Отражения. Паззлы личности

Поздно ночью Гермиона тихонько кралась через пустынную факультетскую гостиную, в надежде добраться, наконец, до кровати и отключиться на оставшиеся до завтрака пять часов. Она уже почти дошла до лестницы в девичьи спальни, когда огонь в камине ярко вспыхнул, заставив девушку замереть от неожиданности, словно застигнутого врасплох вора, и осветил два мрачных силуэта. — Я тебе говорила, милый, что наша дорогая «подруга» не могла не влезть в очередное дерьмо, — ловко вертя между пальцами блестящую в свете огня монетку, как бы задумчиво обратилась Аннет к своему спутнику, особенно выделив интонацией слово «подруга». — Я, как всегда, был слишком оптимистичен, родная, — зловеще сверля Грейнджер поблескивающими глазами, словно не хотя выдавил Поттер. — Слишком верил, что у нее-то голова не только для украшения. — А ну, пошли, — Аня резко поднялась с кресла и зашагала в сторону выхода, Гарри молча схватил трепыхнувшуюся было Гермиону за руку и практически поволок следом. Камин погас, «полог не слышимости» медленно таял, оставшись без подпитки, гриффиндорцы мирно спали в своих постелях, не подозревая о разворачивающейся совсем рядом драме. Затащив Грейнджер в пустую комнату, когда-то вероятно бывшую одной из спален старшекурсников, Аннет молча «запечатала» двери, пока Гарри притянул из кучи мебели столик со стулом и стряхнул с них пыль. — Что это? — дождавшись, когда «близнец» усадит дезориентированную их напором девушку, Аня с силой швырнула ей монету, отчего та со звоном прокатилась по столешнице, застыв прямо перед носом обвиняемой. — Сикль? — состроила дурочку напрягшаяся Гермиона. — Ты еще ресничками невинно захлопай, — ощерилась Аня. — Не пытайся казаться тупее, чем есть на самом деле. Думаешь, мы не заметили, что пол-факультета старше третьего курса внезапно исчезают после занятий в неизвестном направлении? Одновременно исчезают, что показательно. И вдруг люди, годами едва здоровающиеся, резко сдружились и заговорщицки шушукаются по углам? Ты правда веришь, что мы одни это заметили?! — Рон одалживал у меня деньги недавно, — включился в разговор, застывший внушительной фигурой Гарри, сложив руки на груди и холодно-отстраненно изучая подругу будто стеклянными глазами. — И вчера вернул горсть мелочи. Но не важно, только вот одна монетка сегодня нагрелась. И, какое совпадение, прямо перед очередным вашим исчезновением. — Не понимаю, что вы имеете ввиду, я просто зачиталась в библиотеке, — возмущенно вскинувшись начала было обвинительно Гермиона, но взгляд предательски «вильнул». — Гарри! Как ты можешь! От тебя такого… — Не играй с нами, — веско отрезал старый друг, продолжая нависать равнодушной статуей. Шатенка поежилась, такой Поттер пугал. — Только потому, что ты нам не безразлична, мы сейчас разговариваем, — нервно меряла комнату шагами Аня. — Был бы кто другой — сразу открестились бы от дурного. Своя шкура всяко ближе к телу, — экспрессивно махнула она рукой. — Но ты четыре года была рядом с Гарри, поддерживая и по-своему помогая! Короче, не смогли мы дальше смотреть, как наша единственная подруга радостно скачет навстречу гибели. Считай нас сентиментальными. — В чем-в чем, а в этом вас не заподозришь, — бледно улыбнулась растерянная страстной речью Грейнджер. — Это секрет, но вам можно доверять, я знаю, — не обратив внимания на скептический хмык Платоновой, продолжила девушка, постепенно набирая былую уверенность. — Амбридж, мерзкая горгулья, ничему не собирается нас учить, и мы решили заниматься сами. Учителя нет, народа немного, «с миру по нитке» собираем заклинания и отрабатываем, помогая друг другу. У Келвина отец аврор, он научил обезоруживающему, Сенди папа