За гранью: Между сном и реальностью

***

"Когда дела идут хорошо, что-то должно случится в самом ближайшем будущем.       Когда дела идут хуже некуда, в самом ближайшем будущем они пойдут еще хуже". – Из законов Мерфи.

      Я в очередной раз убедилась в том, что ненавижу жаркое солнце, вездесущий раскаленный песок и всю пустыню в целом. Я ненавижу это место, кишащее всякими тварями вроде скорпионов или разных ядовитых змей всевозможный расцветок.       Как ни странно, но я недолюбливаю всех пресмыкающихся, всех кроме Нагайны, разумеется. Эту чешуйчатую язву я не отдам никому и не за что! Моя, только моя змея, верный друг и преданный товарищ.       Язва кстати всю дорогу молчала, напряженно оглядываясь по сторонам и что-то шипя понятное только ей одной, видимо, это напрямую связано с тем, что ни змеи, ни скорпионы к нам не подползают. Нагайна по всей видимости их просто-напросто отпугивает. Каким образом она это делает меня, если честно заботило мало, главное, что есть результат и этот результат положительный. Змеюка в любом случае не сделает то, что может навредить мне и Титу.       А вообще, даже если бы она не отпугивала этих вредителей, то при укусе я, скорее всего, смогла бы нас вылечить, да и далеко не все скорпионы ядовиты и могут причинить вред и это хорошо, это просто отлично.       Хотя в пустыне стоит опасаться не только этих вредителей, все-таки пресмыкающиеся и членистоногие далеко не единственная и отнюдь не самая опасная угроза в царстве вечных песков. Так же здесь можно откинуть копыта от жажды, еще можно получить солнечный удар и ожоги или попасть под песчаную или пыльную бурю, что весьма неприятно и может стоить жизни.       Бури приходят внезапно и продолжаются в течение многих часов, а иногда и дней. Грязно-желтые тучи закрывают солнце. Люди ощущают головные боли и недомогание. Песчинки, которые несет ветер, больно бьют в лицо. Человек ничего не видит и теряет ориентацию, раскаленный воздух высушивает все вокруг, забирая и так не многочисленную воду. В течение нескольких часов могут быть полностью уничтожены растения, выращиваемые с большим трудом. Песок, переносимый бурей таит в себе смертельную опасность, он может засыпать множество людей и животных. И все, был человек и нет человека.       Откуда я все это знаю? Как-никак в пустыне жила и должна сказать большое спасибо маме, втолковывающей в меня знании и книге, носящей гордое название “Все о пустынях”, чего в этой книжонке только не было! “Что такое пустыня?”, “С чем ее едят?”, “Чего стоит опасаться?” – ответы на эти и многие, многие другие вопросы, делающее книгу слегка “жирненькой”, были как раз таки в этой книженции.       Но слава всем существующим и не существующим Богам нам не представилось случая принять песчаные ванны. Их наша дружная компания скорее всего не пережила бы, все-таки одно дело сидеть дома и придаваться воспоминаниям или потонуть в депрессии, а совершенно другое пересекать эту самую пустыню во время бури, когда злосчастный песок хочет буквально тебя уничтожить, сжить со свету.       Но видно что-то в моих расчётах было не так и, где-то я явно допустила ошибку в своём хитром/ужасно гениальном/опасном плане. Я не правильно рассчитала запас воды. От слова вообще. Эта живительная влага, так необходимая для существования закончилась на четвёртый день пути и это притом, что кое-какие запасы были у Тита.       Вот так мы и шли под палящим солнцем и изнывая от жары, жажды и голода. Причём кушать мы не могли не из-за того, что я где-то опять напортачила, просто после вяленого мяса, которое я захватила с собой очень хотелось пить, а пить-то нечего. В общем, я - дура и это уже диагноз, тем не менее, находятся люди, которые меня терпят, надо им за это памятник поставить... нет, ну серьёзно как они меня с моим-то характером выносят, я же не выносима?.. Вот и сейчас путешествуя нашей дружной компанией по пустыне, я сидела на руках у Тита, весело болтая ногами и напевая песенку из небезызвестного мультика. – Арабская ноооооочь, волшебный востооооок. Здесь чары и месть, отвага и честь, дворцы и песок. – Настроение было на редкость паршивым, ибо все-таки сильно хотелось кушать, пить и принять ванну, дабы смыть с себя пот, грязь и песок, успевший залезть во все возможные и не возможные места. Но, как говорится в русской пословице: “Сама кашу заварила, сама и расхлебывай”. Вот и я решила, что с моей стороны было бы слишком эгоистично еще и ныть о своей “неудавшейся жизни”, да и после того как умерев один раз и чуть не померев во второй я осознала какие же мои когда-то проблемы мелкие и нестоящие внимания.       Жизнь прекрасна, вот и стоит ее прожить весело и со вкусом! По этому, я пела, а звук моего голоса весело разносился по округе, а сама песня наполняла мое сердце теплом и дарила мне счастливые воспоминания о детстве. О той прекрасной поре, когда ты ничего не понимаешь, живёшь где-то в своей вселенной и витаешь в своих облаках, мечтаешь о принце на белом коне, веришь в Санта Клауса, да грезишь о феях и волшебстве. О той поре, когда мы перебиваем говоривших взрослых и важно вставляем, что уже не дети, а точно такие же взрослые.       