В глубине сердца

Слёзы катились градом по щекам, но состояние было абсолютно стабильное, словно каменная скала. Изредка пальцы обдирали заусенцы, но лицо не выдавало никаких нервных импульсов. Телефон на фоне обрывался от многочисленных звонков, заливаясь тихой и ненавязчивой вибрацией. Вдох-выдох. Вдох-выдох. — Ты всё сделала правильно, – только и успокаивала себя вслух Ребекка. Девушка посмотрела на часы – час ночи. Она не знала, сколько так просидела на кровати в позе лотоса, пытаясь расслабить себя равномерным дыханием. Кто она? Нападающая? Защитница? Или просто запасная? Ей уже было неважно. Футбол – это мечта жизни, которая, как оказалось, отнимала слишком много физических и моральных сил. Знать бы заранее, что в команде такая температура… Хотя, кто же скрывал? Бекки заведомо знала, куда идёт, в место, где играет её бывший с нынешней девушкой, подруга, которую она ненавидела и завидовала всё детство, парочка братьев с умением проникновенно смотреть сквозь шкуру, и лишь одна адекватная пара в виде капитана и его девушки. Никаких тайн не было, всё на поверхности. Девушка погладила живот: малыш пока не выдавал никаких признаков, но ведь и было ещё слишком рано. Бекки ждала его, жаждала в скором времени встретиться, чтобы подарить малышу всю свою любовь, которую так и недополучила от мамы и бабушки. Да, будет трудно, она одна. Но и идеи у неё были, так что пропащей девушка себя не считала. В ресторан официанткой она бы уже точно не вернулась, так как всё-таки девушка уже имела популярность в футболе, соответственно, нужно было думать об интернет заработках и блоге. Она купила курсы по видеосъёмкам, поэтому в скором времени хотела начать вести страницу в Космограме. Нужно было только окончательно продумать схему всего. Последней затеей Бекки было покинуть команду, да и чихать она хотела на всех коллег. Никто к душе не припал, даже Тиа с Рокетом, которым она завидовала за их адекватные и рациональные отношения. Да и будут ли Сноу Кидс в дальнейшем играть? Тоже вопрос, который решится завтра. Девушка подошла к шкафу и стала собирать свои вещи в чемодан. По её щекам также начали стекать слёзы, живот внезапно потянуло, и она села на диван. Нет, так не пойдёт. Куда сейчас идти средь ночи? Нужно подготовить свой побег, найти какую-нибудь студию или комнатушку на первое время. На Генезисе больше возможностей, она понимает, что не пропадёт. Телефон продолжал настойчиво вибрировать, не переставая. Бекки зажмурилась и взяла его, сняв трубку. — Ты, паршивка такая! Наконец-то подошла! — Мы все переживаем за неё, а она с нами так! — Что за чертовщина с расстановкой в команде?! Что произошло?! Кулак непроизвольно сжался, нижняя губа была закусана зубами, в голове не укладывалось, как родные люди могли абсолютно не интересоваться её состоянием и здоровьем, жива ли, что первый вопрос лишь о том, что случилось в команде… — Что ты молчишь, негодница?! – это был истеричный голос матери. Бекки зажмурилась, на лицо выскочило несколько слегка завивающихся чёрных прядей. Никогда. Никогда мать не была заинтересована здоровьем своей дочери. Только лишь и умела давать клички за проделки. Никогда мать не сказала своей дочери, что её любит. Не было и отца у девушки, ведь мать в своё время забеременела, чтобы родить "для себя". Кстати, он знал про её существование, но упрямая Феличе не давала девочке общаться с отцом. А потом он и вовсе умер от инсульта, когда Бекки было десять. Хотя данный факт она узнала спустя четыре года после его смерти и не могла простить матери то, что утаила это от неё. В этом плане она завидовала Энжи. Хоть миссис Матео и была со своими причудами, но она всегда души не чаяла в своей дочери и пыталась выяснить, что с её здоровьем, до самого конца боролась за свою дочь. Но Энжели, видимо, было скучно и хотелось приключений… Ребекка отключила телефон и легла на кровать. Завтра тяжёлый день. Но бежать из Сноу Кидс надо в ближайшие дни. Она всё для себя решила.

