Часть 3 Зима. Глава 20. Предложение, от которого сложно отказаться
4 октября 2017 г., 19:11
В главном зале Хогвартса было тепло, но Дамблдора всё равно знобило — ноги в тёплых шерстяных носках казались холоднее снега на улице. Он сидел в середине стола преподавателей и смотрел, как студенты, отряхивая снег, заходят и занимают свои места. При взгляде на учеников у директора снова кольнуло сердце — он не представлял себе, что и как должен им сейчас говорить. Альбус Дамблдор собирался открыть бо́льшую часть правды. И лишить старшекурсников подросткового счастья.
Взгляд ангельски голубых глаз остановился на Гарри, отчитывающем третьекурсников. Рядом с ним стояла Гермиона и по-макгонагалловски сурово смотрела на Тома — заводилу гриффиндорцев. Недалеко от него шушукались братья Криви, Дин Томас обнимал Джинни: на них мрачно смотрел Рон. Кэти Белл, улыбаясь, что-то говорила Парвати и Лаванде, которые опять перешили свои мантии. Невилл широко улыбался сидящей за соседним столом Сьюзен Боунс. Рядом с ней сидели и весело щебетали о какой-то «очень важной» ерунде Чоу, Падма и Мариэтта.
«Надо убрать прыщи у неё с лица и снять с Гриффиндора десять баллов», — подумал Дамблдор, стараясь унять растущую боль в груди любимыми мыслями о школе.
Пуффендуйцев с четвёртого курса отчитывал Энтони, видимо, очень строго — ученики совсем понурили головы. Там же Мораг МакДугалл откровенно глумилась над Луной, которая сносила все подколы с негаснущей улыбкой на лице. Тише всего за слизеринским столом — студенты перекидывались короткими фразами. Блейз смотрел на Киру, но на его лице застыло привычное мрачное выражение. Сама Кира яростно шипела на Кристианну Моро, отвечающую со всей возможной ненавистью. Малфой смотрел куда-то за плечо Паркинсон. Пэнси улыбалась напарнику и будущему мужу, но как-то неискренне, натянуто. Рядом с ней над шуткой Гойла гоготал Крэбб.
Дамблдору показалось, что сердце пропустило пару ударов. Он понимал, что когда он начнёт говорить, то разрушит всё: их мечты, их спокойную студенческую жизнь с радостями, печалями, проблемами, успехами и неудачами. Своими словами он обречёт их. Смелых гриффиндорцев, старательных, трудолюбивых пуффендуйцев, умных когтевранцев и хитрых слизеринцев. Дамблдор даже не мог представить, как они воспримут его слова, какие мысли будут у них, когда он закончит. Ему было невыносимо сложно и больно от одной только мысли, что он не выполнил своего обещания.
Рука опять потянулась к груди, но Минерва незаметно её остановила — Фленгимиры сидели за пустующим местом Грюма.
— Пора, — прошептала она, стараясь поддержать директора в трудную минуту.
— Знаю, — горько вздохнул Альбус и встал.
Едва он поднялся со своего места, в зале затихли разговоры, и на него смотрели все ученики Хогвартса.
— Друзья мои! — начал он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я искренне рад видеть здесь вас всех. Я… — директор запнулся и выпил глоток воды, получая драгоценные секунды, чтобы продумать дальнейшие слова.
Теперь он видел во взгляде Гарри страх. Да и не только в его взгляде. Сколько Дамблдор себя помнил, он никогда не выглядел в глазах студентов такой старой развалиной, не способной даже твёрдым голосом сказать речь.
— Как вы знаете, — нашёл в себе силы продолжить директор, — весной слово Лорда Волдеморта, — ребята вздрогнули, — закончит оберегать Англию от зла, которое он несёт. Я боюсь, что даже древние, неприступные стены школы не смогут защитить вас от него.
Фленгимиров, пытающихся вскочить с мест, удерживали МакГонагалл и Снегг. Студенты слушали Дамблдора, но без паники, а со страшной смесью обречённости и азарта.
