Я молюсь своему Богу

- Я промолчу, - Локи быстрым, но энергоемким заклинанием обезболил рану Клинта, оставив его командным медикам. После чего он – всего на секунду! – взглянул в любопытные глаза Дарси. Локи глубоко вздохнул и все же счел нужным добавить: - И напомню, что Фостер не имеет страховки на вмешательство в ее память, - заметив недоуменный взгляд брата, Локи счел нужным пояснить, - я не могу ее подчинить, она мне молится. Своеобразная такая защита. Но любой другой – сможет… - гробовое молчание, наступившее после слов Локи, прервал яростный вскрик Тора. - Танос! – после чего он повернулся к брату и схватил того за грудки. – И ты знал про ее одержимость? Ничего нам не сказал? Ты подверг весь корабль опасности, брат! – и с силой встряхнул Локи, от чего тот сдавленно зашипел. - Я лишь… - и уже сейчас Локи понял, что оправдываться перед Тором бесполезно. - Ты вновь не доверяешь окружающим, скрываешь факты, даже чрезвычайно важные. Ты слишком высокого мнения о себе! – остальные, сидящие в комнате, предпочли не нарываться на братскую потасовку, всерьез опасаясь Тора, который в разгневанном виде был воистину страшен. Похоже, так он зол не был с тех пор, как Сиф лишилась волос… И опять этот пренебрежительный тон. Опять злые слова, сказанные с целью ударить побольнее. Смертная ошибалась – ничего в его памяти не изменилось. Там просто отсутствовала Джейн и маленькая златовласая девочка по имени Хейли. И все. Локи обмяк в руках Тора, откинувшись назад. Краем взгляда он заметил новое движение Джейн. Ну и пусть. Нет, не срываться… Не позволять Таносу во второй раз завладеть своим телом, своей ненавистью, своим отчаянием. На Фостер нацелены пара пистолетов, но она не пытается нападать, дотрагиваясь рукой до груди. - Где медальон? – хрипло спрашивает она, и Локи, против своей же воли, чувствует облегчение. Теперь на этом корабле есть хотя бы один человек, который всегда будет на его стороне. И, нет, это действительно не связано с тем, что он искренне волновался за эту дурочку. Никак не связано. - Что ты помнишь? – голос Романофф звучит жестко, она уже сбросила с себя оцепенение и приступила к допросу. Только Джейн отвечать нечего, она растерянно хлопает глазами, осматриваясь вокруг. - Локи… ко мне в палату приходил. Это что, я до сих пор лежу? Сколько дней прошло? – она пытается встать, но Наташа дергает ее вниз. Джейн шипит от боли в плече, – она постоянно его теребит, - и сжимается в комочек, растерянно смотря на Тора. - Что здесь… - но Наташа прерывает ее фразу направленным на нее пистолетом. Локи хмыкает про себя. «Джейн, бедная крошка Дженни, тебе больше нет веры среди этих людей… Ты с обидой смотришь на Клинта, со злостью – на Наташу, и с надеждой – на меня… Я все еще не помню твоего прошлого, муравьишка, но твоя вера не требует подтверждений». Тор тоже видит это и отпускает Локи, который как ни в чем не бывало отряхивается и поднимает Джейн, придерживая за локоть. Она пытается распрямиться, но агенты ЩИТа свое дело знает, у нее разорвана пара связок. - Она должна уйти с этого корабля, - говорит Роджерс. Кто поставил этого недостаричка главным? Но его слушают, и Романофф с ним соглашается. - Тогда уже и Бартона сослать в отпуск – синдромы у них одинаковые, - ехидничает Бог, но переубедить толпу решительно настроенных идиотов не под силу даже ему. - Клинт излечен… кхм… нетрадиционными методами, - никогда бы не поверил, если бы не знал, что вот эта ходячая груда мышц – главный скромник на корабле. Но мозгов ему с силой, видимо, не прибавилось… - Так Фостер тоже неплохо по голове шарахнули, - легко говорю я и натыкаюсь на злые огоньки в глазах Романофф. Русская ведьма может проклясть одним взглядом за суженого-ряженого. – Спасибо за исповедь, Тор. Не хочешь за жену вступиться? Ах да, она же принятая твоего недостойного брата, - в такие моменты Джейн всегда рассматривала Локи особым взглядом, пытаясь различить каждую эмоцию из бешеного круговорота. – Замечательно. Мы уходим, - и, прежде чем моя любимая курица успевает возразить, Локи картинно щелкает пальцами, телепортируя себя и Фостер куда-то в район Альбукерке. Интересно, они серьезно думали, что можно отобрать у трикстера магию? Что он не найдет способ увильнуть от договора? Тор… сволочь. По-хорошему, сейчас надо вернуться в Асгард, потратив последние крохи малодоступной ныне магии, сдать Фостер на руки матушке, познакомиться-таки с дочкой и свалить куда-нибудь в один из миров, подальше от Мидгарда. Но впервые посещает такая странная и абсолютно ненужная штука, как совесть. Не зря он все эти года обходился не друзьями, но союзниками – слишком быстро привыкаешь к их теплу и слишком больно потом от него уходить. Но оставаться здесь нельзя, даже для элементарного разговора с Клинтом: программы Старка и так найдут его хорошо если часа через четыре. Есть на Земле место, где бессильны все силы Тони? Метод аналогии. Старк. Богатей, а за деньги можно купить все, даже Роджерс с этим не спорил… стоп. Роджерс. Капитан Америка. Соединенные штаты. Романофф и отношение к ней Старка. Доступ к главному политическому противнику США закрыт даже деньгами. Русские, архив коррупции, слишком любят сами себя. А в мегаполисе затеряться сложнее… Но это должна быть не столица. Город Романофф. Острог Святого Петра… Как по-русски? Санкт-Петербург? Как только не коверкают слова… Интересно, насколько быстро смертная воспротивится переезду в Россию и как быстро выучит русский? Конечно, она не глупа, но и не гений Локи, который буквально за четыре урока Романофф освоил разговорную речь. Фотографическая память, черт бы ее побрал… Не помнить бы в мелочах все моменты своих унижений – глядишь, и в Мидгард бы не прикатил… Так, стоп, не в ту степь… Локи сосредоточился, выпуская из кончиков пальцев ровные волны магии… Слишком мало для перемещения двух человек. А Джейн все это время неуловимо наблюдает за ним. И молчит, уже привыкла не лезть к Локи, когда тот пытается размышлять. Потом накрывает его руку своей и выпускает то, что в здравом уме и твердой памяти Локи и не смог бы назвать магией – так, твердый гранит, идеальная основа, части которой нужно откалывать долгие годы. Но вот того, что она, самостоятельно, без Локи, уже успела отколоть, вполне хватает для полноценного перемещения на другой конец света, а те крупицы, что остались, подлечили ноги Фостер. Бог умеет быть благодарным. Небольшое заклинаньице – и они уже в центре города, который Романофф звала «дождливым Питером». Фонари работают ярко, кругом светящиеся вывески, но непривычная темнота бьет по глазу. Перемещаясь, Локи не вспомнил – а, возможно, и просто не знал о часовых поясах. - Ну что, путешественник, - Джейн улыбается, все еще прихрамывая, - пойдем искать ночлег?