Я молюсь своему Богу

В детстве Джейн совершенно не любила сказки. В них слишком хорошо все заканчивалось, слишком мало было правдоподобного. Она любила факты, четко изложенную картину происходящего. Девочке все говорили про ее излишнюю серьезность. Даже на вопрос «А кем ты хочешь стать?» девочка хмурила брови и выдавала: «Патологоанатомом. Или астрофизиком», чем невероятно смешила всех взрослых и приводила в ужас собственную мать. Но девочке, как и всем детям ее возраста, хотелось немножко волшебства. И она нашла выход - вместо сказок Джейн читала мифы и легенды. Библиотека ее отца поражала своими размерами и самой разнообразной тематикой. Теме так полюбившихся дочке книжек отец выделил целый стеллаж. И Джейн кропотливо принялась за чтение, изучая и запоминая прочитанное. Мифы Древней Греции были изучены вдоль и поперек за две недели, а после были отброшены в сторону как не дающие волю воображению. Римской мифологии, этой недопародии на греческую, уделено было три дня, после чего книги были отложены прямо к элладским. Культуру индейцев ребенок в упор не понимал, а мифы о Будде заставляли скучать. Отец только покачивал головой и выдавал дочке новую стопку книг, кои быстро заканчивались, и вновь ему приходилось обшаривать все закутки книжных магазинов. «У дочери Генриха Фостера должно быть все самое лучше!» - любил нередко повторять отец. И у Джейн не было причин сомневаться в его словах. К концу младшей школы Дженни изучила все, что было у папы. Немного застряло ее воображение на Древнем Египте, талмуды о котором были заботливо отложены в личный шкаф ребенка, доселе пустой. Но все это было не то. Девочка плохо налаживала отношения со сверстниками, но зато отношения с книгами заменяли ей всех тех глупых одноклассниц, которые только и могли щебетать о новых куколках и игрушках. Джейн давно поняла: лучший подарок – книга. И все знакомы отца дружно тащили девочке самые редкие тома, что приводило ее в бурный восторг. А на День Рождения, любимый праздник Джейн, друг ее отца, профессор Селвиг, хитро чему-то улыбаясь, достал из сумки самый необычный подарок. Он вручил ребенку полное собрание Старшей Эдды, а так же пару книжек скандинавской мифологии полегче, для ее возраста. Книги захватывали воображение, целых четыре недели Джейн читала их и перечитывала вновь. Отец вздохнул спокойней, не стаскивая с магазинных полок все гримуары по мифологии, а только германо-скандинавские легенды. Он не задумывался над уровнем книг – Джейн глотала все, запоминая и зазубривая новые слова. Все книги в ее полках оказались доверху забиты мифами о богах Асгарда. Ради забавы, Джейн даже выучила пару молитв, обращенных Локи. Почему Локи? Джейн сразу была очарована его хитрость, особенно то, как он остриг златоволосую Сиф. А история о добыче Мьельнира… Да Джейн бы последнюю рубашку отдала за новые сумасшедшие подробности… Но их становилось все меньше. И тогда девочка успокоилась насчет книг. Постепенно почитание Локи превратилось в привычку. В религию. Мама, конечно, возмущалась заявлению дочки, что вместо католического Рождества она будет праздновать Йоль. А отец только подмигнул ей, всунув в руку десятку долларов. Как будто бы не знает, что на полученные деньги Джейн просто купит у букинистов очередной томик. Она даже не представляла, что это безумное увлечение спасет ей жизнь. Трижды. *** Первый раз это случилось, когда Джейн было четырнадцать. На вечеринке по празднованию ее дня рождения Джилл предложила немного поиграть. И вот – очевидный результат глупой затеи. С чего это сестра взяла, что она нелюдима, что она ну вот никак не обойдется без праздника? «Вот надо же было, необходимо было крутануть бутылкой именно так, чтобы она попала на меня. Надо же было вытащить именно этот идиотский фант! Ну, просто требовалось устраивать эту идиотскую вечеринку!» - мозг Джейн вырабатывал все большую и большую кару старшей сестре, благодаря которой она оказалась в самом страшном месте города – в парке Эйрон-Свифт, который местные звали Темный Дол – и отнюдь не из-за мрачного пейзажа. Парком по случайности звали именно те семьсот футов непроходимого леса с искривленными, будто изувеченными деревьями и глубокой, но узкой речонкой, что текла через него. Череда убийств, изнасилований и ограблений в этом месте росла с непомерной скоростью, и полиция просто забросила расследование преступлений. Ни один нормальный взрослый никогда не пустил бы ребенка одного через этот лес. Ну, кроме старшей сестры Дженни… И вот именно этот лес Джейн и предстояло пересечь. В одиночку, даже без фонарика. А светить экраном мобильного было просто бесполезно. Компания будет ждать ее на другой стороне. И, главное, не отвертишься. Никто, не испытавший на себе, не сможет понять – насколько было страшно ребенку идти через этот лес. Всего семьсот футов, от дома до школы проходить больше. По идее, это небольшое расстояние можно пройти за десять минут, не больше. Но, обуянная страхом, Джейн двигалась воистину с черепашьей скоростью, преодолевая промозглые от росы кусты и постоянно поскальзываясь на мокрой траве. Треснувшая ветка заставила Джейн вздрогнуть от страха и резко обернуться – чтобы мгновенно очутится прижатой лицом к шершавой поверхности коры. - Тихо, маленькая, - грубый мужской голос заставил резко дернуться в чужих рукам и тоненько завыть. - Плачь, рыдай - тебя все равно никто не услышит, - послышался звук расстегивающейся молнии, Джейн уже не имела сил дергаться и только беззвучно плакала. Грубые руки прошлись по еще несформировавшемуся телу, терзая нежную кожу. Неожиданно в мозгу сама собой всплыла фраза из молитвы «Я поклоняюсь тебе, не дающий себя забыть». Джейн не знала, к чему это она. Мыслить попросту не было сил, а мучитель уже задрал подол тоненького, совершенно не греющего летнего платья… Джейн бросило в нервную дрожь. Хватка неожиданно ослабла, мучитель отпустил ее, свалившись на землю. Не веря своему счастью, Джейн повернулась – и остолбенела. Перед ней стоял ЕЁ Бог. Локи, сын Лаувейи, Одина названный брат… Стоящий перед ней поморщился и остановил ее мысленный поток легким движением руки. - Смертная, не думай так громко и нелепо. - А… а ты каждого так спасаешь? – осмелилась Джейн задать вопрос Локи. На ее лице, вопреки сложившейся ситуации, расплылась широкая улыбка. - Ты серьезно думаешь, что так много людей верят в меня и вспоминают обо мне в момент опасности? Увы, не все так глупы… - Локи махнул красивым золотистым жезлом и исчез – безо всяких спецэффектов, просто словно перелистнул ткань миров, успев крикнуть на прощание: - Мы еще встретимся, смертная! – и Джейн обдало теплым воздухом. Все так же безумно улыбаясь, она дошла до края парка, шепча про себя: - Еще встретимся, Коварнейший…