот, через пару секунд на Артёма налетела чёрная псина, чуть не снеся его с ног собой. Но зато какая довольная, господи. Не перестаю удивляться, как мало собакам для счастья надо. Хотя, может, он просто запыхался. С другой стороны, какого чёрта он должен запыхаться, если он гончая и по сути своей заточен под бег на большие расстояния и без отдыха? Пф. Может, он реально рад, что Артём о нём вспомнил? И вообще специально где-то там заныкался, чтобы проверить, когда о нём вспомнят и вспомнят ли вообще. Сомневаюсь, что собаки настолько умные.. Но хер их знает. – Набегался, животное? – тиская его, спрашивал Артём. – Набегался, конечно. И сейчас всю одежду мне испачкаешь своими лапами, да? Курта это не волновало – он как продолжал опираться об Артёма, так и продолжал. Хотя я бы удивился, если бы он что-то понимал из его слов. Он же животное, ну? Что ему понимать – так это конкретные слова и команды. Хотя собаки, вроде, умные.. По крайней мере, недавно я был в магазине, и видел, как женщина, даже без слов, заставила своего пёселя дожидаться её у входа. И он же реально уселся в уголочке и спокойно ждал её. Так мило.. А потом думаешь, что его наверняка уже заебали вот эти вечные походы хозяйки по магазинам и получасовые ожидания, и сразу не так уж и весело становится. Бедные животные. Или был ещё какой-то дед.. Я его пару раз видел. У него такая милая собака, господи. Маленькая, бело-чёрная, и самое прикольное, что у неё лапы как бы в крапинку. Это так охуенно выглядит. Да и еблишко у него в целом доброе. Я даже не побоялся сесть рядом, чтобы зафотать его нормально. Он ещё так забавно на меня глянул, тип "Хули тебе надо..?". На редкость эмоциональные создания, аж удивительно. – Подай шлейку, – сказал Артём. – А ты не убегай. Это обращалось уже к Курту. Когда Артём отошёл от него, он встал нормально, на все четыре лапы, и, как ни странно (или это нормально?), замер на месте, дожидаясь, пока на него наденут все эти ремешки. Ну, а сначала вообще найдут их, мда. – Будет он тебя слушать сто раз, – наконец, заметив кусочек поводка под сумкой, сказал я. – Ну смотри, не убегает же. – Он просто не хочет больше. – Мда, вам не угодишь, – протянул Артём. – Ты реально думаешь, что они тупые? – Да не то чтобы мне не похуй. Курт спокойно сидел, пока Артём застёгивал на нём все ремни, и даже ни разу не попытался лизнуть того в лицо. Раньше просто такое бывало. Может, понял, что у него всё равно ничего не выйдет? Артём почему-то крайне не любит такие вот вторжения в личное пространство от собак. Хотя это банальная гигиена. Вообще не понимаю, как люди могут позволять животным облизывать себе лица или что-то в том районе. Наверное, я слишком много читал про простейших-паразитов и вот это всё. Эх. – У моей тётки в деревне тоже есть псина. Огромная такая, дворняга. Но он пиздец умный, я в таком шоке был. То есть, интеллект и дворняга, по твоему, понятия несовместимые, да? Ну ясно, Артём. – Мы как-то не сильно общались, а потом мать отправила меня к ней пожить на неделю. Доебал ты её? В ссылку сплавили? – И, вот мы сидим на улице. Что у вас там за деревни такие, что вы на улице сидите..? – И она ему говорит: "Иди птичек погоняй". И он бежит, проверяет, есть ли на огороде птички, и если есть, то разгоняет их, и если нет, то возвращается на место. И ещё он понимал пойти поискать соседскую кошку. Типа, ему говорят "Где Нюша", и он идёт её искать. Если есть, начинает лаять. Нет – снова возвращается на место. Пиздец, классная собака. Но страшный, сука. – Внешность – не главное. Не знаю, зачем я это сказал. Но допустим я прогрессивный человек, у-у, и реально думаю, что красивое ебало в человеке - вторично. – Вот давай без этого? – Да я шучу. За кого ты меня принимаешь вообще. – Вот, на, – протягивая мне поводок, сказал Артём. – Выходи