Пять шиноби в одном маге

      Гарри, проснувшись, как всегда, от громоподобного рыка Хидана в самую рань, пошел делать зарядку. Оглядев комнату, в которой спал, он обнаружил в ней Рона и еще какого-то парня, имя которого не знал и вряд ли узнает. По привычке схватив рыжего за шиворот пижамы, Гарри, не оглядываясь, швырнул его в стену, где предположительно было окно.       — А-А-А-А-А! — крик боли был настолько громок, что Гарри едва не контузило, а парень, до этого мирно спавший, подскочив, аккуратно приземлился лицом на каменный пол.       Гарри, мгновенно вспомнив, что они теперь живут в подземелье, поспешил ретироваться, забив на одежду и гигиенические процедуры, одновременно напитывая тело чакрой. Когда уже бежал по коридору, он услышал полный ярости крик:       — А НУ СТОЙ, ОЧКАСТЫЙ УЕБАН! — красный от злости Рон с огромным шишаком на голове уверенно преследовал своего закадычного друга, попутно кидая в него созданные в мгновение ока подушки, обернутые во взрывные печати.       Утро удалось.

***

      Без энтузиазма поедая овсянку, потрепанный и покрытый в некоторых местах копотью Гарри смотрел на расписание, которое ему вручила староста. Внезапно его прервал голос Хидана:       — Уебыш, дело есть.       — М-м, — многозначительно промычал Поттер.       — Создай клонов.       — Зачем? — голосом работницы «Почты России» спросил Гарри.       — Уебыш, не беси меня, делай клонов.       — Сколько?       — Эм-м… Раз, два, три… Три!       — Да-да, хорошо, сейчас поем и пойду делать.       Поев, Гарри вышел из Большого зала и создал клонов, которые сразу же куда-то убежали, ведомые «тараканами». Куда они убежали, Гарри не интересовался, а лишь понадеялся, что они не принесут ему неприятностей. Наивный.

***

      Первым магическим уроком для Гарри была история магии, которую вел призрак. Сев на последнюю парту с Роном, они принялись ждать учителя. Учитель появился… из волос патлатой девки с Гриффиндора.       — Хренасе, — удивленно протянул Джирайя-сенсей, отвлекшись от своих дел. — Даже я так своими волосами не умею. Кто она такая?       Гарри не знал, кто она такая, но это было неважно, ведь начался урок. Самый скучный урок в его жизни. Настолько скучный, что он едва держался, чтобы не уснуть — все же первый урок в новой школе. А вот Рон себя такими мелочами не утруждал и сразу же заснул, прикрывшись учебником. Монотонный голос профессора Бинса действовал не хуже лошадиной дозы снотворного, а то и лучше. В глазах Гарри все поплыло, и последнее, что он увидел — это патлы девки с Гриффиндора, которая оказалась намного крепче, чем казалась…

***

      Бинс все говорил и говорил, говорил и говорил, а эта патлатая девка с Гриффиндора все не засыпала! Но ничего, она все равно уснет, а он найдет, как ей отомстить, ведь он — Призрак-Лоликонщик, который очень любит маленьких девочек-волшебниц…

***

      Хорошенько выспавшись на истории магии, Гарри, как и весь первый курс Хаффлпаффа и Рейвенкло, пошел на трансфигурацию, которую вела профессор МакГонагалл. Трансфигурация оказалась предметом трудным, интересным и очень перспективным, но на ранних порах крайне бесполезным. Например, зачем делать из зайца тапочки? На случай, если ты будешь ходить по лесу босиком с палочкой и увидишь зайца? Ну да, логично. Впрочем, это только начало, позже будет намного интереснее и полезнее.

***

      Травология с самого начала стала для Гарри нелюбимым уроком потому, что он был совмещен со Слизерином, на котором учился Молочко. Рядовой был очень приставучим, и Гарри только чудом сдерживал себя от того, чтобы не похоронить его в грядке с дьявольскими силками. Но все же под конец урока, когда Поттер понял, что еще немного — и белобрысый пойдет на удобрения, очкарик тихо и незаметно для всех вырубил его. Неизвестно, что в понятии Гарри было «тихо и незаметно», но, с вертухи треснув несчастного Молочко по щам, шрамоголовый ничуть не смутился, что бесчувственное тело рухнуло на грядки с какими-то растениями, потревожив их, залило кровью странного вида горшочки и еще что-то хрипело. После урока Поттер как ни в чем не бывало пошел на обед, оставив слизеринца на милость «дьявольским тентаклям», как их назвал пошло хихикающий Джирайя-сенсей.

