Чувствовать через боль

Я видела, как Скотт тянет за собой Стайлза в другую комнату, оставляя меня наедине с Эллисон. Глаза бегают по всему пространству, потому что мой мозг уж точно отказывается понять суть происходящего. — Ты мне ничего не хочешь объяснить? — Задаю вопрос подруге, но она лишь просит меня выслушать ее внимательно. Что же, это я умею. Однако как только та начала произносить слова, до меня доперло, что сейчас будет часовая лекция от Арджент. Она начала возмущаться тем, что я позволяю делать Стилински. Но что, мать его, я позволяю?! Он сам лезет ко мне, а у меня нет шанса пошевелиться, и не только из-за проблем со спиной, но и из-за того, что я была прижата к стене его обеими руками. И теперь, когда моя персона никого не трогает — предъявляют такое… Нечестно! — Эллисон! О чем ты говоришь? Я - инвалид, как мне его оттолкнуть, если больно? Я выкрикивала слова так, что мой голос заполнил всё существующее пространство. Ее злое лицо резко смягчилось, а губы задрожали, словно в доме было холодно, как зимой. Глаза подруги вглядывались в меня, что она даже не моргала. Элли схватила мои руки так крепко, что я тихо всхлипнула. — Никогда. Слышишь, никогда так себя не называй! — Ты привыкла смотреть на мир через розовые очки надежды, но знаешь, их нужно снимать. Хотя бы на время. Давай смотреть правде в глаза, хорошо? — Подруга придвинулась ближе ко мне и заключила в свои объятия. Эта тишина, установившаяся на какое-то неопределенное время, могла бы так и продолжаться, но в моей голове снова стали накапливаться ненужные мысли. Почему ее так волнует то, что Стайлз зажал меня? Он же бабник — по-моему, это всё доказывает. Перестав гадать, решаюсь спросить Арджент прямо, на что получаю сногсшибательный ответ. — Извини за такую резкость. Понимаешь, мне кажется, что я до сих пор что-то чувствую к нему. И мне было бы очень неприятно, если бы ты стала следующей его девушкой на одну ночь. Мои брови сошлись на переносице, а рот непроизвольно открылся, чертя букву «о». Неужели я ошибалась, когда думала, что она влюблена в Скотта, а он в нее? Губы свернулись в «полоску», обдумывая каждое слово подруги, будто бы взвешивая их на чаше. Почему-то мне стало обидно за нее — влюбиться в бабника… Надо же до такого докатиться? Однако на все мои вопросы ответ могла дать только Эллисон, поэтому, чтобы не обманывать себя догадками и предположениями, решаю прекратить насиловать свой мозг. — А как же МакКолл? — Что? — Она издает нервный смешок, поэтому я глупо улыбаюсь с непонятным выражением лица, — Не пойми меня неправильно, но он мне не нравится. Это Скотт бегает за мной вот уже года четыре. — Эллисон смотрит на потолок, чтобы не встретиться со мной непонимающим взглядом, тем временем я изучаю ее повадки, поведение. — Ты говорила, что Стайлз не стоит хороших девушек, а сама любишь его? Получается, ты мне соврала? Моя голова инстинктивно наклоняется вправо: так я делаю, когда жду ответа на любопытный вопрос. Арджент глубоко вздыхает и встает с кровати, медленно приближаясь к окну. В ее движениях можно уловить небрежность из-за трясущихся коленок. — Вот уж не думала, что попытка отвлечь тебя обернется таким разговором. — Она плавно садится на подоконник, и вечерний свет перекрывает мне видимость ее лица. — Хорошо, слушай. Да, мне нравится Стайлз. Пусть он такой эгоистичный, но я знаю, какой он на самом деле милый и чуткий. И ты понимаешь, как неприятно, когда идешь по университету и слышишь, как шлюхи обсуждают друг с другом ночь, проведенную с ним? Понимаешь?! — Я ничего не говорю, и теперь мой взгляд сосредоточен вовсе не на ней, а где-то в центре темноты. Мы выключили лампу, потому что не нуждались в ней. — Лидия, как ты думаешь, что я почувствовала, когда Стилински зажал тебя к