Серые люди

До штаб-квартиры Аллен добрался достаточно быстро – всё-таки в Ордене выдавали хорошие документы, открывавшие практически все двери и границы. Смотрителя не было на месте, что можно было посчитать неожиданной удачей – с порога идти на ковер к новому директору («новым» директор был уже три года, однако у Аллена даже мысленно не получалось поставить его на место Комуи) не хотелось – потому Уокер, закинув сумку в комнату, направился прямиком в столовую. Есть хотелось как всегда сильно, потому он, не думая, взял полный снеди поднос и огляделся в поисках свободного места: столы, которые обычно занимал научный отдел, и сейчас были заполнены до отказа: видимо, успешно кончился какой-то эксперимент, потому как там теперь царила атмосфера сдержанного праздника. За столы к искателям экзорцисты не садились просто по традиции. Хотя причины у всех были свои: Канда вон их просто за людей не считал, а Аллен… Он бы себе не признался, но, видимо, только теперь посмотрел на всё это по-другому: у Ордена есть пешки, которых точно так же разменивают по мелочи. И сидеть рядом с теми, кто наперво закрывает своим телом щели, ему теперь было просто стыдно. За другим столом обнаружились Книжник, как обычно веселый и шебутной, а также молчаливый Канда. - Не помешаю? – из чистой вежливости спросил Аллен, присаживаясь к ним. - Помешаешь, - из вежливости ответил мечник. Лави только замахал рукой, мол, садись. С ним Аллен и хотел поговорить, всё равно больше не с кем. Стараясь говорить тише, что всё равно было достаточно сложно – в зале всегда было шумно – он начал: - Слушай, надо поговорить… Канда что-то буркнул, соответствующее случаю, но Аллен не обратил на него внимания: - Тут на задании случилась странная штука. Понимаешь, я кое-кого встретил, это был Тики… Лави неловко дёрнул рукой, опрокинув суп прямо на форменные брюки Уокера: - Ой, прости! Что-то у меня всё из рук валится! – он наклонился, чтобы поднять тарелку, походя прошипев Аллену в ухо: - Потом поговорим. Аллен молча кивнул, не совсем понимая, что происходит, как Книжник уже подскочил с места: - Ну вот и славно, что всё хорошо! – поклон мечнику: - Канда, ты был прекрасным собеседником! Лихо перебросив шарф через плечо, Книжник, посвистывая, удалился из обеденной залы. «Прекрасный собеседник» проводил его раздраженным взглядом, такого же удостоился открывший было рот Уокер. Обед в Ордене проходил по распорядку. Сказать, что Аллен был удивлен такой реакцей Лави на его недосказанную мысль – значило сильно погрешить против истины. Он дал себе слово не трогать Книжника после того случая, когда погиб учитель. Они с Лави тогда были на задании в Австро-Венгрии, а потому новости узнали только по телефону. Лави тогда извинился и ушёл к себе в комнату, а через два дня вышел оттуда таким же, каким был прежде. Веселым, немного язвительным, чинно скорбящим, как и положено правилами приличия. И также достойно принимавшим все соболезнования. Только один Аллен знал, что происходило все эти двое суток, что Лави был у себя в комнате – стены в гостиничке были картонными, а двери вышибались одним пинком. И что Аллен был готов вязать взбесившегося от горя и выпитого Книжника, чтобы только он не пошёл искать могилу и заключать сделку с Графом. Потому Уокер и решил говорить именно с ним – Лави мастерски умел прятать свои эмоции от окружающего мира, зато наедине со своими он всегда был честен. А Аллен после того безумия стал своим. В дверь постучали четко, отрывисто. Уокер поспешил открыть и дальше просто смотрел, как Книжник тщательно запирает засов, проверяет тумбочки, занавески и даже пол под кроватью. Наконец, он вылез: - Странно, что тебя не слушают. В смысле, големы, - пояснил он, плюхаясь на покрывало. – У меня так давно в комнате прослушка стоит – всё ждут, когда я начну пропевать секреты своего Ордена прямо во сне. Ну, выкладывай… Пока Аллен спокойно рассказывал обо всем, что происходило с ним за последние двое суток