Сгорающий дотла

      Накануне выставки, в четверг, Натаниэль подошел к Мари, взглядом напоминая об обещании помочь ему, взамен на известную плату. В пятницу вечером должно было состояться открытие мероприятия, которое продлится вплоть до вечера воскресенья. Сегодня был как раз тот день, на который они планировали закупку еды и выпивки. В выборе закусок Нат мог положиться только на девушку, поэтому после уроков он подождал Мари, чтобы вместе отправиться в магазин. Дюпен-Чен была далеко не в восторге от подобного исхода дня, но деваться было некуда, плетясь за юношей, она старалась не терять окончательно бодрость духа и не впадать в уныние.       Поход по огромному супермаркету занял больше часа, на кассе, отстояв большую очередь, они, наконец, расплатились и вышли на улицу с огромной кучей тяжелых пакетов. Благо, они выбрали магазин неподалеку от выставочного центра, иначе они просто всё не донесли бы. — Спасибо за помощь, — благодарность Ната звучала так снисходительно и сухо, что лучше бы он и вовсе не благодарил. Но Маринетт сдержалась от едких замечаний, молча помогая выгружать содержимое пакетов на столы. — Думаю, завтра после школы мы успеем здесь все красиво разложить по тарелкам, расставить бокалы? — Если придём сразу, как закончатся уроки, то — да, — внешне спокойная девушка бушевала внутри, словно вулкан, она надеялась отвязаться от рыжего сегодняшней помощью, но нет, он нашел новые способы связать ее по рукам и ногам. — Не забудь, завтра ты — моя девушка, постарайся выспаться и выглядеть счастливой, ах, да, и надень что-то подобающее, у тебя ведь есть вечерние платья? — Думаю, найду, — сквозь зубы процедила Маринетт, исподлобья глядя на парня. — Ну вот и славненько, значит жду тебя завтра после уроков около парадного входа, до встречи, — видя, что девушка собирается уходить, Нат махнул рукой и самодовольно оскалился. Его несказанно радовала вся эта ситуация, план, что он придумал, оказался бесподобен, главное, чтобы не вышло осечки.

***

      В шкафу Маринетт было несколько довольно интересных вечерних нарядов, она их сделала сама, по своим же проектам. У девушки были временами приступы романтического настроения, когда она создавала красивые, летящие, нежные платья. — Жаль, что приходится надевать его для столь неприятного торжества, — пожаловалась девушка своей квами, выбирая одно из своих любимых — черное с открытой спиной, сеточными вставками по бокам и небольшим шлейфом. — Потерпи, Маринетт, ты же сама понимаешь, что иначе никак… — посетовала Тикки, восхищенно глядя на столь красивое творение. — Но, всё же, в таком платье ты будешь обворожительной, постарайся найти в этом свои плюсы, — квами подмигнула подопечной, намекая, что не стоит думать только о плохом. — Я попробую, спасибо за поддержку, дорогая, — Маринетт аккуратно сложила платье в пакет и взяла с собой, чтобы переодеться перед открытием выставки.       День в школе прошел как обычно, без приключений, даже избегать Адриана было проще, чем вчера, он был занят своими мыслями и, наконец-то, не пытался с ней заговорить. Последний звонок известил об окончании уроков, и толпа учеников ринулась в раздевалки и к выходу. Нат, как они и договаривались, ждал девушку около входа. — Ну что, пойдем? — юноша предложил ей руку, согнутую в локте, но девушка предпочла просто пойти рядом, на что Нат презрительно фыркнул, мол, вечером я все равно отыграюсь, хочешь ты этого или нет.       Они довольно быстро дошли до выставочного центра, вокруг было больше народу, чем обычно, все спокойно прогуливались по парку, некоторые кормили голубей или фотографировались у фонтана.       Маринетт, с несвойственной для нее ловкостью, расставила все тарелки и бокалы на столы, вместе с Натом они разложили различные закуски, открыли напитки. До начала оставалось не более получаса. — Иди, готовься, а то не успеешь, я здесь сам всё закончу, — юноша намекал на то, что девушке пора переодеваться и приводить себя в порядок.       Мари зашла в небольшую комнатку, наподобие кладовки или небольшой гримерной, здесь было много старых вещей, среди которых на стене висело маленькое зеркало. Комната, к счастью, закрывалась изнутри, чем девушка не преминула воспользоваться, дабы избежать нежелательных последствий. Переодевшись в платье, она нанесла легкий макияж в холодных тонах и подняла волосы в высокий пучок на затылке, выпуская несколько прядей, что обрамляли лицо.       Ещё раз взглянув на себя в зеркало и убедившись, что все в порядке, Маринетт решилась выйти из комнаты. Как и говорила Тикки, она старалась чувствовать себя привлекательной, чтобы не расстроиться окончательно. — Это и правда ты? Куда делась прежняя Маринетт? — у Натаниэля челюсть разве что на полу не валялась. Глаза расширились от удивления. — Не могу скрыть своего восхищения, ты прекрасна! — Спасибо, — сухо поблагодарила девушка, молясь, чтобы люди поскорее начали прибывать. Её не приводила в восторг мысль о долгом нахождении наедине с этим тираном. — Не забудь, сегодня ты — моя девушка, только попробуй что-нибудь выкинуть, в общем, я предупредил, думай о своём Адрианчике почаще и всё будет хорошо, — уголки губ изогнулись в подобии улыбки, взгляд стал похотливым и пугающим. Маринетт чувствовала себя ланью, загнанной в угол, на которую вот-вот нападет тигр, замерший в последнем для неё прыжке.       Выставка вызвала восторг у публики — работы, угощения, интерьер — всё это было угодно сегодняшним посетителям. Натаниэль встречал всех недалеко от входа, приглашая то туда, то сюда. Изредка он приобнимал Маринетт за талию, улыбаясь гостям, ей было это откровенно неприятно, но она старалась изо всех сил не подавать виду и мило улыбаться.       Через какое-то время, устав стоять у входа, Нат предложил немного перекусить и выпить по бокалу шампанского. Не менее уставшая девушка, согласилась. Несколько глотков не крепкого спиртного помогли ей немного расслабиться, чего так не хватало сегодняшним вечером. Всё шло довольно хорошо, пока в дверях не показалась до боли знакомая фигура. — О, нет, Адриан тут! — воскликнула Маринетт, едва не подпрыгивая от неожиданности. — Тем лучше, я люблю сюрпризы, — настроение Ната заметно улучшилось, чего не скажешь о его спутнице. — Пойдем, встретим его!       Беря девушку за руку, Куртцберг проследовал по направлению ко входу, та попыталась вырваться, но хватка была поистине железной, поэтому пришлось покориться, тем более, что она пока еще не перестала быть «девушкой» Ната — вечер не закончился. — Добро пожаловать на мою выставку, Агрест, — широко улыбаясь, Натаниэль сделал широкий жест рукой. — Так вот почему Маринетт тут ошивалась, я так понимаю, она помогала тебе, чем ты и воспользовался тогда у фонтана, — на входе висел великолепной красоты портрет Дюпен-Чен, он несомненно украшал выставку своей оригинальностью, никто не мог пройти мимо, любуясь и самой девушкой, и ее изображением. — Не делай поспешных выводов, Маринетт — моя девушка, — после этих слов Куртцберг свободной рукой притянул Мари за талию и требовательным поцелуем впился в губы.