Сгорающий дотла

      Погода сегодня не могла не радовать, солнышко пригревало, изредка скрываясь за небольшими облачками, ветра не было, как будто сама природа благоволила Натаниэлю в написании задуманной им работы. Парк был необычайно красивым: многолетние деревья шелестели густой листвой, фонтан пускал прохладные струи к небесам, резные скамейки по бокам украшали мощеные камнем дорожки. Людей сегодня было не много, что очень радовало Маринетт, которая и так чувствовала себя не в своей тарелке, и лишние зрители уж точно были ни к чему. — Мне кажется, я глупо выгляжу, — девушка опустила глаза вниз, краснея и смущаясь. — Вовсе нет, что ты, ты и правда очень красивая, не нужно этого стесняться, вот, пойдем ближе к фонтану, я хочу нарисовать тебя там, — Нат, как никогда, выглядел оживленным. В обычной жизни он редко показывал настоящего себя, да и друзей у него особо не было. А сегодня у Маринетт был уникальный случай увидеть друга в его истинном творческом обличии, без масок.       Юноша разложил мольберт, установил холст и подготовил необходимые ему инструменты — кисти, краски, карандаши и палитру. Теперь он оглядывался в поиске наилучшего ракурса для работы. — Мари, присядь, пожалуйста, вот сюда, — парень указал на бордюр, огораживающий фонтан. — Вполоборота, смотри на меня, — он сложил руки прямоугольником, как бы фотографируя, и одобрительно хмыкнул. — Отлично, можем начинать, ты как, готова? — Более-менее, — девушка снова покрылась ярким румянцем, потому что все вокруг было для нее непривычным, странным и очень смущающим. Она не привыкла ко вниманию к собственной персоне, предпочитая оставаться в стороне, в отличии от той же Хлои или Адриана. Кстати, о нём.       Агрест все еще прятался за лавкой в дальнем углу парка. И какая муха его укусила это сделать. Стараясь производить как можно меньше шума, он продвигался по парку, среди деревьев, ближе к фонтану, ему было необычайно интересно — что же там всё-таки происходит. Оставшись незамеченным, блондин присел за деревом, осторожно выглядывая. Пока ничего особенного он не замечал, Нат выбирал для Маринетт позу, чтобы написать портрет. «Вероятно, это было задумано заранее, раз она так одета», — пришла мысль в голову Адри.       Ему на руку что-то село, опустив глаза, он обнаружил, что это божья коровка. Насекомое деловито расхаживало вверх и вниз по руке, не собираясь улетать. Адриану даже стало казаться, что это миниатюрная копия его Леди, острое чувство вины неожиданно кольнуло сердце. Теперь нынешнее положение дел казалось чуть ли не предательством по отношению ко своей возлюбленной. Отступать было поздно, надо завершить начатое, а уж потом можно и самокопанием заняться.       Адриан сам не понимал откуда взялась эта ревность, побудившая его устроить слежку за одноклассниками. Но что-то внутри не давало ему успокоиться, что-то, чем он не управлял. Через полчаса ноги затекли от сидения в не самом удобном положении, и он уже намеревался уйти, как…

***

— Ну что там? — Маринетт сидела как на иголках, ее раздражали редкие прохожие, заглядывающие в мольберт и довольно улыбающиеся. Мышцы устали от напряжения, хотелось встать и размяться. А также, до безумия хотелось взглянуть на портрет, девушка не сомневалась в способностях Куртцберга, она уже на протяжении нескольких лет наблюдала за его работами, отмечая быстрый рост в художественном мастерстве. — Потерпи еще немного, скоро закончим, — Нат вглядывался в каждую черточку ее лица, стараясь запечатлеть любую мелочь, не пропустить ничего важного. — Все, я больше не могу, давай передохнем, — Мари вскочила с насиженного места, делая несколько шагов и устало потягиваясь. — Нет-нет, я почти закончил, присядь, пожалуйста, обещаю, осталось совсем чуть-чуть, только не смотри пока, — Натаниэль перехватил руку девушки, не давая ей подойти к мольберту и утягивая обратно на бордюр. Он улыбнулся. — Подбородок слегка повыше, и верни мне улыбающуюся Маринетт, иначе придется все переписывать.       Нат рукой коснулся ее подбородка, слегка приподнимая, девушка из последних сил постаралась улыбнуться, и ей это вроде бы удалось. Она прикрыла веки, глубоко вдыхая, и тут, ощутила, как ее губ коснулся робкий поцелуй. Распахивая глаза от неожиданности, она — ответила на этот поцелуй. Потом девушка так и не сможет объяснить себе, зачем было это делать. Но сейчас её губы слились в нежном поцелуе, подаренным Натаниэлем. Парень, вероятно от эйфории, вызванной взаимностью, позволил себе куда больше, чем сам мог ожидать. Притягивая девушку за талию, он прижимал ее к своей груди, напористо и страстно, вкладывая всю душу в этот поцелуй, становящийся из нежного все более пылким. — Что ты делаешь? Отойди от нее! — внезапно знакомый мужской голос разрушил все иллюзии, заставляя девушку поспешно отскочить в сторону, разрывая поцелуй. Она тяжело дышала, густо заливаясь румянцем все больше и больше. Казалось, её щёки сейчас просто загорятся. «О, нет, Адриан, что он здесь делает? Он все видел, какой ужас, как стыдно, хочется умереть…», — мысли Маринетт сбивчиво блуждали в голове.       Увидев подобную картину, Агрест, немедля, покинул свое укрытие и направился к фонтану. Ненависть, ревность — пеленой застилали глаза. Хотелось убить незадачливого рыжего одноклассника, что так собственнически прикасался руками и губами к Маринетт. Если раньше блондин думал, что ошибался, предполагая, что ревнует эту девушку, сейчас он, как никогда, был абсолютно в этом уверен. Вся эта сцена, поцелуй, кинжалом пронзили его сердце, заставляя испытывать невыносимую боль. Возможно, пока он не мог объяснить, что двигало им в этот момент, но Адриан молниеносно сорвался со своего места, намереваясь, если нужно, как следует навалять незадачливому ухажеру. — А тебе какое дело? Она не твоя девушка, и ничего тебе не должна, — Нат разозлился, что их прервали. Он выплевывал каждое слово в лицо блондину, всем своим видом показывая, как он его презирает. — Мне? Никакого, — Адриан с размаху двинул в челюсть рыжеволосому, отправляя того в нокаут. — Нет, не трогай его, зачем? — Маринетт решила заступиться за Ната, она не хотела привлекать лишнего внимания и пресекла драку на корню. Девушка опустилась на корточки, встревоженно глядя на одноклассника, по его шее струилась кровь из рассеченной губы. — Что на тебя нашло? — хмуро взглянула она на Адриана, помогая Нату встать. — В смысле? Так, я не понял, то есть, всё было обоюдно? Он не приставал к тебе? — и тут словно озарение снизошло на него. — Погоди-ка, ты… ты что ж это, выходит, любишь его?       Молчание разрывало тишину. — Маринетт! Ответь, ты любишь его? — Адриан оцепенел, выжидая ответ. Каждая клеточка его тела напряглась до предела.       Девушка молчала, она испуганно расширила глаза, не моргая глядя на блондина. Ее руки судорожно мяли юбку. Двое ждали ответа.