Методом исключения (23-36) / By Process Of Elimination

      Глаза Реджины расширились, когда на экране возник образ. Через секунду зазвучало биение крошечного сердечка, и ее лицо озарила сияющая улыбка. Реджина посмотрела вниз, чтобы взглянуть Эмме в глаза, и, ни о чём больше не думая, склонилась и соединила их губы.       - Это малыш? – спросил Генри, наклонив голову, чтобы лучше рассмотреть монитор. Обе матери рассмеялись.       - Да, пацан. Это твой младший братик или сестричка, - улыбнулась Эмма, смотря на небольшую фигурку на экране.       -Ну, и кто это? – спросил он.       - Мы пока не можем сказать, - начал Вейл. – Но теперь я могу сказать, что ребёнок развивается хорошо. На самом деле, хорошо.       - Замечательно. - Реджина всё так же ярко улыбалась.       - Странно, - добавил Генри, но он всё так же улыбался .       - Ты в порядке, парень? – спросила Эмма, изучая его лицо.       - Это странно, - повторил он, и Эмма поняла, что у него была такая же реакция, когда они рассказали ему об их браке. – Но это круто, - признал он.       - Да, это круто. - Эмма перевела взгляд на Реджину и вновь улыбнулась. Она не замечала ничего, пока Реджина не повернулась к ней, вновь обеспокоившись, взглянув на Эмму. Реджина нежно провела пальцами по щеке Эммы, и только тогда она поняла, что плачет.       - Генри, можешь дать нам минутку? – спросила Реджина, и когда он заметил состояние своей светловолосой матери, то вежливо кивнул и вышел вслед за Вейлом.       - Прости, - начала Эмма, после того как вытерла с живота желеобразную массу, чувствуя неловкость за произошедшее. Она правда ненавидела эти гормональные изменения.       - Почему ты извиняешься? – осторожно спросила Реджина, садясь на койку лицом к Эмме.       - Потому что я такая суетная. - Она расправила рубашку и выпрямилась. Реджина лишь улыбалась, глядя на неё.       - Я люблю тебя, - сказала она, и нижняя губа Эммы задрожала.       - Я тоже тебя люблю. - Несколько новых слезинок скатилось, и Реджина вытерла их.       - Почему ты плачешь? – всё ещё осторожно спросила она, проводя рукой по волосам Эммы.       - Я не знаю, это так… всё это так…       - Так? – подсказала Реджина.       - Так превосходно. Намного лучше. Я имею в виду… мы прям… как настоящая семья.       - Да, дорогая, - сказала Реджина так, будто это было очевидно.       - Ну, я имею ввиду, у меня никогда прежде такого не было.       - У меня тоже. Ну, по крайней мере, похожего, - сказала она, сжав руку Эммы.       - Это круто. - Эмма небрежно пожала плечами, и Реджина рассмеялась.       - Да. Это очень круто.       Реджина взяла Эмму за руку и помогла ей подняться, а затем надеть куртку. Эмма сделала было шаг, но Реджина придержала её за куртку и притянула для нежного поцелуя. Когда они вышли в холл, то обе счастливо улыбались. Она повернулись и сразу же увидели Генри, который всё ещё разговаривал с доктором.       - Спасибо, доктор Вейл, - искренне сказала Реджина, прежде чем вновь вернуться к семье.       - О, и ещё одно… Эмма? – начал он, взглянув на блондинку. – У меня есть те результаты, которые ты хотела. - Он протянул Эмме конверт, встретив любопытный взгляд Реджины.       - Что это? – спросила она, попытавшись увидеть, что держит Эмма.       - Я приходила несколько дней назад, чтобы доктор Вейл сделал один анализ для меня.       - Приходила? Почему? Что это? – Она выглядела озадаченной, и Эмма сжала её руку.       - Чтобы никто не смог заставить тебя усомниться. - Улыбнувшись, она открыла конверт и протянула бумагу Реджине.       - В обычной ситуации это заняло бы несколько недель, но, похоже, ваш ребёнок развивается быстрее обычного, - самодовольно заговорил Вейл.       - Я не удивлена, - с лёгкостью прокомментировала она, и её улыбка стала ещё шире. – Мой ребёнок, - прошептала она, глядя на результаты ДНК теста, показывающие, что этот ребёнок настолько же её, как и Эммы. – Спасибо, - повторила она и кивнула Вейлу. Она взглянула на Эмму и поднесла руку к её щеке. – Спасибо тебе за это.       - Всегда пожалуйста. - Она наклонилась и поцеловала Реджину. После этого она взяла Реджину за руку, а свободной рукой обняла сына, и они гордой походкой вышли из больницы.

