Испытание временем

- Почему так холодно? - поежившись от ощутимо понизившейся температуры, произнесла дрожащим голосом Талия. - Потому что близко поля наказаний. Как ты видишь, грешникам не приходится даже задумываться о комфорте. А впрочем... потерянные души не придают этому особого значения. Они не чувствуют ничего, в отличие от тебя, Талия, - ответил я, даже не злясь на ее чрезмерное любопытство. Мне было даже приятно, что ей интересно обсуждать со мной подобную тему. Просто... еще никто в этом месте не выглядел настолько... живым как она. - Ясно. Почему тебя раздражает все, что я делаю? - Разве я был раздражен сейчас? - уже вспыльчивее поинтересовался я, снимая с себя куртку и поспешно накидывая ее на плечи почти окоченевшей девушки. - Не нужно... - Бери. Я уже привык к этому, а твое клацание выводит меня из себя, - тоном, не терпящим отказа, отчетливо проговорил я, чувствуя толику теплоты в груди от глупого знака доброты, которая была неведома моему очерствевшему сердцу. - Мне спокойнее лишний раз пройти через поля наказаний, заживо сгнить в Тартаре, посмеяться с мертвецом над его бессмысленной смертью. Большая половина из них самоубийцы, которые даже не понимают того, что уже никогда не вернутся к своим близким. Их жизни оборвались так стремительно и... глупо. Иногда мне хочется закричать на них от безысходности. Им не выбраться с полей наказаний, пока они не примут свою смерть. А знаешь, в чем состоит главная проблема? - ох, этот обнадеживающий взгляд, лихорадочный блеск которого свидетельствует о готовности помочь каждой гнилой душонке в этом Царстве. Когда - то этот взгляд я видел в зеркале, презрительно рассматривая испуганного, жалкого мальчишку, потерявшего любимую сестру и мечтающего об отмщении смертному миру, ради вечного существования которого Бьянка и отдала свою жизнь. - Они никогда не вспомнят о цели своего нахождения в этом месте и не смогут отыскать свет. Их судьбой навечно станет бесцельное скитание по туманному, бесконечному полю. - Почему ты так спокойно говоришь об этом? - нервно сглотнув, прошептала Грейс, сильнее кутаясь в мою куртку и пряча руки в карманах. Она ведь даже не догадывается, что творится в моей падшей душе. - Говоришь так, словно понимаешь их, - понимаю... Принял и смирился с их вечными страданиями. Не знаю, как Вам, но я уж лучше буду гореть в кипящем котле и раз за разом терпеть извращенные отрывание конечностей, чем потеряю память и забуду даже свое существование. Вы не представляете, на что способны безжалостные палачи моего папаши. На моих глазах они возвращали душе плоть, улыбались в ответ на его радостные крики, а потом по кусочкам снимали кожу живьем и втыкали в незащищенные оболочкой мышцы раскаленные клинки. Мне до сих пор снятся кошмары с участием Бальтазара, с которым меня и познакомил Аид на одной из зрелищных пыток над убийцей. Страдания, которые испытывали его жертвы, усилились в тысячу раз, позволяя молодому парню умирать в луже собственной крови, захлебываясь ею же. Но даже это не сравнится с теми муками, что испытывают потерянные души. Многие из них не сделали ничего ужасного, но из-за своей упрямости и нежелания принять свою смерть отец согнал их на поля наказаний, пока «они не обретут вечный покой». - Я понимаю их, Талия. В моей жизни было не мало трудностей... - О чем ты говоришь? Ты пытался покончить..? - Скроемся в той пещере, - прервал ее я, указывая рукой на знакомое мне углубление в скале, в котором мы смогли бы укрыться от монстров. Наступала тьма, надвигался туман... Все это могло принести с собой отвратительные последствия. - Быстрее, Грейс. Нужно успеть до того, как это облако дойдет до нас, - скомандовал я, хватая девушку за руку и незамедлительно направляясь в сторону спасительной пещеры. Если только этот туман доберется до нас... - Нико... - Забирайся на мои плечи. Соображай быстрее, Грейс, - прорычал я, подхватывая девушку за бедра и поднимая вверх, к выступу и единственному входу