И целого мира мало...

Проснувшись с телефоном в руках, Дима мысленно благодарил себя за сообразительность, что вчера успел поставить будильник до того, как заснул. Два дня в неизвестности прошли, мягко говоря, ужасно, потому что он понятия не имел, где Поля, хоть и догадывался, что кто-то во всей этой цепочке из Полины и Светланы Геннадьевны явно дезинформировал его, сказав, что ничего не знает. Засыпать и просыпаться в одиночестве было мало того, что крайне непривычно, так ещё и неприятно. Он не мог спокойно есть, пить, спать и просто сидеть, не зная, что с ней. А ещё они оба не имели представления о том, как будут сидеть рядом три дня подряд. Первой в павильон приехала Полина с мужем, отличаясь пунктуальностью все два года наставничества. Тому, что Пелагея с Биланом периодически опаздывают, никто не удивлялся уже очень давно, потому что так было, так есть и так, по всей видимости, будет. Поля приехала через двадцать минут после подруги, тут же давая понять модераторам, что не в настроении. И чего, казалось бы, тогда пришла и вообще согласилась? Она бы с удовольствием уже отказалась и ушла домой, если бы не подписанный договор. Ей не хотелось подводить огромное количество людей, что стояли за этим проектом, поэтому обратного пути уже не было. Самым последним приехал Дима, тоже не в очень хорошем настроении и с огромными синяками под глазами, прямо как у… у Пелагеи. И нет, в их долгожданной встречи не было никакой банальной драмы, не было трагедии и истерик… Он увидел её практически сразу, как только вошёл в павильон. Всю её, буквально, разбитую, вымученную и измученную до невозможности. Она не обратила на него внимания или просто хорошо сделала вид, что не обратила, но на её лице не проскользнула ни одна эмоция. Блондинка продолжала разговаривать с Полиной и Аксютой, упорно настаивая на том, что посередине нужно посадить Гагарину, а не её. Но Юрий Викторович ничего менять не собирался, а кресла были поставлены в том порядке, в каком всегда стояли. "Билан, Пелагея, Гагарина". - О, а вот и Дима… - сказал продюсер, махнув ему рукой и подзывая к ним. - А можно я пойду? - чуть ли не закричав от безысходности, спросила Поля. - Ну, в принципе, я сейчас ничего нового ему повторять не буду, поэтому можно… - пожал плечами он. И резко развернувшись, чтобы уйти, девушка со всего размаху врезалась в того, от кого бежала. Из глаз чуть не посыпались искры, а вид у неё был такой потерянный, будто она с небес свалилась. Она до последнего надеялась, что сейчас он ни за что не станет ничего выяснять, просто постеснявшись Аксюты, но ошиблась. - Можно нам две минуты? - уточнил Дима, удерживая её за руку и отводя чуть в сторону. - Поль, пожалуйста, выслушай меня… То, что ты услышала… вообще всё не так… и мы с Катей… - Мне плевать, - равнодушно перебила его Ханова, - Мне плевать, что вы там с Катей… Я больше ничего не хочу слышать ни о тебе, ни о ней. Вас в моей жизни больше не существует. Демонстративно развернувшись, она уже почти ушла, если бы он не дёрнул её за локоть, резко поворачивая к себе лицом. - Это ты сама так решила? - спросил мужчина, по-прежнему крепко сжимая её руку. - Это вы с Добряковой помогли мне с решением… - в очередной раз набираясь смелости, парировала Пелагея. - Мы переспали до наших отношений с тобой. Почему я тебе ничего не предъявляю насчёт Телегина, с которым вы полгода явно не шайбы по квартире гоняли? - недоумевал он. - Потому что Катя была моей подругой, а я что-то не заметила между вами с Телегиным дружеских отношений. Я не хочу это обсуждать. Можешь трахаться со всеми моими подругами, а я не буду вам мешать… - выкрикнула блондинка, всё же вырывая свою руку из его и глубоко вздыхая. Внутри всё переворачивалось от брошенных фраз, что наверняка задели, от съедающей обиды и от осознания, что это всё-таки финиш. Полина с Аксютой так и остались стоять на месте с приоткрытыми ртами, не решаясь как-то прокомментировать происходящее и даже пытаясь вспомнить, о чём говорили всё это время. Догадываясь, что этот сезон получится самым тяжёлым и стрессовым, Дима не стал ничего ей отвечать, дабы окончательно не повергнуть в шок окружающих и поберечь нервную систему Поли перед съёмками. Что касалось Кати, которая тоже оказалась в этом треугольнике, то никакого раскаянья и своей вины перед подругой она не чувствовала. Она никому не изменяла и никого не предавала, а оправдываться и докладывать о подробностях своей личной жизни девушка была вовсе не обязана. Добрякова спокойно выдержала тот пятнадцати минутный порыв Билана, когда он орал на неё, а потом долго извинялся, понимая, что её вины тут, наверное, нет. Впервые в жизни он действительно не понимал, есть здесь его вина