Дети Бездны

      Алексей не так давно ушёл, напоив предварительно Джулию каким-то секретным настоем из трав, от которого сразу стало хорошо и спокойно, будто все проблемы мигом испарились или не существовали вовсе.       Ванг лежала в постели, закутанная точно в кокон в большой, пушистый плед, и начинала потихоньку дремать. Нервный стресс ушёл, слёзы были выплаканы, чего ещё делать, как не поспать наконец. Резкий звонок в дверь заставил вздрогнуть. Бездна, ну и кого же принесло-то? Гости в её жилище бывали крайне редко. А незваные и вовсе не захаживали.       Выпутавшись кое-как из пледа, блондинка потёрла сонные глаза и отправилась в прихожую. Опасности она не почувствовала (Да-да, Похабов не забыл ещё и поделиться с ней частичкой своей энергии, чтоб она совсем уж не страдала, пока свою не накопит), поэтому легко открыла дверь, не удосужившись заглянуть в глазок.       Сказать, что Джулия испытала шок, увидев своего припозднившегося гостя? Да нет, не особо-то и удивлена была… Скорее, она точно знала, что он теперь обязательно придёт, ну хотя бы для того, чтоб банально позубоскалить в адрес ненавистного ему Духа Хаоса. То примирение во время съёмок финала, конечно же, было блефом, так, исключительно на камеру, на самом деле скептик по-прежнему ненавидел её всеми фибрами своей души, и она это прекрасно знала.       — Проходи… — глухо отозвалась Ванг, пропуская Сафронова внутрь.       — Мы уже на ты? — тут же ощетинился скептик.       — Извините. Проходите, пожалуйста, будьте так любезны, господин ведущий, — с молниеносной скоростью вернулась прежняя Ванг, заставляя Сергея едва ли не застонать от собственной глупости.       Чёрт. Ведь она первая решилась сделать шаг навстречу, так легко перейдя на это пресловутое «ты», словно одним махом стирая все прошлые обиды. Нет же, надо было ему идиоту зачем-то полезть в бочку…       Пока Сафронов ехал сюда, всю дорогу безумно злился и усердно накручивал себя, а вот теперь, едва переступив порог её квартиры, неожиданно смутился, затоптавшись бестолково на месте, и вдруг словно протрезвел, хоть и был сегодня, аки стёклышко. Разумные мысли, не затуманенные злостью и непонятной ему самому агрессией вспыхнули в голове, вынуждая вконец растеряться.       А зачем он, собственно, приехал-то? Чего хотел от неё? Узнать, правду сказала Раджабова или нет?       — Проходите в гостиную, сейчас сделаю вам чай…       ООО, да госпожа Ванг сегодня сама любезность. Не иначе, сперва опоить хочет глупого скептика, а потом уж головы кусать у своей беззащитной жертвы…       «Блять. Сафронов, может хватит уже разводить тут детский сад? — очень кстати влез внутренний голос, — Ты зачем припёрся-то, сам хоть понимаешь?»       Сергей уселся в кресло в гостиной и нахмурился, что, видимо, означало крайнюю степень задумчивости, пока странно «благодушная» хозяйка квартиры хлопотала на кухне, позвякивая посудой.       Странная? А почему странная-то? Чёрт, если разобраться без эмоций, Раджабова вряд ли ошиблась, а значит…       Она его… Любит?! Вот, реально, да?! Он, кажется, впервые спокойно и трезво, без излишних эмоций задал себе сей насущный вопрос.       Кажется, осознание этого безумного слова — любит — вот только сейчас стало кое-как укладываться в голове, напрочь забитой штампами и глупыми предрассудками. До него начало что-то доходить вот только сейчас, когда уже не надо было орать на всех подряд, грозить, требовать, бить морды особо рьяным зубоскалам, а можно просто успокоиться, подумать и…       Что означало это «и», он пока ещё не понял, но уже потихоньку продвигался в этом направлении.       