в пещеру. Время истекало, а туман забвения сокращал расстояние между нами. - Хватайся, - прохрипел я, не обращая никакого внимание на то, что Грейс чуть было не упала, но нашла точку опоры пыльной подошвой своего кеда на моем плече. - Рюкзак! - вещь полетела в том же направлении, но шансов на спасения у меня почти не осталось. - Черт!.. - Давай руку. Нико, дай свою руку, - закричала Талия, подавая мне свою ладошку. Она не удержит меня... - Нико, доверься мне... - Доверься мне, малыш... - Мне страшно, Бьянка, - захныкал я, вцепившись и повиснув мертвым грузом на руке старшей сестры. - Другого выхода нет... - У нас нет иного выхода. Прошу тебя, - я уверенно сжал руку Грейс, прыгнув на выступ и ухватившись за него другой рукой. - Я не удержусь, - прохрипел я, ногами стараясь помогать себе, но лишь убеждаясь все больше, что это и станет моим концом. Жаль, я столько лет призывал смерть, а теперь придется расплачиваться в такой неподходящий момент. - Удержу, - отчаянно прокричала девушка, чуть не вырывая мне правую руку. Сейчас я не готов был отдать свою чертову душонку в руки моего папочки. Только не в этот раз... - Боги! Держись... - мне почти удалось подтянуться на крошащемся под моими руками выспупе, но в последнюю секунду соскользнул, потратив единственную попытку. - Скройся в пещере. Отпусти меня, пока еще не поздно. Спасай себя... - Никогда, - сквозь стиснутые зубы застонала эта идиотка, отдавая все свои силы на рывок. - Еще раз, помоги мне... - умоляюще прошипела она, когда до нашей неминуемой гибели осталось несколько секунд. - Давай, - за мгновение до неизбежного конца меня буквально втащил наверх резкий поток плотного воздуха, и, кубарем полетев в пещеру, мы глухо упали на ее холодный каменный пол таким образом, что Грейс лежала на мне. - Черт..! - отчаянно вскрикнул я, замечая, что туман не отступил и пробирался все ближе к нашему убежищу. Даже не задумываясь ни о чем, я перекатился на Талию, накрывая девушку своим телом в надежде принять весь удар на себя. - Нико... - Все хорошо. Я не позволю тебе пострадать, - успокаивающе прошептал я, ощущая... Ничего не ощущая. Никакого воздействия тумана, стирающего память любому стоящему на его пути существу. Медленно подняв свой взгляд, я обернулся и увидел, что туман все же остановился, не сумев пересечь границы пещеры. Мы спасены. - Теперь уже все хорошо, - облегченно выдохнул я, немедленно отстранившись от девушки и облокотившись спиной о стену пещеры, прокручивая в своей голове случившееся. «Я не позволю тебе пострадать»? Что за сопли, ди Анджело? - Что это было? - ошарашенно спросила Грейс, приподнявшись на локтях. - Ты про..? Это туман забвения. Именно он и стирает память душ. Но не волнуйся, здесь нам ничего не угрожает. Во всяком случае... пока, - нужно было встать на ноги или... хотя бы оторвать свой обеспокоенный взгляд от девчонки! В следующую секунду я именно так и сделал, проклиная себя за минутную слабость. Когда я, вообще, беспокоился о состоянии несносных дочерей Зевса?! - Нам повезло, - тихо произнесла она, подходя к рюкзаку и поднимая его с земли под мой заинтересованный взгляд. - Никогда не упоминай о везении в месте, предназначенном для вечных мучений. Подумай хоть раз перед тем, как сказать очередной бред, Грейс, - резко прорычал я, буквально подлетая к ней и вырывая из рук чертов рюкзак. - Своими чересчур... смертными словами ты вселяешь бесполезную надежду... - В кого? Здесь только мы с тобой, ди Анджело. Ты сумасшедший..! - Да, Грейс, - больше я не контролировал свою злость на нее, толкая девушку в сторону стены и прижимая ее своим телом к ней, заранее пригвоздив руки Талии над головой и тем самым снизив шансы на спасение. - Я сумасшедший. Чокнутый! А ты глухая дура. Если я приказываю скрыться в пещере, ты должна немедленно скрыться в пещере, не обращая никакого внимания на... балласт. - Я больше не собираюсь выполнять команды, подобно шавке. Я сделала то, что считала нужным, - ядовито