учил обездвиживающему прежде чем первый раз отпустил одну в Косой переулок. Серьезной магии никто не знает, даже семикурсники, но мы очень стараемся, — горячилась Грейнджер. Только друзья не спешили разделять ее энтузиазм озабоченно переглядываясь, словно безмолвно общаясь. — Ты была права, — наконец вымолвил Гарри, устало проводя ладонями по лицу. — Им действительно хватило дури. Отражением повторив жест Поттера, Аня «притянула» к себе стул, буквально рухнув в него, сгорбившись и потирая лоб для стимуляции мозговой деятельности. Не одной Грейнджер давно пора спать, но откладывать разговор и дальше было опасно. — Что ты думаешь об Инспекционной дружине из слизеринцев? — решила издалека «прощупать почву» Платонова. — Правильно их Рон слизнями зовет, на все готовы лишь бы нам жизнь попортить! — почувствовав наконец почву под ногами, презрительно скривилась Гермиона и воинственно сжала кулачки. — Постоянно ловят за несоблюдение дурацких правил, факультет уже стольких баллов лишился! Эти указы — чистой воды самодурство! Поэтому их так весело нарушать, — лукаво улыбнулась девушка, весело подмигнув разинувшим рты Поттерам. — Весело… — как-то отстраненно повторил Гарри, по-новому взглянув на подругу. — То есть, ты на полном серьезе считаешь, что детям Пожирателей, у которых возродился повелитель, делать больше нечего, кроме как продолжать детские склоки? — медленно, словно не веря собственным ушам, переспросила Платонова. — Эм… — застопорилась Гермиона. — Остальные могут сколько угодно не верить в скорое начало войны и маяться дурью, но они-то точно знают правду. — Но… — Сними, наконец, «розовые очки» и посмотри на ситуацию трезво, без налета сказочности, в который ты до сих пор, почему-то, веришь. Есть террористическая организация, рвущаяся к власти. Четырнадцать лет назад они проиграли и кто-то сел, а кто-то сумел «отмазаться» и сейчас они вновь набирают силу. Есть маглорожденные, чье истребление — одна из их основополагающих целей. При всех идеях равенства хоть сколько значимые посты занять «грязнокровкам» не грозит. — Профессор Дамблдор… — возмущенно вскинулась Грейнджер. — Когда на тебя напал тролль на первом курсе, что сделал директор? — вновь перебил шатенку Поттер. — Я не пострадала! — уперто махнула пышной «гривой» Гермиона. — Не благодаря ему. Если бы, когда ты училась у маглов, в твою школу пробрался медведь гризли и напал на тебя, что бы ты сделала? — Да мои родители! — вскочила девушка и резко осеклась, растерянно переводя впервые блеснувшие ужасом глаза с одного Поттера на другого. — Они бы… Скандал… Это подсудное дело… Я читала… — совсем уж потерянно закончила она. — Что и продемонстрировал нам Малфой, когда его сыночка легонько поцарапал Клювокрыл, причем им и спровоцированный, — удовлетворенно разглядывая теперь внимательно слушающую подругу, пояснила Аня. — Был и скандал, и разбирательство, и министр лично «прискакал», и Дамблдор чуть с поста не слетел, — чеканил, словно забивая гвозди, Гарри. — Как тебе такое равноправие? — Оставим частности и вернемся к главному, — перехватила инициативу Платонова. — Пожиратели, маглорожденные и Министерство. Догадываешься, почему я не назвала остальных простых магов? Если падет Министерство и к власти придут аристократы во главе с Воландемортом, сопротивление будет недолгим — все смирятся с переворотом. Между собственной семьей и другом вне закона, возможно со слезами и душевной болью, любой выберет родных. ПСы не будут уничтожать тех, кто «сложит палочки», иначе банально некем будет править. — Жаба мерзкая личность, но она официальный представитель министра, поэтому змейки засунули фамильную гордость куда поглубже и, фонтанируя энтузиазмом, бегают