Эй, киска!

- Ну и зачем ты меня сюда притащил? - брюнетка откинула волосы назад и позволила помочь себе выбраться из такси. - У меня нет настроения таскаться по клубам. - Пойдё-ём, - протянул Егор, предлагая подруге свой локоть. Девушка вздохнула, закатив глаза, но решила, что отказываться уже поздно. К тому же вряд ли Смирнов так запросто её отпустит. - Знаешь, иногда я терпеть тебя не могу, - буркнула Морозова, спустившись по крутой лестнице на цокольный этаж и войдя в задымлённое помещение. Настроение было ни к чёрту, а эти расслабленные лица и счастливые улыбки только подливали масла в огонь. Если Егор пытался таким образом вытащить её из затянувшейся хандры, то с выбором места он явно ошибся. Надо же было привести её именно в тот бар, где абсолютно каждая мелочь, вплоть до разбитого дискошара, одиноко лежащего в углу, напоминала о нём. - Прежде чем разорвать меня на куски, скажу, что у меня был выбор, и я предпочёл умереть от твоей прекрасной руки. - Что? - Даша недоуменно нахмурилась, глядя, как парень целует тыльную сторону её ладони и уходит к барной стойке. - Егор! Брюнетка делает шаг следом, но замирает, споткнувшись взглядом о широкую спину и блондинистую шевелюру. Смирнов хлопает Дениса по плечу и кивает в сторону толпы, отвечая виноватой улыбкой на гневный взгляд подруги. - Предатель, - зло прошипела Даша, стиснув зубы. Убегать она, конечно, не станет, но если Стрельцов надеется на милую дружескую беседу за бутылочкой пива, то его постигнет разочарование.

***

Пожалуй, нелепее я чувствовала себя только на новогоднем утреннике в детском саду, когда случайно села на забытую кем-то шоколадную конфету. Чёрт дёрнул залезть в тот самый ящик, где хранились вещи, любезно купленные мамой. Ещё в те времена, когда она не теряла надежды превратить меня в девушку. Наверное, с того момента я всё-таки подросла, ну или горе-родительница ошиблась с размером. В любом случае, если мне взбредёт в голову потанцевать, то возможно даже заработаю немного денег. Выгляжу я ничуть не хуже стриптизёрш, вертящих голой задницей на подиуме. Вхожу в помещение и сдаю в гардероб пуховик, тут же пожалев об этом. Привыкшая к большим кофтам и джинсам, я чувствую себя незащищенной в чёрном платье, оголяющем ноги и плечи. Только любимые берцы спасают остатки смелости и позволяют уверенно шагнуть на танцпол. В баре темно, и мне никак не удаётся отыскать глазами Егора. В сознании тут же проскакивает неприятная мысль: «Неужели очередной розыгрыш?». Но нет. На плечо ложится рука и уводит меня в зону для вип-персон. - Рад, что ты пришла. Я уж боялся, что ты пропустишь все самое интересное, - Егор рухнул на кожаный диван и похлопал ладонью рядом с собой. Как будто я собака. Хмыкаю и, пнув ботинком его дорогие туфли, усаживаюсь на другом конце. Рыжий прячет смешок в кулак и предлагает мне бокал. Вина, кажется. - Я не собираюсь пить с тобой, Смирнов, - раздраженно и даже резко говорю я, переводя брезгливый взгляд с напитка на парня. - Ближе к делу. Егор втягивает нижнюю губу и проводит по ней языком, окинув плотоядным взглядом мои ноги. Ставит бокал на место и, расслабленно откинувшись на спинку дивана, кивком указывает на барную стойку. Проследив за его взглядом, чувствую, как непроизвольно напрягается тело, а пальцы сжимают подлокотник. Стрельцов стоит ко мне вполоборота, светлая чёлка почти полностью скрывает лицо, но мне и не нужно его видеть, чтобы понять, на кого он смотрит. Из толпы появляется Морозова, как всегда сногсшибательно красива, в блестящем платье с длинными рукавами, отливающим темно-зеленым, замшевых сапожках и меховой жилетке. Рядом они выглядят идеальной парой, как с обложки модного журнала, которые в детстве я таскала у сестры. Рука сама тянется к бокалу. Я выпиваю его залпом, чувствуя, как напиток обжигает горло. Но неприятное ощущение внутри не гаснет, напротив, кажется, что вино только сильнее распалило его, и теперь оно, как кислота, медленно разъедает внутренности. Краем глаза замечаю довольную ухмылку Смирнова и протянутую им новую порцию алкоголя. Чертов сукин сын, зачем я послушала его и приперлась сюда? Как будто у меня было право, как будто меня это волнует! Я выхватываю стакан и не глядя заливаю содержимое в глотку, запоздало осознав, что это вовсе не вино, а виски. - Воу, полегче, детка, - Егор смеётся, глядя на то, как я дышу открытым ртом, словно рыба на берегу, и ставит передо мной бутылочку колы, - я не собираюсь отвозить тебя пьяную домой. Оставив его реплику без внимания, вновь впиваюсь взглядом в блондина. Я могу лишь догадываться, о чем они говорят, и это почему-то угнетает меня. Мне хочется подобраться ближе, и я силой приклеиваю себя к дивану, вцепившись ногтями в обивку. Успокойся, Аристархова. Стрельцов протягивает руку, касаясь ее волос и накручивая на палец темный локон. Перед глазами всплывает картина солнечного зимнего дня, когда парень, загнав меня в угол, точно также дотрагивался до моих непослушных кудрей, мокрый от снега, со сбившимся от быстрого бега дыханием и... горящими ненавистью стальными глазами.Я по-прежнему не вижу выражение его лица, но от чего-то знаю, что на Морозову он смотрит совсем иначе. В следующую секунду Даша отмахнулась от его руки и, ткнув Дениса пальцем в грудь, что-то злобно прокричала. Уголки моих губ невольно приподнимаются, а затем тут ломаются в кривой усмешке, когда парень хватает брюнетку за подбородок и увлекает за собой в сладкий поцелуй. Нежный и трепетный, совсем не такой, какой он запечатлел на моих губах, влив в него всю агрессию. Твою мать. Я больше не пила, но во рту чувствуется неприятная горечь. Не знаю, что я ожидала здесь увидеть. Опровержение уверенного заявления Смирнова? Что за глупость? Я ведь сама хотела, чтобы они оказались правдой, так ведь?.. Я подрываюсь с дивана и, расталкивая танцующих, пробираюсь к гардеробу. «Киска... я уничтожу тебя» - шепчет сознание голосом Стрельцова, словно насмехаясь надо мной. Нет, Денис, это я тебя уничтожу.