***

Вновь эти двое представителей общества потока. Они задержались, Сноу Кидс прождали их всё утро и день, и высокопоставленные личности явились лишь к шести часам вечера. Как Энжи их ненавидела за дотошность и умение вынести всю психику наизнанку. Она в ужасе смотрела на них, эти гуманоиды же отличались спокойствием и в неком смысле слова пофигизмом, они лишь выполняли свою работу и им было глубоко наплевать на состояние окружающих их людей. Энжели в буквальном смысле слова тряслась перед тренировкой, видела, как Арч и Клэмп переговаривались с этими высокими личностями, профессор что-то пытался им доказать из своих сводок по потоку девушки. В любом случае им нужно было по полной тестировать организм нападающей, чтобы окончательно диагностировать Конфронтацию. Шейданн сидел за своим местом и смотрел вчерашние показатели здоровья пшеничноволосой. Он ни на шутку нервничал, прекрасно понимая, что эти гуманоиды сейчас постараются по полной вытрясти из девушки всю силу. Это его очень смущало, ибо Энжи на ногах еле стояла, её состояние оставляло желать лучшего. — Милая, я с тобой, – Ахито вновь появился перед ней. Она сидела на диванчике в тренажерной, и девушке было не до чего. Энжели опустошённо взглянула на парня своими стеклянно-зелёными глазами. Ахито присел рядом и между ними повисло недолгое молчание. — Я знаю, что с тобой и Траном что-то случилось, Энжели. Я не знаю, что именно… Но ты точно знай, что я тоже это так просто не оставлю, – тихо вымолвил вратарь. Энжи также продолжала молчать. Можно сказать, она практически не слушала, так как находилась в очень нервном состоянии. Конечно, ведь именно от неё зависело, пройдёт ли дальше команда в четверть финал. Ахито поймал это состояние девушки и понял, что какие-либо слова поддержки сейчас могут негативно сказаться на её настроении, такой уж был типаж у нападающей. Не трогай, иначе будет хуже. Голкипер слегка похлопал её по плечу, потом встал на ноги и хотел было удалиться, но всё-таки подошёл к девушке и потянулся к ней, поцеловав в макушку. Энжи слегка вздрогнула, но даже не взглянула на брюнета, который только и одаривал её нежнейшим взглядом. Она тяжело вздохнула, но так и не подняла головы, боясь взглянуть в его тёмно-серые глаза. Ахито немного расстроился, но не стал ничего говорить, отошёл в сторону и наблюдал, когда начнётся такая важная для их команды тренировка. Это было муторное и как будто очень долгое ожидание. Но наконец-то всех игроков выпустили в голотренажёр. Все встали на свои места, но ждали команд от членов общества. Они советовались между собой, как более изощрённо заставить девушку пользоваться потоком, как проявить себя с большей силой. Один из персонажей сказал: — Профессор, пожалуйста, запустите повтор вчерашнего матча, именно второго тайма. — Вы уверены? – проговорил Клэмп. – Это их всех вымотает. — Один второй тайм не принесёт никаких неудобств никому. Арч сжал кулаки и понимал, что команда сейчас просто бестолково подвергалась лишнему насилию. Клэмп повиновался и включил второй тайм с песчаными гуманоидами. Энжели тяжело вздохнула, но начала играть в полную силу сразу, используя Дыхание. Джок, надо было сказать, изменился в последнее время, и очень даже относился к ней бережно и почтительно. Конечно, это было не просто так, ведь рыльце его было в пуху на её счёт. Бекки спокойно стояла на линии защиты и почти не участвовала в игре, ей не хотелось лишних проблем на свой счёт. Примерно к середине "тайма" Энжи разыгралась и начала со всей силы использовать Дыхание. Только вот пока ничего не происходило. Нападающая начала нервничать, так как если Конфронтация не проявится в полную силу, то получается, что она подвела команду, и в следующий этап Сноу Кидс не пройдут. Но ведь с головой отдаться в Конфронтацию тоже рискованно, так как она помнит эти ощущения… Деваться было некуда, очередной бросок от Ди’Джока, и Энжели использовала Дыхание во всей своей красе, подскочила в воздух и попыталась перехватить мяч, но тут-то, так не вовремя, Конфронтация и настигла её. Оказавшись на определённой высоте, девушка почувствовала, как грудную клетку словно разрядом пронзило насквозь, яркая зелёно-голубая вспышка озарила голографическое пространство, все конечности скрутило от невыносимой боли. На мониторе Шейданна все показатели Энжи стали плясать сальсу, глаза лекаря округлились от ужаса. — Давай, девочка, не сдерживай себя, – улыбнулся один из гуманоидов, которого звали Аддаи. Арч вздрогнул от увиденного, Клэмп нервно постукивал пальцем по пустому пространству стола рядом с клавиатурой. Ребята в команде застыли, глядя на зависшую в воздухе коллегу, исходящую языками Дыхания и Луча. Энжели свернулась в калачик в