Любой ценой.
18 сентября 2017 г., 19:10
— Акабане, я не прощаю предателей, — сказал Асано, а катана вновь засветилась чёрным светом.
— Только не говори, что будешь бить меня по попе, — съязвил Акабане и вытащил катану, простую. — Хоть ты и шизик, но как воина, я тебя уважаю. Поэтому бой у нас будет катанами.
— Акабане-кун, — расширил глаза Нагиса, увидев в руках Кармы катану.
— Она не обладает никакой тёмной силой, — сказал Карма Нагисе и выставил катану вперёд, готовясь атаковать врага. — Я её в одном музее подтянул.
— Нет, меня не это волнует, — отрезал Нагиса. — Асано и Канзаки надо убить его же катаной.
— Чтобы сделать из них марионеток? Ты хочешь добить остатки тьмы с их помощью? — спросил Карма, не сводя глаз со своего друга.
— Да. Асано заплатит за то, что играет трупами. А Канзаки за то, что убила Акари, — сказал Нагиса, а Карма заметил в его глазах далеко не ангельскую жажду крови.
— Хорошо. Я убью Асано, на тебе эти двое, — сказал Карма и указал на Елавич и Тадаоми.
— Да, Карма, — улыбнулся Нагиса, а после отвернул нос и состредоточился на своих целях. — Но пообещай мне, что если сможешь обездвижить Асано, то позволь мне самому его убить.
— Я постараюсь, — хмуро сказал Акабане, представляя, насколько его задача усложнилась. Асано легче всего просто убить, а не пытаться лишить его движения. Но Карма натворил не мало ужасных вещей, и просьбу Нагисы он считал долгом. — Асано, лучше сдавайся без боя!
— Без боя? — удивился заявлению Асано и вяло улыбнулся. — Не похоже это на тебя, Акабане. А как же твоя страсть к бою? Как же жажда сражений? Ты пожертвовал всем этим… Неужели ради какого-то света? — спросил Асано и посмотрел на противника с полным пренебрежением. — Не смотря на твою странность, я тебя уважал. Но сейчас мне мерзко. Ты позоришь посланников. Впрочем, это нисколько не важно, — сказал Асано и вместо света, катана стала испускать чёрный дым. — Меня больше интересуют твои способности. Я добавлю тебя в коллекцию марионеток, готовься, Карма Акабане.
— Я натворил не мало бед. Я очищу совесть лишь тогда, когда уничтожу всё зло. И начну с тебя. Ты моя жертва, Асано, — сказал Акабане в своей привычной манере, но вместо азарта, в ртутных глазах сияла уверенность и серьёзность.
Акабане взял катану в две руки и с большой скоростью побежал на Асано, держа катану горизонтально. Выждав, когда до цели останется три метра, он подпрыгнул, сделал несколько манёвров в воздухе и атаковал смерть катаной. Гакушу заблокировал атаку своей катаной, а при их соприкосновении полетели искры. Бой Смерти и Войны начался. В ней не будет нечьи.
Нагиса шёл навстречу Ирине, Карасуме, маме и Акари. Последняя истратила все патроны, мама Нагисы плохо стреляет, а вот Елавич и Тадаоми представляли наибольшую угрозу.
— Я знаю, что это бесполезно, но пожалуйста, остановитесь! Разве вы хотите такой доли? Неужели так приятно быть его куклами?! — гневно спросил Нагиса, а враги ответили шквалом пуль, но Нагиса прыгнул за искусственное дерево центра и сидел, прикрыв голову руками. — И откуда у них столько патронов?
Нагиса хмурит брови и вырывает дерево из искусственной травы, пока враги делают перезарядку. Он кидает дерево в Ирину и Карасуму, которые стояли рядом друг с другом. Мужчину и женщину накрывает большой ствол дерева, Ирине металлическая ветка проткнула голову на сквозь, а Карасуме проткнула сердце и лёгкое. Нагиса победно улыбнулся и посмотрел на схватку Асано и Акабане. Первый быстро обернулся на синеволосого, так как почувствовал потерю двух кукол.
— Минус два, Асано-кун, — ехидно попвестил его Нагиса, забыв про свою доброту. Асано похож на волка, который скалит зубы и готов разорвать Шиоту на мелкие кусочки. Но резко отворачивается от Нагисы и блокирует клинком клинок Кармы.
— Не отвлекайся от боя, перед тобой Война! — с улыбкой сказал Акабане и попытался всадить клинок в глаз Гакушу. Тот вовремя среагировал и клинок оставил лишь царапину на щеке.
Смотреть на бой двух сильнейших захватывающее занятие, но Нагиса опомнился и не зря. Он наклонил голову на бок, и рядом с ней пролетела последняя пуля, которая была в пистолете его матери. Акари шла с мёртвым лицом и держала в руках нож. Нагиса сжал руку в кулак и посмотрел в сторону своей мамы.