у нее на посылках. В итоге перед властью стоит интересная картина, аристократы со школьной скамьи демонстрируют лояльность и верность Министерству, а маглорожденные плюют на законы и демонстративно собирают оппозицию. — Грамотный ход. Мелкие ПСята ослабляют бдительность, старшие наверняка работают по своим каналам, а вы делаете все чтобы им помочь. — Единственная ваша надежда — это не Дамблдор, а централизованный орган управления, который сможет удержать позиции в войне защищая своих граждан. — Как думаешь, что сделает Амбридж если, вернее, когда ты к ней придешь за помощью для себя и родителей?  — Думаю она не пропустит такую просительницу дальше младшего помощника второго секретаря. Долг долгом, но личная неприязнь у большинства людей перевешивает. Гарри с болью смотрел на дергающуюся от каждого слова, как от пощечины, подругу, и видел готовые пролиться слезы в глазах «близняшки», но не останавливался. Они обязаны выбить из Гермионы детский взгляд на жестокую реальность вокруг, как Аннет продолжает выбивать из него до сих пор. Он понимал, почему друзья их не пригласили в свой «клуб», они действительно другие, слишком взрослые внутренне, слишком чуждые. Даже если пресса продолжит называть его на всю страну лжецом и психом, у него были бы шансы влиться в коллектив, оставаясь прежним наивным и идеалистичным. Но не теперь, да и не нужна ему столь высокая «честь»: семьи и друзей достаточно, остальной балласт лишь утянет на дно. — Родители? — побледнела Грейнджер. — Они маглы, родившие ведьму, по логике ПСов они «украли» магию, а значит подлежат истреблению. — Я даже не… — Не подумала, пока рвалась на передовую вместо авроров и обеспечивала себе отсутствие будущего? Ты знаешь как их защитить? Может, ты хотя бы переехала после того, как вас нашла школьная сова и твой адрес «ушел» в архив Министерства? Или у тебя есть могущественный покровитель? — безжалостно добивала уже навзрыд рыдающую девушку Аня. — Даже если чудом война закончится поражением Воландеморта, сдавать экзамены ты будешь кому? Рекомендации на поступление в университет или на обучение к Мастеру получишь от кого? И на работу мимо Министерства не устроишься. Для чего ты так усердно учишься, если дальше официантки или перекладывания бумажек в архиве тебе не подняться? Кто будет продвигать неблагонадежную маглорожденную без связей, которой «весело» нарушать правила и законы? — К маглам тоже вернуться не сможешь, ты же только младшую школу закончила, — добавил Поттер. — Надеюсь, ты не додумаешься использовать «Обливиейт» на родителях или других людях. Отряд обливиаторов существует именно потому, что, не работая с сознанием целенаправленно и долгие годы, невозможно предугадать последствия. Ты же не хочешь превратить маму с папой в подобие Локхарта или напрочь уничтожить информацию, что у них вообще есть дочь? Последствия «Обливиейта» недоучек необратимы. Учти и не наделай глупостей. — А почему вас Амбридж не трогает? Кроме вас и слизеринцев всех таскают на допросы, многие считают: вы продались и наушничаете, — беспрестанно всхлипывая спросила Гермиона, отчаянно пытаясь увидеть шанс спастись и вцепиться в него изо всех сил. — Знала бы ты, сколько нам пришлось сделать, — невесело хмыкнула Платонова, устало массируя ноющие виски. — Куча документов, поверенный чуть не раздвоился, пытаясь везде успеть и не засветиться перед Министерством. Взятки, подкуп, обещания и шантаж. Плевать на методы, главное — мы прикрыты со всех направлений. Юрист, Гермиона, обычный магический юрист и у нас с Гарри без всякой темной магии вдруг появились права. Прилагающиеся к ним обязанности — мелочи по сравнению с безопасностью от манипулирования нашей жизнью и