воздухе и пыталась заглушить в себе эту боль, которая происходила от конфликта двух потоков в теле. Она не хотела, чтобы это происходило вновь, так как её организм подвергался ежедневным пыткам по здоровью, а тут ещё дополнительная нагрузка. — Давай, Матео, ты должна отдаться Конфронтации, ты же хочешь, чтобы команда прошла дальше! – выступил второй гуманоид по имени Азе. Энжели слышала их голоса в наушнике, и в этот момент ей ничего не оставалось, как расслабить свои силы и просто отдаться неведомой мощи, которая с ещё большей силой пронзила её тело насквозь. Она не выдержала и закричала от боли, которая распространилась по всему телу до самых кончиков пальцев. — Хватит! Что вы творите?! – возмутился Шейд, видя, как девушке было плохо и её показатели просто зашкаливали. — Молодой человек, – Азе ухмыльнулся. – Вы сейчас наблюдаете невероятно редкое явление. Лучше полюбуйтесь. — Да мне плевать, вы не видите, что ей плохо?! – Синдр даже привстал с места. — Шейд, успокойся, – сквозь зубы проговорил Арч, которому также это не нравилось. На поле страсти накалились, все ребята чувствовали, как энергия двух потоков начала накрывать всё голографическое пространство. Ахито отошёл от ворот и кинулся ближе к месту, где происходил выброс заряда. Энжи испытывала невероятную боль, каждая мышца изнывала, перед глазами пронеслась вся жизнь, такая спокойная и размеренная, которая в одночасье переменилась из-за глупости. Нападающая понимала, что это последняя капля, сейчас что-то случится. Из тела разразился последний и очень сильный толчок, который словно огромным цунами накрыл голо-стадион. — Используйте Дыхание, – скомандовал Азе всем игрокам Сноу Кидс, которые стояли, как вкопанные. – Ваш коллега-голкипер уже знает, как с этим обращаться. Ребята глянули на Ахито, который приближался к эпицентру, уже используя поток. — Вы издеваетесь над ней? – недовольно проговорил голкипер в наушник. – Вы уже убедились, что у неё эта самая Конфронтация? Парень понимал, что двигаться было тяжело, Луч вперемешку с Дыханием создавал невероятно мощную и сногсшибаемую волну. Никто не ответил голкиперу, он только лишь видел, как нападающая продолжала исходить энергией. — Может, действительно хватит? – исподтишка спросил Арч. – Ей явно нехорошо… — Нам нужно полное извержение этих потоков, чтобы произошло аннулирование. Она уже вошла в это состояние, это гораздо более мощная волна, чем была после матча. Сейчас есть вероятность, что остаточное может вылиться в реальную жизнь, без матча. Это опасно для окружающих, – объяснил Аддаи. Арч сжал кулаки, но понимал, что иначе никак. Он грустно посмотрел в экран, где, кажется, происходила последняя энергетическая волна, вылившаяся в громкий взрыв. Все игроки воспользовались Дыханием, но каждый прочувствовал, как было сложно удержать эту энергию и не дать сбить себя с ног. Энжи стала падать, Ахито попытался успеть и подхватил её, используя поток. Девушка находилась в прострации, но в сознании. Парень упал на колени, держа её на руках, Энжели же начала очень сильно кашлять от одышки. По ту сторону Шейд сидел и видел, как сердечные показатели прыгали туда-сюда, внутренне матерился на этих серокожих представителей общества. — Вот и всё, – улыбнулся Азе. – Сноу Кидс проходят в четверть финал. Камень с души всего тренерского состава упал, но какой ценой всё это было достигнуто… Даже Ди’Джок, любивший обвинять вокруг всё и вся, с дрожью во всём теле наблюдал за происходящим, для него это было чем-то невероятным и сложным. Голотренажёр был выключен, все ребята еле стояли на ногах, Ахито и Мэй с двух сторон придерживали Энжели, которая могла вот-вот упасть от бессилия. Они довели коллегу до ближайшего дивана и усадили. Нападающая дрожала, по всему телу бегал озноб. Азе подошёл к ней и сел рядом, протянув ей изумрудного цвета коробку. Трясущимися руками Энжели взяла её и открыла, там был серебристый широкий браслет с зелёно-жёлтыми линиями вдоль всей поверхности. — Это Укротитель, – пояснил гуманоид. – Благодаря ему вы сможете забыть про Луч. Одевайте его на тренировки, на матчи, лигой футбола такое разрешено под руководством общества потока. Такие случаи, к сожалению, бывают, когда игроки бегут за двумя зайцами. Казалось бы, поймали двух, но могут потерять обоих. Такие частые вспышки чреваты полной потерей потоков, да и вообще, жизни в целом. Энжели опустошенно смотрела на браслет и не понимала, радоваться или нет. Команда официально прошла в следующий этап, но почему было так паршиво на душе? Так больно, так обессилено. — Спасибо, – за неё сказал Арч. – Спасибо за внимание и за помощь. Члены общества улыбнулись и покинули тренажерную. — Ты в порядке? Энжи? – тренер обеспокоено