— И если война вернётся в Англию, может быть, не весной и даже не летом, но вернётся, то вам и вашим близким может грозить опасность. Я даю вам слово мага, что мракоборцы, невыразимцы, сотрудники магического правопорядка и даже добровольцы… Все мы, приложим мыслимые и немыслимые усилия, чтобы защитить вас — наше будущее. Но простите меня, я не могу дать гарантию, что мы, ваши защитники, сможем успевать везде и всегда. Поэтому, начиная с понедельника, все преподаватели после третьего занятия будут проводить консультации по практике применения любых магических способностей и заклинаний в условиях опасности вашей жизни и жизни ваших близких.
— Интересно, чему нас в таком случае сможет дополнительно научить Снегг? — хмыкнул Уизли.
— Многому, — ответила Гермиона, — с помощью взрыв-зелий тоже можно дел наделать.
— Я прошу вас отнестись к этому со всей ответственностью — никогда ещё в этом мире знания не мешали, — увещевал Дамблдор.
— Это намёк, что нас втягивают в войну? — спросил Леккс, сощурив серые глаза.
— Дамблдор не сказал, что нам обязательно придётся сражаться, но если уж придётся, то лучше быть подготовленными, — возразил Гарри, понимая, что теперь ему обязательно нужно собирать ОД.
— Представляю, что завтра напишет «Пророк», — вздохнула Гермиона.
— Почему завтра — это будет спецвыпуск. Даю голову на отсечение, что через пару часов мы уже будем читать о сумасшедшем директоре Хогвартса, в очередной раз тренирующем студентов для свержения режима Фаджа, — улыбнулся Рон.
— Ну, у нас есть, что на это ответить! — заявил Гарри. — И если Пророк попытается хоть дыхнуть в сторону Дамблдора или школы, ему придётся очень грустно.
— Луна? — спросила Гермиона.
— Луна, — кивнул Поттер, уже продумывая, кого нужно будет поднять, и чьи слова будут особенно хорошо смотреться на первой полосе «Придиры».
— Временно профессора Грюма заменит директор крыла мракоборцев Англии Дюк Криган, — представил профессора Дамблдор, — кроме этого, я позвал моего старого друга, гениального специалиста, чтобы он обучил студентов, предрасположенных к боевым методам колдовства.
В этот момент дверь открылась, и в зал вошёл Зелёный. Подстригаться он не стал и всё так же связал волосы вместе с бородой за спиной. Пока он проходил между столов, внимательно смотря на студентов, Гарри заметил, что глаза у него опять слепо-серые.
— Кто это? — спросил Рон, чувствуя, как взгляд серых, без зрачка, глаз проникает ему буквально в душу.
— Зелёный, друг Дамблдора, — ответил Гарри и со страхом посмотрел на Гермиону, — он владеет такой магией… никогда такого не видел.
— Последнее, о чём я хочу вам сказать — переэкзаменовки будут проходить по вечерам в первую неделю обучения. Студенты, которые не пересдадут экзамены, будут переведены на общее направление, с возможностью обучения на консультациях.
— Восхитительно! — не выдержал Рон. — Снегг меня живьём съест.
— Да всё будет нормально — всем вместе пересдавать, — уверенно ответил Поттер.
— Придём и сдадим! — поддержала его подруга.
— Ну, я думаю, самое время разбавить плохие новости сладким, — сел на своё место Дамблдор.