***

      Прошло чуть больше месяца, и Генри было трудно держать всё в тайне. Перспектива появления новорождённого братишки или сестрёнки становилась ему всё интереснее и интереснее, и ему хотелось поделиться этим. Но этого не произойдёт, пока его мамы не перестанут так бояться.       Они только что прошли отметку трёх месяцев, которую установили чертой, после которой они всё расскажут людям. К сожалению, в это время оба его родителя были напуганы возможной реакцией и хранили молчание. Хоть он и любил всю семью и то повышенное внимание, что они ему уделяли, даже Генри знал, что хранить все в себе, сидя дома втроем, нездорово.       - Вы, ребята, должны рассказать всем на вечеринке, - начал он, когда его матери собирались.       - Генри, это день рождения Бабушки, мы не можем отобрать его у неё, - ответила Эмма, изучая своё отражение. Эмма не была уверена, хмуриться ей или улыбаться, так как она обнаружила маленькую, но уже заметную округлость, выпирающую из-под её обтягивающей майки.       - Тогда скажите всем завтра, - попытался он вновь, когда Реджина подошла к Эмме и начала надевать серёжки.       - Генри, мы ведь говорили тебе, что объявим всем, когда придёт время, - легко сказала Реджина, заканчивая с украшениями.       - Я думал, что вы, ребята, были взволнованы по поводу ребёнка. - Он скрестил руки на груди.       - Так и есть. - Эмма взглянула на него через зеркало, прежде чем вновь попробовать поправить рубашку так, чтобы животика не было видно.       - Тогда почему вы не хотите, чтобы все узнали? – спросил он раздражённым тоном. Реджина подошла к нему и положила руки на его плечи.       - Ты же знаешь, какой щекотливой будет ситуация. Может, мы и в восторге от того, что наша семья расширяется, но другие не будут столь добрыми, - серьёзно сказала она, хотя Генри всё ещё был раздражён.       - Вы, ребята, просто боитесь. - Он пожал плечами и отвернулся, надеясь, что этот вызов заставит их действовать. В других случаях это срабатывало. Реджина закатила глаза, прекрасно понимая его намерения.       Она подошла к Эмме, всё ещё пытающейся насильно растянуть майку хоть немного. Покачав головой, Реджина встала позади Эммы и обняла её, взявшись руками за полы рубашки и натянув их, чтобы подчеркнуть едва выпирающий животик. Эмма судорожно вздохнула, но слегка улыбнулась, когда Реджина провела руками по животу Эммы так, словно бережно взяла ребёнка на руки.       - Мы не можем дольше скрывать это, - сказала Реджина, положив подбородок на плечо Эммы, и посмотрела через зеркало на их руки, когда руки Эммы накрыли её.       - Думаю, у меня ещё есть месяцок, - пожала плечами Эмма, но она знала, что это лишь отговорки.       - Возможно. Но, наверное, не так уж и страшно перестать скрывать это. Я бы хотела похвастаться вами двумя, - улыбнулась Реджина, поднимая взгляд и ловя глаза Эммы. Эмма слегка покраснела, и Реджина поцеловала её в щёку.       - Ах, да, а кто скажет моей маме? – спросила Эмма, и Реджина знала, что она серьёзна. Эмма теперь не хотела сдерживаться.       - Помни, дела идут лучше. Ты даже улыбалась, когда пришла домой после ужина с ней на прошлой неделе. Сомневаюсь, что она хочет вновь встать на тропу войны.       - Думаю, что да. Я полагаю, что просто волнуюсь о том, как всё пройдёт, - призналась она, и Реджина понимающе кивнула.       - Ну, когда мы соберёмся сделать это, то позаботимся, чтобы это было… деликатно. - Она притянула Эмму и ребёнка ближе в объятия, одновременно принося всем успокоение.