на задании, Лави молчал и смотрел в потолок, изредка задавая наводящие вопросы. Когда же тот закончил, Лави хмыкнул и перекатился на бок: - То есть ты спас Ноя от смерти? - Ну не оставлять же его было подыхать… Лави рассмеялся: - Действительно… Ты не меняешься, - непонятно пробормотал он. – Свидетели есть? Аллен покачал головой: - Голем сдох сильно раньше. А Тики вряд ли будет болтать направо и налево о том, как его экзорцист спас. Лави задумчиво покивал и хмыкнул: - Ну ладно, а от меня-то ты чего хочешь? Явно ведь не разговоров по душам. - Не разговоров. Слушай… - Аллен выложил теорию о Чистой Силе, которую ему подкинул Микк. Не потому что не верил в неё – в том, что она работает, он убедился на собственной шкуре. Просто поделиться мыслями стало настолько необходимо, что, не сделай он этого, голова Уокера бы лопнула как спелая тыква. Лави слушал молча, не прерывая слегка лихорадочный рассказ Аллена. Когда же тот выговорился, вздохнул: - Знаешь, такого, конечно, нигде не написано. Ну, или написано, но в тех бумагах, которые даже мне не показали. Но я догадывался об этом и раньше. Ещё первый раз, когда о Падших прочитал. Мол, экзорцист, предавший Чистую Силу, навлекает на себя такое проклятие. И знаешь, струхнул конкретно – ведь я-то экзорцист не навсегда. А что будет, если мой уход из Ордена Сила предательством посчитает? Глупо же выйдет. Я к Панде пошёл, спросил… А тот мне строго так и высказал, что если я не буду считать свой уход предательством, то и она не станет. И в сотый раз добавил, почему Книжники привязываться не должны, - Лави криво усмехнулся. – Мол, в этом случае это вообще опасно для жизни. Я его, конечно, тогда не послушал… А теперь все становится на свои места! Чистая Сила ведь не просто осколок, она ведь по-своему живая! Ей надо развиваться! А сделать это можно только в том случае, если её владелец честен с собой! Ты с собой честен – ты знаешь, что мир не делится на черное и белое. Я честен – я знаю, что рано или поздно уйду… Линали… - Но… - Аллен попытался вклиниться в поток сознания Книжника, хотя это всегда было практически невозможно, – Но Лави, подожди… Почему же тогда не становятся сильнее новички? - Я… - Лави запнулся, - Я не знаю, Аллен. Может их учат как-то по-другому или это как-то связано с затишьем в стане врага… Сложно представить то, как учили генералы до той заварухи… Аллен кивнул: после страшной битвы с Графом, в которой Орден потерял практически треть наличного состава, от экзорцистов осталось немногое. Хотя вернее было бы сказать так: выжили лишь те, кто в той битве не участвовал. Тидолл и Найн, как им сказали, бились как герои, Кросс творил что-то совсем запредельное, раз его тела даже не нашли (что, к слову, вселяло в Аллена смутные подозрения). И когда Орден оправился от разрушений, новичков было принято обучать в стенах управления, устраивая им проверки боем под началом старшего поколения. Которое-то как раз явно не могло поделиться опытом в обучении: Аллена воспитывал Кросс, чьи методы явно не вписывались в привычную картину мира, Крори не учил никто, а Канда на роль учителя не годился. - Выходит так… - плечи Аллена поникли, словно сверху на него рухнуло что-то тяжелое. – И пока Чистая сила не будет развиваться в новичках, а развиться она может только в поле, когда экзорцист сам принимает решения, мы так и останемся… единственной надеждой. - Пожалуй, ты прав, - кивнул Лави. – Силу развивают не столько тренировки, сколько внутренние решения каждого. Сила ведь индивидуальна. Ты сам рассказывал, как тебя Бак Чан в Азии натаскал – тренировки с Фоу были лишь одной стороной всего процесса. - Ну так надо пойти и рассказать! – Аллен почувствовал прилив энергии и вскочил с кровати. – Сказать новому директору, что так нельзя, что надо заставлять новеньких думать своей головой. И учиться принимать свои решения, как это когда-то делали мы. А то сейчас все вылазки выглядят как уборка мусора. - Думаешь, он этого не знает? Он