присел рядом с девушкой и прикоснулся к её плечу. Энжели вздрогнула и посмотрела на мужчину, в глазах которого она впервые видела столько беспокойства и сострадания. — Я… Мне… Я не знаю! – девушка начала плакать. – Они вынули из меня душу в прямом и переносном смысле! А потом с улыбкой вручили эту хреновину! Она посмотрела на Укротитель, и по её щекам полились слёзы. Ощущения действительно были двойственные, но легче как будто не стало. Похоже она себя ощущала только тогда, когда Фикс и Фрид изнасиловали её, но тут совершенно другое, а послевкусие идентичное… — Шейд, дай чего-нибудь успокоительного, – вымолвил Арч. Ахито вызвался довести её до кабинета Шейда, хотел помочь встать с дивана, но девушка рявкнула на парня с нескрываемой агрессией: — Мне не нужно твоё чувство жалости! — Энжели… – только и смог проговорить Ахито. – Но ведь… — Не приближайся ко мне! – Энжи резко встала с дивана и быстрым шагом покинула тренажерную. Шейд побежал за ней, но перед этим лишь грустно пожал плечами, глядя на голкипера. Ахито сел на диван и тяжело вздохнул. Ди’Джок присел рядом и посмотрел на Бекки, которая удалялась из помещения, даже не смотря в чью-либо сторону. Надо было сказать, что всё нутро рыжего также разрывало от какого-то невероятно большого количества чувств. — Пойдём выпьем, что ли… Тут бар неподалёку есть… – проговорил Джок, чувствуя, что рядом сидящий сосед также находился в двойственном состоянии. — Пойдём, – без доли сомнения проговорил Ахито. Старые обиды забылись, всё словно улетучилось, парни встретились через полчаса в баре. А дальше, как в тумане. Даже Ахито, который никогда не пьёт в силу приёма лекарств, начал налегать на текилу просто не глядя. Парни сидели за барной стойкой и речь их полилась, как никогда. — Ты это, прости меня, что глаз тебе подбил тогда, – после второй стопки Ахито уже перешёл на какие-то воспоминания. — Да вроде было, за что, – протянул Джок, которого пока что алкоголь не брал, поэтому он закинул новый стакан. — Ты понимаешь, почему мы здесь с тобой сидим? – слегка вязким языком спросил голкипер. — Бабы… – вымолвил Ди’Джок. — Они самые! – щёлкнул пальцами вратарь. – Только моя – не баба, это девушка с большой буквы! — Вижу… Она тебя ни во что не ставит… Со мной бы так обращались, я б не терпел. Ахито закинул еще одну стопку, немного поморщившись. — А я сам виноват! Ты представляешь, я заподозрил, что у неё с моим братом роман! – у вратаря явно начиналось помутнение и развязался язык. — Ну а может так и есть? – протянул Ди’Джок. — Нихера! – Ахито слегка налёг на нападающего, который стал понимать, что голкиперу хватит пить. – Ничего между ними не было и быть не может! А за свои подозрения я поплатился! Ди’Джок сделал очередной глоток текилы, после которого понял, что самого начинает уносить куда-то в негу. — Это я виноват… – вымолвил рыжий. – Это из-за меня они попали в передрягу… — А? — Говорю, из-за меня Энжи и Тран тогда были похищены. Это из-за Ребекки, она угрожала мне, что сольёт Мэй видео, где мы занимались сексом на кухне… – протянул нападающий. – А самое главное, что вы с Мэй очень быстро разобрались в этом всём, ты слил меня ей. — У-у-у… Ну я что-то подобное подозревал… – проговорил Ахито. – Может тебе ещё фингал прописать? — Да здесь уж как посчитаешь нужным… – Ди’Джок уже не особо соображал. — Я подумаю… – Ахито поморщился. – Понимаешь… Бекки – девочка несчастная. Ты видел её мамашу? А бабку? Это две фурии в пальтишках! Они девчонку запугали, ты видел, как она на них смотрит? – выговорил голкипер. – А Ребекка, какой бы вредной стервой ни была, психологически не сепал… Серар… Тьфу, бля… Не се-па-ри-ро-ва-лась! — Она должна думать своей головой, а не бабкиной! — Не все так умеют, друг дорогой. Вот так парни и сидели у барной стойки около двух часов. Болтали о всякой чепухе, словно никогда не знали друг друга, Ахито потерял голову и уже не держал свой язык, изъясняясь вполне матерно, что не было присуще ему в принципе. Да и вообще ситуация стала накаляться. Джок, будучи вообще не трезвым, понимал, что друг уже начинает немного съезжать с катушек, и решил, что пора убираться из заведения, так как некоторые посетители уже смотрели на звёзд футбола вполне косо, а кто-то и вовсе сфотографировал и похоже, это через несколько мгновений будет красоваться в некоторых новостных лентах. — А ночи белые! А очи чёрные! – сквозь нелепые песни и хохот голкипер чуть не свалился с барного хокера. — Блять, Ахито, ну ёб твою мать! – Ди’Джок схватил того за капюшон толстовки. – Пойдём-ка отсюда! — Смотри, Джокки, не упусти щщщастья своегооо! — Зачем я тебя сюда привёл, блять?! — Сам предложил, рыжуля! — Да заткнись ты, узкоглазый! — Ты кого узкоглазым