Немой

Юнги заходит, подходит к справочной и уточняет, куда ему идти. Молодая девушка ласково подсказывает ему дорогу и всем своим видом показывает, что не против, если он спросит номер её телефона. Но Юнги лишь благодарит и уходит. В ответ его спину прожигает взгляд, полный удивления, и девушка строит ему рожицу. «Как она здесь вообще работает?» - спрашивает Мин сам себя. До назначенного времени у него осталась всего пара минут. Он садится и осматривается; ничего необычного: белые стены, белый пол, люди в белых халатах, иногда снующие туда-сюда. Всё как обычно. Юнги от нечего делать начинает разглядывать больных. Его взгляд падает то на пожилую даму с ребёнком, то на молодую девушку, то на одного из врачей пожилого возраста, прошедшего мимо. Но его внимание приковывают три фигуры, не спеша идущие по коридору. Два каких-то блондина-близнеца идут и держат идущего рядом парня с иссиня-чёрными волосами. Они идут и радостно переговариваются, непонятно, на каком языке, но точно не на корейском. Их черныш семенит как-то нехотя маленькими шажками за ними. Можно подумать, что эти трое играют, и ему эта забава точно не по душе. Он поднимает свои глаза всего лишь на долю секунды и встречается с внимательным взглядом Юнги. Паренёк сглатывает, как будто увидел что-то недозволенное, и тут же переключает внимание на пол. Сопровождающие его парни слишком веселы, чтобы быть подозрительными, и не замечают ничего. Юнги видел много разных людей, они смотрели на него с множеством эмоций, но такого отчаяния и боли ему видеть ещё не приходилось. Паренёк выглядит так, что, кажется, он прошёл через все муки ада. Компания останавливается около какого-то кабинета, а второй сопровождающий встаёт так, что загораживает вид всем, кроме Юнги. Трое хороших друзей склонились, чтобы выбрать, в какую игру будут играть следующей. Но Мину прекрасно видно, что они делают на самом деле. Один из «стражников» внимательно смотрит на «пленника», на лице которого отражается полное выражение ужаса и страха. Блондин удовлетворённо хмыкает, очень сильно хватается за чёрную ленту, обвязанную вокруг шеи темноволосого, и тянет. Его губы открываются в попытке глотнуть воздуха, но из-за ленты это не получается. Паренек смотрит на них и лишь открывает рот, как рыба, только что вытащенная из воды, но уже в следующее мгновение он начинает что-то показывать руками с невероятной быстротой. Это явно забавляет душителей. Юнги поворачивается; ему вдруг очень хочется помочь этому пареньку. Это желание умещается всего в три слова: «Спасти, защитить и обнять». Он сам до конца не понимает, что делает, но стремительно подбегает к тем парням, что зажимают этого беднягу, и хватает одного из них за плечо. - Эй, отпустите его. Душители вздрагивают, и рука на ленте разжимается сама. Жертва судорожно начинает глотать воздух, пока есть время. - И что же ты сделаешь? - говорит парень с некоторым акцентом и корчит рожицу, - пожалуешься своей мамочке? Чтоб ты знал, таким, как ты, здесь не место. Иди, играй в своих трансфор... Но договорить он не успевает; кулаком Юнги ударяет рядом с его головой, заставляя почувствовать силу удара. Стена не разваливается, но лёгкая вмятина появляется на ней. Юнги ни кричит, ни орёт, а говорит тихо, шёпотом, но этот шёпот заставляет содрогаться ещё больше, чем от крика. Этих крутых парней как ветром сдуло. Спасённый паренёк пытается отдышаться и внимательно следит за каждым движением Юнги, ищет подвоха. Мин смотрит на него, не понимая, почему этот бедолага вызывает в нём такие странные чувства. Его взгляд скользит от слегка прилипшей к виску челки к заплаканным глазам, к пухлым губкам. Он похож на настоящего ребёнка, которого вырвали из своего детства и заставили жить взрослой жизнью. Юнги видит эту раздражающую ленту на шее и тянется рукой к ней. Паренёк, проследив за движением его руки, делает большой вдох, снова готовясь к нехватке кислорода, но вместо этого видит, как незнакомец развязывает эту ленту и выбрасывает в ближайшее ведро. Мин встречает этот недоумённый взгляд и проводит пальцами по ярко-красной полоске, оставшейся от ленты. «Первый пункт выполнен», - думает про себя Юнги, но ходить с такой «красотой» на шее - не лучшая идея. Он снимает свой шарф и аккуратно надевает пареньку на шею, стараясь не задеть кожу, но в то же время закрывая от посторонних глаз: «Два». «Осталось последнее – обнять». Но вместо объятия он треплет это чудо по голове, взъерошив все его волосы. Удивление темноволосого граничит только с непониманием, он стоит не здесь, а где-то в прострации. В другом измерении точно. Юнги не замечает, как к нему подбегает какой-то мальчишка лет пятнадцати и заключает этого паренька в объятья, зло и с прищуром смотря на Юнги. Пожилая женщина в длинном тёмно-синем платье спешит к нему. - Ох, - после бега она пытается отдышаться, - простите, ради бога, за доставленные неприятности. Женщина аккуратно обнимает этих мальчишек и уходит, не произнося больше ни слова. Не зная, зачем он это делает, Юнги фотографирует этих троих, удаляющихся по коридору. А после слышит слегка раздражённый голос врача: - Пожалуйста, будьте добры, господин Мин Юнги, зайти в кабинет №16. Юнги поспешно отворачивается и уходит в противоположную сторону.