стене? Кажется, будто ему интересны все, кроме меня! Он готов даже свести с ума колясочницу! Ее голос подорвался, и она с испугом посмотрела на меня. Вот уж не ожидала. Я опустила голову вниз и натянула улыбку, поджав губы. Арджент широко распахнула глаза и закрыла рот рукой, начиная подходить ко мне на ее шатких, ватных ногах. Так как мой транспорт передвижения был на приличном расстоянии от меня, уехать я не могла, поэтому просто сказала: — Уходи. — Эллисон со слезами на глазах опустилась на колени передо мной и просила ее простить. — Я сказала УХОДИ! — Арджент выбежала из комнаты, а мне ничего не оставалось, как заплакать. ***** Вот как ломаются судьбы… Казалось, что крепкая дружба будет вечной, но была ли она вообще дружбой? В обиде человек всегда говорит правду, и если хотите получить точный ответ, то вслушайтесь в речь обидчивого. Кроме желчи в словах вы услышите истину, и пусть потом тот будете жалеть об этом, но хотя бы вы узнаете о себе кое-что новое. Не совсем приятное, но новое. Через двадцать минут в свою комнату зашел Стайлз. Он увидел мое состояние и быстро подсел на край кровати. Его только для полного комплекта счастья не хватало. — Выйди, Стилински, ты не видишь, что мне плохо? — Слезы уже застыли на моих щеках, а голос охрип. — Лидия, это моя комната, я не уйду. Я начала сверлить его взглядом. Окей, тогда придется покинуть дом мне. Принялась тянуться за коляской, держа спину левой рукой и шмыгая носом, чтобы не закричать и показать девичью гордость. — Ты с ума сошла?! — Стилински вновь усадил меня на прежнее место. — Куда собралась? Эллисон плачет в столовой, заедая мороженым, а ты тут. Может, объясните мне?! — И мне тоже. — Скотт постучал о дверной косяк, но хозяин дома прогнал его, сказав, чтобы шел успокаивать Арджент. Лучше бы сделали наоборот. — Знаешь, я не в курсе, что между вами произошло, но хотел, чтобы вечер вышел теплым и семейным. Собираться каждую субботу - наша традиция, и ты бы могла влиться к нам. — Стилински взял меня за руку, но я быстро убрала ее. Второй попытки тот делать не стал. — Наверное, я лишняя на этом празднике жизни. — Отвернула свою голову от него, чтобы не видеть на себе наблюдающий взгляд, который так и действует мне на нервы. — Можешь отвезти меня к Эмме домой? Стайлз встал с кровати и сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что не станет делать этого. Ну, спасибо большое, друг. Я бы очень хотела высказать в порыве злости про то, как на меня наехала Эллисон, как он игнорирует ее чувства, как он бесит меня, но не стала. Показывать свои эмоции совсем не хотелось. Просто на следующий день этого бы мне не хотелось слушать, вспоминать и знать. — Скотт! — Стилински подошел к двери и позвал друга, который не заставил себя долго ждать. — Мы с тобой поспим на кухне на диване, Эллисон постелим в комнате для гостей, а Лидию оставим здесь. — Понял. — Скотт кивнул и ушел выполнять поручение друга. На мой неудовлетворенный взгляд он обратил внимание только потом. — Лидия, я не отпущу тебя посреди ночи. Что бы у вас ни случилось, вы все равно помиритесь. Она хорошая, и ты тоже. Классные девчонки ходят вместе. — Стилински приготовил для меня подушку и помог лечь. Мне не хотелось говорить причину нашей ссоры, дабы не портить друзьям мнение об Эллисон. Он подошел к двери и выключил свет. — Тебе оставить ночник? — Спасибо, не стоит. — Он кивнул и собрался уйти. — Стайлз? — Да? — Правда спасибо. За всё. — Парень улыбнулся и оставил меня одну в темной комнате. Я закрыла глаза и попыталась отогнать все паршивые мысли прочь. И это мне бы удалось, если не Элли, которая плакала за стеной. Прошло уже часа два, а она никак не могла успокоиться. Сердце хотело ее пожалеть и простить, но разум диктовал четкое «нет». А я всегда доверяю разуму.