назвал?! — Пошли отсюда! Ди’Джок расплатился и, еле держась на ногах, волоком вытащил друга за капюшон из заведения. Ахито напевал какую-то несуразицу, чем заставлял друга краснеть, хотя тот сам особо ничего не соображал. Голкипер сел на ближайшую скамью и откинулся на спинку, посмотрев на Джока взглядом, совмещающим в себе удовольствие, негу, и в то же время отчаяние. — Я тебе "узкоглазого" припомню, рыжик! – воскликнул он. — Ой, да похер, – выговорил Ди’Джок. – Ну вмажешь мне ещё один фингал, мне не привыкать. — Слышь, а давай к девчонкам наведаемся в таком виде? Во ржака будет! – предложил Ахито. — Ты охуел? – поморщился нападающий, пытаясь сохранять оставшиеся нити здравого смысла в голове. — Ваще нет, я только в таком виде и могу сказать, как люблю свою девочку! – голкипер вскочил на ноги и, на удивление стремительным и быстрым шагом заторопился в отель, а Джок кинулся за ним. — Ахито, ты ёбнулся? – рыжий, еле передвигая ногами, побежал за брюнетом. — Не ёбнулся, а ебанулся! Это разные вещи! – крикнул голкипер. Вполне изумлённые люди, которые проходили на улице мимо, смотрели на двух напившихся футболистов. Некоторые смеялись и снимали, другие откровенно возмущались. Парни приближались к отелю, а где-то на горизонте Тран подъезжал на такси к отелю, уставший и злой, потому что не смог с первого раза улететь на Генезис в силу перегруженности космического транспорта. Оно и понятно, сейчас расцвет чемпионата, конечно Генезис в приоритете…

***

Мэй силком вытащила подругу хотя бы подышать воздухом и повела в сад рядом с отелем, чтобы Энжели просто пришла в себя. Нападающая была в прострации и с трудом находилась в реальности, но была благодарна шатенке за заботу. Голубоглазая посадила её на скамью напротив фонтана и сама села рядом. Какое-то время девушки молча смотрели на переливы фонтана в вечерней подсветке, погода была тёплая, и в силу того, что Шейданн влил в пшеничноволосую кучу лекарств путём капельниц, Энжи стало даже жарковато, и она сняла с себя зелёный свитер, оставшись в белой футболке. — Скоро вечеринка, – улыбнулась Мэй. – Меня уже пригласили. Хотелось бы, чтобы и ты не одна была. — Да а есть ли мне смысл идти… – проговорила нападающая. — Как так? Идти нужно обязательно! Это тусовка, танцы, общество, связи! Да и в конце концов надо быть неотразимыми! – заявила защитница. – У тебя никак не клеится с Ахито? Ну хочешь, я Шейда попрошу с тобой пойти? Энжели поморщилась такому заявлению. — Мне казалось, что ты нравишься ему, – вымолвила нападающая. — Он хороший, но… – Мэй начала накручивать выбившийся из хвоста локон. – Но просто Синедд успел первее… Да и намерения у него более серьёзные… Ты не обижайся, если я в ближайшие дни иногда буду ночами пропадать. Честно скажу, меня Джок сильно обидел, сделал больно, и конечно мне непросто на самом деле… Я не хочу самоутверждаться, и даже эти отношения с Синеддом я пока не буду выносить напоказ. Счастье любит тишину. — Да как я могу обижаться? – улыбнулась Энжи. – Ты так поддержала меня в трудную минуту… — Возможно, мне самой было трудно, поэтому я так зацепилась за тебя. Рядом и Джок, и его бывшая, с которой он не заканчивал отношения… Но ты оказалась очень хорошей, поэтому мне с тобой комфортно… – проговорила шатенка. – Да и ты поведала мне свой секрет, про сердце… Энжели приобняла подружку, пообещав, что всё останется в тайне, а на душе как будто стало легче и светлее. Женскую идиллию перебил громкий мужской говор, с весьма нецензурным изъяснением. Девушки вжались, услышав голоса, которые были подозрительно знакомые. В сад зашли Джок и Ахито, которые в пьяном угаре о чём-то невнятно спорили. — О, а вот и девочки! – голкипер заприметил сидящих на скамье коллег. — Ахитооо, прекращай дурью маяться! – взвыл Ди’Джок. Вратарь не слушал, он, еле держась на ногах, подошёл к девушкам и со звонким смехом сел прям рядом с Энжели, которая в ужасе отодвинулась от него, вжавшись в Мэй. Защитница, естественно, пододвинулась ещё подальше, чтобы подруга могла отстраниться от вечернего гостя. — Избегаешь… Убегаешь… Общаться не хочешь… – проговорил Ахито. — Что происходит?! Парни, что вы натворили?! – разъярённая Мэй встала и посмотрела на Ди’Джок. – Это ты его напоил?! Ему нельзя! Что Тран скажет?! — Я говорил ему столько… Ик… Не пить… – икая, вымолвил Джок. — Ой, блин! Тран должен будет приехать скоро! Что же будет?! – воскликнула защитница. — Братан шляется не пойми где, оставил меня! И ты меня оставила! – Ахито заплывшим взглядом посмотрел на Энжи. Девушка в ужасе оглядела его, понимая, что парень полностью потерял контроль над собой. Она встала с места, но сильная рука вратаря вцепилась в её хрупкую ладонь и одним движением девушка