Лишние

Убирая волосы в неаккуратный пучок, Лили выдохнула и вышла в середину огромного круга в Выручай-Комнате, взглядом окидывая всех собравшихся. Человек сорок, кутавшиеся в мантии и свитера, затаили дыхание. Усмехнувшись, Эванс отметила, что слизеринцы, а их было меньше всего, стояли группкой, отделяя себя от остальных. — Ну что, молодые, прекрасные и безрассудные, добро пожаловать на первое собрание «Круга Хранителей»! — Напрягая голос, поприветствовала всех Лили, игнорируя смешки. — Думаю, деканы ваших факультетов провели собрание с инструктажем и ответами на вопросы, так что кратко напомню и приступим к первым вводным занятиям. — Она перевела дыхание, вновь оглядывая толпу беглым взглядом. — Первое, — подняла руку вверх, показывая один палец, — делим вас на группы по 7-8 человек. Второе, — два пальца, — распределяем по секциям: «Защита и нападение», «Физическая подготовка», «Общение и обращение», «Злые зелья», «Психология войны». Каждую неделю вы будете менять секцию и так по кругу. Напоминаю, что занятия проходят два раза в неделю, в среду и субботу. К Лили подошли люди, взявшие на себя кураторство секций. — Это Римус Люпин, прекрасный человек, возглавляющий отделение «Общение и обращение», где вы научитесь находить подход к любому известному нам существу, а также узнаете кое-что о Травологии, на обычных занятиях этой информации не узнать. — Лили улыбнулась Римусу, и тот с улыбкой кивнул в ответ. — Кто на входе в Выручай-Комнату вытянул золотую бумажку, идет за мной, — Люпин махнул рукой, направляясь к высокой дубовой двери, за которой скрывалась уютная комната с кучей подушек на полу, низкими пуфиками полукругом и располагающейся напротив них большой школьной доской. — Эмили Грин, милая девочка, занятия у которой очень даже не милые, приготовьтесь попотеть на «Физической подготовке» у этой Хаффлпаффки. — Ох, Лили, не пугай их раньше времени, — усмехнулась девушка с короткими розовыми волосами на пару голов ниже Эванс. — Синий цвет, за мной. Ребята с синими карточками медленно поплелись вслед за своим бодрым куратором в огромную комнату, похожую на тренажерный зал магглов. — «Злые зелья» будет проводить мистер Северус Снейп с факультета Слизерин, прошу любить, уважать, жаловать и не отравлять своими шедеврами, — сказала Эванс как можно бодрее. Снейп знаком показал на резную дверь, поднимая при этом зеленую карточку. — Да уж, трудно с ним будет, — шепнул Сириус Джеймсу. Лили услышала эту реплику и тихо ответила стоящим сзади парням «А когда было легко?», натянуто улыбнувшись. Потому что когда-то может и было. — Странно, что Дамблдор ему доверяет, — сказал Поттер другу, игнорируя ответ Эванс. — Факультет Равенкло в лице Джейн Робертс подготовит ваши светлые головы к темным мыслям войны на занятиях по психологии. Стройная девушка в очках попросила проследовать за ней всех, кому выпала розовая карточка. — А она милая, — шепнул Сириус. — Голос у неё приятный, — с ухмылкой кивнул Джеймс. — Так, — Лили начала говорить тише, про себя думая о том, что Джейн-то не приходится кричать на весь зал как умирающая ворона, — «Защиту и нападение» будут вести два куратора: Сириус Блэк и Джеймс Поттер, ура-а, — безучастно проговорила Эванс, отходя в дальний угол, пусть сами разбираются. Больше половины отведенного на занятия времени Лили провела на лекции Римуса. Выбрав себе место поукромней, она буквально лежала на подушках, безучастно рассматривая обстановку, думая о чем-то совершенно отвлеченном, вроде маминого фирменного пирога с апельсинами, домашнем задании по Заклинаниям и новой рубашке Римуса. — Хэй, может пройдешься, у нас небольшой перерыв, — шепнул Люпин, присаживаясь на корточки. Лили вздрогнула от неожиданности, но затем вяло улыбнулась, когда друг сказал, что он только в полнолуние страшный, а так очень даже ничего. — Всегда прекрасный, — прошептала она. Римус улыбнулся в ответ. — Чего ты кислая такая? — А чего я никому не нужна? — Похныкала Эванс, обнимая мягкую подушку. — Врушка, Лил, ты