***

      - Хей, Эмма! – крикнула Руби, когда Эмма подошла к стойке с тарелкой тако.       - Хей, - ответила она, подсознательно вновь поправляя рубашку в районе живота по недавно сформированной привычке, которая появилась у неё, когда Эмма заметила первые изменения в строении своего тела. Этого не было заметно, когда она не носила обтягивающую одежду, как уверяла Реджина, но Эмма была параноиком.       - Я предполагала, что вы, ребята, принесёте лазанью.       - Так и есть, она у Реджины. - Она посмотрела на свою жену, что ещё поздравляла именинницу. Бабушка явно не была сторонницей вечеринок, но нормально воспринимала внимание к себе. Эмма вновь вернула взгляд на Руби, заметив, что та её изучает. – Что? – спросила она застенчиво.       - Это… рубашка Реджины? – спросила она с небольшой улыбкой.       - Ага, и что? – небрежно спросила она, отводя взгляд и машинально поправляя рубашку ещё раз.       - Просто интересно, почему. Я имею в виду, что это не то, что ты обычно носишь.       - Накинула первое попавшееся, - пожала она плечами, а бровь Руби выгнулась.       - Так же, как и вчера? – спросила она, мысленно возвращаясь к светло-голубой блузке, которая была надета на Эмме, когда она пришла вчера на завтрак.       - Да, Руби, как и вчера, - спокойно сказала Эмма, побуждая её продолжить.       - Ну, я думаю, что это мило, что Реджина даёт тебе свою одежду, - подмигнула она, но Эмма закатила глаза. Реджина подошла к ней сзади, поставив блюдо на стойку, а затем улыбнулась Руби.       - Здравствуйте, мисс Лукас, - поприветствовала она доброжелательно.       - Привет, - усмехнулась Руби, переводя взгляд с одной женщины на другую, прежде чем развернуться. Реджина с любопытством взглянула на Эмму, но блондинка лишь покачала головой. – Напитки, - заявила Руби, повернувшись обратно. Она поставила перед Реджиной кофе, а перед Эммой пиво. Эмма, не подумав, взяла бокал, но рука Реджины схватила ее за запястье. Они избавились от всего алкоголя в доме и больше его не покупали. В последнее время они всё больше предпочитали оставаться дома и проводить время вместе, и эта вечеринка была первой за долгое время. Не задумываясь, Эмма окунулась в привычную среду.       Эмма почти застенчиво улыбнулась, отодвигая бокал в сторону, чем смутила Руби.       - Можешь дать холодный чай? Мы завязали с выпивкой. - Это была правда. Реджина тоже перестала пить, чтобы Эмме не было обидно. Впрочем, Руби это, похоже, не убедило.       - Хорошо, - сказала она и повернулась, чтобы взять новый напиток.       - Я вернусь. - Реджина прикоснулась к руке Эммы, прежде чем повернуться, чтобы поговорить с Джессикой, так как она увидела, что рыжеволосая сидела одна за столиком. Руби поставила новый напиток перед Эммой.       - О мой Бог, - уныло сказала она, глядя на Эмму.       - Что? – защищаясь, сказала она, но Руби покачала головой.       - Ты такая охрененно забитая, клянусь.       - Я не забитая. - Она не хотела так сильно подчеркивать местоимение "я", но она была более чем уверена, что, независимо от силы Реджины в их отношениях, беременная Эмма добивалась своего. На самом деле, практически во всем, что не касалось ее безопасности или безопасности ребёнка, блондинка не была той, кто уступает.       - Ага, ладули. Думаю, у меня есть несколько мазей, которые можно использовать от шрамов на твоей заднице. - Она скрестила руки, а Эмма стиснула зубы, едва не выпалив резкость в ответ, но вовремя передумав. Руби казалась сбитой с толку при виде легкой улыбки, заигравшей на губах Эммы.       - Ага, не сомневаюсь.       - Какого чёрта это значит? – Теперь уже она заняла оборонительную позицию, и Эмма ухмыльнулась.       - Оу, кажется, кто-то захомутал волка, - уверенно сказала она, и у Руби отвисла челюсть.       - Понятия не имею, о чём ты говоришь.       -Ммм. Не думай, что я не заметила твоего поведения. Постоянно переписываешься, постоянно убегаешь, прикрываясь заданиями. У тебя всегда есть планы. Так что да, я знаю, что кто-то окрутил тебя.       - Это смешно, Эмма, - начала она, хотя небольшой румянец начал появляться на её лице. – Я не делаю ничего подобного сейчас, так что твои аргументы беспочвенны, - уверенно сказала она, но Эмма всё ещё улыбалась, что-то обдумывая.       - Ты права. Ты не делаешь сейчас ничего из этого. Что означает, - она начала широко улыбаться, – что твой новый мужчина должен быть здесь. - Она повернулась на стуле, не заметив удивления, уступившего место облегчению на лице Руби, когда Эмма начала проверять всех мужчин в комнате. – Я найду его, - кивнула она, медленно оглядывая комнату.       - Ты спятила, Эмма. - Она покачала головой, прежде чем выйти из-за стойки и подойти к бабушке.       Эмма увидела одного человека, который мог бы подойти Руби. Она наклонила голову, наблюдая за ним, пытаясь выяснить, помнит ли она его имя. Её глаза сузились, когда она изучала его, и она не заметила приближающейся женщины. Та прочистила горло, и Эмма вздрогнула.       - Прости, я помешала? – спросила Реджина, скрестив руки. Она посмотрела на Эмму, а потом на человека, за которым она наблюдала, - он общался с Арчи в углу.       - Прости, красавица, - усмехнулась Эмма, прежде чем наклониться и поцеловать Реджину в щёку. – Я пытаюсь выяснить, кто окрутил Руби.       - А, - кивнула Реджина, чувствуя лёгкое облегчение, хотя она и знала, что ей не о чём беспокоиться. – Надеюсь, что это не тот же человек, с которым встречается моя секретарша.       - У Джессики тоже кто-то есть? – спросила она с улыбкой.       - Похоже, хотя она тоже весьма скрытна в этом вопросе и не выдает места встреч. - Они обе повернулись, чтобы взглянуть на Джессику, хотя их глаза сузились, когда они проследили за её взглядом.       - Она смотрит на Бабушку, правильно? – скучно спросила Эмма, и её голова вновь склонилась.       - Я так не думаю, дорогая, - поджала губы Реджина, наклоняя голову в сторону Эммы и присоединяясь к Джессике, следящей за Руби.       Они сфокусировали всё внимание на Руби, когда та начала делать тосты для Бабули. Рука Реджины по обыкновению легла на спину Эммы, а другая потянулась к животу Эммы - туда, где в последнее время она привыкла быть, - но она сдержалась. Она знала, что это выглядело бы слишком необычно.       Хотя она почти постоянно поддерживала физический контакт с Эммой. Большую часть времени это происходило неосознанно. Её рука просто искала руку Эммы, и наоборот. Рука Эммы постоянно искала Реджину, когда они расставались на какое-то время. Только Генри знал, что такая привязанность объясняется большим, чем просто крепкий брак.       Это произошло после очередного похода в ванную комнату, когда Эмма на некоторое время осталась одна, и кое-кто воспринял это как возможность подойти.       - Хорошо выглядишь, Эмма, - улыбнулась Мэри-Маргарет, и Эмма вернула ей улыбку.       - Спасибо, ты тоже. Он новый? – Эмма подняла руку к тёмно-синему блейзеру, который надела её мать. Он хорошо сидел на ней и придавал свежести её образу.       - Да. Я подумала, что смешать мой Сторибрукский образ с бывшим будет неплохим решением. Тебе нравится?       - Да, очень. - Она улыбнулась и кивнула в знак согласия. Мэри-Маргарет счастливо улыбнулась.       - Ну, как ты? У меня такое чувство, будто я неделю тебя не видела, - сказала она с любопытством, и Эмма на секунду заколебалась.       - Да, я… Я не знаю, просто большую часть времени проводила дома. Ты же знаешь… Всё ещё приспосабливаюсь к изменениям. - Она сунула руки в карманы джинсов, пытаясь вести себя как обычно.       - Ну, кажется, у тебя хорошо получается, милая. Я рада за тебя.       - Правда? – пришлось спросить Эмме - она реально ценила то, как они возвращали прежние отношения, но всё ещё немного волновалась.       - Да, Эмма, - искренне сказала она. – Ты должна знать, что, в конце концов, я желаю тебе лишь счастья. В последнее время я всё чаще скучаю по тебе, ты выглядишь такой светлой и счастливой, я имею в виду, что ты практически светишься. Я не могу не быть счастливой за тебя, - легко сказала она, даже не зная, насколько точное высказывание она делает.       - Спасибо, мам, - улыбается она в ответ, чувствуя облегчение от слов матери.       - Знаешь, я тут подумала, насчёт следующего семейного ужина, возможно, Реджина хотела бы прийти, - пожала она плечами, а глаза Эммы расширились.       - Правда? – спросила она слабым голосом.       - Я понимаю, как она важна для тебя. Твой отец и я разговаривали об этом – точнее, он убеждал меня в том, что мои отношения с ней могут быть важны для тебя. По крайней мере, то, что мы не вцепимся друг другу в глотку. Я хочу, чтоб ты знала, что если она захочет попробовать, то и я хотела бы, - кивнула она, но затем её улыбка сползла. – Эмма? Милая, что такое, что-то случилось? – Она потянулась вверх, и глаза Эммы расширились, когда она осознала, что её гормоны заставили выйти эмоции наружу и из глаз закапали слёзы.       - Оу, я… Я в порядке, просто… Просто я очень счастлива, - сказала она, и эмоции вновь захлестнули её, в то время как всё больше слёз падали на её улыбающееся лицо. Мэри-Маргарет была совершенно поражена, так как не видела подобного поведения раньше.       - Эмма? – Реджина примчалась сразу же, как увидела лицо Эммы, кладя одну руку ей на щёку, а другую на плечо. Гормоны беременных иногда было трудно интерпретировать. – Что ты сделала? – Она осуждающе посмотрела на Мэри-Маргарет, чей рот до сих пор был приоткрыт от шока.       - Она хочет, чтобы ты пришла на семейный ужин, - ответила Эмма, счастливо улыбнувшись Реджине, и брюнетка сразу же поняла причину её настроения.       - Это… замечательно, дорогая. - Она улыбнулась Эмме, надеясь, что младшая женщина успокоится и не привлечёт еще чьего-нибудь внимания в закусочной.       - Правда? – Эмма улыбнулась, слёзы мгновенно исчезли, и она развернулась, чтобы уйти, ни о чём не думая. Реджина прочистила горло, пытаясь не встречаться взглядом с расширенными глазами Мэри-Маргарет.       - Что… только что произошло? – Она посмотрела на Реджину, всё ещё шокированная резкой переменой, и старшая брюнетка лишь пожала плечами настолько изыскано, насколько это возможно.       - Она не очень хорошо спала прошлой ночью. - Это всё, что она сказала, прежде чем оставить растерянную женщину, чтобы вернуться к своей жене, радостно общающейся с Арчи.