или нет, поэтому решил поговорить с Полиной, которой логика Пелагеи ближе и по общению, и по цвету волос. Вовремя подловив Гагарину на входе, когда та собиралась идти переодеваться, мужчина решил, что она точно поможет ему помириться с Полей. - Если честно, я не считаю изменой то, что было у вас с Добряковой, но прекрасно понимаю Пелагею. Ну, просто так не поступают подруги, понимаешь? Это всё равно, что платье станет мне маленьким, и я предложу его тебе, вместо того, чтобы выбросить. Катя всё это знает не хуже нас с Полей, поэтому вам нужно было больше никогда эту тему не поднимать, тем более в таком людном месте. Я не буду вмешиваться в эту ситуацию, потому что она тогда и меня пошлёт далеко и надолго, как это было в прошлый раз, - выпалила Полина на одном дыхании. - А что тогда делать? - переспросил Дима, кажется, вникая во все эти женские "правила старых платьев". - Если хочешь её вернуть… просто будь рядом… Всё произойдёт само собой, а ты просто не давай ей чувствовать, что она всё может сама, - предложила блондинка, как широкий специалист в отношениях. Исхаков усмехнулся, сказав, что в случае чего, они не пропадут, а откроют кабинет психолога на дому. Наконец, когда массовка была рассажена, наставники загримированны и тоже рассажены, а нервы детей расшатаны до предела, съёмки стартовали. Пелагея всячески пыталась игнорировать Диму и разговаривать только с Полиной, за что получала втык от Аксюты, потому что не взаимодействовала с Биланом. Потом она не разговаривала ни с кем, дабы никого не обделять, что снова не понравилось продюсеру, а в итоге готова была психануть и уйти. Дети шли, Поля нервничала, некомфортно чувствуя себя рядом с Биланом и понимая, что никуда не деться, а он, в свою очередь, просто был рядом. Гагарина влилась в атмосферу детского "Голоса" почти сразу, каждый раз взвизгивая при виде маленьких детей, а в перерывах сообщая мужу, что им непременно нужен такой же крошечный малыш, только ещё крошечнее. Дима согласно кивал и добавлял, что они будут над этим работать. День протекал незаметно, а детей в командах было уже по пять-шесть человек, и все они были талантливые и хорошо поющие. Кто-то шёл, чтобы попасть в команду конкретного наставника и кому-то это удавалось. Когда мальчик лет десяти подарил Пелагее мягкую игрушку в виде коня-талисмана ЦСКА, зал "выпал", а девушка сразу же не взлюбила его, радуясь хотя бы тому, что он выбрал Полину, ибо, будь он в её команде, они бы уже точно не поладили. Попросив вырезать этот момент с конём, Поля оставалась не в духе всё оставшееся время, остро восприняв эту "невинную шутку". Это было именно то, чего она так боялась, возвращаясь на место наставницы. Ей вновь напомнили о том, что вообще никого не касалось. Практически "носом ткнули" в этого игрушечного коня, что был вручен Аксюте с Азизой со словами: "Если это весело, то веселитесь без меня". Первый день подошёл к концу часов в десять, так как дети очень устали от этого нудного ожидания, наставники сильно разогнались для первого дня и набрали достаточно большое количество участников к себе в команды, а впереди было ещё два съёмочных дня. Быстрее всех собралась Полина, поэтому забежав в гримёрку к подруге и попрощавшись, она сразу уехала домой вместе с мужем. Дима переоделся минуты за две, а всё остальное время ждал Пелагею, без которой просто не мог уйти отсюда, посчитав это таким же априори важным, как чистить зубы и заправлять кровать. Выйдя из своей гримёрки и закрыв дверь, блондинка не спеша направилась к выходу, решив позвонить маме уже на улице и спросить, нужно ли что-нибудь купить из продуктов. Встретившись с мужчиной прямо у входа, Поля вздрогнула от неожиданности, но ни слова ему не сказала, проходя мимо. - Ты на машине? - идя следом за ней, спросил он, не получая ответа. - Да стой ты… - в очередной раз за день дёргая её за руку, возмутился Билан. - Да прекрати ты меня хватать! Мне больно вообще-то, - имея ввиду исключительно руку, заявила девушка. - Мне тоже, - проговорил Дима, - Я три дня не знал, где ты и как, а ты даже не позвонила… - А ты ничего не перепутал? Может, мне ещё и спокойной ночи тебе желать каждый вечер? - уточнила она, - Вся эта идея с Грецией и эти два с половиной месяца были одной большой глупостью что с твоей, что с моей стороны. - Отлично, блять… - непроизвольно вырвалось из его уст, - То, что ты сейчас несешь - вот это глупость, причём полнейшая. Я даже слышать этого не хочу… Несколько секунд постояв рядом с ним, она не стала ничего отвечать, молча разворачиваясь и садясь в машину. Внимательно проследив за тем, как Поля выехала с парковки, Дима тяжело вздохнул, ещё раз горько усмехнувшись её словам и направляясь к своей машине.