События 15-го сезона вихрем проносились в голове…       Багажник. Высоченная блондинка, назвавшая себя каким-то непонятным Духом Хаоса… Да хоть горшком, кого только не переходило за эти годы на Битву… А вот сравнение себя с богом сильно разозлило и взбесило его тогда, а хотя… Она ведь этого, кстати, не сказала. Он сам додумал, до озвучил…       «Фото с Богом!»       Ну как же, ядовитый сарказм так и лился рекой с его уст… И её снисходительный взгляд в ответ… Плюс мягкая улыбка на полных губах, как с маленьким неразумным ребёнком, ей Богу… И дальше, чуть позже, когда они уже шли по ряду машин…       «Алкоголик у нас это вы…»       Мозг взорвался и, наверное, вышел на перекур, потому что с той самой минуты он всегда видел в ней лишь врага… Хотя, и там она была полностью права. Он ведь пил в тот момент… Постоянно ссорился с женой и безбожно пил почти по-чёрному. И вот же странная нелепость — после этой её дурацкой фразы его будто отрезало от алкоголя. Совсем. Всю Битву он не взял и капли спиртного в рот. Точно закодировала, а он всё продолжал беситься и уже в который раз, снова и снова, был по отношению к ней необъективен…       То она парня в заброшенном лагере не нашла, хотя, абсолютно точно указала комнату, за стеной которой и был спрятанный пацан… А в ответ словил знаменитый теперь на всю страну фак, а чуть позже полный горечи и раскаяния взгляд… Взгляд, который он предпочёл не заметить…       То на съёмках с участниками «Танцев», вообще, не стал с ней разговаривать, даже не объяснив суть задания. Не удивительно, что не переносящая прикосновений девушка просто сбилась. И здесь ни слова упрёка не прозвучало от неё.       Даже после едва не устроенного им чёрного конверта. Да нет, конечно, никто бы не выгнал самого сильного экстрасенса сезона, но сам факт очередной подлянки имел место быть…       Хорошо хоть на финальном поиске у него хватило ума не мешать ей…       Сам финал, и те идиотские футболки, придуманные, кстати, редакторами Битвы… Она, конечно же, послушно подыграла в той пьесе.       И потом на задворках парадной лестницы какой-то странно робкий поцелуй в щёку с тут же опущенным в пол взглядом. Ну точно ребёнок, ей богу…       «Нееет, не ребёнок… Влюблённая по уши, несчастная женщина, прекрасно осознающая всю нелепость и глупость этой своей любви… — согласно поддакнуло вредное второе „Я“, — А ты…толстокожий индюк и тупой осёл!»       Сафронов вздрогнул, вываливаясь из своих раздумий, когда Джулия появилась в дверях с подносом в руках.       Фирменный фиолетовый чай перекочевал на небольшой журнальный столик, как и чашки, сахарница и вазочка с печеньем… Ага, с вполне обычным человеческим печеньем…       Язык так и чесался съязвить по привычке, но Сергей сдержал себя, догадываясь, что сейчас им и без того предстоит тяжёлый разговор без масок и никому ненужных штампов.       Блондинка разлила напиток по высоким, изящным бокалам, обхватив одну из чашек чуть заметно подрагивающими пальцами.       — Что вы хотели узнать, Сергей? — вполне ожидаемый вопрос заставил Сафронова поперхнуться напитком.       А правда, чёрт возьми, зачем же он всё-таки пришёл? Что хочет узнать? Ванг хмыкнула на его затянувшееся молчание.       — Ладно, я сама скажу. Раджабова не врала — всё правда. Вы, действительно, мне небезразличны. Вы хотите знать что-то ещё? — Вот так. Просто. Прямолинейно и…всё равно почему-то неожиданно. Скептик не сомневался, что она будет всё отрицать, а тут…       Джулия подняла на него свои бездонные омуты, а у Сергея, кажется, совсем отнялся язык. Что ещё узнать? Да нет, он больше совсем ничего не хотел знать. Ну разве только, что ему теперь делать с полученной информацией? Сафронов растерялся. Напрочь. Вот Башаров бы быстро сообразил, сориентировался, а он замер, опустив взгляд и уставившись в чашку. Просто сидел совершенно не представляя, как быть дальше…       Так ничего и не придумав, скептик вдруг поджал губы, резко вскочил на ноги, едва ли не бросив чашку на стол, и развернулся к двери…       Джулия смотрела на него, слегка приоткрыв рот от шока…       Ванг не понимала — это вот всё? А зачем он приходил к ней? Чего хотел-то?       — Сергей… — не выдержала рижанка, быстро подходя к застывшему уже у выхода из комнаты мужчине, — Что вам было нужно?       Сафронов медленно развернулся. Картинно, почти, как в кино. Их глаза были на одном уровне. Эти чёртовы омуты… Блять… Они не смотрели, нет, снова, как и тогда в том далёком уже пятнадцатом сезоне безбожно и безвозвратно утягивали его в эту свою проклятую Бездну… Не защититься, не спастись. Так что, выход был только один — снова закрыть наглухо сердце и, как и прежде, начать хамить! Другого не дано! Или…       А ведь есть же это самое «Или». Не зря, ох не зря умные люди всегда говорят, что обязательно есть хотя бы два пути, два решения любой проблемы… А то и больше… Но два обязательно.       Выбор есть всегда! Да, сама Ванг постоянно повторяла это раз за разом, так ведь, кажется? Ну что ж, раз первый путь хорошо изучен и порядком набил оскомину, тогда, может, стоит попробовать второй? Не спасаться, нет — нырять! Глубже — до самого дна этих немыслимых проклятых омутов и будь, что будет…       Один маленький шаг вперёд, и их тела почти соприкоснулись. Ванг напряглась, но не двинулась с места. Руки Сергея, будто живя собственной жизнью, намертво вцепились в мягкий шёлк волос, словно боясь, что эта нереальная женщина вдруг в один миг сможет куда-нибудь исчезнуть.       Куда? Да хер её знает… Хоть бы и в этот свой грёбаный Астрал! Секунда, и жадные губы властно, грубо и требовательно впились в полные податливые уста.       Джулия вздрогнула, но не стала вырываться. Зачем? Она ведь мечтала об этом… Так долго, так бесконечно, невыносимо долго… Так почему бы и нет? Ну и что, что он, наверняка, пожалеет завтра утром и снова уйдёт к жене? Какая разница… Ей всё равно уже не жить после сегодняшнего позора в этом дурацком шоу, так какая тогда разница, что будет потом?!       Если ради осуществления своих заветных грёз надо было испытать всё то, через что ей пришлось сегодня пройти, что ж, так тому и быть… Может она именно поэтому не смогла сразу сказать тогда нет на приглашение в этот идиотский проект… Может быть только ради этой вот ночи… Ну, да-да… Чего скрывать? В тот миг она прекрасно поняла, что он уже никуда не уйдёт сегодня…       Сильные руки так крепко сжимали голову, так естественно и желанно его нахальный язык хозяйничал у неё во рту, будто только так и никак иначе всё должно было быть…       Она не сопротивлялась, скорее, помогала, когда её одежда разлеталась по всей гостиной ненужными тряпками. Плевать… Впрочем, её собственные руки не слишком-то отставали от других — мужских, сильных, уверенных… Таких, в которых хотелось остаться хотя бы на одну эту безумную ночь, если уж не суждено навсегда…       Желание было столь велико, так шарахнуло по натянутым до предела нервам, что на дурацкие прелюдии размениваться