И целого мира мало...

Так и не сомкнув глаз за ночь, Дима поехал в аэропорт невыспавшимся, понадеявшись, что сможет вздремнуть в самолёте, а в лучшем случае в отеле. Сегодня его мысли в особом порядке занимала всё та же блондинка, которая такими темпами своими поступками доведёт до ручки. Вся эта ситуация не выходила у него из головы, потому что не будь его рядом, страшно даже представить, что могло бы быть. Полина своей интуиции полностью доверяла, поэтому позвонила другу практически сразу после разговора с Пелагеей, дабы не увидеть её следующим утром в сводке криминальных новостей. И интуиция снова не подвела. Сама Поля обо всём этом пыталась не думать, чтобы не мучать и без того расшатанную нервную систему. Она бы и заснула тем вечером с большим трудом, если бы не Дима, лично уложивший её спать, о чём никому знать не обязательно. Утром девушка вылетела из квартиры, как ошпаренная, потому что опаздывала на репетицию с детьми. Она напрочь позабыла о всех мерах предосторожности, но и не выходить из дома не могла. Всё оказалось гораздо проще, так как Сергей без зазрения совести ждал её у подъезда. Вылетев из того самого подъезда, Поля чуть не закричала, отступая назад. - Если вы не прекратите меня преследовать, я вызову полицию, - возмутилась она, стараясь не показывать своего страха. - Я хотел извиниться за вчерашнее, - тут же сказал мужчина, приблизившись к ней, - Я же не знал, что у вас есть молодой человек… - То есть если бы его не было, вас бы ничего не остановило? - переспросила блондинка, состроив недовольное выражение лица, - Наличие молодого человека не играет никакой роли. Я не планировала с вами никаких отношений, кроме дружеских. - Это я уже понял и ещё раз прошу меня простить. Но на дружеские отношения я могу рассчитывать? - уточнил сосед, миролюбиво улыбаясь. - Мы можем здороваться по утрам и на этом всё. А сейчас я очень спешу, поэтому до свидания, Сергей, - затараторила она, направляясь к своей машине. Тот факт, что он извинился, хотя бы немного её успокаивал. Конечно, Пелагея не могла исключать вариант с подъездом и ударом по голове где-нибудь в ночи, но всё же… Она надеялась, что в ближайшее время сосед не выкинет ничего подобного, как это было вчера. Ближайшее время ограничивалось приездом Димы, потому что когда он в городе, жить становится гораздо легче. Ей не хотелось копаться в себе и что-то решать насчёт их отношений, но в душЕ Поля поняла, что простила его. Больше не было той обиды внутри и того отвратительного чувства, что не покидало её последний месяц. И вот с кем-с кем, а с ним ей хотелось иметь, как минимум, дружеские отношения. Первые три дня гастролей прошли намного легче, чем Дима ожидал. Он не любил эти бесконечные перелёты и переезды, которые так выматывали, но в этот раз всё было как-то проще, и мужчина просыпался с мыслью, что через неделю уже будет в Москве, где обязательно пересечётся с Полей на предстоящих съёмках. И эта мысль грела его душу, как обогреватель во время отключения отопления. Он ею жил. И речь сейчас не про мысль. Ему хотелось вернуть всё то, что было у него два месяца назад. Когда у обоих был адски загруженный график; когда он приходил в то время, как она уже спала; и как она целовала его по утрам перед выходом из дома. Дима считал, что всё это было безнадёжно утрачено и безвозвратно упущено. Их общение с Катей свелось на нет ещё с той самой встречи, когда они с Пелагеей наговорили друг другу всё, что только можно. И может быть, в той ситуации Поле следовало промолчать, никак не реагируя на эту провокацию со стороны Добряковой, но он готов был защищать её до посинения, с пеной у рта доказывая, что во всём виноваты эмоции, нервы, стресс, но только не она сама. Ни за что. Ни в коем случае. Допивая свой чай и разговаривая с подругой на тему репетиций, блондинка мечтала телепортироваться, чтобы не тащиться домой по всем пробкам. Предложение приехать в гости поступило от Полины ещё очень давно, но наличие свободного времени у обеих постоянно не совпадало, поэтому поход в гости откладывался. И наконец, свершилось чудо, потому что Пелагея всё-таки добралась до подруги, специально освободив вечер и решив, что на маникюр можно сходить в какой-нибудь другой день. Больше всех её визиту радовался Андрюша, который уже и забыл, когда она приходила к ним последний раз. Мальчику необходимо было показать все новые игрушки и непременно заинтересовать ими девушку, чего сделать не составило большого труда. Всю эту идиллию в виде Гагариной, рассказывающей какую-то историю, и Ондрика, демонстрирующего очередного робота, прервал зазвонивший телефон, а Поля тут же поменялась в лице, взглянув на экран. - Я сейчас вернусь, - взяв телефон со стола, проговорила она, удаляясь на кухню и попутно отвечая на звонок, - Привет… - Привет, - на том конце послышался уставший и до боли знакомый голос, отчего по всему телу разлилось какое-то необъяснимое тепло, - Как ты там? - Нормально. Сейчас у Полины, скоро домой поеду. У тебя как дела? - меняясь в голосе и становясь слишком ласковой, спросила девушка. - Тоже неплохо, - отозвался мужчина, - Ты опять по темноте домой возвращаешься? Этот придурок больше не подходил к тебе? - Никто ко мне не подходил, а домой я всегда так возвращаюсь, - ответила она, не заметив, как в дверном проёме показалась Полина, не издавая ни звука, чтобы не выдать себя, - Ты послезавтра прилетаешь? - В пять утра, - добавил он, удобнее устраиваясь на подоконнике. - Заедь ко мне сразу, - уверенно заявила Пелагея, тяжело вздыхая. - Утром? - уточнил Дима, заметно удивляясь и получая утвердительное "Угу", - Хорошо… У него не возникло вопроса: "Зачем?", хотя кто-нибудь другой наверняка поинтересовался бы, задав ещё парочку таких ненужных. А она, если честно, даже не нашлась бы, что ответить, потому что просто хотела его увидеть. Без каких-либо добавлений. Просто так было нужно им обоим. В этом была вся суть. Тихо усмехнувшись, Гагарина бесшумно прикрыла за собой дверь, на выдохе пробубнив забавное: "Счастливые!". И их действительно можно было назвать счастливыми, так как оба понимали, что по-прежнему друг у друга есть. В разных городах, в "чужом" статусе, в прошедшем времени, в вычеркнутом и забытом, но были друг у друга. В этом и заключалось счастье. Они проговорили ещё минут пятнадцать, и никто не смел им мешать. Ни Полина, ни оператор сотовой связи, ни расстояние между двумя разными городами. Он всё так же переживал, тепло ли она одевается, а она всё так же не хотела носить перчатки, только и ожидая его шутливого, но самого настоящего: "Иначе я лично буду контролировать…". И ради этого она специально не станет их надевать. Да только бы дождаться, когда он приедет.