— Ты человек, а я ангел. Прости, мам, но наш бой был предрешён с самого начала, — с сожалением и болью сказал Нагиса и побежал на Хироми. — Я освобожу тебя!
Дальше всё произошло стремительно. Нагиса использовал всю свою нечеловеческую скорость, на которую не среагирует ни один человек.
— Прощай, мам, — сказал Нагиса и вынул нож из сердца матери. Она ответила ему доброй улыбкой, что было не свойственным для марионетки.
— Акари, — обратился к возлюбленной Нагиса. Его руки не тряслись, а голос не дрожал. Он принял истинного себя, принял воина света, который сеит лишь одну тьму. — Если бы ты не связалась со мной, а просто перешла на сторону света, этого бы не было. Глупо просить о таком, но пожалуйста, прости меня!
Акари ответила каменным лицом, а в руке сверкнул нож. Нагиса тоже вытащил нож и пошёл к Акари.
— Это я уговорил тебя сражаться против тьмы, хотя сам слабак, который не смог тебя защитить. Единственное, что я могу сделать для тебя — это убить. Готовься, Акари, — сказал Нагиса и сильно сжал зубы.
— Я любой ценой истреблю тебя и весь свет, — ответила мёртвым голосом Акари, а некоторые слоги выделяла интенацией. Из них Нагиса понял, что она имела ввиду «я люблю тебя».
Огромный ком в горле и тяжесть в груди отозвались в Нагисе ужасной волной боли. Из глаз потекли слёзы, которые невозможно остановить. Но несмотря на это, Нагиса не останавливался, а по-прежнему шёл к своей любимой.
— Я тоже люблю тебя, Акари, — сказал он и на всей скорости побежал на Каяно.
Асано падает на первый этаж и корчится от боли. В то время он быстро опоминается и прокатывается на боках в сторону, потому что через секунду на это место приземляется Акабане, воткнув катану в пол. Гакушу победно ухмыльнулся и решил воспользоваться тем, что Карма пытался вытащить катану из пола. Предугадав это, Карма оставил эти попытки и увернулся от катаны Асано. Теперь Война безоружна. Ему больше ничего не оставалось, кроме того как уворачиваться.
— Ты вроде как должен устать, разве нет? — спросил Акабане, увернувшись от трёх сверхскоростных замахов.
— Твой дружок Шиота сделал меня сильнее, — сказал Асано, и улыбнулся во все тридцать два зуба. Карма округлил глаза и посмотрел на поле битвы Нагисы. Синеволосый сидел на раненой Каяно, держа над ней нож. После он посмотрел на убитых Карасуму, Ирину и Хироми. Карма непроизвольно открыл рот, когда понял истинную тактику боя Смерти.
— Ты изначально обрёк всех кукол на погибель… — промолвил Акабане и нахмурил брови. Асано даже не махинатор, он просто подлец.
— Я освобождаю место для вас троих, — с сумашедшей улыбкой сказал Гакушу и увеличил шквал атак. Весь план Гакушу состоял в следующем: Нагиса убивает всех кукол, а после без сил падает на землю или погибает от руки Каяно, от потери куклы Гакушу становится сильнее, ибо она перестаёт черпать его силы. Далее, он с нетронутым остатком сил убивает Акабане и Шиоту. Но почему он сказал про троих?
— А? — это всё, что выдавил Акабане, когда до него дошло, кто третья.
— Я и блондинку сделаю куклой! — прокричал Асано, уже теряя остатки разума, потому что катана черпала его жизненные силы. — предатели мне не нужны, а той стерве я не доверяю.
— Ты относишься к ним как к вещам… И собираешься убить Рио… — прошипел Акабане и вытянул руку вперёд, коснулся ладонью груди Асано и последний взревел словно зверь. Асано сжал одежду в области груди и упал на пол.
— Какого чёрта?.. — прорычал Асано, смотря в потолок и часто дыша.
— Способность Войны — это устраивать пожары. Но я нашёл новое применение своей силе — поднять температуру тела противника до максимума, — со злостью сказал Акабане, а муки Асано нисколько не удовлетворяли его садистские потребности. Он не наслаждался муками врага.
— Придурок, я же всё равно воскресну, — проорал Гакушу, а его кожа начала слезать.
— Думаю, я с Нагисой поверну твою способность в нужное русло, — ответил Акабане, равнодушно наблюдая за мучениями врага. Только удовольствия ему это не доставляло. Враг мучается по его вине, что дальше? Неужели Карма потерял свой садизм, решив присоединиться к Нагисе?
Карма поварачивает голову в сторону Шиоты и понимает, что не сможет сдержать обещание. Нагиса сейчас борется с самим собой: одна его часть хочет убить Каяно, дабы позволить ей упокоиться с миром, другая не хочет убивать девушку, чтобы остаться с ней навсегда. И хоть жизнь с мёртвой девушкой кажется абсурдом, влюблённые не всегда используют разум. В основном сердце. И не смотря на то, что убить Акари — это более мудрое решение, Нагиса отбрасывает нож в сторону.