Как все-таки странно, в детстве мы пытаемся стать взрослыми поправляя родителей или знакомых, которые называют нас детьми, а когда взрослеем, мечтаем наоборот вернуться в детство, под крылышко к родителям. Мы хотим того, чего у нас нет, а иначе, зачем вообще хотеть, не правда ли?       Эх, вот как будто вчера я играла в игрушке и с восторгом смотрела, а потом и пересматривала “Аладдина”. Все-таки если подумать, очень и очень хорошо подумать, то мое детство не было ужасным: у меня было множество игрушек, о которых моим ровесникам оставалось только мечтать, у меня было много разных платьев, в которые я любила переодеваться и, бегая по особняку кричать, что я самая-самая что ни на есть настоящая принцесса. Я помню, что какое-то время я жутко хотела себе дракона. Нет, ну а что? Принцесса, то есть я, в наличии, принца мне папа с мамой найдут, а за замок пройдет и поместье Джонсонов. Да, я была чрезмерно активным ребенком, вот родители и решили отдать меня на вокал, ибо голос был, да и мою прущую ото всюду энергию нужно было куда-то деть.       Этот вокал стал моим кошмаром на несколько лет, а потом как-то втянулась, мне даже стало нравиться петь. Здесь меня, кстати, тоже голосом природа не обделила. К слову в том мире у меня был очень и очень странный учитель музыки Айзик. У этого кадра было еврейское имя, ирландский акцент и монголоидная внешность – у него была смуглая кожа, уплощенная форма лица с заметными скулами и выступающими вперед губами, узкий разрез глаз.       В том мире меня больше всего огорчили родители, а точнее их отсутствие и при этом наличие, то есть они были, я их видела, пересекалась с ними, перекидывалась парой дежурных фраз, но ни внимании, ни заботы я от них не получала. Фактически сирота при живых родителях. Может быть, они просто не умели проявлять заботу по отношению ко мне или просто не хотели? В любом случае теперь я этого никогда не узнаю, хотя глупо винить во всем только Брайена и Диану – я, если честно тоже была неправа во многих ситуациях и вела себя просто отвратительно.       На самом деле сейчас вдыхая огненный воздух, который казалось, просто спалит мои легкие и мечтая о стакане холодной воды, а желательнее ведре, я понимаю, что поступила опрометчиво и достаточно глупо. Все-таки нужно было все лучше обдумать, тщательнее спланировать, дабы не совершать такие проколы и подучиться. Все же не смотря на все старания мамы, я довольно-таки плохо освоила географию, как бы папа не пытался научить меня фехтовать освоить это искусство я смогла очень слабо и видно все дело не в том, что я такая бездарность, нет, мне просто не подходит папин стиль фехтования, основанный на физической силе, а я все-таки особь женского пола и как раз таки физической силы мне и не хватает, но зато этот недостаток я могу компенсировать ловкостью и мозгами. В общем, мне нужен собственный стиль, а для этого нужен учитель знающий свое дело. Я, конечно, могла обратиться к кому-нибудь из Элиохапта, но вряд ли меня бы не послали десятой дорогой, я же “монстр”. Кто знает, может когда-нибудь мне встретится человек способный меня обучить этому искусству.       Эх, ну хоть с магией пока проблем нет.       Я кстати в свои двенадцать веду себя как самый настоящий ребенок, а что? Могу себе позволить! Вот только разум-то не двенадцатилетней и если внешне я счастлива и радуюсь жизни, то внутри скорее всего придаюсь воспоминаниям и размышляю о жизни. Я могу сделать вид, что до сих пор верю в Папа Ноэля, но того искреннего восхищения и не поддельной веры в чудеса, которые присущи только детям уже не будет. Зато родителей не растрою, а в частности папу, который на Новый год переодевался в легкую одежду, каким-то образом приделывал себе короткую бороду, а вместо мешка у него была плетеная корзинка с подарками.       А еще мы заблудились. Я вообще не понимаю, как здесь можно ориентироваться. Кругом песок, он просто повсюду! Под ногами песок, впереди песок, на севере песок и на востоке, да западе тоже песок! Только небо все такое же синее-синее.       Все-таки насколько бы пустыня не была опасной, но я просто не могу не признать её великолепнее. Ночью, когда природа в который раз предпринимает отчаянные попытки уничтожить путников, по-другому причину этого могильного холода я объяснить не могу, здесь, в пустыне такие великолепные звезды! Кажется, что стоит только протянуть руку и вот, одна из звезд уже твоя. Но, увы и ах, это только мое воображение, тем не менее, я не могу отказать себе в удовольствие лишний раз помечтать и посмотреть на массивные газовые шары.       А вообще, жизнь полна разочарований. К чему я виду? На какой-то -дцатый день пути я увидела прямо по курсу самый настоящий оазис с пальмами и озером.