из зоны комфорта. Я даже не двинулся. Вот ещё, ага. – Он меня покусает, – кивнув на собаку, сказал я. – Посмотри в эти добрые, полные любви к миру и всему живому глаза. Только не к зайцам и уткам, да? – Как он может кому-то навредить? – Артём просто всунул мне в руку поводок и тут же отскочил, чтобы я не попытался избавиться от этой хуйни. – Покорми его чем-нибудь. – Где я потом руки помою? – Ты специально купил антибактериальные салфетки. – Я не чувствую, что после них руки чистые. Хотя, возможно, это просто самовнушение. Из той же серии, почему мне кажется, что из крана на кухне течёт более грязная вода, чем из крана в ванной. Это же бред, верно? Но я чувствую.. Я чувствую, что руки грязные, это отвратительно, и даже мыло не помогает. Приходится каждый раз в ванную бегать. Не то чтобы это было проблемой, но это странно. Головой-то я понимаю, что это не должно так работать, но душа требует. Да и реально ощущение, что грязь прям обволакивает кожу.. Фу. – Ебать, Арсений, - воскликнул Артём. - Не страдай хуйнёй. Не ешь потом, значит. – А если захочется? В целом, – я нашёл хороший вариант, куда можно всё повернуть. – Мы можем пойти домой. Там можно будет помыть руки. – Какой же ты задрот, а. Прозвучало довольно обречённо. Как будто что-то плохое, ну правда. Просто согласись пойти домой, делов-то, ну. Все уже устали и хотят отдохнуть. Посмотри на фон Шлейхера, он даже стоять не может. Хотя было бы уместнее говорить об этом, если бы он лежал или типа того. – Никуда мы не пойдём, – Артём махнул рукой, возвращаясь к тому месту, где не так давно мы лежали, – я на твои манипуляции не куплюсь. Твою-то блять. Чё ты такой умный стал в последнее время? Это даже пугает. Хотя ладно, это было слишком толсто, чтобы удивляться, как же он заметил. Надо придумать что-нибудь получше. – Собак же. Нельзя кормить фастфудом? – И что? – Артём аж развернулся сюда. – В чём проблема? – Ему потом будет плохо. Он запомнит, что это я дал ему эту штуку. И будет меня ненавидеть потом всю жизнь. – То есть, на это они, по-твоему, способны? – Если травоядные на это способны, то собаки уж точно. Я читал, да и мне рассказывали. Что коровы по-разному реагируют на появление ветеринара, например, и на человека, который занимается осеменением. Ну и какой-то ветеринар писал в своей книжечке, как его возненавидел какой-то там бык после укола или чего-то подобного. Так что коровки не такие уж и тупые. А если они на это способны, то какая-нибудь псинка и подавно. – Как у тебя всё сложно. Это биология, друг мой. На травоядных эволюция отдохнула, но если даже у них мозги способны на такие процессы, то что могут хищные (я про отряд сейчас)? Тем более, собаки. Тем более, с относительно крупным мозгом, как Курт. – Вот никак тебя не заставить поконтактировать с ним. – Ну, я держу его поводок. Артём похлопал в ладоши, скривив рот. "Неплохо-неплохо". – А дальше что? Погладь его. – Я уже гладил его, какого чёрта. – Погладь ещё. Ну правда, чего бояться. – Сам его гладь. Раз такой умный. Лезть к чужим собакам – сомнительное дело, ты знаешь? Прикол же в том, что они тебя не знают, ты для них никто. Ну и что дальше? Что его остановит от убийства? Да ровное нихуя. И потом он будет смотреть тебе в глаза таким же чистым дружелюбным взглядом. И с вымазанной в моей крови мордой. – Джуно у тебя почему-то другие эмоции вызывает. – Джуно маленький и безобидный. – Ущербный, – перевёл Артём. – Безобидный, – я повторил, делая акцент на этом. – Он ничего страшного не может сделать. А Курт может. Артём помотал головой, и это так безысходно выглядело, типа, "Боже, какой мудак". Нахуя меня с ним жизнь свела.. Даже собаку мою погладить не может. Хм, интересно, Артём сейчас припомнил мне Джуно из-за типа ревности? Ну, что я боюсь любимую собаку Артёма, но нормально "общаюсь" с