Сошествие Феникса

      Равнодушно хмыкнув, Лю Юэ взмахнула рукой, и хлыст неожиданно взвился ввысь. Связанную им дочь дворецкого тотчас подбросило высоко в воздух.       С громким хлопком девушка шлепнулась обратно на землю. Она лежала и не шевелилась. Похоже, удар сломал ей ребра.       — Какое-то ничтожество посмело вопить и кричать на меня? — Вопросил властный бездушный голос.       Однажды ей довелось работать с правительственным чиновником, которому потребовалось избавиться от неприятеля. Чиновник всячески пренебрегал наемной убийцей, грубил, в грош её не ставил. Очередной зазнавшийся старикан. Неужели он думал, что Лю Юэ, тогда еще Линь, была настолько мягкотелой, чтобы спустить такое с рук?       — Ааа… — Когда подпевалы Цю, наконец, сообразили, что происходит, то развели панику. Крик за криком, истерика за истерикой.       Лю Юэ смерила их испепеляющим взглядом, и они, все как один, захлопнули рты. Они дрожали, как зайцы перед волком, но бежать не осмеливались, и испуганно молчали.       Когда эта Лю Юэ, эта досадная ошибка семьи Му Жун обрела такую страшную силу?       Она вновь взялась за Цю, за её изувеченное градом ударов тело. Сама Цю испытывала такую боль, что кричала всё тише, пока не смолкла совсем.       Лю Юэ заметила это, безразлично фыркнула и свернула хлыст. Она медленно приблизилась к ослабевшей Цю, которая тратила все силы на хриплое прерывистое дыхание, и наступила ей на руку.       Что-то хрустнуло. Затем еще раз.       Му Жун Цю больше не сможет изучать боевые искусства. Не со сломанными руками.       Подпевалы, шокированные и испуганные, побледнели от увиденного.       — На моей территории, я устанавливаю правила! — Отчеканила Лю Юэ, бросила хлыст на бесчувственное тело Му Жун Цю, развернулась и поднялась на крыльцо дома.       Ей, Линь, в родной сфере работы равных не было. Она была лучшей, была законом для других, и устанавливала правила в мире наемников и убийц.       — Проваливайте, — приказала она строгим тоном.       «Му Жун Цю, как убийца Му Жун Лю Юэ, ты должна поплатиться за свой грех. Правосудие неминуемо».       Дрожавшие от страха прислужники, услышав приказ Лю Юэ, тотчас зашевелились, словно освободились от оков неизвестно заклинания. Они суетливо подхватили безвольные тушки Цю и дочки дворецкого, медленно пропятились до выхода и оттуда припустили так, что только пятки сверкали.       На тихий дворик наконец-то вернулась тишина.