же не с улицы пришёл – его Ватикан назначил! – криво усмехнулся Лави. – Комуи знал точно, а ведь он теперь там, в Риме… Нет, все явно не так просто… - Тогда надо разговаривать с самими экзорцистами! Рассказать про нас, про Ноев, про эту историю с Тики… Лави отчего-то неожиданно разозлился: - Рассказать?! Этому молодняку, который только и дело что смотрит в рот начальству?! Слушай, вот ты повтори эту фразу ещё раз и подумай, как хорошо она будет смотреться на ковре у смотрителя! Хорошо, что ты хоть мне сначала рассказать догадался! - Но ведь я должен спасать людей, а он как-никак всё-таки человек… - Аллен, послушай меня… Пообещай мне, что ты никогда больше никому об этом эпизоде не расскажешь. Хотя я ещё и не знаю, как тебе твой альтруизм аукнется… Но эти проблемы ещё не наступили, так что о них не будем. Аллен, у тебя и Ордена немного разные понятия о спасении человечества, ты же сам понимаешь. - Понимаю. Просто это… мезко как-то. Делить всех на своих и чужих. Да и Чистая сила, вон как выходит, не делит мир также… Книжник только усмехнулся: - Я смотрю близкое знакомство с Ноем пошло тебе на пользу, ты начинаешь думать. Хотя я подозреваю, что ты всегда задумывался о несовершенстве системы – не зря же тебя Кросс столько дрессировал. Ты умеешь вырабатывать свою систему, ты подстраиваешь под неё действие своей Чистой силы. Это дано далеко не каждому из нас – остальным просто навешивают на уши идею светлого и доброго мира, черного и белого, нас и Графа. И вот тогда они и становятся подконтрольными зомби, которые, даже совершая правильные поступки, потом убивают себя. Потому что им вбили, что это – неправильно. - Но Суман… Он ведь предал своих! - Он предал Орден! – Лави аж подбросило на кровати. – Орден, ты меня понимаешь? А своих он как раз хотел спасти – свою семью, своих детей. А Орден не прощает подобного. Ладно, может, с Суманом не совсем понятный пример, но хоть на меня посмотри! Чистая сила есть? Несомненно! Но ведь каждая собака в этом замке знает, что я уйду отсюда, как только кончится эта война. Это значит, что откажусь от своей Чистой силы, предам Орден в угоду своим личным делам. А мне нельзя умирать – ты же знаешь. Потому я в Ордене и не числюсь как активная единица – я не танцую под их песни. Аллен замолчал. С одной стороны, больно было слушать такое от друга и соратника, с другой же… Он и сам замечал, что с его домом давно творится что-то не то. Толчком, наверное, послужила та самая заваруха, в ходе которой погибли старый Книжник, Миранда, Линали… Он знал, что Лави винит себя в том, что его тогда не было рядом. Да и сам Аллен чувствовал, что в зеркало смотреться просто неприятно – знакомый взгляд постоянно припечатывает тем же вопросом. Может, Канда тоже что-то подобное испытывает, только разве ж расскажет? Зато стало понятно, что, если в них ещё теплится хоть какая-то имитация жизни, то Комуи сломался. Он не был плохим директором, отнюдь: всё-таки он знал, что каждый раз посылает людей на смерть, но старался сделать так, чтобы максимально снизить вероятность худшего исхода. Хотя из кабинета он мало что мог сделать, но эта забота всё равно ощущалась. Но смерть сестры его добила – обезумевший от утраты Комуи только и делал, что пытался восстановить записи с уцелевших големов, раз живых свидетелей страшной бойни не осталось. Собственно, вся информация о той битве и была получена благодаря директору Ли, пока его не забрали в Рим. Зато новый директор, прибывший из Ватикана, с лихвой исправлял все ошибки хорошего отношения к экзорцистам со стороны Комуи Ли. Найденные при нем экзорцисты были слабыми, но не потому что так было предрешено, совсем нет. Развитие боевой единицы Черного ордена всегда сопровождается развитием его отношений с Чистой силой. А такое взаимодействие не может быть регламентировано Ватиканом, как это происходило сейчас. Сам Аллен помнил, что ему не раз приходилось идти на сделку с собственными способностями, словно они были