***

      - Я знаю. - Через некоторое время Эмма подошла к Руби, когда брюнетка вновь вернулась к стойке.       - Ты знаешь что? – Она скептически посмотрела на неё.       - Кто захомутал тебя, - ухмыльнулась она, а Руби закатила глаза.       - Боже мой, - вздохнула Руби, - ты понятия не имеешь, о чём говоришь.       - Знаешь, я задавалась вопросом, какой же мужчина мог приручить волка, но теперь я знаю, что это вовсе не мужчина, а…       - Эмма, дорогая? – перебила Реджина, подходя к ней. – Можно поговорить с тобой? – сказала она, оттаскивая её в сторону, чтобы было труднее спорить.       - Да?       - Что ты делаешь?       - Что? Ничего. Просто веселюсь, - пожала она плечами с ухмылкой.       - Эмма, если они скрывают это, то, возможно, на это есть причина.       - Ты хоть представляешь, как трудно было, когда она подкалывала меня? Она заслужила маленькой мести, - сказала она и начала разворачиваться.       - Эмма, нет, - проворчала она, и Эмма обернулась, посмотрев на нее с легкой грустью.       - Я просто собираюсь поговорить с ней, - невинно сказала она, а Реджина вздохнула.       - Ладно, только не раскрывай их, поняла? – Она попыталась выглядеть грозно, и Эмма улыбнулась.       - Ладно... Ох, да, нам нужно будет взять немного мороженого по пути домой, какое-нибудь с карамелью.       - Эмма, у нас и так четыре вида дома, - попыталась она возразить, но Эмма вновь бросила на нее тот самый взгляд. – Хорошо, мы сделаем остановку по пути домой. - Она так быстро согласилась, что сама испугалась. Всё эти чёртовы щенячьи глазки. Эмма поцеловала её, прежде чем отправиться мучить Руби. Реджина улыбнулась ей вслед, не в силах сдержаться.       - Вау.       Реджина обернулась и увидела приближающегося Дэвида, и закатила глаза.       - Что?       - Ничего, - улыбнулся Дэвид, остановившись рядом с ней, и взглянул на свою дочь.       - Говори уже, Дэвид.       - Я просто никогда не думал, что увижу Злую Королеву настолько мягкой. - Он скрестил руки, демонстрируя самодовольную улыбку.       - Я не мягкая, - усмехнулась она.       - Мхм.       - Нет.       - Ладно.       - Дэвид, я клянусь…       - Эй, я просто рад, что о моей девочке так хорошо заботятся. - Он подарил ей более искреннюю улыбку, и Реджина расслабилась.       - Так и есть, - кивнула она, и они стояли так ещё несколько секунд, а потом Дэвид слегка наклонил голову.       - Она в порядке, правда? – спросил он, и Реджина повернулась к нему лицом.       - Конечно. Почему ты спрашиваешь?       - Она просто… она просто ведёт себя не так, как обычно. Я спрашивал её, но она ничего не рассказала мне. Слушай, я не прошу тебя рассказать мне о чём-то личном… Я просто хочу быть уверен, что вы двое скажете нам, если что-нибудь произойдёт. Если это будет что-то большое… да? – Он казался обеспокоенным, и Реджина чувствовала себя немного виноватой.       - Уверяю тебя, Дэвид, ничего плохого не происходит. - Она действительно чувствовала себя немного плохо, несмотря на прежнюю уверенность в том, что стоит молчать про ребёнка. Дэвид был неожиданно добр к ней с самой свадьбы, и Реджина чувствовала, что может доверять ему.       - Хорошо, - кивнул он, погладив плечо Реджины, прежде чем развернуться и уйти. Реджина мгновение смотрела ему вслед, после чего пришло время вновь вмешаться в разговор Эммы.