***

- Зачем ты Аристархову-то приволок туда? - Денис затянулся и выпустил вверх ядовитое облако, затем перевёл взгляд на друга. - О чем ты? - С напускным недоумением спросил Егор, но заметив с каким прожигающим вниманием блондин смотрит на него, сжимая в зубах коричневый фильтр, шумно вздохнул. - Игра затянулась, Дэн. - Месяц ещё не прошёл, - раздраженно хмыкнул парень, перекатывая в губах сигарету. - А ты не меняешься, - рыжий снисходительно улыбнулся и, увидев замешательство на лице Дениса, закатил глаза. - Я не собираюсь вечно бегать между тобой и Морозовой из-за твоих гребаных амбиций, старик. - Моих? - с его губ срывается едкий смешок. - Разве это не была твоя идея, м? - Моя, - без тени смущения кивает Смирнов, - но в отличие от тебя у меня есть педаль тормоза. И понимание, что некоторые поступки ранят. - Не стой из себя моралиста, Смирнов, - огрызнулся блондин, оскалившись в злобной ухмылке. - Это не я треплюсь о своих сексуальных приключениях, поливая наивных девочек грязью. Егор сомкнул челюсти и затушил окурок ботинком. Действительно, он не тот, кто должен читать нотации или поучать других. У самого, так сказать, спина не чешется от проклевывающихся перьев. Но гложущее изнутри болезненное чувство, возникшее в тот самый момент, когда Морозова с таким отчаянием вцепилась в его запястье, все ещё отравляло его. - Это просто очередная девчушка, жаждущая моего внимания, - рыжий усмехнулся, но через секунду его лицо сделалось серьёзным, зеленые глаза потемнели. - Но Морозова - другое дело. Вы же вместе чуть ли не с пелёнок! Или для тебя это ничего не значит? - Тебе какая разница? - Денис нервно повёл плечами и отвёл взгляд в сторону, взъерошив блондинистую копну. - Видимо большая, в отличие от тебя, - Егор сплюнул от злости и, подхватив рюкзак, повернулся спиной к другу. - Если тебе просто захотелось новых ощущений, то не затягивай. На два фронта даже я не воюю. Стрельцов сверлил взглядом удаляющуюся спину друга, ощущая как злость переполняет его до краев и сочится наружу. «Заигрался» - стучало в мозгу. Но он не чувствовал себя виноватым. Дашка приняла решение быть с ним по собственной воле. Он никого не заставлял и ничего не обещал. Никогда. Да, он привязался к ней, возможно даже сильнее, чем предполагал, и эта чрезмерная озабоченность рыжего её задетыми чувствами отчего-то будила в нем тупую ярость.