живой и отдельно мыслящей его частью. И так оно и было. Как выросла над собой Линали в ту ночь, когда на замок напали? Сам Аллен не знал, но ему рассказывали, что она также договорилась со своей силой. А остальные… Остальные такой возможности не получили, потому и умирали сейчас пачками в полях – экзорцистов старой закалки осталось слишком мало, чтобы отправлять с каждой группой молодняка. А проблемы в этом Ватикан просто не видел. Аллен вздохнул и спрятал лицо в ладонях: странные мысли, странные разговоры. - Это все неправильно, - вздохнул он. – Шанс выжить у нас появился только потому, что мы начали по-другому. Ведь все мы начали не здесь, не в Ордене. Ты пришел с учителем, я, в общем, тоже, Канда вообще непонятно откуда такой появился… - У Канды шансов на выживание еще меньше, чем у нас с тобой, - каким-то злым шепотом ответил Лави, - Тебе лучше не знать, откуда он взялся и зачем он вообще здесь появился. Вас обоих готовили как оружие, которое должно сработать только один раз, только у него выбора не было изначально. Что-то в голосе Книжника заставило Аллена прервать размышления и посмотреть на рыжую макушку внимательнее. Лави, заметив заминку, тут же поднял голову и улыбнулся: - Хотя вряд ли этого пройдоху хоть что-то заденет. Он сам кого хочешь… Аллен рассмеялся: странное ощущение, что Книжник сказал что-то, что говорить не хотел, испарилось. - А что касается новых экзорцистов, Аллен… Ты сначала придумай, как выжить самому, а уже потом спасай остальных. И вот ещё… пообещай мне не лезть в это дело, пока я на задании, хорошо? Вдвоем думается лучше, да и мне не хочется думать о том, куда тебя заведет твоя жажда справедливости… Лави ушел, хотя в комнате Аллена ещё долго висел запах полевых цветов, который с некоторого времени начал сопровождать Книжника. Возможно, что Директор что-то заподозрил, но на следующий день Книжник, Канда и несколько молодых экзорцистов отправились в Богемию проверять сведения искателей о странном даре ясновидения какого-то графа из замка Исполинов. Вернее, отправили с экзорцистами Канду, а Книжник просто воспользовался служебным положением и увязался с ними. Мол, замок Исполинов – крайне интересное место с удивительной историей, правдивость которой Лави и желал проверить, раз уж выдалась оказия. Аллен ничего не слышал о месте с таким пугающим названием, но взял на заметку почитать об истории этого королевства, если будет свободное время. Хотя то, что Книжник явно чего-то недоговаривает, отправляясь с остальными, было и так понятно. К счастью, судя по всему, только не выспавшемуся Аллену. Его же самого ждал Директор и полный отчет обо всех месяцах, что он провел вдали от Главного управления. -… И так как подходило время моего возвращения в Главное управление, я сразу же отправился в путь. По возвращении я сдал найденные единицы Чистой силы Хевласке. Смотритель, человек худой с жестким и, даже, жестоким взглядом, сложил руки домиком и прижал к губам: - Никаких инцидентов по дороге в Управление не возникло? Аллен был готов к этому вопросу, потому даже не изменился в лице: - Нет, Смотритель. Все прошло нормально. - Экзорцист Уокер, вступали ли вы в контакты с действующими или бывшими членами Черного Ордена, пока были на задании? Этот вопрос был неожиданным, однако удивление на его лице оказалось именно той эмоцией, которую ожидали: - Нет, Смотритель. Только местные жители. - Хорошо. Возвращайтесь к себе. Думаю, что в скором времени вам предстоит новое задание. Менее продолжительное. Аллен молча кивнул и вышел из кабинета. Менее продолжительное – значит не просто патруль или как там называлось его блуждание по Азии. И, скорее всего, в компании каких-нибудь других экзорцистов. Аллен никогда не был против общества, однако не орденского молодняка. Особенно теперь, когда стало понятно, что молоденькие экзорцисты вряд ли могут составить конкуренцию демонам Графа. А значит, следить придется не только за собственной безопасностью, но