другой их псиной. Типа, что за хуйня вообще, почему ты так делаешь. Это как, эм.. Может, спидозная аналогия, конечно, но это как любить ребёнка своей бывшей жены больше, чем ребёнка настоящей. Не знаю, у меня вот почему-то такие ассоциации возникают. Я долбоёб, наверное.. – Верни мне телефон. – А, да, – хмыкнул Артём и полез в карман. Забыл уже, похоже, что вообще его забирал у меня. Клептоман чёртов. Всё при себе держать нужно, пока он рядом. – Нахуя ты вообще его взял с нами? Это было о собаке, если что. Просто странно как-то, нет..? Его компания была тут совсем необязательной. Не то чтобы я имел что-то против, он же даже не с нами был большую часть времени, но объективно вот так посмотреть. Для чего это надо? В лишний раз так животное напрягать – это так себе затея, мне кажется. – А почему нет? Побегает, порадуется жизни. Травку погрызёт. Это разве не вредно? Он не может порезать себе язык об неё? Хотя Бисквит чёт вечно грыз траву, и что-то я не волновался о нём как-то. Ха, как забавно. А Артём мне ещё претензии кидает, чего это я Курта не люблю. Вот, видишь, люблю. Ещё больше, чем Бисквита. Понимаешь уровень ты, нет? * Артём не мог стоять на месте во время разговора, так что постоянно ходил из стороны в сторону, или ещё как-то так. Через пару часов такого времяпровождения это уже даже перестало раздражать, но когда он вдруг двинулся в сторону дерева, недалеко от которого как раз был "лагерь", и запрыгнул на нижнюю ветку, я как-то заволновался. Курт (который по-прежнему был при мне, скажем так) и вовсе чёт сильно возбудился – гавкнув, подскочил, но хоть никуда не рванулся – только принялся топтаться на месте, поскуливая. У меня сразу внимание переключилось на него – так хоть я об Артёме думал, хули он творит, долбоёб, блять, но вот, меня стало больше волновать поведение пёселя. Что он делает вообще..? Что не так? – Что ты делаешь? – спросил я, когда Артём начал забираться на всё ту же самую ветку. Было даже решено подойти поближе – ну, может, хоть так Курт уймётся более-менее? А то реально чёт пиздец начался. – Хочу по дереву полазить. – Ты идиот? А если ты упадёшь? – Здесь же есть ты. Вызовёшь скорую, если что. – Вот же прикольно им будет ехать в пять часов утра на вызов каких-то долбоёбов. – Один из которых упал с дерева. Вот же блядство. Хотя, думаю, врачи скорой помощи и не с таким сталкивались уже, так что это для них так, ни о чём. История даже под пиво не пойдёт, слишком уж скучная. Артём продолжал лезть куда-то не туда, Курт – бесоёбить и паниковать, а я чёт задумался о том, что пора доставать телефон. Надо сделать пару фотографий. На память о вечере. Хотя мне просто нравится, как это выглядит. Хотя и напрягает. Сейчас как сломается что-нибудь. И пока, Артём. Или его позвоночник. Или шея. Или рука. Или что-нибудь из этого. Опять головой приложится и поломается. Останется овощем. Не смешно будет. – Ты что, фотографируешь меня? – заметив телефон у меня в руках, спросил Артём. Сразу же ещё так замер хорошо.. Отлично. Не будут смазанные фотографии. – Нет, присесть захотелось, – фыркнул я. – Может, слезешь уже? Ты его нервируешь. Какого вообще хуя? – Ей-богу, не знал, что он будет так беситься, – сказал Артём и, постояв немного, принялся слезать, попутно объясняя мне что-то. – У животных это бывает. Когда им сказочно не нравится, что ты что-то делаешь. У нас как-то была собака, которая очень не любила, когда батя читает бумажные книги. С телефона что-то читать – пожалуйста, сколько влезет, но если бумажные – то там пиздец, что начиналось. Лол, бля. – Как это работает? – В душе не ебу, – спрыгнув на землю, Артём отряхнул руки и посмотрел на меня. – Иди учиться на этолога, или как там это называется. Тебе же нравится вся эта хуйня с животными. Ой, давай не будем, а? Не надо делать вид, что