оказалась в его полуобъятиях. Мэй вскрикнула, хотела подскочить и помешать, но Джок не дал ей этого сделать. — Девочка моя, ну прости ж ты дурака за всё! Ну я правда жить без тебя не могу! – взвыл голкипер. – Люблю тебя, не могу! — Ахито, ты очень пьян… – Энжи пыталась высвободиться из его хватки. – Тебе надо проспаться… — Я знаю… – проговорил голкипер. – Я всё знаю… Но это не отменяет моих ранее сказанных слов! — Ахито, отстань от неё! – разозлилась Мэй. — Я ничего плохого не сделаю с ней даже в таком состоянии, уж поверь, – вымолвил Ахито. Честно говоря, на лице Мэй уже стала проявляться улыбка, так как было видно, что вратарь абсолютно безвреден в таком состоянии, в принципе как и в обычном. Он прижал одной рукой к себе Энжи за плечи, а другой поднял указательный палец вверх. — Дорогая моя! Я торжественно клянусь, что ты не будешь знать со мной слёз! – объявил парень. – Ты самая чудесная девушка на свете! — Ахито, отпусти… – вымолвила Энжели и вырвалась из его хватки. В этот момент голкипер повалился на колени и схватил девушка за запястье двумя руками. — Милая! Свет очей моих! Ну прости ты меня! Ну прошу тебя!! Ну что мне сделать для тебя?! Энжи ошалевшим взглядом смотрела на Ахито. Сценка была весьма комичная, рядом стоял еле держащийся на ногах Джок, которого за шиворот придерживала Мэй, старающаяся подавить приближающийся хохот. Ахито вцепился в руку Энжи и не хотел отпускать, его глаза были наполнены такой грустью, но в то же время опьянённой пустотой. Вратарь на коленях подполз к девушке и уткнулся носом в её живот, руками обвив бёдра. Энжели хотела провалиться сквозь землю, как хорошо, что территория отеля охранялась и никто не видел всего этого. Руки её задрожали, но спустились в лохматые чёрные волосы парня, и она стала гладить его по голове, отчего он издал сладостный вздох. — Ты же простишь меня, милая? – проговорил он ей в живот. — Ахито… Тебе надо поспать… – тихо сказала Энжи. — А можно с тобой? Я с тобой ничего делать не буду, только бы прижать тебя к себе! – Ахито поднял голову и жалобными глазами посмотрел на девушку. — Ахито, на нас смотрят… – тихо проговорила Энжи, посмотрев на Мэй и ничего не соображающего Джока. — Плевать! Я всё отдам, чтобы только с тобой быть! – воскликнул вратарь. — Что за херня?! Каждый из присутствующих вздрогнул. Сзади стоял Тран с чемоданом, весь уставший и с синяками под глазами, взъерошенными волосами. — Брат! – Ахито, продолжая обнимать Энжи, будучи на коленях, протянул одну руку в сторону близнеца. – Ты вернулся! — Твою мааать… – протянул Тран, а затем посмотрел на Мэй и Ди’Джока, который в этот момент чуть не свалился с ног. – Блять, что вы тут устроили?! — Я говорил ему, что не надо больше пить! – плывущим языком произнёс Ди’Джок и навалился всем телом на Мэй, которая брезгливо его придержала, не дав грохнуться об землю. — Тран, братик мой! – младший брат поднялся с колен, цепляясь за Энжели. – Ты вернулся! Ты простил меня! Ахито кинулся и повис на шее у Трана. И честно говоря, даже у Энжи уже стала проклёвываться улыбка на лице, ибо выглядело это всё чертовски смешно и в неком смысле наивно, но если бы всё это ни было так грустно. Старший близнец находился в уставше-изумлённом состоянии и не находил подходящих цензурных слов, чтобы описать ситуацию. Он встретился глазами с Энжели, взгляд которой переменился и появился немой вопрос. Ахито продолжал висеть на шее у брата, а Тран тихо поднял руку и жестом показал Энжи знак "Ок", параллельно положительно кивнув головой. На лице нападающей нарисовалась эмоция надежды. — Так, дорогие мои! – Тран отстранил от себя брата, но придерживал того под руку. – Я так понимаю, что на пару суток никого оставить тут нельзя! Сразу всё катится к чертям! Что вы без меня делать будете? Сопьётесь все? — Я здесь не причём! – заявил Ди’Джок, от которого Мэй уже не знала, куда деваться. — Я с тобой попозже поговорю, ублюдок, – Тран сделал угрожающий жест нападающему. — Братю-ю-ю-ня! – Ахито вновь сделал попытку обнять брата, отчего чуть не повалил его за собой. — Да ёб твою мать! – Тран еле удержался на ногах. – Завтра с тобой поговорим, брат, сейчас тебя надо угомонить. Энжели подошла ближе к Трану и тихо сказала: — Я не верю, неужели у тебя всё получилось? Защитник слегка улыбнулся нападающей и сказал: — Всё хорошо. Всё будет хорошо. Энжели улыбнулась ему. — Джок, отвянь от меня! – воскликнула Мэй, после того, как Ди’Джок полез к ней целоваться. — Так, придётся заняться доставкой… Никакого покоя… Девочки, покараульте мой чемодан, пока я занимаюсь развозкой этих хануриков проклятых… – проговорил Тран, понимая, что начал говорить словами Асманда Грея, после чего схватил Джока за шиворот и уволок за