game strongest

Прошло не мало времени с тех пор, как мы отправились в Капитолий. А я уже успел осмотреть весь вагон, конечно, кроме чужих комнат. Обустроен он был в новом дизайне, который сильно отличался от старых поездов, на самом деле, я ни разу не видел их. Просто как-то раз наткнулся на картинку в учебнике истории. Всякие навороченные штуки, какие-то кнопочки, где-то что-то выдвигалось и задвигалось, открывалось и закрывалось. Конечно же я не имел никакого представления как этим пользоваться. Я уже раз в пятый решил зайти в гостиную, мне пришлось окрестить это небольшое помещение именно так, потому что в этой комнате явно никто не жил, а комнаты ментора и Ивоны в противоположной части вагона. Я нервничал, и очень сильно. Мы с каждой минутой все ближе и ближе к столице. Мне нужно пройти подготовку, осмотр, интервью и отправится на арену. Руки непроизвольно начали трястись. Найл, почему ты такой трус? Даже пятнадцати летняя девчонка и то не боится! — Нервничаешь? — Я машинально повернул голову на источник звука. — Я тоже переживал, метался с одной комнаты в другую. Правда мне было всего лишь пятнадцать, — Зейн в поддерживающем и дружеском жесте положил мне руку на плечо. Сказанное им заставило меня улыбнуться, хоть и было обидно, но это правда. Зейн вряд ли пытался меня задеть, скорее он так подбадривает. Странные у него методы. — Найл, я не хочу тебя пугать, ни в коем случае, но победить, — на секунду парень изобразил серьезное лицо и продолжил, — нет, не так, выжить — это хуже, чем погибнуть на арене. — ментор обошел диван, на котором я сидел и плюхнулся рядом.  — Почему? Зейн, ты катаешься как сыр в масле, живешь в своем доме и еще твое имя не было вписано ни разу после победы. Почему это хуже?  — Найл, не в деньгах счастье. Как бы банально это не звучало. Да, ты будешь получать по крупному, к тебе будут относиться с уважением капитолийская шляхта, но это слишком маленькая плата за то, что ты видел и что происходило на поле битвы. Это в твоих воспоминаниях. Навсегда. Гибель людей, их жуткие муки. Это останется с тобой на всю жизнь. И поверь мне на слово, Найл, твоя победа плохо скажется на тебе.  — Знаешь, из тебя хреновый ментор, если честно.  — Я просто говорю как есть и все. Почему он так говорит? Разве он не должен давать нам советы по выживанию и все такое прочее? Это все страшный сон. Мам, разбуди меня, я пойду в школу, на работу, заведу семью, буду жить нормальной жизнью. «Нормальной жизнью, Найл? Ты считаешь это нормальным?»  — Если ты действительно хочешь выжить, то какое главное правило, Найл? — он говорил серьезно, без эмоций.  — Никому не доверять? — быстро, но не совсем уверенно ответил я.  — Видишь, ты все и сам знаешь. Нужно быть внимательнее и не ослаблять бдительности. Будь на чеку, ведь в любой момент ты можешь кого-то убить или могут убить тебя. — его глаза смотрели мне прямо в душу. От чего стало не по себе и я всячески пытался не смотреть на него.  — Спасибо, Зейн.  — Пока не за что, — он легко улыбнулся. Интересно, как он относится к Джиджи? Эта мысль все не выходит из моей головы. Ловлю себя на мысли, что на эту улыбку, адресованную только мне, я бы смотрел вечно.Я грустно усмехнулся своим мыслям, ведь для этого мне нужно победить.  — Найл, если ты действительно настроен на победу, то я помогу тебе и ты не сомневайся в этом. — он потрепал меня по голове и щелкнул по носу. Такой невинны жест, но мое сердце забилось чаще. Да что это такое? Сказать честно, эти слова ободрили меня, ничего особенного, хоть он и разговаривает со мной как с ребенком. — У тебя есть причины выжить? — Я хочу семью и… — Ты меня не понял. Точнее это я не правильно задал вопрос. Ради кого ты готов жить? — Ну, у меня больная мать, о ней некому заботиться. — Окей, ты все еще не понимаешь о чем я. Ладно, не важно. Так о чем мы? Ах, да, о победе. Пока ты не скажешь ради кого готов жить, я тебе вряд ли чем-то смогу помочь. Я слышу и вижу, что ты не уверен в себе и в том, что сможешь выжить. — Ты и Джиджи так говорил? — Ком… Ааа, этой девчонке? Поверь мне, она и без меня справится.

***

Я не спал практически всю ночь. Мне было страшно смыкать глаза. Если бы я уснул, то это увеличило бы приближение к Капитолию. Знаете, не спать у меня бы лучше получилось дома, в 12 дистрикте, чем в этом чертовом поезде! Кровать была такой мягкой и удобной, в отличии от той, на которой я спал. Да это и кроватью назвать сложно. Просто деревяшки, а на них жесткий и старый матрац. Пару раз за ночь ко мне заглядывал Зейн, но я всячески старался изобразить из себя сладко спящего. Где-то на раз третий, он подошел прямо к кровати, сел на краюшек и начал гладить меня по волосам. Я это оценил, спасибо, Зейн, из-за этого я чуть не уснул. Или уснул? Черт! Я не помню, что происходило дальше. Все как в тумане. Из раздумий меня вывел писклявый голос Ивоны, которая надрывала свои связки, чтобы сообщить нам страшную новость—мы подъезжаем к Капитолию. Мои глаза стали похожи на монеты, не иначе. Я был не готов. Не был готов морально. Да кто тебя спрашивать будет, Найл? А кто будет готов приблизиться на один шаг к своей смерти? Правильно никто. Мою руку кто-то крепко сжал. Точнее не кто-то, а Зейн. От испуга я чуть не упал с кровати, но его рука вовремя потащила мое худощавое тело на себя. Наши лица были в нескольких сантиметрах друг от друга, и я не в порядке. —Спасибо конечно, но какого черта ты тут забыл? —Я принес тебе одежду. Переодевайся, мы ждем только тебя.—Я думал, что мне придется его выпроваживать за шиворот, но он просто отдал мне то, за чем пришел и вышел. Я улыбнулся и взглянул на него, и вскоре мы вместе вышли к концу вагона, где находился центральный вход. Там нас уже ждали Джиджи и Ивона. Ведущая постоянно поправляла и без того шикарные волосы девушки. Об этой блондинке я знаю не много. Росла она с сестрой и братом, самая старшая в семье. Наверное, было нелегко прощаться с главной помощницей и опорой родителей. В себя я пришел, когда увидел яркий солнечный свет и услышал гул людей, кричащих и скандирующих наши имена.

Добро пожаловать в Капитолий.