Flashback

“Вода!” – подумал Тит. “Купаться!” – обрадовалась я.       И вот, я спрыгиваю с рук Тита, и весело хохоча, а так же подпрыгивая на раскаленном песке, я бегу. Несусь вперед, к оазису с надеждой ощутить приятную прохладу, по пути сбрасывая с себя белый плащ, спасающий меня от зноя, а так же остальные шмотки, уже представляя, как буду нежиться в прохладной водичке. Но долбаный закон Мерфи, чтоб ему икалось! Это оказался мираж! Ми-раж! Всего на всего лишь иллюзия, фата-моргана! Было так обидно, вот просто до глубины души! Не было бы жалко влаги, разревелась бы, честное слово! А так как влаги мне жалко оставалось только шмыгать носом от досады и разочарования.       - Damm! – У меня вырывается ругательство на моем родном, все еще не забытом английском. Только подбежавший ко мне Тит, привыкший к такой странной мне, мое высказывание проигнорировал, но тяжкий вздох мой верный друг и товарищ сдержать не смог. И да, меня совершенно не волновало, что я матерюсь посреди пустыни при этом одетая в одно лишь нижнее белье. А чего стеснятся-то? В этой глуши все равно никого кроме нас нет, а Тит свой, Нагайна тем более, да и такое чувство как стыд у меня почти напрочь отсутствует.

End Flashback

      Я, конечно, потом оделась, спрятав всю себя во всем том же белом плаще.       Но не все в жизни так плохо! Когда я углядела караван, я поняла, что справедливость восторжествовала. На самом деле, когда я увидела караван, пересекающий пустыню, я сначала решила, что это лишь очередной плод моего воображения, но Тит, как и Нагайна тоже его видели, да и попытка – не пытка, не правда ли?       В общем, добрые люди приютили нас, накормили и напоили, не взяв с нашей дружной компании ни монеты, вот только что-то меня клонит в сон, а торговцы как-то странно лыбятся, может, не стоило им говорить, что мы из Элиохапта?       Видимо нас и спать уложили…