тебе не похуй на моё будущее. Хотя он просто предложил, что такого. Не как Кристина, мда, которой вдруг чёт прям очень важно стало, чтобы я не проебался и закончил жизнь как надо. Ну, или провёл. Короче, не как моя мать. Что сижу дома и нихуя не делаю. Не знаю, почему она не уважает мой выбор.. Сука тупая. Ладно, шучу. Я всё равно люблю её. Не важно, что она там делает. Хотя это уже, похоже, моя проблема. Одна из главных. – Переживаешь за меня, да? – Артём снова принялся няшкаться с Куртом. – Ну хоть кто-то. Так. Я тебя сейчас пну, ты мне дошутишься. – А знаешь, что ещё сегодня странно? – это уже обращалось ко мне. – Ну? – Ты уже очень долго не держишь меня в курсе, сколько там времени. Я не сильно пнул Артёма в бедро и тут же полез за телефоном – ну, понятно, зачем. Как бы кто там не издевался, делалось это исключительно ради экономии заряда батареи. Не надо тут обо мне думать всякое. – Пять – сорок восемь. И девять процентов зарядки. – Если твой телефон разрядится, ты умрёшь? – спросил Артём, ещё с таким видом, как будто он мой секрет раскрыл сейчас. Больших трудов стоило не пнуть его ещё раз. – Ты удивишься, наверное, но ничего не произойдёт. – Ва-а-ау, – вставая, протянул Артём. – Прикольно. Но ладно, пошли уже. А то я вижу прям, как тебе уже неймётся. Чё ты там видишь-то опять, дурак, блять? Выдумывает себе опять что-то. – Только надо решить, к кому. Вот уж сложный вопрос, вот уж да-а. Хотя я же так и не поговорил с ним, и не сказал, что дела немного поменялись. Блин. – Ко мне больше нельзя. – Почему? – Артём аж нахмурился. Ну да, а что это за богохульство – не пускать его к себе. Кто-то совсем охуел там уже, да? – Я сказал матери, что мы больше не общаемся. И если ты не против, надо, чтобы она и дальше так считала. – Что? Зачем? – Ну, я ходил к Елисееву, а когда вернулся, мать сказала тип: "О, как посвежел. К Артёму ходил?". И я что-то заволновался. И решил так, исправить положение немного. Тем более, что на тот момент это было правдой. – Блять. Ты серьёзно думал, что это навсегда? – Так. – Ладно, похуй, – остановил меня Артём. – И что, ты думаешь, она реально что-то подозревала? – Не знаю, но лишним это явно не было. По крайней мере, она сказала, что рада. – Рада? – переспросил Артём, как-то.. Не то удивлённо, не то расстроенно. Так важно, что ли? О, боже, мать моего парня меня недолюбливает. Вот это охуеть трагедия. Ладно, я просто понадеюсь, что есть другая причина, нормальная. А то я не хочу, чтобы Артём был таким ебланом. – Как-то так, – хмыкнул я. – Так что если ты не против. Хотя мне похуй, что он там думает на этот счёт. В любом случае, ко мне мы теперь ходить не будем – какое-то время или вообще, тут ещё непонято, но пусть особо ни на что не настраивается. Вот. – Технически, я против. Но как будто это на что-то повлияет. Как хорошо.. Реально поумнел. – Что тогда, ко мне? Хотя это логично. Пошли. Честно, я так заебался со всего происходящего, что уже даже особо и не радовался. Не, радовался, что мы идём домой, но факт, что до него ещё добраться надо.. Это мне не нравилось. Простите меня, мои ноги. Я правда не думал, что всё так обернётся.. Обещаю, следующие несколько дней вас особо не тревожить. – Мы, типа, где-то спалились? – заговорил Артём вскоре. Я только начал думать, что мы обсудили всё, что могли, и теперь всю дорогу будет неловкое молчание. Хотя всё ещё впереди, так что рано удивляться. – Не знаю. Может, твой отец что-нибудь ей рассказал, когда они сидели у нас в апреле. Я надеюсь, Артём не воспримет это как наезд на себя? А то что-то слишком много я гоню на него, а это плохо типа. Вдруг он расстроится. И мне тоже станет грустно. – Думаешь? – Возможно. Или. Я не знаю. Не хочу об этом думать. Тем не менее, после вот этого нашего короткого разговора, я додумался до