***
Едва Альбус смог успокоиться, как к нему в кабинет вошёл Зелёный. Ленивым взмахом руки он превратил столик с серебряными приборами в диван и завалился на него, вытянув ноги. — Акцио, коньяк! — вытянул он руку в сторону стола. Из нижнего ящика осторожно вылетела початая бутылка. Поймав её, Зелёный внимательно изучил этикетку. — Ты всё такой же беспардонный, — вздохнул Дамблдор. — А ты всё такой же честолюбивый. Сколько раз я тебе говорил — благими намерениями… Альбус не ответил, лишь пристально посмотрел на Зелёного, но быстро отвёл глаза. Проследив взгляд друга, Зелёный увидел картину — в те времена, когда они учились, фотоаппарата ещё не было. На картине расселись вокруг стола в Выручай-комнате студенты Хогвартса. Зелёному даже не надо было смотреть на картину, чтобы перечислить своих друзей — он прекрасно помнил, кто, где сидел в тот день. В центре — Белый, по правую руку от него — Серый, по левую — Фиолетовый, за ним — Синяя, рядом с ней сидел сам Зелёный… — У неё тогда были прекрасные духи, — обронил Дамблдор. — Божественные, — поправил его Зелёный. Их связывала древняя дружба, настолько сильная, что они совершенно спокойно понимали друг друга не то, что без слов, а по одному вдоху или выдоху. — Давай помянем их… — тише попросил Зелёный, — всех. Они все были славными ребятами, и все были мне как братья и сёстры. За упокой. Чтобы не поминали их злым словом… — он отсалютовал бутылкой сначала фотографии, потом окну и сделал два маленьких глоточка тёмно-янтарной жидкости. — …И не трогали их покой, — закончил за него Белый. Зелёный вернул бутылку Дамблдору. Альбус отсалютовал бутылкой только фотографии и приложился к горлышку. Они долго молчали. Вспоминали и думали, как оно всё могло быть по-другому. — Прости меня, Белый, — попросил Зелёный севшим голосом, — даю слова мага, что не хотел. — Я знаю, Зелёный. Знаю. И они тебя простили, — покивал головой Дамблдор, — ты был по обе стороны Добра и Зла. И понимаешь, что мы должны… — Поэтому я и здесь. — Ты уже выбрал? — Да. Поттер. За счёт созданного в нём хоркрукса у него завидный магический потенциал. Грейнджер — её стремление к знанию вызывает восхищение. Малфой — крайне предрасположен к материализации. Корнер и Финниган — у них есть задатки к техникам подчинения. Чанг и Хопкинс — у них очень ловкие пальцы. — Ты сможешь обучить их без потерь? — с надеждой спросил Дамбдлор. — Конечно. За полгода и без потерь, — ободряюще улыбнулся Зелёный, — и даже кое-чему новому. Тому, чего не знают ученики Гриндевальда. — Ещё одного обучить сможешь? — хитро посмотрел на друга Белый. — Мальчика с синдромом одиночки? — Зелёный улыбнулся. — Северус Снегг предлагал мне всё, что у него есть, чтобы я взялся обучать этого мальчика Регенерации. Да, он мог бы поучиться у меня. Особых успехов я на него не возлагаю, но даже на такой стадии болезни он сможет регенерировать себя лет десять-пятнадцать. — О большем я и не мечтал, — ответно улыбнулся Альбус Дамблдор, — спасибо.***
Развалившись на диване, Гарри смотрел в потолок и машинально крутил фальшивый галеон. Ему было страшно после разговора с Крокером, а стало ещё страшнее, когда увидел слабость Дамблдора. Страшно от осознания того, что Зелёный наберёт себе учеников среди студентов Хогвартса. Страшно, что выбор может пасть на кого-то из его друзей. И всё же даже после разговоров в купе Хогвартс-экспресса идея о созыве ОД казалась Поттеру если не бесполезной, то бесперспективной. Время шло, а Гарри всё никак не решался изменить дату на галеоне. С другой стороны, сейчас, именно после слов Дамблдора, ребята могут и согласиться. — Дальше отступать некуда, — решил он. Встав с дивана, он крепко сжал фальшивый галеон и прикоснулся к нему