***

      Плотно пообедав, первокурсники Хаффлпаффа и Гриффиндора пошли на чары, которые вел профессор Флитвик, юморной коротышка. На первом уроке они тренировались двигать кистями рук, чтобы те были как можно подвижнее, и попытались наколдовать искры. К концу урока почти все смогли сделать искры, а какой-то гриффиндорец, Финниган, кажется, умудрился взорвать парту и чуть не угробил себя и своего соседа, чем удостоился заинтересованного взгляда Дейдары.

***

      Следующим по расписанию уроком была защита от Темных искусств. По мнению Гарри, это был самый пустой урок из всех, даже история магии лучше, там хотя бы поспать можно, а тут из-за заикания профессора Квиррелла, мужичка в огромном тюрбане, от которого пахнет чесноком и еще чем-то неприятным (видимо, он не любит мыться), невозможно уснуть. Поэтому Гарри от нечегоделанья попросил Хидана почитать ему Маяковского, которого тот знал наизусть. Сектант с радостью согласился, ибо только самые изощренные суицидники просят Хидана почитать им Маяковского, так как он может делать это вечно, попутно приписывая туда свою религию. Вот так и прошел урок.

***

      Гарри сидел за последней партой и разговаривал с Роном в ожидании учителя. Внезапно дверь, распахнувшись, хлопнула так сильно, что одна пугливая девчонка с Хаффлпаффа упала в обморок.       — Минус пять очков Гриффиндору, — зайдя в кабинет с грациозностью Бэтмена, поздоровался профессор Снейп.       — Но здесь нет Гриффиндора, сэр, — слабо пискнул какой-то парень с Рейвенкло.       Снейп резко остановился и, прищурившись, осмотрел класс, на секунду остановив взгляд на Поттере.       — Тогда минус пять очков Хаффлпаффу.       — Но у нас еще нет баллов, профессор, — лениво произнес Гарри.       — Значит, ваш факультет первый, у которого будет отрицательный балл. И, кажется, я не давал вам право открывать рот на моем уроке, поэтому еще минус десять баллов с Хаффлпаффа, — еле слышно, но очень отчетливо произнес зельевар.       — Но я ведь просто сказал, что у нас нет баллов! — справедливо возмутился Гарри.       — Вы что, настолько глупы, мистер Поттер, что не понимаете, что вам следует закрыть свой рот? Или ваша слава заставляет вас делать всякие абсурдные вещи? — подойдя к парте, Снейп так близко склонился к очкарику, что едва не ткнул в него своим шнобелем.       — А не могли бы вы ко мне так близко не подходить, а то с вас перхоть сыпется, — брезгливо произнес в ответ Гарри.       Поттер попал по самому больному, потоптался и посыпал солью, и сальноволосый профессор просто не мог этого простить.       — Вы такой же, как и ваш отец: высокомерный, тупой и с огромным чувством собственной важности… — Снейп бы продолжал и дальше, но его перебили:       — Завалите, — опустив голову, отчетливо произнес Гарри.       — Что вы сказали, мистер Поттер? — опасно сузив глаза, с ненавистью в голосе спросил зельевар.       — НЕ ЗАСТАВЛЯЙТЕ МЕНЯ ВЫРЫВАТЬ ВАМ ВЕНЫ И ЗАПИХИВАТЬ ИХ ВАМ В ТРАХЕЮ, ЧТОБЫ ВЫ, НАКОНЕЦ, ЗАВАЛИЛИ СВОЕ ХЛЕБАЛО! — заорал очкарик так, что у рядом сидящего Рона пошла кровь из ушей, а от его сурового лица кто-то впал в кому. Да, он вошел в «режим Хидана».       Итоги дня: минус сотни очков с Хаффлпаффа, которые, как оказалось, нахрен никому не сдались, отработка у Снейпа до самого Рождества и выговор директора, у которого Гарри спер лимонных долек.

***

      Полеты на метлах вела мадам Трюк, от которой неистово несло перегаром, и они на этих уроках просто летали. И все. Ничего больше. Скукота. А ведь вся неделя была такой насыщенной… Хотя Гарри так и не узнал, что «тараканы» сделали с его клонами, так что…