кое-чего. – Может, додумалась до чего-то сама. Женская интуиция и хуё-моё же. Или ты ей как человек не нравишься, и дело не в том, что она знает, что мы встречаемся. – Ебать, ты реально это сказал, – прошептал Артём. – Пиздец. Ну, может и так. Она же, вроде, вообще не очень хорошо отнеслась к тому, что ты с кем-то общаться начал. – Откуда ты знаешь? – Ты был очень пьян, когда мы говорили об этом, – хмыкнул он, отворачиваясь. – Вот. Вот не люблю я вот эти его охуенные истории. После которых меня тянет спросить, когда это такое было, а он отвечает, что я был пиздец бухой, и потому ничего не помню. Не знаю, почему. Но жесть напрягает. – В любом случае, как-то так это выглядело. Не знаю, может уймётся как-нибудь. После этого тема плавно перелилась в отношения наших родителей. Артём спросил, знаю ли я, что они до сих пор общаются, я, конечно же, ответил, что да.. И поехало. Ебланских теорий уже никто не строил, но мне всё равно было слегка не по себе. Того, что мать попросила Алексея Валерьевича забрать Отто и остальных с вокзала, я вот лично не знал. Так что закономерно охуел, когда Артём поведал мне об этом. Вот уж пиздец, никто не находит? Я ебал эту жизнь. Приход домой был ещё приятнее, чем ожидалось – чего стоило только снять с себя обувь и вымыть руки, наконец. Шикарное ощущение.. Чистая кожа, наконец-то, господи. После всей этой хуйни.. Я нормальный. Артёму нужно было повозиться с Куртом, так что какое-то время я сидел у него в комнате один. Ну, пока поставил телефон на зарядку, пока ответил матери, Кристине.. Пока посидел, рассматривая комнату. Пока тут не сильно много изменилось, ну, Артём и говорил, что ремонтом будем заниматься чуть позже. Но тут стало менее пусто, да. Это сильно бросается в глаза, после той пустыни, что тут была раньше, если честно. Хех. – Вот меня такой вопрос интересует, – только зайдя в комнату, начал Артём. – Если я после ремонта передвину кровать в другое место, ты так же будешь садиться вот именно сюда, на это же место? А если я отодвину её вообще к другой стене? Ты на воздухе будешь сидеть? Я вот не понимаю – это реально так весело? Стебаться надо мной? Хотя не я ли сегодня отмечал, какая у него забавная была реакция? Хотя какой у этого смысл, если от меня реакции-то нет. Артём, что с тобой не так? – И как ты определил, что я всегда сижу на одном и том же месте? Хотя зрительная память же, хуё-моё.. – Нога у шва на полу. Всегда здесь. Ладно, признаю. Но ты всё равно дебил. – Давай поговорим с тобой, – протянул Артём, проходя к столу и вставая возле него напротив меня. – У тебя же никаких планов на лето нет? – Выжить. – Господи.. А серьёзно? Если ты не считаешь это серьёзным, это не значит, что оно таким не является. Мудрые мысли от меня. – Да какие у меня могут быть планы, блять, – хмыкнул я, подумав немного. – Ты чего-то хотел? – Чтобы ты закончил мне, – Артём посмотрел на свои ноги, выставив одну вперёд. – Я чёт и забыл про них, – хмыкнул я, догадавшись, куда он клонит. Я ждал, что Артём пошутит, типа, а нахуя мы тогда отношения возобновляли? Но ладно, это даже смысла особо не имеет. Да-а. – Ты сам не можешь продолжить? – То, что на задней части, должен другой человек делать. – Чё Ковальского не попросил. – Попросил бы, если бы ты не вернулся, – фыркнул Артём, недовольный, видимо, упоминанием Ильи. А я, вообще-то, без задней мысли.. У-у, "вернулся". Охуенно слово подобрал. – Сегодня будем это делать? Если да, то не стоит. Я не спал всю ночь, и, как бы, не в таком состоянии надо такой работой заниматься, ага? – Блять, а, – задумчиво протянул Артём. – Об этом я и не подумал. В августе тогда. Хуя ты, блять, загнул. Август? Ничего не перепутал? Июнь, нет? Июль? – Что так.. Долго. Это правда было странно. Обычно Артём с такими вещами не тянул. Классика же – он проснулся с утра