именем. Так же в наследство нам достался дом, закрытый от поиска и проникновения, то есть идеальный для того, чтобы спрятаться и отсидеться. Домовик с первого дня занимается закупкой продуктов и ингредиентов, забивая склад под стазисом. Кстати цены растут не по дням, а по часам, умные поймут, к чему дело идет, что бы ни проповедовали власти — и глупых просветят. Как видишь, мы готовимся, трезво оценивая свои шансы и возможности. — Но это неправильно! — простонала окончательно дезориентированная Грейнджер, раскачиваясь на стуле и обхватив себя руками, словно пытаясь закрыться от оказавшегося смертельно враждебным мира. — Защищать… — Я пятнадцатилетняя девочка-школьница, — отрезала Аннет. — А ты? Может аврор? Невыразимец? Мастер боевой магии? Мужчина в возрасте от двадцати пяти до шестидесяти, призванный в ополчение? Или Великий Светлый волшебник? Почему ты должна воевать вместо них? Если они не справятся — придет наше время, а до тех пор нужно сохранить близких и учиться! Идти против темной магии с одним «Экспеллиармусом» получающимся со второго раза на третий — самоубийство! — Поэтому мы создали «Отряд Дамблдора», — буркнула шатенка. — Что вы сделали?! — охренела Платонова, встречая не менее шокированный взгляд «брата». — Поправь меня, если я не права. Жаба нихрена нас ничему не учит, потому что министра пробила паранойя, что директор собирает армию для захвата власти. А вы под носом инспекторши создали «Отряд» и назвали его именем? Гениально! Браво! Вы бы еще список со своими подписями составили! — Собрали и составили, — уныло кивнула Грейнджер, вытирая сопли-слезы протянутым Гарри платком. — Жесть, — нервно хихикнула Аня. — Это настолько грустно, что даже смешно. Детский сад как он есть! А что будет с вами и Дамблдором, если вас раскроют или списочек найдут, конечно, не подумали! — И что теперь делать? — с детской надеждой уставилась на психующую Платонову Гермиона. — Разгонять эту богадельню к чертовой бабушке! — рявкнула перенервничавшая Аня, не сдержавшись. — Кажется, у меня есть идея, — вдруг выдал Поттер, по перенятой у «близняшки» привычке задумчиво кусая ноготь. — Обдумаешь, поделишься, — согласно кивнула Аннет, чуть успокаиваясь. — Он? — неподдельно удивилась Грейнджер. — А ты думала, почему я постоянно его шпыняю? В этой лохматой башке обитают очень даже неплохие мозги, только пользоваться ими он не желает. Был бы тупым — смирилась бы и любила, какой есть. — Но не уважала, — добавил Поттер. — Говорю же. Умничка.

***

Поттеры мирно валялись на диванчике среди библиотечных стеллажей и совместными усилиями надиктовывали самопишущему перу эссе по гербологии, умудряясь перепираться так, чтобы ничего лишнего записано не было. Невилл с недавних пор называемый однокурсниками «большой и теплый», с энтузиазмом подсказывал интересные факты, не входящие в общедоступную литературу. Следующим на очереди шло зельеварение и подсказывать нужно будет уже ему, поэтому парень очень старался быть полезным. Изредка он косился на прислонившуюся к его плечу молчаливую Луну, с неизменным журналом вверх ногами. Первое время он шарахался от столь тесного контакта и порывался сбежать, но девочка не отставала и пришлось привыкать. Лонгботтом даже научился не краснеть и замирать в наиболее удобной позе, не беспокоя свою «гостью». Судя по искрящимся весельем глазам Аннет, с удобством полулежащей на коленях брата, она все понимала и одобряла. Их своеобразные отношения Невилл тоже долго пытался понять, но так и не смог, может потому что у него нет сестры? То ругаются до летающей мебели, то отойти друг от друга и на шаг не могут. Первую их ссору до сих пор с содроганием вспоминают два факультета, а по рассказам и весь