Ну и кто же ты на самом деле?

Сначала меня оглушает звонком в дверь, а потом скрип. Все будто через вату, но слышится слишком явственно. - Молодой человек! Эй?! Что с вами?! - голос звучит, будто человек молод. - Эй, поднимайтесь быстро на тринадцатый этаж. Захватите капельницу. Быстро! Слышу какие-то шорохи. Потом с меня будто бы снимают одежу. Что-то ледяное во рту. Противный писк. - Сорок. Быть не может. - прошептали совсем рядом. - Мы здесь, что нам делать? - Несите его аккуратно на кровать. Включите свет. Ставьте капельницу и дайте две таблетки жаропонижающего. Чувствую невесомость. Пытаюсь открыть глаза. Но нет. Не получается. Что-то мягкое подо мной. - Положите лед ему на лоб и укутайте в одеяла. Перед этим смените повязки и обработайте везде раны. Ко всему прочему введите ему обезболивающее в районе левого бедра. Пока делайте все, что я сказал. Я чувствую, как холодные руки меня трогают. Не одна, не две. Шесть-восемь. Холодно. Очень. Резкая боль в бедре. После начинают невыносимо гореть раны, разнося боль по всему телу. Чувствую, как голова погружается в холод. Невыносимо. Что-то туго обтягивает мне живот, предплечье и кисть. В вену вводят иглу. Опять противный непрекращающийся писк где-то рядом. - Нужно привести его в чувство. Но, кажется, парню совсем херово. Еще бы минут двадцать и... Проверьте температуру. Во рту опять что-то холодное. Только тело начинает гореть. Так жарко и холодно одновременно. - Сорок один. Она не падает, а растет. Нужно еще жаропони... - Нет. Пока хватит. Иначе он точно ласты склеит. - Его нужно в больницу! - Нет. Туда его тоже не нужно. Кажется, парню достаточно проблем, а если отвезем его, то медики наведут полицию. Тем более, мы вытащим его и дома. Наверно... "Ага, блядь. Твое "наверно" доверия не внушает, сука! Если бы ваша ебаная развалина шевелила колесами быстрее, меня бы не пришлось вытаскивать с того света, мне бы не пришлось думать все, что я там себе на фантазировал, а если бы вы, педики, опоздали... Ох бля...я ж бы вас с того света достал". Чувствую, силы ко мне возвращаются, а вместе с ними и злость, и, к великому счастью, боль, о которой я так мечтал. Еще минут тридцать я проклинал все на свете, но когда открыл глаза, увидел очень довольную жизнью морду молодого мужчины в белом халате. - Очнулся, голубчик? Как себя чувствуешь? Прежде чем ответить на вопрос, я осмотрел все вокруг на столько, на сколько позволяло лежачее положение. В комнате, кроме этого грошового докторишки, было еще четыре человека. - Э-эй! Сколько пальцев? - повис надо мной доктор. - Сорок три. Хватит свои грабли тут развешивать надо мной, - прошипел я, пытаясь привстать. В комнате было светло, да и за окном тоже. Почти. - Какой неблагодарный. Мы тебе, между прочим, жизнь спасли. - Вы мне ее, между прочим, чуть не погубили. Если бы ехали не сорок минут... - Пятьдесят, - перебил меня доктор - Не суть. Шевелили бы ластами, я не был в таком состоянии. - Ну я рад, что ты вновь живешь и дышишь. - улыбнулся мужчина - А я-то как, - с сарказмом сказал я. Ну, хотя это была правда. Доктор попросил меня полежать еще минут двадцать с капельницей. Остальных отправил дожидаться в машине. Все десять минут проверял давление, температуру, вводил обезболивающее и снова продезинфицировал только одну рану, на животе. - Сколько? - спросил я после того, как он начал собираться. Но доктор улыбнулся и промолчал. - Температура поднялась именно из-за раны на животе. Ты потерял много крови, но не столько, чтобы делать переливание. Рана начала гноиться из-за глубокого проникновения, скорее всего, грязного лезвия. Я предотвратил и полностью вымыл тебе рану. От высокой температуры подскочило давление. Ну и все остальное началось у тебя по порядку. Через час ты почувствуешь сильную усталость и сонливость. Проснешься где-то за обед с жуткой болью в боку. Это от того, что я распотрошил тебе рану и промыл ее. Но я оставлю тебе таблеточку. А так же мазь. Заживет - шрама почти видно не будет... - Доктор, - прервал я разговорившегося мужчину, залез в тумбочку, доставая две крупные купюры и протягивая врачу, - спасибо. - Не стоит, - он отмахнулся от денег, но я резко встал, хватаясь за край рукава халата. - Знаете, у вас ведь не такая большая зарплата, чтобы отмахиваться от таких денег. И еще одно, не указывайте в своем отчете настоящую причину вызова. Не нужно привлекать сюда людей. Мужчина все-таки забрал деньги, быстро пихая их в карман и улыбнувшись, сказал: - Я знаю. Не волнуйся. Никто ни о чем не узнает. Вот моя визитка, если нужна будет помощь - обращайся. Он еще раз улыбнулся и вышел из комнаты. Полежав немного, я кое-как встал и направился закрывать дверь, перешагивая всю ту грязь, что они оставили. Стало легче, это бесспорно, но такая дикая усталость... Я направился обратно в комнату. Посмотрел на тумбочку, на которой лежала визитка. Взял ее в руки и пошел на балкон. Сжал руку в кулак, комкая карточку, выкинул ее и с улыбкой пошел в комнату. Все, что происходило до этого, кажется дурным сном. Даже не верится. Аккуратно ложусь в кровать, закрывая глаза. Голова чуть кружится, но это не что, по сравнению с тем, что было. Сознание мутнеет, и я, кажется, отключаюсь. . . . Что-то настойчиво не дает мне покоя. В ушах сильно звенит, а голову опять разрывает боль. Кое-как открываю глаза, жмурясь от яркого солнечного света. Тянусь к прикроватной тумбочке, откуда исходит противный звук стандартной мелодии звонка. Суки, кому там не спится?.. - Алло? - говорю я. Точнее, стараюсь сказать, но получается хриплое беспомощное мяуканье. - Тимон, какого черта у тебя голос как у сорокалетнего байкера-алкаша?! - прошипел в трубку отец. - Тебе кажется.. ой-ёй-аяяяяя...блядь, - сел я на кровати. Как же порез ноет. Гадство. - Что там у тебя? - недовольно спросил папа - Ничего. Просто... телефон чуть не выпал, - ага, как будто он поверит. - Ладно. Вечером я тебе еще звякну. Кажется, тебе плохо как никогда. И я тебя умоляю, никуда не вляпайся за столько короткое время, - и сразу гудки. Поздно предупреждаешь. Откидываюсь обратно, запоздало понимая, что это стоит мне очень-очень дорого. Проматерившись на чем свет стоит, я взял таблеточку с тумбочки и на сухую проглотил ее. Хотя и пришлось вставать, чтобы пройти на кухню за водой. Налив холодной из-под крана, я выпил два стакана и резко развернулся, собираясь идти обратно, как голова закружилась. - Фак! В бок резко кольнуло. Как только я приложил руку к повязке, ощутил что-то теплое и липкое. Кровь.