прошипела она в мои губы, приняв вызов в моем взгляде. - Ты рисковала своей жизнью напрасно. Если бы мы погибли, то Джорджия бы навсегда осталась подстилкой демона. Ты не думала ни о чем своей головкой в тот момент, когда решила спасти мою гнилую душонку. Запомни на всю жизнь, я не нуждаюсь в помощи. Твоя жизнь стоит в сто раз дороже моей, - с каждым словом злость истощала мои силы, а на последнем звуке я и вовсе опустился на землю, шумно выдыхая остатки тошнотворных эмоций из себя. - Тебе плохо? - Нет, - слишком много эмоций в одном слове. Слишком много для бесчувственного отпрыска Аида... - Огонь мы не разведем, а ночи холодные... - В Аду есть ночь? - удивленно перебила меня Грейс, изучающе проходя своим взглядом по всему моему телу. - Не совсем точное пояснение. Но так для тебя это прозвучит намного понятливее. Ночь в смертном мире отличается от этой по многим критериям. - Почему ты ненавидишь людей и презрительно называешь их смертными? - выпалила, наверное, неожиданно даже для самой себя Талия, опускаясь на землю и размещаясь в позе лотоса передо мной. - Потому что прекрасно осознаю, на какой ступени цепи питания они находятся. Они всего лишь грязь под ногами Богов, а полубоги - существа, слепленные из этой грязи. - Ты не имеешь права так говорить. Я знаю много достойных моего уважения людей. Ты не можешь судить их только из-за своих мнимых... - О чем ты хочешь меня спросить, Грейс? Не обязательно подходить постепенно. Давай. Как можешь только ты, напрямую, - нетерпеливо произнес я, устало посмотрев в ее растерянный взгляд. - Ты снова будешь кричать, что это не мое дело. - Ну, наверное, потому, что это и правда будет не твое дело. Думаешь, я могу только кричать и пугать тебя? Ошибаешься... - сонно протянул я, непринужденно улыбнувшись девушке. Ее глаза на несколько секунд округлились в безмолвном шоке, но она смогла взять себя в руки и сосредоточенно взглянуть на меня. - От чего мне нужно спасать тебя? О какой цене говорил Танатос? Тебе угрожает опасность? - ответом ей послужил мой обреченный вздох. Но сейчас мне захотелось поделиться с ней частью своей ноши, которую взвалил на свои плечи с момента смерти Бьянки. - Совсем недавно, чуть больше недели назад, отец велел разыскать меня своим прислужникам. Я был в то время в баре и... не один, - с каждым моим словом в ее глазах все сильнее и ярче разгорался огонек сочувствия, которое я незамедлительно подавил своим укоризненным взглядом. Да, Грейс, мальчик давно вырос и уж тем более в жалости не нуждается! - Было ужасно неудобно перед эмпусой, но порой Аида лучше не злить. - И что он тебе сказал? - надеюсь, резко появившийся в ее глазах гнев говорил о том, что терпение дочери Громовержца было почти истощено. - Пророчество... Он поверил трем полоумным старухам, что мой конец уже совсем близок. - Ты ум - мрешь? - черт, она дрожала от тьмы, высасывающей из ее тела жизненную энергию . - Ты замерзла? - Н - нет - т. Ответ - ть на вопрос сн - начала, - это и делала «ночь» Царства Мертвых - вытягивала силы из любого живого существа, медленно превращая его в подобие потерянных душ. - Иди сюда, и я расскажу тебе, - не понимаю, что сейчас творю, приглашая девушку в свои объятия, но иного выбора у меня не было. - От - твет - ть! - Черт, да. В пророчестве сказано, что в скором времени мне уготована смерть. А теперь немедленно иди сюда, - поверженно прорычал я, в который раз уступая ее упрямству. - Какая холодная, - обвинительно упрекнул ее я, прижимая к себе и растирая онемевшие руки. - Ты т - тоже... - даже моя куртка, в которую она была закутана, не могла полностью согреть ее, как и пониженная температура моего тела. - Потерпи немного. Скоро туман исчезнет, а с ним и загробный холод, - убеждал Талию я, растирая уже ее икры, колени, бедра... - Нельзя было брюки надеть? Это же Ад, - недовольно пробурчал я, не обращая внимания на смущение девушки. Неужели никогда не ощущала мужских прикосновений?! Не кипятись, ди