пораньше, ему стукнуло набить что-нибудь, и он это сделал. Удивительно, что его ноги до сих пор были чистыми. – На работу как-то со свежими татуировками ходить не очень. – На работу? – протянул я. – Ты собираешься работать? – Ну, как бы. Я думал, это будет понятно? – Я думал об этом. Но. Как-то не воспринималось. – Вот, воспринимай. А в августе тогда.. Блин, так долго ждать.. Во-от, у него же уже ломка пошла от одного только осознания. Он же не выдержит, ну? Блин, а. Мне его аж жаль немного. Хотя это почти как подкидывать наркоману очередную дозу. Разница лишь в том, что тут наркотики его не убивают. А значит, ничего плохого в этом нет.. Но уже всё равно. Артём же уже и сам сказал, что теперь только в августе. Хм.. – А до какого ты собираешься работать? Ещё бы узнать, где, но ладно, это вторично, в целом. – Ну вот я теперь думаю. Первую неделю августа закончу ещё. И потом что останется. Как раз на отдохнуть и чтобы зажить всё успело к сентябрю. Конечно. А то как же ты будешь ходить в школку, у-у. Ладно, не смешно. Я тоже хорош в таких вещах. ** – У тебя такой классный живот.. Мне не нравилось, как он меня трогал, но приходилось терпеть. А то как-то несправедливо получается – что я его трогаю, сколько и где хочу, и никакого недовольства в ответ не слышу, зато как ему меня полапать – это пиздец, всё плохо и "фу, уйди". Нет, всё должно быть справедливо. Все равны, никто не равнее. Но как же это стрёмно, блин.. Когда Артём с силой сжал кожу на боках, я недовольно засопел. Вот такого я точно не делал, пусть даже не пытается наврать мне. Значит, и ему не надо. – А вот этого тут раньше не было. Его слова меня аж ненадолго из себя выбили. Ты охуел там, что ли..? – Отъебись. – Отожрал? – Вот из-за таких, как ты, у людей потом комплексы. – Ой, – фыркнул Артём, и наконец убрал руки. – Тоже сейчас в анорексию ударишься? – Нахер сходи. – Или это я тебя заебал вконец, и ты заедаешь стрессы, вот и растолстел так? – Ты так говоришь, как будто у меня бока висят. Но я и сам думал, что надо будет заняться собой. А то что-то пока я сидел дома я и правда на сладенькое подналёг. Теперь, когда и Артём на меня наехал, это просто моя святая обязанность – сбросить вес и убрать "вот это", чего там у меня раньше не было (Артём-то прям помнит, ну). Но в любом случае мне надо схуднуть, по крайней мере, чтобы на боках не было вот таких мест, за которые можно схватить. Хах. Это так звучит.. Там же по-любому будет кожа, и, как бы, при желании, её всегда можно будет вот так же пальцами зажать. Ну, короче, не важно. Надо просто избавиться хотя бы от тех трёх килограмм, или сколько там уже наелось – чёт давно я не взвешивался. Хотя не то чтобы я прям так угорал по слежке за собой.. Ну и похер, ладно. Господи, блин, а.. Извожусь и реально планирую худеть только потому, что какая-то псина сказала, что у меня там что-то появилось. Вот это да, Арсений. Вот это ты выдал? – Слышишь? – Артём рукой развернул мою голову к себе. Так меня позвать, конечно, было нельзя. – Я посчитал. Пятнадцатого июля я закончу принимать таблетки, и ещё через неделю мне можно будет начать пить. Та-а-ак, продолжай. Я заинтересован. – Все ваши гости же уже уедут к тому моменту? А то будет очень больно, если ты проведёшь тот день не со мной. Блять, вот он сейчас дошепчется, я сам завалю его и выебу, он что делает-то? Ещё и такие вещи. Постеснялся бы хоть. Мне о-очень многого стоило не спрашивать у него "А как же Рита". Почему он не хочет с ней тот день провести? Хотя что ему мешает отметить с ней в другую дату? Я же не буду следить за его перемещениями. Вот он и продолжит делать всё, что только душа его чёрная пожелает. Ну.. Как бы, ладно. Его воля. Вообще, мне не стоит об этом думать. А то всё настроение спадает. Не то чтобы это было чем-то плохим, конечно, но, судя по