Клеймо

      На улице сгущались сумерки. Одинокая женщина спускалась по безлюдной улице. Хотя вокруг трудно было что-то разглядеть (свет редких фонарей не давал достаточно освещения), она ступала уверенно, хотя и немного устало. Это был тяжелый день. Но её усталость была приятной, она знала, что её работа действительно чего-то стоит, сегодня она помогла еще нескольким бедолагам, спасла от близкой смерти четверых. Эти четверо… Они столкнулись с его приспешниками. Как может один безумный маг причинить столько боли? Лили Поттер остановилась под одним из фонарей. Она положила свою руку на низ живота, чувствуя тепло. Но так же она чувствовала страх. Как можно принести новую жизнь в такой мир? — Надеюсь, у нас с тобой будет все хорошо, малыш, — тихо прошептала она. Она не заметила, что её путь сопровождала невидимая черная тень. Существо, из каждой жилы которого сочилась ненависть. И сегодня эта ненависть была направлена на нее. Он беззвучно подошел сзади, как раз в минуту её слабости и услышал тихую молитву. О, ничто не могло бы доставить ему большего удовольствия, чем уничтожение чего-то настолько дорогого. Но разве это было бы интересно? Нет, в его голове созрел гораздо более жестокий план, наблюдать за которым можно было бы годами, не теряя интереса. Достав из полы плаща волшебную палочку, закаленную множеством трупов, он произнес слова заклинания. Тело девушки в ответ обмякло, становясь похожим на тряпичную куклу. Её разум опустел, открывая сознания для его утех. На него посыпались образы. Счастливые, улыбающиеся лица наплывали со всех сторон. Омерзительно. Он откопал то желанное воспоминание. Зародыш, совсем юный, он только вступил в свои жизненные права. Она знает. Она ждет его, как еще ничего не ждала в этой жизни. — Интересно, что ты будешь думать о нем, когда я закончу? — Зловеще прошептал он ей на ухо. Поттер — отец, он еще не знает. Ты все ждала подходящего момента, девочка? Как глупо с твоей стороны! Бледные тощие пальцы ворвались в солнечное сознание: вытащить одно, положить другое — и шестеренки его плана завертятся. Светлое дитя от любимого мужа? Нет, нет. Мучительное напоминание о минутах позора, о собственной беспомощности, клеймо на всю жизнь. Ведь в один из таких же безлюдных вечеров, какой-то несчастный подонок надругался над твоим телом. Уставшая, изможденная, еле стоящая на ногах после рабочего дня, могла ли ты этому противостоять? Он больше, сильнее. Такой омерзительный. Ты чувствовала запах его пота, когда он раздвигал твои ноги. Этот запах будет сопровождать тебя в кошмарах. А теперь иди, девочка. Иди и возненавидь этот юный плод. Темная тень растворилась, свернув в ближайший переулок, а девушка осталась лежать на холодном асфальте без сознания. Между разорванными одеждами сияли темные пятна кровоподтеков, все тело ломило, затылок болел, как после удара. Лили Поттер очнулась, её била дрожь, полицу сочились соленые капли. Она чувствовала себя грязной, измазанной чужим потом, заляпанной руками животного. Она просидела на том же месте еще около часа, не в силах подняться, не зная, что делать дальше. Сказать мужу? Он, конечно, поймет, но будет ли относиться к ней как прежде? Да и как она может. Как она может нанести такую рану близкому человеку?! Нет. Она не скажет. На вечерней пустой улице, в свете периодически гаснущего фонаря, дрожащими руками она сняла остатки запачканной одежды и выбросила в мусорный бак. Она надела назад не так давно снятую рабочую форму медсестры. И, надеясь, что сможет унять эту гнусную дрожь, проходящую по всему телу, направилась к дому. Она вошла и на цыпочках пробралась наверх. Предательские ноги и руки не слушались, создавая лишний шум. Она дошла до ванной, зашла в душевую кабину, включила кран на полную мощность. Лили сидела в углу, давясь позорными слезами, затыкая руками рот, норовящий издать завывающие всхлипы. Это продолжалось, пока слезы не иссякли. Она все еще с трудом дышала, хотелось бы рыдать, биться в истерике до изнеможения, но последние силы уже покидали её, а соленые ручейки на щеках стали высушенными дорожками. Медленно, все еще дрожа, девушка поднялась и сразу почувствовала, как крутит кишки. Этот запах нависающего над ней тела. Её вырвало. Вытерев желтую лужу, она выстирала тряпку. Затем сама забралась в душевую кабину и начала яростно скоблить свое тело мочалкой, как будто это воспоминание можно просто смыть. Но отмыть его было невозможно. На теле остались красные царапины, но ощущение грязи не прошло. Но все же стало немного легче. Убедившись, что её дыхание восстановилось, она завернулась в полотенце и прошла в спальню. Тихонько убрав одеяло, она нырнула к человеку, которому, возможно, больше никогда не сможет посмотреть в глаза. Она хотела бы обнять мужа, но не могла позволить себе заляпать его этой грязью. Лили отвернулась и вжалась в край кровати, стараясь не прикасаться к его коже. Джеймс мирно посапывал, ничто не тревожило его сон.