же знаешь, что нужна, — Люпин отобрал подушку. — Давай, иди пройдись, проконтролируй обстановку, ты же у нас тут главная, посмотри в какой секции Питер, не растворил ли Снейп кого-нибудь в кислоте, — он сделал паузу, обдумывая слова, которые рвались наружу, но сдерживались барьером «не моё дело», — с Джеймсом поговори, — наконец произнес Римус. Лили обняла другую подушку. — Он меня избегает. — Ну-у, ты же знаешь о его чувствах, а после того, что он случайно увидел в коридоре на Хэллоуин, — Люпин замялся. — В общем, ты должна и его понять тоже. — В смысле? — Эванс резко села. Её брови нахмурились. — Ну-у, — вновь уклончиво протянул Римус, но не смог выдержать напряженного взгляда собеседницы. — После окончания игры Джеймс повернул в один из коридоров и увидел твой страстный поцелуй с каким-то парнем. — Люпин на всякий случай немного отодвинулся, вдруг его прямота разозлит Лили. — Что ты сейчас сказал? — Тихо, наклоняясь вперед, переспросила она, напоминая пациента психиатрической лечебницы. Выпученные глаза, взгляд в никуда, хриплый холодный голос. Римус не решался повторить. Ей и не надо было, она соскочила и побежала к выходу, мешая ученикам заходить в кабинет после перерыва. В зале секции «Защита и нападение», где, собственно, и проходило распределение час назад, шло целое сражение. Маггловские футболки на студентах были мокрые, заклятия летали по всему периметру, воодушевленный Блэк бегал между парами, которые отрабатывали друг на друге «Локомотор Виббли» (заклинание ватных ног). — Вниз! — Скомандовал голос сзади, и Лили присела, свет заклятия сверкнул над головой и разбился о стену. — Какая послушная девочка, — хмыкнул Поттер, собираясь уйти. — Какой глупый мальчик, — со злостью отозвалась она, приковывая внимание Джеймса к себе. — Голубки мои, в этом зале надо драться! — Крикнул Блэк, пробегая мимо и защищая их от Коньюктивитуса. — Кто нахер использовал сейчас ослепляющее заклинание!!! Сириус пошел на разборки, а Лили достала свою палочку, направляя на Поттера. — Ты слышал? Тут дерутся, — бросила она, хмурясь, — или слышишь ты так же плохо, как и видишь? — Ты это к чему? — Поттер не хотел поддаваться эмоциям, но палочку держал наготове. — Эварте статум! — Крикнула Лили, рассекая волшебной палочкой воздух. Удивленный Джеймс отразил атаку, подходя к Лили ближе. — Что ты делаешь, Эванс? — Повысил голос Поттер. — Инкарцеро! Экспеллиармус! Лили и не думала останавливаться. Столько дней она провела, обвиняя себя во всем на свете, думала, что Джеймсу надоело с ней возиться, столько терпела игнорирование, надменный взгляд Поттера, уничтожающий её, столько раз она плакала глубокой ночью под одеялом, не понимая, что могла испортить. — Фурункулюс! Вердимилиус! Остолбеней! — Лили терла глаза рукой, посылая всё новые заклинания в Джеймса, который лишь защищался от них, не нападая в ответ. — Я ненавижу тебя, Поттер, я просто тебя ненавижу! Сколько боли ты мне принес! — Что ты знаешь о боли?! — не выдержал он. — Ты нихера не знаешь! Не знаешь, каково это увидеть любимого человека в объятиях другого! Не знаешь, насколько больно жить с мыслью, что любовь всей твоей жизни готова отдаться первому встречному в коридоре, а с тобой даже ни разу не сходила на свидание! Лили замерла. Воздух вокруг них замер тоже. Тихо, хрипло, с обидой она спросила: «Ты считаешь меня шлюхой, Поттер?» Джеймс дернулся от этих слов, как от пощечины. — Когда мы играли в эту чертову игру на Хэллоуине, мы с девочками поменяли друг другу цвет волос, чтобы ученики нас не узнали, — спокойно сказала Эванс, не пуская слезы наружу. — Если ты принимаешь Диану с рыжим цветом волос за меня, делая затем такие громкие и поспешные выводы, о какой любви может идти речь? Под звук колокола, оповещающий учеников «Круга Хранителей» о конце занятий, Лили вышла, оставляя Джеймса в толпе уставших студентов, что рвались в душ и на ужин. Зачарованный потолок весь вечер плакал серым дождем. Задернутый полог Лили Эванс был под заглушающим заклинанием.