Хогвартс. Был обычный будний день и вот-вот должен был начаться урок Астрономии у Гриффиндора и Слизерина… — Ну, какого хрена я должна тратить время на эту ерунду? — откровенно ныла Аннет, судя по кругам под глазами капитально не выспавшаяся. — Теорию можно учить и не на Астрономической башне в час ночи. И зачем тогда нас сюда таскают под хренов ледяной ветер… — Да ты задолбала со своим хреном!!! — внезапно заорал Поттер, вскочив и со всей дури шарахнув учебником об парту. — Я, **ять, мечтаю уже достать этот чертов овощ, о котором слушаю по десять раз на дню и скормить тебе! Хорош стонать, как бабка старая! — Ах ты козел! — моментально взвилась девушка, бешено сверкая зелеными глазами. — Я твое нытье сколько раз выслушивала и сопли подтирала?! Быстро сел и заткнулся, отрабатывай! — В долги значит вогнала? Все посчитала? — угрожающе набычился Поттер, постепенно наступая на упершую руки в боки «близняшку». — А если я не соглашусь их отдавать? — А это как с супружеским долгом, милый, — ехидно «промурчала» Платонова ме-е-едленно доставая из рукава мантии… ломик. — Тебя никто не спрашивает, ляг на спину и думай об Англии. Замершие вокруг с разинутыми ртами однокурсники буквально физически ощутили, как атмосфера из пугающе-опасной резко перетекла в томно-острую. Движения близнецов замедлились, став тягучими и плавными, мягкое движение бедер девушки, перелив мышц по спине парня, словно незнакомый танец, на который отзывалось что-то внизу живота. Словно невидимая волна прошла по кабинету и древнее нечто шевельнулось внутри каждого, заставив невольно сменить положение тел. Почуять, догнать, подмять и завладеть, требовала молодая кровь пульсируя в висках. Зрачки пульсировали в такт ее биению, ноздри по-звериному трепетали, мышцы налились силой и напружинились словно готовясь к рывку. Юноши и девушки, как загипнотизированные не отрывали взглядов от близнецов, всей сущностью впитывая неизведанные ранее ощущения. — А удовольствие тебе одной, значит получать? — так же медленно доставая палочку предвкушающее оскалился брюнет. — Пассив — не моя роль. — Придется доказать право быть сверху, — провокационно облизнула губы Аннет и издевательски поманила соперника пальчиком. Удар! Щит! Стул! Увернулась! Заклятье! Мимо! Веревка! Щит! Удар! Блок! Без крови, без крика они сражались на равных, не стесняясь подлых приемов и не сдерживая силы, а зрители завороженно внимали, не делая попыток вмешаться. Словно чувствуя и зная, что они имеют право выяснить все только между собой, любой вмешавшийся будет лишним и окажется против обоих. Еще удар. Подсечка, и Аннет падает. Гарри, отшвырнув подальше ее оружие и палочку, прижимает сверху, надежно фиксируя руки и ноги. Минуту тяжело дышащие подростки смотрят друг другу в глаза, и Поттер скатывается с «близняшки» с удовольствием потягиваясь: — Извини, я тоже не выспался, — вполне мирно произнес он сквозь зевок. — Но хрен твой я все же обязательно достану. — Тогда уж и свеклу, вкусно и полезно получится, — не менее дружелюбно ответила девушка тоже не спеша вставать и удобно закидывая на «братца» ноги. — Не сомневался, что ты знаешь толк в извращениях. Астрономичку в тот день особенно не баловали вниманием, урок прошел под непрекращающееся шушуканье и попытки Поттеров не заснуть. Малфой же был задумчив и бросал на Аннет странные взгляды, бубня себе под нос: «Блэк… Блэк! Как маман!.. Блэк!..» Лонгботтом украдкой покосился на соседнюю нишу, откуда обложившийся книгами и свитками Малфой уже час сверлил спорящую с братом девушку пристальным нечитаемым взглядом, не написав за все время и строчки. «Что-то будет…», — подумал он и печально вздохнул, принимаясь за ненавистное зельеварение.