собой обоих участников приключения. — Любовь моя! – воскликнул Ахито, обернувшись на Энжи. – Я буду тебя ждать у себя! — Иди давай, блять! – Тран поддолкнул коленом брата. Мэй и Энжи стояли, как вкопанные, а затем переглянулись. Некоторые искорки в глазах промелькнули у обоих, а затем девушки разразились ярким и истеричным хохотом. Подруги навалились друг на друга, вообще не сдерживая смех, а Энжи словила себя на том, что это был, наверное, самый забавный эпизод за всё время, хоть и имел в себе некоторое грустное начало. Защитница от всей этой забавы даже не сдержала слёз, из-за чего тушь под глазами размазалась. — Вот умора-то! – воскликнула Мэй. – Дай ты этому дурачку шанс, а? Энжели ничего не ответила, только лишь звонко рассмеялась. — Как говорится, – защитница сделалась серьёзной и подняла указательный палец вверх. – Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке! В случае с Ахито тут никаких вопросов, по-моему он вообще впервые в жизни выпил, ахахах! Девушки продолжали смеяться, пока не дождались ругающегося Трана, который прибежал за своим чемоданом. Энжели попросила Мэй оставить их с Траном наедине, на что защитница покорно кивнула и побежала в номер готовиться ко сну. — Это ты опять Ахито довела до такого состояния? – ухмыльнулся защитник. — Пфф… Это мы с тобой довели, не видишь? – хихикнула нападающая. — Действительно, – Тран подхватил свой чемодан, и они вместе с Энжи двинулись ко входу. – Да я вижу, что зачем-то этот мерзавец Джок его напоил. Что-то куча проблем от него в последнее время… Знает же, что Ахито нельзя пить… Мне очень жаль и стыдно, что ты увидела моего брата в таком виде… — Да все в порядке… – девушка махнула рукой. – Как там Асманд? — Прикольный, мне понравился, – улыбнулся Тран. – Я нашел с ним общий язык, не с ходу, но и особо сложностей не было. — Теперь что? – поинтересовалась девушка. — Я уже связался с Алвином. Мы сегодня ночью с ним встретимся, – проговорил защитник. — Бог мой, Тран, ты же уставший, – проговорила нападающая. – Тебе бы поспать тоже… Ребята зашли в лифт. Тран включил экран своего телефона, на котором красовались 23:30. Он пожал плечами и сказал: — У меня есть три часа. Вот и посплю. А там встретимся у леса, как раз никого не должно быть, – парень посмотрел на девушку. – Спасибо за заботу. Ты молодец, что держишься. Я видел, как вы вчера играли и что с тобой произошло. И видел новости, что мы всё-таки прошли дальше. Я надеюсь, что мы угомоним этих ублюдков рано или поздно, и будем выигрывать кубки под мирным небом. Тран погладил девушку по плечу в знак поддержки, она растерянно улыбнулась ему. — Я волнуюсь за Ахито… Я пару раз нагрубила ему сегодня, но… Эти мрази из общества потока меня вывернули наизнанку. Я была сама не своя… — Всё хорошо, я уже тебя сполна знаю. Даже больше, чем Ахито, – проговорил Тран. Лифт приехал на место, ребята вышли на нужном этаже. — Может мне пойти с тобой, Тран? К Алвину? – спросила Энжи. — Ни в коем случае. Здесь уже начинается моя работа. А я хочу вас всех оградить от этого. Не волнуйся, всё будет хорошо. Тран на прощание улыбнулся девушке и ушел в сторону своей комнаты. Энжели ушла в противоположную…

***

Джок был любезно доставлен в свою комнату. Спросите вы, почему М-Айс не находился рядом с другом, травмированный нападающий в данный момент наблюдался в клинике на Генезисе, куда его любезно направила Симбаи, поэтому в планах Джок должен был три дня ночевать без своего кореша. Парень находился в алкогольном опьянении и понимал, что сейчас в таком состоянии он может пойти и высказать Бекки всё в лицо, или же… Наоборот? Наладить отношения? Да такой степени рыжий давно не напивался, и голова здраво не рассуждала, хотя и варила куда более ясно, чем у выпившего Ахито. Джок вышел из комнаты и направился в номер Бекки, дабы подслушал его в своё время на ресепшене. Шаг за шагом, рыжий ничего не соображал, просто шёл и ни о чём не думал. Он подошёл к двери с номером три-ноль-четыре-шесть и позвонил в звонок, дважды. Девушка открыла через примерно секунд двадцать. Она была в светло-розовой пижаме, состоящей из рубашки с коротким рукавом и шорт, на голове её был распущенный и не расчёсанный шурум-бурум. Брюнетка агрессивно стрельнула на парня своими голубыми глазами, а Ди’Джок внезапно навалился на неё всем телом, отчего она хотела закричать, но он закрыл ладонью ей рот. — Не стоит, – вымолвил рыжий, протолкнул девушку в комнату и закрыл за собой дверь. — Что тебе надо, идиот?! – воскликнула брюнетка. Ди’Джок заткнул её рот резким поцелуем, глубоко проникнув языком. Глаза Ребекки округлились, она почувствовала вкус алкоголя, текилы, исходящей от парня и начала вырываться. — Ты пьян, Джок! Иди