Карма возвращается взглядом на Асано, чьё тело уже восстановилось, но к силам это не относилось. Изнеможённое лицо и потухшие глаза. Вот как выматывает чрезмерное использование силы.
Акабане поднимает катану с пола и тут же чувствует резкую слабость.
— Катана не приняла тебя, ты не можешь быть её владельцем, — пустым голосом оповестил его Гакушу и попытался подняться, но Карма лишь улыбнулся этой попытке. Смерть проиграла, Смерть повержена. Смерть, самый сильный, как и он, посланник, сейчас лежит на полу, весь в его распоряжении.
— На неё притендует Нагиса, а не я. Но моё обещание… — начал говорить Карма и тут же всадил катану в сердце Асано. — Я обязан выполнить!
Нагиса сидел и рыдал в голос, смотря на лежащую на полу Каяно. Он не смог её убить. Девушка приподнялась на локти и внимательно посмотрела на ангела. Шиота перестал плакать и с удивлением посмотрел на Акари. Почему она не пытается его убить? Либо Асано отдал другой приказ, либо Асано мёртв. Нагиса быстро поворачивает голову в ту сторону, из которой доносились шаги.
Акабане, держа в руках катану, шёл к Нагисе. За ним, словно его личный телохранитель, следовал Асано. Но его взгляд был мертвее обычного.
— Асано… Карма… Неужели ты одолел его? — с удивлением и восторгом спросил Нагиса, но тут же улыбка пропала с его уст. — Я буду отрезать ему пальцы один за другим…
— Прекрати ты не похож на ангела, — оборвал его Акабане. — Местью ничего не изменишь, да и всё равно ему теперь. Он мёртв. Просто отнесись к нему как к средству. Всё это: холод, аякаши, воскрешение мёртвых, всё в нашей власти.
— Ты сказал «воскрешение мёртвых»? — спросил Нагиса, а его глаза стали стали более яркими, нежели некоторое время назад. Акабане также расширил глаза и посмотрел на Асано.
— А ведь и правда, этот ублюдок может вернуть нам любого павшего союзника… — сказал Карма, понимая, как выгодно сделал своим питомцем саму Смерть. Вернее, питомцем Нагисы.
Акабане протянул Нагисе катану.
— Надеюсь, она полюбит тебя так же, как и Асано, — сказал Акабане.
— Я сломаю её, как только всё это кончится, — со злостью сказал Нагиса и принял катану. Изогнутый клинок стал полностью прямым, как будто меч из Средневековья. Вместо тьмы, от меча исходил яркий свет.
— Меч принял меня… — сказал Нагиса, не отрывая глаз от клинка. Но у него был интерес поважнее. Нагиса нахмурил брови и повернулся к Гакушу. — Асано, верни Акари к жизни!
Смерть покорно поклонилась, подошла к лежащей на полу девушке и положила ладонь на её лоб. Весь верхний этаж засветился ярким светом. Асано вернул душу Акари в тело. Теперь она не кукла.
— Ммм… — простонала девушка и приоткрыла глаза. Лицо Асано тут же привело её в чувство, и с силой убрав его руку со лба, отползла от него. Спиной она упёрлась в чьи-то ноги. Акари подняла лицо вверх и увидела довольную лыбу Акабане, который решил воспользоваться ситуацией и припугнуть её. Но вышло не совсем смешно.
Акари закричала, быстро вытащила нож из рукава и воткнула его в ногу Кармы. Глаза последнего сильно округлились, он молча опустился к ноге и вытащил нож, а рана быстро затянулась.
— Нагиса, контролируй свою подругу, я же пока что Война, — прошипел Акабане, а Акари расширила и посмотрела на Нагису.
— Нагиса! Ты перешёл на сторону тьмы?! — с опаской спросила она, а Нагиса мягко улыбнулся.
— Скорее наоборот. Это они присоединились ко мне. Я позже всё тебе расскажу, — сказал Нагиса и обнял её. — В следующий раз я действительно не позволю тебе погибнуть.
— Я верю тебе, — ответила она и заплакала от счастья. Нагиса не удержался и тоже заплакал. Акабане наблюдал за этим концертом с каменным лицом, после повернул глаза на Гакушу, у которого было точно такое же лицо.
— Эй, может выпьем? А то я себя неловко с двумя рыдающими чудиками чувствую, — обратился он к рыжеволосому, но Асано по-прежнему смотрел в пустоту. — Хотя да, ты же мёртв…
За всей этой идилией наблюдало странное существо, бывшее когда-то демоном Искушения. Видя, что её Асано стал куклой ангела, она от ярости потеряла человеческий облик.
Канзаки любой ценой вернёт себе Асано.