палочкой. — Осталось узнать, сколько из них придёт, — ухмыльнулся Гарри. Не прошло и минуты, как в комнату постучалась Гермиона. Пока Поттер шёл к двери, в «предбаннике» успели собраться все гриффиндорцы, состоявшие в ОД, за исключением близнецов, Анджелины и Алисии. После того, что им сказал Дамблдор, они не стали задавать лишних вопросов — на лицах друзей Гарри увидел уверенность в собственных поступках. — Гарри, это правда? — всё же уточнил Невилл, подразумевая не только сменившуюся дату на фальшивом галеоне, но и слова директора. — Да, — кивнул тот. — Когда идём? — спросил Рон. — Прямо сейчас, — Гермиона правильно почувствовала настроение Гарри. — А как же остальные? — Они тоже придут, — уверенно сказал Поттер, — не будем заставлять их ждать. — А новичков в вашу команду берёте? — раздался за спинами гриффиндорцев голос. — Только надёжных, — улыбнулся парень Дане Хорнер.***
Как он и ожидал — они пришли. С чувством дежа вю студенты Хогвартса заходили в Выручай-комнату, принявшую точно такой вид, как и год назад. — Гарри, я знала, что ты не будешь стоять в стороне, а продолжишь наше обучение защите, — улыбнулась ему Полумна. — Ну и зачем ты нас собрал? — недовольно спросил Энтони Голдстейн, смерив Рона злым взглядом. Не успел Гарри ему ответить, как на него посыпались вопросы: — Дамблдор сказал правду? — Гарри, зачем ты нас позвал? — Что будем делать? — Как будем заниматься? — Я не буду в одной паре с ним! — А я не буду в паре с тобой! — тут же последовал ответ предыдущему оратору — студенты так и не забыли своих распрей. «Нужен постамент», — подумал Гарри и тут же увидел бочку. — Спасибо, что собрались! — начал он, взобравшись на возвышение. В следующий момент у него пересохло горло. Он не знал, что сказать. Ребята притихли, ожидая, что им скажет Поттер. А он сам даже не представлял, как будет делать из обычных студентов настоящих бойцов. — Ну, трави уже, Гарри Поттер! — раздался голос Эрни МакМиллана. Гарри всё ещё молчал и думал. Думал о жизни, о школе, о студентах, о каждом, кто стоял сейчас в этой комнате, и о тех, кто уже никогда в неё не войдёт. О смерти, о том, насколько она бывает близкой, о прошлом, настоящем и будущем, и о том, каким оно могло бы быть безоблачным. — Хорошо бы, — заговорил Поттер, тяжело вздохнув, — если бы мы знали, что нам ничего не угрожает, то в мире нет войны, что нет Волдеморта… Ребята вздрогнули, и несколько испуганных выдохов сбили Гарри. — А то, что сказал Дамблдор — правда? — спросил Терри Бут. — А ты не веришь? — парировал Симус. — Дамблдор — не тот человек, кто станет нам врать! А это значит, что нас эта война может коснуться в любой момент. — Да! Детство кончилось, — вернул себе внимание Гарри, — нам досталось это место и это время. Мы должны сами сделать будущее светлым. Мы должны встать на защиту наших родных, близких и друзей. — Да! — поддержали его гриффиндорцы. К расстройству Гарри, остальные не были настолько настроенными. Когтевранцы и пуффендуйцы смотрели на Гарри с подозрением. — Какие у тебя предложения? — спросил Энтони. — Обучаться сражаться с врагами в полную силу. На равных. То зло, которое придёт в этот мир, поделит его просто — на своих и врагов. И не будет смотреть на значок факультета. Для тех, кто придёт в Хогвартс, не будет никакой разницы: пока мы живы — нас будут считать врагами. — Дамблдор сказал, что мракоборцы, невыразимцы… — начал Майкл Корнер. — А если их не будет? А если они будут в другой битве? Или будут убиты? Детство закончилось — в любой момент мы можем стать последней надеждой на то, что будет завтрашний день. — И то, что нас так долго стравливали друг с другом, это доказывает! — добавила Гермиона. — Так почему бы не оправдать страхи врагов? — улыбнулся