***

      - Я тут подумала… - начала Эмма, когда снимала рубашку в их спальне.       - Да? – Реджина вышла из ванной, уже одетая в пижаму.       - Может, настало время рассказать им. - Она бросила одежду в корзину для белья и направилась к шкафу. - Я разговаривала с мамой и… Я не знаю, может, всё будет хорошо.       - На самом деле, я согласна. Я говорила с твоим отцом и, думаю, я забыла, что он может быть более понимающим, чем ожидалось. - Она откинула одеяло и села на свою сторону кровати. Эмма вышла из шкафа и мгновение рассматривала Реджину.       - Ужин на следующей неделе. Мэри-Маргарет попросила тебя прийти. Мы могли бы им там все рассказать. - Она пожала плечами, и Реджина послала ей небольшую улыбку.       - Хорошо. На следующей неделе. Теперь иди в постель. - Она похлопала по месту рядом с собой, и Эмма усмехнулась, выключая свет и ложась в кровать. Она склонилась в нежном поцелуе, прежде чем отвернуться от Реджины и укрыться одеялом, устраиваясь удобнее. Реджина сползла ниже и прижалась к Эмме сзади. Она обняла жену и скользнула руками под рубашку Эммы, кладя их на её живот.       Если быть честной, то Реджине очень нравилась недавно появившаяся выпуклость. Ей нравилось ощущение того, что она обнимает двоих: ребёнка и Эмму. Как будто она защищает и оберегает их. Ей уже было трудно держать руки при себе, и она могла лишь представлять, насколько восхитительным будет чувствовать, как живот продолжает расти вместе с их ребёнком. И хотя она задавалась вопросом, каково это - вынашивать ребенка, такой вариант, как сейчас, ей определенно больше нравился. Она будет защищать всю свою семью и будет любить их всю жизнь.

***

      Как и раньше, отсрочка признания сбила им весь настрой. Эмма была вовсе не в восторге, когда, наконец, наступил этот день. Реджина была более чем готова к раскрытию тайны, до того момента, как они подошли к двери квартиры. И только Генри был все еще взволнован.       - Привет. - Дэвид открыл дверь с широкой улыбкой, обнял Генри и жестом пригласил женщин в дом.       - Привет, пап, - улыбнулась Эмма сквозь нервозность, входя в квартиру. Она и Реджина вежливо стояли, пока Дэвид не попросил их присесть, атмосфера стала немного расслабленной. Ну, на минутку.       - Вина? – спросила Мэри-Маргарет - казалось, она так же переживала, если не больше, из-за этого ужина.       - Я в порядке. - Эмма подняла руку, в этот раз ни на секунду не забывая о своём положении. Мэри-Маргарет, казалось, удивил ответ.       - Что-нибудь покрепче? – пошутила она, и Эмма рассмеялась.       - Нет, я завязала. Было бы здорово выпить воды.       - Ну, вот и первый, - ухмыльнулся Дэвид, делая глоток пива. – Реджина, а ты что будешь?       - Я тоже поддержу вариант с водой. - Она склонила голову, а Дэвид и Мэри-Маргарет прожигали взглядом женщин несколько секунд.       Они начали ужин в полной тишине. Дэвид и Генри разбавили её несколькими темами и поддерживали их, пока женщины были сосредоточены на еде. Хотя Эмма впервые действительно боролась с едой.       Её мать приготовила простой ужин из цыплёнка гриль с пюре из картофеля и кукурузы. В обычной ситуации, Эмма легко бы проглотила еду, так как на тарелке было всё, что она любит. Но её мать любила класть чеснок в картошку, а с её повышенной чувствительностью к запахам, она чувствовала тошноту. Это было в новинку, что чеснок мешал ей, но это было настолько сильное ощущение, и оно делало всю остальную еду невкусной. Реджина заметила это и попыталась придумать ловкий способ помочь.       - Всё хорошо? – спросила Мэри-Маргарет, когда увидела гримасу Эммы, откусившей кусок курицы.       - Ага, я в порядке, - улыбнулась она. – Просто э-э… желудок. - Она пожала плечами и увидела Генри, стрельнувшего на неё взглядом. Как и Мэри-Маргарет.       - Может… что-нибудь ещё? – осторожно спросила она. Дэвид обратил внимание на изменение в голосе. Эмма повернулась, чтобы установить зрительный контакт с Реджиной, которая лишь слегка кивнула.       - Ага… на самом деле. - Она прочистила горло и, пользуясь случаем, отодвинула еду в сторону, чтобы избавиться от запаха. – Мы… есть кое-что, что мы должны рассказать вам.       - Ладно. - Нервозность Мэри-Маргарет мгновенно возросла.       - Это не плохое, - добавила Эмма, увидев взгляд матери.       - Конечно же нет, - небрежно добавил Дэвид, и Эмма улыбнулась.       - Ладно, слушайте… так… кое-что случилось…с нами. Кое-что замечательное, - добавила она, взглянув на Реджину. Её рука дотянулась до руки Реджины и успокаивающе сжала. – Ну, вы ведь, ребята, знаете, как безумна магия? – небрежно сказала она, но лица её родителей застыли в ожидании.       - Магия? Эмма…. – Мэри-Маргарет покачала головой, а глаза Реджины сузились.       - Серьёзно, отложи это, пока я не расскажу тебе всё. - Голос Эммы стал немного жёстче, и Реджина едва не ухмыльнулась, с удовольствием наблюдая за тем, как на этот раз Мэри-Маргарет попала под раздачу во время смены настроения Эммы.       - Прости, но в последний раз, когда вы двое приходили с радостным заявлением о вашей магии, то всё обернулось не очень хорошо.       - Разве? – перебила Реджина, не удивлённая тем, что Мэри-Маргарет не смогла заткнуться, но она думала, что женщина всё же сначала выслушает известие. – Я считаю всё произошедшее довольно хорошим, скажу я вам, - улыбнулась она, обняв Эмму за плечи.       - Как и я,- миролюбиво добавил Дэвид. Эмма взглянула на него с благодарной улыбкой.       - Ладно. Прости. Продолжай, пожалуйста. - Мэри-Маргарет, казалось, заставляла себя сохранять молчание.       - Хорошо, так… магия. Она… довольно безумная, - вновь начала Эмма, и Реджина чуть не закатила глаза. Генри, правда, не сдержался - происходящее забавляло его.       - Безумная, опасная, непредсказуемая… - Мэри-Маргарет замолчала, успокоившись, когда все сидящее за столом сузили глаза, посмотрев на неё. – Простите… Привычка, - тихо сказала она. Дэвид потянулся, чтобы взять её за руку.       - Расслабься. Очевидно же, что всё хорошо, - успокоил он. – Плюс, они уже женились по пьяни, что ещё могло произойти? Зато нам не надо беспокоиться о том, что наша девочка вновь забеременеет, - засмеялся он, и даже Мэри-Маргарет выдавила из себя улыбку. Они взглянули на двух женщин, сидящих в полной тишине и пристально смотрящих на родителей. Дэвид испустил ещё один смешок. – Что?       - Э-э… Пап… Мам… как я уже сказала, магия… довольно безумна. - Она внимательно следила за их лицами. Они просто смотрели в замешательстве, пока рука Реджины не начала медленно сползать, чтобы занять своё место на животе Эммы.       - Ты не… ты не можешь быть… - Мэри-Маргарет покачала головой, а её взгляд метался от их лиц к месту, где лежала рука Реджины.       - Это ж невозможно, - добавил Дэвид, не выглядя убеждённым. Эмма наклонилась, чтобы вытащить что-то из сумочки Реджины.       - Поздравляю, у вас будет ещё один внук. - Эмма протянула снимок УЗИ через стол. Она откинулась назад и накрыла ладонями руки Реджины. Генри лишь улыбнулся, чувствуя гордость за то, что они, наконец, рассказали правду. Так же, как и в первый раз, после объявления о её беременности, комната погрузилась в тишину.