Капкан

      Вилора и Анатерис стояли у окраины поселения. Девушка увидела несколько оборотней, пребывавших в волчьем обличии. Они, и другие их собратья выстроились плотным кольцом вокруг нападавшего. — Что ж, несмотря на твои старания, Оррен, он все равно нас нашел.       Услышав сказанное, она подбежала к толпе, Анатерис едва заметно кивнула и оборотни расступились перед Вилорой. Она увидела в центре круга Тёрна со свежими кровоточащими ранами от когтей на коже. Девушка пыталась разглядеть в его взгляде хоть что-то, что говорило бы о его внутреннем состоянии. — Если тебе угодно, госпожа, я могу убить его для тебя.       Вилора резко обернулась. Тот, кого она так боялась, теперь казался обычным мужчиной. Оррен был высоким, его умеренно грубые черты лица не выделялись ничем особенным кроме больших, почти черных глаз. У него были светлые русые волосы, небрежно собранные на затылке в простой хвост. Другие мужчины-оборотни не носили длинных волос, поэтому он немного выделялся среди остальных. Вилора, глядя на него, теперь совершенно не испытывала прежнего ужаса, лишь раздражение. — Не неси околесицу, если бы мне это было нужно, я бы точно справилась без твоей помощи. — Как скажешь, — Оррен пожал плечами и скрылся в толпе.       Вилора проводила глазами его удалявшуюся фигуру. — Вы закончили с ней? Нам можно идти? — с абсолютным безразличием в голосе и взгляде спросил Тёрн. — Конечно, идите.       Волки перед ними расступились. Вилора обеспокоенно посмотрела на своего спутника, но он встал на ноги и направился к выходу из поселения с таким невозмутимым видом, словно ран на его теле и не было. Девушка лишь молча последовала за ним, надолго не прощаясь с Анатерис. Она была уверенна, что скоро снова встретит волчицу и ее народ. — Вилора, прежде чем ты снова слепо последуешь за ним, не хочешь узнать, что он скрывает? А может рассказать, что скрываешь ты сама?       Оба развернулись на источник голоса. Вилора ещё не успела забыть этот саркастический тон. Оррена было не заметить среди множества оборотней. — Замолчи! — бросила через плечо Анатерис. В этот момент волчица выглядела довольно обеспокоенной, но тут же смягчилась. — Тебе не стоит прислушиваться к его словам. Лёгкого вам пути, — она учтиво кивнула Вилоре, и девушка, так и не успев обдумать сказанное потомком древних, последовала за Тёрном.       Они прошли ещё немного. Вилора хоть и не чувствовала обострения своих инстинктов, но постоянно замечала, что за ними все ещё следят. По небольшой звериной тропе они вышли к пещере, что пронизывала гору насквозь. Стоило Вилоре приблизиться к ней, как подул холодный ветер и из сумрака раздался вой. Она замерла в нерешительности, но Тёрн по-прежнему шел вперед, поэтому ей ничего не оставалось, кроме как вновь последовать за ним.       Странно, но как только их окутала темнота, Вилора почувствовала странное спокойствие. Здесь за ними не следили, и они остались вдвоем. Тёрн со своим звериным зрением справлялся отлично, а вот Вилоре приходилось ощупывать рукой стену и осторожно ставить ноги, чтобы не упасть. Она не могла понять, почему тишина между ними длится так долго. — Как твои раны? — она решила заговорить первой. — Уже их не чувствую. — Как думаешь, что он имел ввиду?       Казалось, этот вопрос вывел оборотня из себя, он резко остановился и развернулся. — Я не знаю. И что более важно, я просил тебя не лезть во все это! Почему ты такая приставучая, почему тебе нужно всегда во что-нибудь ввязаться? — его голос разносился грозным эхом по пещере.       Вилора сжала кулаки. Она чувствовала вину, но это не умаляло ее злости, как раз наоборот. Она хотела ответить ему, выплеснуть все, но внезапно почувствовала нарастающую пульсацию в висках. Вилора подумала, что сейчас снова превратится в зверя, но больше ничего не происходило. Перед глазами только закружились едва различимые своды пещеры и в голове зазвучал голос: «Глаза, будто прозрачная речная вода… с каменным дном. А мои, как болото… Август говорит… потому что я приставучая.»       Дальше голос замолчал. Появилось цветущее дерево, украшенное лентами и колокольчиками, Вилора могла поклясться, что слышит их звон. «Я — это ты!» — вновь говорила маленькая девочка в доме оборотня, и вновь ее темные пряди неприятно щекотали лицо.       Вдруг Вилора почувствовала, что пол под ней рушится, и она падает.