Анджело. Она же охотница..! - Ну, прости, что не догадалась взять с собой термобелье. Мне ведь не объяснили, что меня ждет в Аду, - я не понимаю, она может хоть раз промолчать в ответ? - Согрелась? - прошептал я в ее ухо, снова привлекая в свои объятия и чувствуя, как заметно уменьшилась дрожь ее тела. Но даже это не удовлетворило моего желания обезопасить Грейс. В кого я только превращаюсь?! - Да, - тихо пробормотала она в мою грудь, теснее прижимаясь ко мне и позволяя почувствовать ее учащенное сердцебиение. И снова тепло... Оно разъедает мое сердце, но это всего лишь забота. Я просто ощущаю ответственность за эту импульсивную девчонку, только поэтому так остро отреагировал сейчас. Это равносильно заботе о ребенке, желающим узнать все и сразу и не думающим о последствиях своего неиссякаемого любопытства. Всего лишь ребенок... - У меня еще столько вопросов, но я хочу спать. - Ты сказала это таким тоном, словно я тебя принуждаю к чему-то непристойному, - в своей излюбленной насмешливой манере произнес я, наблюдая за тем, как девушка закрывает свои голубые глаза и распологает свои еще прохладные ладошки на моей груди, уткнувшись лицом в мою шею. Никогда прежде не получал от прикосновений такого удовольствия. Внутри становилось так омерзительно умиротворенно, что я стиснул зубы от гнева на самого себя. Мое сердцебиение не должно было сейчас вторить ее. Я должен отстраниться, вновь спрятаться за толстой стеной боли и бесчувственности. Должен... Но я только зарываюсь носом в волосы Талии и вдыхаю в себя ее неповторимый запах, вспоминая ту ночь, которую провел в палатке охотницы... Не могу заснуть от дикой боли во всем теле, продолжая рассматривать мою спасительницу, мирно спящую на расстоянии вытянутой руки от меня. Желание прикоснуться к ней становится с каждой секундой только сильнее, но я упорно продолжаю игнорировать покалывание в подушечках пальцев, списывая свое поведение на благодарность за спасение и лишь усиливая злость на самого себя. Я не обделен женским вниманием и никогда еще не ощущал такой волны чувств, нахлынувшей на меня столь неожиданно... Нет. - Нет, - прорычал я, замолкая в тот момент, как девушка пробормотала что-то невнятно, согревая мою шею своим дыханием. - Ты живой, каким бы подонком себя не выставлял... - проговорила Грейс, вторгаясь в мое личное пространство и напрягая меня своей милосердной натурой. - Я ненавижу, когда ко мне прикасаются. - Придется терпеть, - прошептала Грейс перед тем, как вывела меня из успокаивающей темноты на свет и крепко обняла, прижимаясь всем своим телом к моему. Я не понимал, что мне нужно сделать. Еще несколько секунд назад я бы обязательно оттолкнул Грейс от себя, выплеснув на нее порцию едкого сарказма, а теперь... Неожиданно мои руки ожили и легли на талию девушки, обняв ее в ответ. Это было сумасшествие. Я становился сумасшедшим, стоило этой девчонке вытворить очередную глупость. И я просто сгорал внутри от дикого желания защитить ее. Нельзя. Я не могу такое испытывать. - Тише, - убаюкивающе прошептал я, подхватывая девушку на руки и укладывая в спальный мешок, который нашел в ее рюкзаке. - Я рядом, - в том же успокаивающем тоне произнес я, забираясь к ней и размещаясь (в попытке предоставить ей больше места в тесном мешке) таким образом, что между нашими губами остались чертовы миллиметры. Лучше бы она позволила мне принять пророческую смерть и навечно превратиться в бесплотную потерянную душу, чем неосознанно заставлять меня бороться с демонами внутри своего тела. И только я хотел поменять положение, как Талия дернула головой, мазнув по моим губам своими и усилив и без того реакцию моего организма.       Сдержав отчаянный стон, я стремительно изменил положение наших тел: теперь Талия лежала на мне так же, как и минут десять назад. А может и больше... Осталось самое тяжелое... Необходимо было уснуть, вот только пылающее энергией даже во сне тело девушки уменьшало мои шансы с каждым хриплым вдохом.