взгляду Артёма, да и по предшествующим событиями, он сам ждёт от меня конкретных действий в конкретном направлении. Ну а раз ждёт.. На этот раз у него была более удобная одежда для всяких плохих вещей, и мне это даже больше нравилось. Домашняя майка, та самая, которая даже мне большая, а Артёму – так вообще. Прорези для рук чуть ли не до конца рёбер, можно прямо так руками туда залезть и всё потрогать. И руки открыты, не надо лезть под рукава футболки, чтобы до плеч достать.. Блин, это так плохо. Это ненормально. "Вот только не снова, а" Мда, сам сегодня издевался, что Артём мог бы уже перестать скучать по мне, а сам вот прям таки уже успел, ну. Хотя мне куда больше нужен контакт. Нахождение рядом или типа того. Не обязательно секс или что-то такое. Просто хотя бы как сейчас – когда он сидит рядом, и можно его трогать. Мда, я как будто какая-то мразь, которой только одно от человека и нужно. И вот как себя успокоить, что это неправда, если по сути так всё и есть? Я такой плохой человек.. – Мне, – слабо отталкивая меня, протянул Артём, – надо в ванную. Бля, да серьёзно, что ли? – Как смешно и неловко, – усмехаясь, протянул он. – Но я быстро. Такой пиздец.. – Да ладно, не торопись. А то вдруг там что-то случится. Порежется или типа того. Он же за чем-то таким туда идёт? Полагаю. С другой стороны, почему вчера ему никуда не надо было, девятнадцатого тоже? Но зато вот именно сейчас, именно в этот, блять, момент, понадобилось? И правда анекдот. Только у меня возникает хоть какие-то желание, как тут же что-то идёт не так. Можно было бы включить внутреннего параноика, но давайте не будем. Это плохо. – Только не расхоти, – слезая с меня и затем с кровати, сказал Артём. Нашёл, блин, прощальные слова. – Ну вот тут я ещё подумаю. Иди уже, больше разговариваем. *** – Добрый вечер. – Я диспетчер. Я должен был сказать это. Артём усмехнулся, щурясь. – Вам не нужен секс на вечер? Мне – нет. А если тебе да, то, пожалуйста, не надо. Ну или подожди, пока я очнусь. Было жарко, так что я немного вспотел. Вообще, по ощущениям, я из-за этого и проснулся – из-за того, что футболка мерзко липла к спине. Такое себе ощущение, однако. Артём даст мне сходить в душ потом и чё переодеться ещё раз? Пожалуйста. – Можно будет помыться потом? – Да. Он лежал рядом, сложив руки на животе и разглядывая потолок. Ну, сейчас уже меня, а не потолок, но когда я только проснулся, как-то так это и было. Более увлекательного занятия он себе найти не может? – Ты опять не спал? – Ну, немного, – хмыкнул он, и я уж удивился честности. – Но это в последнее время типа нормы. А вообще, я рад уже тому, что хоть так получается. А то пиздец. Блин, всё так плохо до сих пор, что ли? Это уже реально не смешно тогда. – И отказаться совсем никак нельзя? Я против, конечно, но всё должно быть в разумных пределах. И если с этих таблеток такой эффект, то не лучше перестать их принимать? Просто это будет как-то правильней, что ли.. Бессонница – это не весёлая штука. Хотя по Артёму особо не заметно, что он страдает, но блять, а. Не надо с этим баловаться. – Я бы хотел, но сказали, что не надо. Типа, лечение будет неэффективным, хуё-моё. Ну чёт я хуй знает. Мне кажется, результаты уже налицо, и чё, зачем тогда ещё себя мучить? С другой стороны, я сам же об этом и думал. Что лекарства надо принимать столько, сколько сказано врачом, а не сколько ты считаешь нужным. Эффективность лечения, уже упоминаемая здесь, да-да. – Снотворное тогда попроси. – Отец купил сегодня вот, – ненадолго отвернувшись к столу, сказал Артём. – Перед основным сном попробую закинуться. И поглядим, как завтра буду себя чувствовать. "Перед основным сном", хех. Но да, посмотрим. Я тоже заценю. Хотя это по сути должен Артём делать. Ему же лучше знать, как и что он там чувствует, так? Его же