Жизнь после Смерти

      Был вечер. В отеле все готовились ко сну. Только в номере 25 продолжал гореть свет. Сегодня Оливер встретился с друзьями Годрика лицом к лицу. Надо сказать, что он ожидал увидеть крутых ребят, а увидел самых обычных молодых людей. Конечно, интересы волшебников несколько различались с интересами городской, магловской, молодежи. Фред и Джордж даже провели дискуссию с Чарли Стеллсом и Домиником Огвардом по поводу развлечений и созданию всеобщего хаоса.       – Значит, вы и есть близнецы Уизли, – утвердительно заявил Чарли, оценивая их. – По словам Годрика, вы можете устраивать беспорядки и хаос и уступаете лишь полтергейсту, живущему в замке.       – Да-а-а... Пивз действительно проблема для учеников. Но на этот раз мы решили перегнуть палку, которую гнет он, – сказал Фред.       – Это как? – не понял Чарли.       – Устраивать потасовку, развлекать учеников Хогвартса и устраивать мелкие шалости, чтобы побесить Филча...       – А кто такой Филч? – спросил Доминик.       – Школьный смотритель.       – И что? Это не повод, чтобы его беспокоить, – высказался Чарли.       – Он ненавидит учеников, – пояснил Джордж.       – Да. Он готов всех в цепи заковать, – подтвердил Фред.       – Всё равно это не повод, – произнес Доминик.       – Хорошо, а какой у вас повод? – переспросили близнецы.       Чарли и Доминик переглянулись. Чарли поглядел в сторону Годрика, и, увидев, как тот едва заметно кивнул, продолжил:       – Для нас поводом может являться всё, но прежде чем что-то решить, мы всегда обдумываем возможный результат действий.       – Да, это всегда спасало нам жизнь в сложной обстановке, – добавил Доминик.       – И сколько времени уходит на раздумье? – скучающим голосом спросил Джордж.       Ребята молчали, вопросительно глядя на близнецов.       – Час, – высказал догадку Фред. – Два.       – Три? – подхватил Джордж.       – Четыре?       – Десять...       – Мгновение, – ответил Доминик, когда они успокоились.       – Самое большее, пять секунд, – подытожил Чарли.       – Круто! Нам бы у вас поучиться, – с азартом сказали близнецы.       – Самое простое это сохранять спокойствие и нацеленность на то, что вы хотите сделать.       – Ребята. А чем вы занимаетесь?       – Вам так интересно узнать? – спросил Доминик и взял лимонад.       – Конечно.       – Я специалист по технике слежения, а Чарли пиротехник-экстремист.       – Пиротехник? А это как?       – Никогда не слышали? – удивился Чарли.       – Нет.       – Специалист по фейерверкам и спецэффектам.       – А вы знаете, что ваши магловские хлопушки – это ничто по сравнению с нашими, – похвастался Фред.       – Не сомневаюсь, – сказал Чарли. – Но вы не поняли. Хлопушки тут не при чём.       – А что при чём?       – Чарли не просто делает хлопушки, он создает фейерверки, и некоторые из них настолько мощные, что могут дом снести и не покалечить людей.       – Но это невозможно, – опешили близнецы.       – Я тоже так подумал поначалу. Но когда вместе с Годриком мы попали в окружение, арсеналом стали именно фейерверки. Когда мы запустили около сотни ракет, там такой хаос творился – кошмар.       – Что у вас под понятием «хаос»? – спросил Фред.       – Смотря, что вы вкладываете в это понятие, – произнес Доминик.       – Разрушение, суету, суматоху.       – И только? – удивился Чарли. – Доминик поправь, если я ошибусь. Что мы вкладываем в это понятие? Прежде всего веселье. Наши фейерверки совершенно безопасны для людей. Они могут веселить народ, тешить или пугать. Они могут быть безобидными, но в тоже время... Кто сказал, что они не могут быть разрушительными. Вы можете запустить одну ракету. А через полкилометра это будет уже настоящий дождь более мелких ракет.       – Объясните.       – Всё просто. Летит ракета. Внезапно срабатывает механизм, и она распадается на пять частей, столь же разрушительных, как первая. Теперь ракет пять, идем дальше. После следующего этапа ракет становиться двадцать пять, мощность разрушений не меняется, а площадь разрушений увеличивается. Далее, как по конвейеру: 125, 625, 3125 и число будет увеличиваться до тех пор, пока ракета не настигнет цель.       – А всё-таки интересно, – сказал Фред.       – Да, ребята вы не против присоединится к нам? – спросил Джордж.       – А что? Мы за, – откликнулись Чарли и Доминик.       Оливер и Алекса Ягуар поспорили о спорте. Оливер выгораживал квиддич. Алекса заинтересовалась поначалу, но когда разговор дошел до скорости мётел, стала активно протестовать. И не из-за мётел вовсе, просто она не воспринимала скорости менее 150 км/ч.       – Я не понимаю, – с упреком говорила Алекса. – Как можно летать на скорости 70-80 км/ч. Я этого не понимаю.       – Ну это ты зря так говоришь, – защищался Оливер. – В профессиональной Лиге играют на лучших метлах, и скорость у них около 120 км/ч.       – 120! Ты в своем уме. Я в жизни не ездила на машине со скоростью 120! – с презрением воскликнула она. – Моя первая минимальная скорость была 125 км/ч и то, когда я первый раз села за руль, – вспылила она.       – Все-таки метлы и машины, вещи разные, – заявил Оливер. Эта девушка начинает его раздражать. Ещё чуть-чуть, и он сорвется.       – Да я всё равно лучше предпочту машину, нежели буду ползти на метле, – гневно изрекла она.       – Смотри, переспоришь, – насмешливо произнес Оливер, радуясь, что она сменила тему. – Когда узнаешь, что такое квиддич, тебя за уши не оттащишь.       – Да я, я…я, – Алекса начинала выходить из себя, и ей явно не хватало уже слов, чтобы выразить свои мысли. – Я никогда в жизни не сяду на метлу, если её скорость не будет добирать хотя бы до ста пятидесяти. Или тогда лучше пол ею мести, и того пользы больше будет. А квиддич это наверняка такое г…, что и играть то в него противно, не то, что смотреть, – с вызовом изрекла она.       – Да что ты понимаешь в квиддиче, – Оливера охватил приступ ярости. – Квиддич – лучшая игра волшебников во всем мире.       – Интересно почему? – отозвалась она. – Неужто гонорары за кубок велики?       – Гонорары? – непонимающе переспросил Вуд.       – Награда, – разъяснила Алекса с легкой иронией.       – Призы получаем, – сказал Оливер и думал, кажется, тема перетекает в опасное русло.       – Большие?       – Ну! Возможно! – уклончиво ответил Оливер.       – Возможно? – переспросила она.       Оливер кивнул.       – Так, ну хорошо, – успокоилась она. – Может быть, может быть, это меня заинтересует, малость, но не факт, что я увлекусь.       Серджис чем-то напоминал Гермионе Перси. Разговоры, естественно, были об учебе. Он хладнокровно и сдержанно относился ко всем её доводам и лишь изредка, но вполне точно опровергал сказанное ею. Это её немного бесило.       – А какие предметы ты изучал? – спросила она.       – Это несущественно, как несущественно и то, как и куда ты одеваешься. Скажу только, что меня завлекает, из тобой перечисленных предметов, то это, пожалуй, зельеварения и изучение простецов.       – А почему тебя не интересует история магии? – заинтересовалась Гермиона.       – На самом деле, тоже хорошая наука, только бессмысленная, – деликатно ответил Серджис.       – Это почему? Это очень занимательная наука, – вспылила Гермиона.       – Занимательная, это не значит, что в ней есть смысл, – опровергнул её Серджис.       – Что значит, есть смысл? Хочешь сказать, что его нет? – встрепенулась она.       Серджис промолчал. Потом произнёс:       – Какой смысл в том, чтобы знать в каком году какой волшебник набил другому морду. Это не интересно даже Чарли, хотя он всегда не прочь с кем-нибудь подраться. А про восстания гоблинов, я вообще молчу. Ну, замочили они сотню, другую, ну и что, это не сейчас происходит; странно, что они до сих пор не взбунтовались. Совсем разучились воевать.       Гермиона была оскорблена до глубины души. А ведь он все точно сказал. На уроках профессора Бинса действительно все спали, даже на пустой желудок. Но признавать его правоту она пока не собиралась. Поэтому решила сменить тему разговора:       – А как ты относишься к прорицаниям или нумерологии? – поинтересовалась она, сменив пластинку.       – К обоим отрицательно. Прорицания – чушь, а нумерология – ад! – с остервенением сказал он.       – Почему? Напротив. Очень люблю нумерологию, – встряла в разговор Анна. – Очень полезная наука, особенно для тебя. Ты ведь работаешь с компьютерами!       – Поэтому и ненавижу нумерологию, – отрезал Серджис. – Числа, таблицы, числа, таблицы…       – Матрицы, столбцы, строки, отчеты, – поддержал Серджиса Годрик. – Бессмысленная трата времени и изредка полезная. У простецов нумерологии тоже хватает, – добавил он, увидев, как поползли вверх брови Анны.       – Интересно, где? – с насмешкой спросила она.       – Догадайся, – парировал Годрик.       – В изучении астрономии! – выразила догадку Гермиона.       – Относительно да, но не только, – Годрик ждал. – Численные моделирования, но не только. В моей сфере – экономика.       – Ты чё ж счета пересчитываешь? – с усмешкой спросила Анна.       – Если бы! Графики, таблицы. Приход, уход, отправка, передача, прием, доставка и т.д., короче должность замдиректора по компаниям, договорам, сделкам и прочей дребедени. Лично я считаю, что нет ничего хуже чисел, – подытожил Годрик.       – Но я очень люблю числа, – с вызовом сказала Гермиона.       – И в этом я тебя поддерживаю, – сказала Анна – я тоже к ним неравнодушна.       – Гермиона, одно дело любить числа, – встрял Серджис – другое их вычислять.       – Согласен, любить числа прекрасно, но лично у меня после них через 5 дней начинает рябить в глазах, – сказал Годрик. – Слава богу, что ни один договор не занял более 5 дней.       – Да, рябить в глазах может, но кто тебя заставлял сидеть без перерыва по 15-20 часов за ними? – спросила Анна с упреком.       – Сам удивляюсь, зачем, – ответил Годрик с насмешкой. – Ладно, ребята закругляемся. Ужин.       К ужину словесные баталии закончились. Алекса, наконец, пришла к выводу, что мётлам надо придать побольше скорости, в чем Вуд с ней согласился. Фред и Чарли нашли общий язык в пиротехнике, а Джордж с Домиником – в способах наведения хаоса. Гермиона же пока не могла смириться с доводами Серджиса и выжидала новой дискуссии на эту тему. После ужина ребята собрались в гостиной, где Оливер создал один большой стол и окружил его креслами. И, когда все уселись, объявил:       – Профессор МакГонагалл дала нам с Годриком задание и нам понадобилась ваша помощь, – начал он. – Нам надо доставить Гарри Поттера в Хогвартс.       За столом начался шумок перешептываний. Чарли и другие не понимали, что в этом сложного и почему Годрик не мог справиться в одиночку.       – Проблема следующая, – продолжил Годрик. – О его перемещении и перевозке не должны знать ни Дамблдор, ни министерство.       После этих слов наступила гробовая тишина. Первую часть плана можно было решить, и все недоумевали, почему Оливер и Годрик не могут выполнить его в одиночку, но, когда услышали вторую часть задания, сразу поняли, в чём стопор. Первыми подали голос близнецы.       – Но это невозможно, – шокирующе произнес Джордж.       – Да, – поддержал брата Фред. – Три года назад мы уже пытались. К успеху привело, но Дамблдор обо всём знал уже через 2 часа…       – Или час, – подхватил Джордж.       – Или полчаса…       – Или сразу…       – Умолкните, – прикрикнула на них Гермиона. – Это очевидно. Дамблдор ещё никому не позволял себя провести, даже Волан-де-Морту.       – А что Волан-де-Морт? – оживился Серджис.       – Он вернулся, – жестко произнесла Гермиона.       – О боже, – горестно и устало произнес Годрик.       – КАК? – воскликнула Алекса, с легким испугом.       – Когда? – испуганно спросила Анна.       – Как без него было тихо, – съязвил Доминик.       – Теперь начнется, – поддержал Доминика Чарли.       – Кажется, уже началось, – сказал Годрик.       – Что ты имеешь в виду? – хором спросили Алекса и Анна.       – Серджис, – обратился Годрик, – ты помнишь нашу вылазку?       – Как ни забыть. Мы катались по городу, где-то на юге, и услышали передачу по волне 911, в ней говорилось о какой-то заварушке на улице, расположенной южнее от нас на пару километров. Поехали посмотреть, в чём дело.       – Когда приехали, – продолжил Годрик – увидели людей в масках…       – Пожирателей Смерти, – подсказала Гермиона.       – Да, точно. Они уничтожили 4 полицейских расчета. Ну, мы ввязались в драку, и они смылись от нас, потеряв несколько человек.       – Значит, если эти Пожиратели оживились, то это ещё больше затрудняет дело, – сказал Чарли.       – Следовательно, нужно придумать нечто такое, чтобы обойти все затруднения и неувязочки, – предположил Доминик. – И это нечто, которое мы ни разу ещё не применяли.       – Да, – поддержал Годрик. – Поэтому давайте думать. Что будем делать?       – Ну, во-первых, план надо разбить на несколько частей, он слишком трудный, и выполнять каждую из них по отдельности, – сказала Анна.       – Во-вторых, мы можем разбиться на команды, и каждая из них будет выполнять свою часть плана, – предположила Алекса.       – Да, мысль хорошая, – задумавшись, произнес Оливер. – Алекса, а сколько у нас водителей?       – Ну,… я, Годрик, Чарли… – начала она. – И …       – Фред и Джордж, – добавила Гермиона, припомнив летающий фордик.       – Мы? – удивились близнецы.       – Если мне память не изменяет, то именно вы летали на фордике, – сказала Гермиона.       – Да, но фордик это одно, а такие машины совсем другое, – запротестовали близнецы.       – Пять из этих машин на дистанционном управлении, остальные мы пригнали на тросах, в буквальном смысле, – вещала Алекса. – Конечно, водители у нас все, но Серджис, Доминик и Аня только недавно получили права, и их уровень несколько ниже, чем у меня, Чарли и Годрика.       – Так, близнецы, – объявил Годрик. – Завтра с утра едете со мной в аэропорт или ещё куда-нибудь.       У Фреда и Джорджа округлились глаза.       – Зачем? – спросили они хором.       – Тренироваться, – просто ответил Годрик. – Анна, можно взять у тебя Ferrari?       – Разумеется? – ответила она. – Кстати, полицейским Porsche можно управлять из моей машины.       – Хорошо, спасибо.       Близнецы потеряли дар речи, что несказанно обрадовало Гермиону. У них в голове не укладывалось, что их серьезно будут учить ездить и лихачить на дорогах.       – С этим разобрались? Хорошо, – сказал Оливер после кивка нескольких здесь сидящих. – Теперь давайте разделимся, – продолжил он. – Я думаю, на пять групп.       – Тогда разделимся так, – сказала Анна. – Первая группа разведывательная: Алекса и Оливер. Вторая группа ударная: Чарли и Доминик. Третья группа страхующая: Годрик и Серджис. Четвертая группа наблюдение: Джордж и я. Пятая группа наблюдение: Фред и Гермиона.       – А почему это я с ним, – указывая на Оливера, воспротивилась Алекса – он же привык летать на метёлках, боюсь, не выдержит…       – На метёлках, – перебил её Оливер. – Ты ещё не видела скорость Молнии.       – Да ещё мне не хватало расстройство желудка.       – Как будто в машине у тебя его не будет, – скептически произнёс Оливер.       – С тобой точно будет…       Оливер презренно посмотрел на неё и решил промолчать, а Годрик на мгновение, возвёл глаза к потолку.       – Так. Планируем, – сказал Чарли.       – Первая группа, – начал Годрик – прочесывает район Тисовой улицы.       – Вторая – город, – подхватила речь Анна. – Четвертая и пятая – саму Тисовую улицу и подбирают резервное жилище. Третья контролирует дом снаружи.       – А зачем нам новое жилище? – спросила Гермиона.       – Если будем делать захват, нужно будет место для перегруппировки.       – Хорошо, – сказал Годрик. – Тогда я займусь мистером Дурслем. Я слышал, что он работает в фирме «Граннингс», специализирующуюся на производстве сверл.       – Да, – подтвердила Гермиона.       – Хорошо, тогда, Серджис, взломай базу данных какой-нибудь строительной компании по производству дрелей или ещё чего-нибудь и поставь меня там младшим заместителем директора. Опыт имеется.       – Хорошо, сделаю.       – Так, – подала голос Гермиона. – А мы, пожалуй, займемся патрулированием улиц.       – Хорошо, – подтвердил Годрик и поспешно добавил: – только меняйте машины.       – Разумеется, – подтвердила Анна. – А зачем тебе понадобились дрели?       – Хочу втереться в дружеские отношения с мистером Дурслем. Так как мы сможем получить свободный доступ в дом, что нам и нужно.       – Блестяще, – подтвердил Оливер и поглядел на часы. – А время-то, завтра рано вставать. Всем спать – завтра тяжёлый день.       – Тоже мне раскомандовался, – фыркнула Алекса.