Гарри. — Ты знаешь, с чем нам придётся столкнуться? — пристально смотрел на Поттера Энтони. — Да. Зло. Древнее, страшное, опасное, — помрачнел Поттер, вспоминая демонстрацию силы Зелёного. — И ты хочешь, чтобы мы с этим злом сражались? — спросил Эрни. — А ты предпочитаешь сразу в гроб лечь и ждать, пока тебя придавят в нём? — разозлился Гарри. — Вы все считаете, что война обойдёт вас стороной? Хорошо, если так. А если нет? Хоть на минуту представьте, что вы — последние защитники ваших близких, а вы даже защититься толком не можете! Последние слова парень буквально выкрикнул, и эхо несколько раз прокатилось по замершей комнате. — А как же сам… Волдеморт? — раздался голос Полумны. — Он — мой, — сухо ответил Поттер. — Тогда с чего начинаем? — спросил Энтони. — С самого начала. С доверия друг другу, — Гарри зажмурился, и в углу появилась трёхметровая лестница с трамплином. — А если меня не поймают? — обеспокоенно спросил Эрни. — Проверь. Первое правило — ты доверяешь мне, я — тебе. Это основа, на которой будут строиться все наши тренировки, — говорил Гарри, первым поднимаясь по лестнице. «А если они меня не поймают? Да половина даже ловить не станет…» — лезли в голову мысли. Пройдя по короткой доске, он повернулся спиной и… В спину больно упёрлись руки, когда его поймали ребята. Второй, на удивление всем, поднималась Мариэтта. — Это я её привела, — точно, как и в первый раз, сказала Чоу. — Она же предательница! — полетели голоса со всех сторон. Гарри заметил, как Мариэтта вздрогнула. Её буквально заколотило от страха. Поттер и сам подумывал о том, чтобы не ловить девушку — высота не смертельная… Но когда она начала падать, ребята выставили руки, ловя девушку точно так же, как и Гарри. — В этот раз Амбридж здесь нет! — отшутился Рон. Пройдя «проверку на доверие», Гарри построил студентов в ряд и начал свою речь, как лидер: — Я не могу обещать, что навыки, которые мы будем развивать, вам не понадобятся. Что всё это лишнее. Наоборот, я боюсь, что мы будем последним эшелоном этой войны. Последней силой. Теми, кто положит конец этой магической войне. Теперь мы все — единый отряд. Закон для всех один — ты прикроешь мою спину, я прикрою твою. Для нас всех не должно быть разделения по факультетам по отношению друг к другу. И никаких распрей между факультетами тоже не должно быть. Здесь, на тренировках, мы должны выкладываться по полной. Становиться лучше, чем были вчера. — Гарри, а если я знаю ещё пару человек, которые с удовольствием примкнут к Отряду Дамблдора? — спросил Эрни. — Они пройдут ту же проверку, что и остальные. Приводи их на следующее занятие, — кивнул Поттер. — А сейчас давайте вспомним, что мы можем.***
«Получилось!» — Гарри устало рухнул на кровать. Ребята практически ничего не забыли — они повторили основные заклинания и даже попытались вызвать Патронусов. Гарри был доволен не потому, что начал выполнять задачу Крокера, а потому, что ребята действительно показали себя на высшем уровне. «Как же, на высшем! Они показали, что ничего не забыли, — тут же поправил себя Гарри. — Но они и правда молодцы!» Он начал думать, как строить дальнейшие занятия, как внести в них те азы, что рассказывал Шах, но его прервал домовой эльф, внезапно появившийся перед кроватью: — Сэр Поттер, эту записку просили передать вам, — он протянул небольшой кусочек пергамента: «Мистер Поттер, вы выбраны для прохождения обучения по спецкурсу «Боевая магия». Жду вас завтра первой парой в третьей справа аудитории пятого этажа. Не опаздывайте». — Вот всё и разрешилось. Завтра я узнаю, кого мне надо будет уговорить сотрудничать! — выдохнул Гарри.
Примечания:
Буду рад вашим комментариям, критике, да и просто любому интересу к поректу
