Четвертый вагон.

— Как же ты мне надоел! Собирай свои вещи и вали! — доносился голос мамы Чонгука. Они с отцом часто ругались, но потом тут же мирились, поэтому парню было совершенно наплевать на их крики. Он привык ко всему, что происходит в их доме каждый день. Он привык получать незаслуженную пощечину от отца за то, что приехал домой. Парень никогда не рвется туда, как все нормальные люди. Ему хочется уйти навсегда из этого проклятого места и потеряться. — Не ори на меня! Это мой дом, если тебе что-то не нравится, то ты и вали! И сына своего можешь забрать, мне он тут нахрен не нужен, — отец размахивал руками во все стороны. И на этот раз их ссора зашла слишком далеко.

Чонгук

— Чонгук, нам надо поговорить, — взяв меня за руку, мама потащила меня в комнату. Её взгляд был опустошен, голос грубый, совершенно непохожий на привычный тембр. — Я уезжаю. Мы с твоим отцом разводимся. Пожалуйста, Гуки, найди сам себе жилье и живи там спокойно. Я … буду высылать тебе каждый месяц деньги на карманные расходы. Но жить ты, ни со мной, ни с отцом не можешь. Прости, сын… — мама похлопала меня по плечу, и, захлопнув дверь, ушла. Я бы никогда не подумал, чтобы мама с папой вот так оставят меня одного. Я стоял и не мог ни о чем думать. Во мне была пустота. Она пожирала меня изнутри, заставляя задыхаться от боли. Такой родной человек и так со мной поступил… Мне было плохо. Очень плохо. Но я должен был, ни смотря ни на что, улыбаться и делать вид, что счастлив, ведь теперь у меня есть Тэхен. Он по-настоящему меня любит. И ни за что никогда не отпустит. Я знаю это. И вот, я собрал свои вещи и отправился на вокзал, где меня уже ждал четвертый вагон.