ни у кого из них не было сил… Он вошёл в неё резко. Быстро и сразу. Погружаясь глубоко-глубоко, на всю свою немаленькую длину. Ванг выгнулась и закусила губу от первой болевой вспышки. Давно отвыкшее от секса тело всё-таки не успело настолько подготовиться, чтобы не ощущать дискомфорта, но ей было всё равно. Секунды, и она сама двинула бёдрами навстречу, словно стараясь вобрать его в себя целиком и полностью…       Ночная темнота окутывала тела, словно специально пряча двоих от любых посторонних взглядов. Когда Сергей успел выключить свет, Джулия не заметила, но это было и к лучшему. Привычная, родная тьма успокаивала с одной стороны, а с другой выпускала на свободу запрятанные глубоко внутри первобытные инстинкты… Животные. Нечеловеческие. В них не было и доли разума, одна только безудержная и дикая страсть… И не существовало в том момент для этих двоих больше ничего в целой вселенной, кроме этой погружённой во мрак комнаты, сплетённых в танце страсти тел и глаз напротив…

***

      Утро добрым не бывает… Старое, как мир, утверждение, но сейчас оно как нельзя лучше могло бы описать настроение ещё пребывающего в лёгкой полудрёме Духа Хаоса…       Джулии категорически не хотелось открывать глаз. Не хотелось, чтобы это проклятое утро, вообще, наступило… Но, увы и ах, мерзкое солнце уже нещадно разбрасывало свои лучи, выгоняя остатки родной тьмы из самых отдалённых углов комнаты…       Нехотя приоткрыв глаза, женщина обнаружила свою голову, удобно так устроившуюся на плече Сергея. Осторожно подняв взгляд вверх, она ещё долго любовалась умиротворёнными чертами лица рыжего скептика, силясь понять…       Вот что? Ну, что она нашла в нём? Ничего же особенного. Совершенно. Но любовь на то и любовь, ведь любят не за что-то, а скорее вопреки всему…       Мягко выбравшись из тёплых рук, Джулия направилась на кухню, сварить кофе, а когда вернулась обратно в гостиную, где они и ночевали, застала Сафронова уже полностью одетым…       Сердце рухнуло куда-то в пятки, руки предательски задрожали. Тут же отчаянно захотелось швырнуть подносом в стену, но вместо всего этого она лишь кое-как натянула на себя свою холодную маску прожжённой стервы и негромко произнесла:       — Так торопишься, что и кофе не выпьешь?       Сафронов вздрогнул, резко оборачиваясь.       — Да нет, вообще-то, совсем не тороплюсь… Просто думал, что у Духа Хаоса куча дел, да и, вряд ли он захочет теперь меня ещё видеть, вот и решил свалить побыстрее… — нахмурившись, отозвался мужчина.       — Ну, раз не сильно торопитесь, прошу к столу… — пропустив мимо ушей странную фразу о том, что она почему-то должна не захотеть его видеть больше, Джулия водрузила аккуратные чашечки на всё тот же журнальный столик и небрежно упала в кресло. Ноги категорически не держали её. Надо говорить? О чём? Да нет, наверное, и, бессмысленно к тому же. Пусть пьёт свой кофе и катится уже ко всем чертям, раз так стремится сбежать…       — Жене уже позвонил? Волнуется небось… — чуть насмешливо бросила блондинка. Зачем? Почему они снова переходят на этот никому ненужный полустёб?! Может потому, что это он уже вернулся к прежнему общению, будто и не было этой страстной ночи… — Что так смотришь? Звони-звони, а то она лишит меня работы, собственноручно свернув тебе шею и нечего будет откусывать…       Что произошло дальше, Джулия не успела понять… Сафронов вскочил, нет, взлетел в воздух, одним немыслимым прыжком оказываясь рядом с ней. Резким движением руки выбив куда-то в сторону чашку из её руки, крепко ухватил за плечи, дёргая вверх и вынуждая не подняться, нет, так же как и он секундами ранее, взлететь на ноги… Сильные руки с такой неистовой силой и злостью встряхнули её, точно куклу, что голова безвольно откинулась назад. Ванг, слегка придя в себя, дёрнулась, пытаясь вырваться из цепких пальцев, но куда там — на её плечах сомкнулись, не иначе как, стальные капканы.       — П-пусти! Мне б-больно! — глухо пискнула ошалевшая блондинка.       — Да ладно? Мне тоже! — рявкнул ей в лицо Сафронов, — Прикинь? Мне тоже бывает больно… Слушай ты, недоделанный Дух из этой своей тупой Бездны! Фрик ты грёбаный и больше никто! Дух она, ага!       Пальцы ещё сильнее сдавили тонкие плечи. Джулия закусила губу от боли, совершенно не понимая, что происходит, вообще, и за что он так с ней?!       — Отпуссти меня… П-пожалуйста… — выдохнула сквозь зубы Ванг, — Что я тебе сделала?       — А ты не понимаешь, да? Святая невинность! — Джулии казалось, что сильнее сжимать уже некуда, но нет, Сафронов был чертовски силён, а ей оставалось только надеяться, что он хотя бы не переломает ей кости. Внутри всё сжалось и стремительно похолодело. За что? За то, что она его любит? Он готов её убить?! Вот уж, правду говорят, никогда не знаешь, чем могут обернуться твои собственные мечты…       — Нет! Не поннимаюууу… — не сказала, уже скорее проскулила девушка, почувствовав вдруг резкий толчок и начиная куда-то падать… Слава Бездне, на кровать…       Сделав большой глоток воздуха, Джулия приподнялась на локтях, уставившись на, казалось, совершенно обезумевшего скептика, бегавшего по комнате из угла в угол, точно загнанный зверь.       — Я не понимаю… Объясни мне…       Сафронов резко затормозил, вперив в неё свой безумный взгляд.       — Объяснить? А где ж твоя хвалённая Бездна, а? Что же ты сама не посмотришь? — пыл потихоньку угасал, теперь в его взгляде читалась какая-то вселенская усталость и тоска… — Что же ты не посмотришь, что мы с женой уже больше года не живём вместе… Нет, ещё не развелись, но и брака, как такового, уже давным-давно нет, по сути. Есть два совершенно чужих человека, встречающихся иногда из-за детей, и всё… Что же ты не посмотришь?! Кому мне, блять, звонить, а?! Что же ты не посмотришь, что ссориться мы начали как раз во время пятнадцатого сезона, потому что жена права… Тысячу раз была права — никого и ничего я уже не видел и не слышал тогда, кроме полоумного Духа Хаоса! Потому что только её огромные, нереальные глазищи всегда и везде были передо мной… Но кто я такой для великой дочери Люцифера? Тупой алкоголик да и только, так ведь? Что же ты не хочешь посмотреть, что меня уже давно никто не ждёт в пустой квартире… Ха, ну кроме припасённой в холодильнике бутылки коньяка, что стоит там уже больше трёх лет целая и невредимая… Прогоняешь меня, да? Ладно, пойду тогда домой и напьюсь. Что уставилась? Ну я же конченный алкаш! А ещё дурак и идиот, я помню-помню… Только… Что ж ты влюбилась-то в такого? Ай! Да ну тебя со всеми твоими грёбаными тараканами…       Вывалив всё это, Сафронов резко развернулся и стремительно направился на выход.       Джулия прекрасно слышала, как он одевался в прихожей, понимала, что уже взялся за ручку двери…       «Блять! Вааааааанг! Да отомри ты! — заорал внутренний голос, — Ты себе не простишь, если он уйдёт! Отомри, тупая идиотка!»       Духа едва ли не снесло с кровати. В секунды оказавшись в прихожей, она выдохнула…       — Серёжа!.. — Сафронов замер, как вкопанный, — Не уходи… Прости меня и…прошу тебя, останься…