бессонница, его организм. – Сколько сейчас времени? – спросил я, растирая глаза. Надо бы узнать, что там по планам у кого сейчас.. – Где-то ближе к девяти. Чёт мы мало проспали. Ну, я, вернее. – Твой телефон на столе. Я немного не понял, зачем он это сказал. Я просил его об этом? Спрашивал? – Никто не говорил, что он мне нужен. – Ты ещё хочешь спать? – Я хочу помыться и переодеться. – М, спина взмокла? – догадался Артём. – Может, тогда. Разденешься. Ваши тонкие намёки, товарищ. Оставьте при себе в следующий раз. Хотя идея, безусловно, хорошая. Хотя бы ткань не будет так липнуть к коже, а это почти решение всей проблемы. Пот же не так сильно ощущается и мешает. Артём так пристально меня разглядывал, что даже без слов понятно стало, к чему опять всё сейчас сведётся. Ха, но на этот раз мне надо в ванную. Хотя мы же уже порешали.. Да и не лучше ли сходить помыться сразу после всего? А то как-то тупо. – Раз ты мыться потом пойдёшь. Как бы. Ну вот. – Ты не против? – спросил Артём, так.. Проникновенно? Меня разглядывая, что мне просто совесть бы не позволила ему отказывать сейчас. Ну, я бы и так не стал этого делать, м-м.. Артём даже ответа дожидаться не стал, ну, может, и так понял. Или как обычно – "Ну, я начну, а он там втянется как-нибудь. Вообще его проблемы". – Ляг на бок. Я очень хотел спросить, зачем, какие блядские извращения будут на этот раз, но решил воздержаться. Не надо атмосферу сбивать. Артём, видимо, решил пока поделать всё самостоятельно, без моего особого участия. Когда перелёг на бок, так же пододвинувшись поближе к нему, он взял меня за руку и завёл её себе под футболку. Тоже уже привык к этому? Или реально это нравится? Я просто не думал даже, что всё может быть настолько плохо.. Второй рукой он трогал себя уже где пониже, пока только через шорты. Мне оставалось только наблюдать за ним, ну, пока я решил именно это и делать. Чуть-чуть. Сейчас, и тоже перестану бревном лежать. Хах.. Но чёрт возьми. За этим было так странно наблюдать. И ощущать тоже. Как Артём водит моей рукой по себе, надавливает посильнее на пальцы, когда они оказываются на груди или на рёбрах, уже на боках. Странно, что ему нравится подобное, нет? В любом случае, я не сильно разбираюсь в таких вещах. Да и не надо. Артём ебанутый. Что так, в целом, что в сексуальных предпочтениях. Нечего даже пытаться тут где-то разобраться. – Н, блять, – зашипел Артём недовольно. – Сений. Это намёк, да? Что хватит уже валяться овощем, делай уже хоть что-нибудь тоже. Ну, я как раз почти засобирался. От него слабо пахло потом и естественным запахом, и ей-богу, можно было свихнуться – как же это было приятно. Он давно не брился, да? Обычно из-за волос пахнет сильнее, и.. Мда, ладно. Не будем об этом. Это плохо. Плюс думать о мерзких вещах во время возбуждения – так себе план. Может въесться. И потом чёрта с два ты это бросишь. Но всё, хватит. Меня опять не в ту сторону уносит. Артём любил хвататься за руки во время секса, вот и сейчас – когда он с силой сжал пальцы у меня на запястьях, пришлось тут же вырываться. А потом ещё и держать его, чтобы дальше не лез. – Артём, блять, – перехватывая его запястья, прошипел я. – Бесишь уже. Опять синяки останутся. Не знаю, зачем он это делал – от боли или чтобы позлить меня – но это у него как будто любимым было. Я бы не возражал, но синяки после этого остаются такие вкусные, что уже раздражает. Откуда, блять, вообще столько силы? Это ненормально. – Это не мои проблемы, – зашептал тот. – Сам виноват, почему у тебя та.. Я чуть не умер, когда он замолчал, не договорив из-за нехватки воздуха, или чего там. Это скоро станет моим новым фетишем, и в отличие от всего остального более-менее адекватным, ну надо же. И всё будет его вина, опять. – Такая кожа. Когда он прерывается на полуслове, это вообще шикарно.