***

Марта сидела на парте, скинув туфельки и поставив ноги на стул, и едва ли не каждую минуту оглядывалась на дверь, нервно кусая губы. Сегодня она была как-то по-особенному аккуратно одета. Я давно заметила в ней склонность к чистоте и порядку, но сейчас казалось, что даже под лупой не разглядишь ни одного пятнышка или волоска на форме. А ведь у неё есть кошка. - Сегодня что, какой-то праздник? - я с удивлением глянула на её ноготки, покрытые нежно-розовым лаком. За два месяца, что мы друг друга знаем, она никогда не красила ногти. - С чего ты взяла? - она даже не посмотрела на меня. Продолжала упрямо гипнотизировать дверь. - С того, что кто-то, кажется, не меньше двух часов торчал в ванной, - громче произнесла я, обращая на себя внимание. Она обернулась, и тут мне стало всё ясно. Румянец на щеках, глаза блестят, только дебил не поймет, что твориться в голове у этой наивной дуры. - Уже забыла, чего тебе стоило его сраное внимание? Мгновение девушка смотрела на меня с непониманием, хлопая своими тщательно прокрашенными ресницами, но когда смысл сказанного мной наконец просочился в её сознание, Марта нахмурилась и сжала в кулачки подол идеально выглаженной юбки. - Нет, не забыла, - девчонка сразу сникла. Просто поразительное создание! Знает ведь, чем для неё может обернуться интрижка с Егором, и всё равно продолжает подкармливать бабочек в животе ложными надеждами, вместо того, чтобы перекрыть этим тварям кислород. - Но ничего не могу с собой поделать. Егор он... я чувствую себя такой счастливой рядом с ним! Это не передать словами. Он ведь невероятно красивый, и ты даже не представляешь, что это такое, когда такой парень, как Егор, смотрит на тебя с восхищением. - Он смотрит на тебя, как на кусок мяса, - буркнула я. - Таким, как Смирнов, не нужна любовь. Им нужна глупая влюблённость, которую они используют в своих целях. Но знаешь, это не моё дело. Я не твоя нянька и следить, чтобы ты не набила шишек не собираюсь. Просто имей это ввиду, когда Егор трахнет тебя, а на следующий день забудет твоё имя, плакаться ко мне не приходи. Резко поднимаюсь из-за стола и выхожу в коридор. Мне срочно нужно было перекурить. Нервы натянулись до предела, и если я в ближайшие десять минут не отравлюсь дымом, то точно убью кого-нибудь. Сбегаю по лестнице, игнорируя звонок на урок, вру охраннику, что родители привезли мне тетрадь, которую срочно нужно забрать, и выскакиваю на улицу. Ветер и какая-то дрянь из мокрого снега и дождя бьет в лицо, и мне приходится едва ли не вслепую идти к гаражам. Зайдя за каменную коробку с ржавыми воротами, я облегчённо вздыхаю, освобождая голову от капюшона, и тут же вздрагиваю, заметив сидящего на своем портфеле блондина. Хотела снять напряжение, а в итоге ощущение, что в позвоночник вбили стальной прут. В желудке возникло странное тягучее ощущение, отдалённо напоминающее мандраж перед выступлением на сцене. Но он меня, кажется, не увидел или притворился, что не увидел, продолжая смотреть прямо перед собой, периодически поднося сигарету к губам. Моё внимание сразу же привлекли руки - костяшки сбиты, а тыльная сторона ладони вся перепачкана кровью. Я не знала, что делать. Уйти сейчас, пока есть возможность или остаться и отдаться на милость судьбе, которая в последнее время держит меня в черном списке? Второй вариант отозвался волной непонятного страха и ещё более непонятного предвкушения. Хотя, думаю, он меня уже ничем не удивит. В последнее время я удивляюсь исключительно самой себе. - Сигареткой не угостишь? - копирую его позу, оставаясь, однако, на приличном расстоянии. Денис удивлённо покосился на меня и молча протянул пачку. Уж не знаю обо что или об кого он так "почесался", но ладонь выглядела ужасно. Сунув в зубы сигарету, я на ощупь открыла боковой карман рюкзака и выудила пачку влажных салфеток. - Держи. - Ух ты, - хохотнул парень, но в его смешке весельем и не пахло. - А я думал, ты осталась посмотреть, не умру ли я от заражения крови. - Если ты умрешь, я первая попаду под подозрение, - буркнула я, смутившись. Все-таки заметил, как я топталась тут. Чёрт. Стрельцов хмыкнул, натянув капюшон толстовки, и прижался затылком к стене. Салфетки он так и не принял. Тогда в голове мелькнула шальная мысль, от которой задрожали ноги, и я не сразу нашла в себе силы подняться, а потом и заставить идти. Передо мной лежали уже не грабли, а целое минное поле, и я осознанно наступаю на один из снарядов.