спать! – вскрикнула девушка, кое-как освободившись из его хватки. — Только с тобой… Он разорвал одним движением её пижамную рубашку, несколько пуговиц отлетели по сторонам. — Твою мать, Ди’Джок! Ты должен мне новую пижаму! – вскрикнула Ребекка. — Я отработаю… Он начал гулять руками по её белоснежному телу, грудь так манила его, и парень прильнул к ней, став целовать. Ребекка находилась в двойственном состоянии, разрывалась между чувствами послать его к чертям, и при этом… Желанием… Она хотела его… Девушка понимала, как это плохо и гадко, что потом будет жалеть об этом, тем более, что в силу опьянения это всё явно было неискренне. Бекки стала снимать с парня чёрную футболку с причудливыми узорами, а затем спустилась ниже, расстегнула ремень и дальше всё, как в тумане. — Твои губы такие горячие, язык такой ловкий… – вымолвил Ди’Джок, зарываясь рукой в чёрные волосы девушки, сидящей на коленях перед ним. – Ты всегда была мастерица в этом. Моя принцесса в кепке. Через мгновение он поставил девушку перед собой спиной прижав к себе и стал целовать её шею, Бекки же рукой продолжала трогать его равномерными движениями. Нападающий приглушенно постанывал, брюнетка чувствовала, как всё тело заливается мурашками от его нежных поцелуев, как он упирается в неё сквозь пижамные шорты. Ди’Джок массировал её грудь, сдавливал соски, некоторые движения, в силу опьянения были резкие и даже болезненными. Ребекка отдалась в это помутнение, понимая, что ничего хорошего не будет. Нападающий резко схватил её за волосы и нагнул её всем телом на кровать, стянул её шорты и резко вошёл в неё. Бекки чувствовала, как всё тело разразил резкий импульс, движения были сначала не очень быстрыми, но постепенно нарастали. — У тебя такая спина, гладкая и красивая, – шептал сквозь стон нападающий. По щекам Ребекки полились слёзы, она стонала, но понимала, что это всё ложь и чушь, что это неискренне, что никто её не любит и не любил никогда. Но ничего не могла с собой поделать, волна возбуждения настигала её периодически то сильнее, то слабее. Джок поменял позу, перевернул Бекки на спину и залез глубже на кровать, он водрузил её ноги себе на плечи и любуясь упругой грудью девушки продолжал своё дело. Брюнетка смотрела на него сквозь слёзы, слегка закусив нижнюю губу. Всего несколько мгновений, и парень кончил, прямо внутрь. Раньше бы он себе такого не позволил, если только в защите… Бекки, увы, своего удовольствия так и не получила, ибо рыжий в силу опьянения не был озабочен её состоянием. Она разочарованно посмотрела на него, но ни слова не сказала. Ребекка знала, что так будет. Ди’Джок без сил повалился на её кровати и лишь пробубнил: — Моя мама сказала, что у меня будет ребёнок… Скажи, ты беременна? Ребекка поморщилась, скрывая наготу одеялом, даже хотела что-то сказать, но через секунду услышала, что Джок начал сопеть, заснул. Девушка начала всхлипывать от безысходности. — Боже, почему я такая наивная? – вымолвила она. Ребекка, не дожидаясь ничего, вскочила с кровати и кинулась к шкафу, где уже стоял собранный чемодан и поставила его к выходу. Она планировала сбежать утром, но в такой ситуации девушка не могла находиться рядом с этим человеком, который устраивал ей эмоциональные качели. Быстро ополоснувшись в душе, Ребекка надела голубую футболку, того же цвета джинсы, убрала волосы в хвостик, нацепила кепку и, схватив чемодан, в последний раз посмотрела на сопящего Ди’Джока. — Гори в аду, тварь. И ребёнка ты не увидишь никогда, – прошипела Бекки и вынеслась из номера. Она покинула отель поздней ночью и не знала, куда ей идти. Съём студии у неё был запланирован со следующего дня, поэтому девушка глубоко вздохнула и просто села на пустой автобус, оставив отель. В ближайшие дни она должна была встать на учёт в клинику, чтобы начать спокойно вести свою беременность и ни о чём не беспокоиться… Она взяла телефон в руки и решила написать последнее сообщение Джоку: Дорогой Ди’Джок. Всё, что происходило между нами – было лишь моей иллюзией и жалкой надеждой на то, что всё-таки в твоей чёрной душе осталось ещё что-то хорошее. Я тешилась воображениями о том, что ещё кто-то может подарить мне целый мир и поле с земляникой. Но розовые очки треснули. Я любила тебя. И могу с уверенностью сказать, что всё ещё люблю. Но я не могу терпеть такого отношения к себе. Ты абьюзер и манипулятор, и не только по отношению ко мне. На твой последний вопрос, беременна ли я, отвечу: нет. Нас ничего с тобой не связывает и связывать не будет. Исчезни из моей жизни раз и навсегда, и не ищи. Так будет лучше для тебя и для меня. Будь счастлив, рыжик. Удачи дальше в чемпионате. Кнопка "отправить", слёзы по щекам. Добро пожаловать в новую жизнь, Бекки.