и за навязанными экзорцистами. И совсем непонятно, что было страшнее: фанатизм новобранцев или акума Графа. Чувство смутной тревоги, поселившееся в груди ещё в Азии, усиливалось с каждым днем. А по ночам его почему-то стали одолевать странные кошмары: это были не ужасы его обычной жизни, а какие-то другие. Где главными персонажами были простые люди из разных эпох. И во снах они всегда умирали. Какие-то были ему смутно знакомы, хотя по пробуждении он никогда не мог сказать наверняка. Какие-то – нет. Но финал снов всегда оставался неизменным: люди умирали. И если тревога и сны были следствием разговора с Тики, а теперь ещё и с Книжником, то очень странным следствием. Можно было бы расспросить Лави, да тот был на задании. Значит в следующий раз. А сейчас для него лучшее занятие – это поужинать и отдыхать. А то мало ли, когда у Смотрителя наступит это самое «скоро». Отдыхать, правда, толком не получалось – если прошлыми ночами кошмары только прощупывали экзорциста, то сегодня они явно разбушевались вовсю: люди во снах умирали постоянно. И с каждой смертью Аллен чувствовал, что эта волна скоро докатится и до него. Все ближе… ближе… Аллен не боялся умереть – слишком часто он бывал слишком близко к этому состоянию. Но почему-то именно во снах смерть внушала просто животный ужас. И Аллен просыпался в холодном поту по нескольку раз за ночь, к утру ощущая себя полностью разбитым. В глаза словно насыпали песка, а голова болела так, словно он разом накануне выпил все, что когда-либо пил его учитель. Наверное, именно это состояние и заставило Аллена нарушить данное Лави обещание: он пошёл в архив. Записей о природе силы экзорцистов практически не было. А в тех, что все-таки удалось найти, и так говорилось то, что Аллен уже знал. Вообще странно, что архив перевезли не полностью после того, как весь научный отдел переехал в Ватикан во главе с Комуи Ли, оставившего свой пост главы управления после смерти сестры. Лениво перебирая пухлые папки, Аллен в итоге нашёл то, что его заинтересовало: материалы о Той битве. Нападении на штаб-квартиру, после которого Орден сильно поредел, а директор был назначен из Ватикана. Бумажек всего ничего: так, пара отчетов и те самые файлы с големов. В прескверном состоянии. Аллен изо всех сил вглядывался в черно-белые кадры: вот Кросс стреляет в какую-то непонятную тень, вот Линали – на этом месте в груди что-то больно кольнуло – разбегается и влетает каблучком в голову другой тени… Аллен присмотрелся внимательнее: очень странные акума, никогда ещё сам Аллен с такими не встречался. Казалось, что у них была защита от Чистой силы. Но если Граф научился выводить демонов такой силы, то почему Орден ещё существует? Он ещё помнил нечто, переродившееся в штабе – акума четвертого уровня – что чуть не разнесло все. Но его победили. Победили и этих теней, пусть цена и стала непомерной. Так почему? - Интересуетесь прошлым, мистер Уокер? – директор появился сзади бесшумно, заставив Аллена вздрогнуть и почему-то почувствовать, что он занимается чем-то запрещенным. - Так, смотрел, что осталось в архиве после переезда, - как можно более нейтрально ответил Аллен. Головная боль стала как будто слабее, но теперь долбила в виски молотом. - Раньше я не замечал за вами интереса к архивным материалам, - казалось, что директор увещевает его как излишне любопытного ребенка. Аллен пожал плечами, не понимая, требуется ли его ответ или нет. Вроде вопрос не был задан, однако витал в воздухе: «Что ты здесь пытаешься найти?» - Решил скоротать время, - бросил он. - Ну что ж… Считайте, время кончилось. Вы отправляетесь на задание немедленно – нам пришло подтверждение от искателя. Вас уже ждут, - бросил директор, на ходу разворачиваясь к выходу. – Зря вы это, мистер Уокер. История не любит, когда в неё лезут неофиты. Спросили бы хоть у вашего друга… Но переспросить, что имел в виду новый директор, Аллен не успел. Времени действительно не было, раз его уже ждали.