Горечь

Они не долго раздумывали над тем стоит ли пытаться забрать чашу из сейфа. - Нет смысла лезть на рожон сейчас! – ревел Малфой, нервно пересекая кухню раз за разом. – Если она в твоем сейфе, - он на секунду остановился и посмотрел на кузину. – То мы сможем забрать ее позже. Когда это не будет так опасно! - Да, - Блэк широко раскрыла глаза и чуть наклонила голову к плечу, становясь похожей на птицу. – Проблема только в том, что я могу НЕ ДОЖИТЬ до спокойного времени и тогда вам НЕ СКОРО удастся ее не достать! Драко чертыхнулся, уставившись в пол; Гарри, Гермиона и Невилл отвели глаза в сторону, понимая всю справедливость этой реплики. - Тебе все равно нельзя появляться в Гринготсе. Пока Он считает, что ты никак не связана с Поттером – у нас есть козырь в рукаве, - предпринял последнюю попытку слизеринец. - Гоблины не скажут, кто побывал в сейфе. Парень сел на кушетку, потирая шею ладонью. - Сдаюсь, - буркнул маг. – Но тогда я пойду с тобой. - Ни в коем случае! - В сейф могут войти только члены семьи, вдвоем мы быстрее ее найдем! - Конечно, если забыть тот факт, что ты будешь извиваться по полу от боли, как только окажешься за пределами поместья. Малфой замолчал. - Я пойду с вами, - проговорил Гарри, морально готовясь к волне критики, которая не заставила себя ждать. - Исключено, - рявкнул Снейп. - Тебя ищут по всей Британии, с ума сошел?! – всполошилась Гермиона. - У меня нет метки, и я, вроде как, часть семьи Блэк, - развел руки в стороны Поттер. – Это лучший вариант. - Кроме того, что нас Вас охотятся, - снова буркнул зельевар, даже не глядя в сторону говоривших. - Профессор, - парень с отчаянием взмахнул руками. – Вы же согласились взять меня в поместье Малфоев, так почему сейчас… - И не перестаю жалеть об этом! Из-за вашего появления в Малфой Мэноре, Орден едва не остался без миссии и шпиона, - угрюмо ответил мужчина. - Не важно, - оборвала всех Аллегра. – Только Гарри подходит для этой прогулки. Вы двое беспомощны из-за меток, а вы – не относитесь к Блэк. Либо я иду одна, либо меня сопровождает мистер Поттер. В кухне повисла тяжелая, вязкая тишина обреченности. - Стоит проработать план, - наконец, сказал Драко, кивая Грейнджер. – И сварить оборотное зелье для Поттера. - Где мы возьмем личину? – с сомнением произнес Лонгботом. - Мы превратим его в меня, - тяжело, демонстрируя невероятную глупость говорившего, вздохнул Малфой. Снейп молча поднялся и направился к котлам, Драко следом за ним. Добби выслушав краткие указания исчез на поиски необходимых ингредиентов. - Идем, Поттер, - бросила Блэк, так же вставая с кушетки. - Будем составлять план? Ведьма смерила его жалостливым взглядом. - Оборотное зелье варится около месяца, если не ошибаюсь. А вы сегодня еще не отрабатывали ослепляющее и чумной сглаз. Гарри закатил глаза, но покорно поплелся за девушкой. Когда их тренировка была окончена, надышавшийся каменной пылью Поттер вышел в заснеженный сад, кутаясь в мантию и окружая себя магическим теплом. Невилл, заметивший его, помахал рукой, призывая зайти в оранжерею. Гриффиндорцы уселись на плоский валун, некогда служивший постаментом для скульптуры. - Может тебе остаться здесь? – неуверенно начал Лонгботом. Гарри покачал головой. - Драко и Гермиона против, - Невилл тяжело вздохнул. – Друг, серьезно, тебе не стоит так рисковать. - А Снейп?! Он против? - Он не спешит делиться своими мыслями, знаешь ли, - поморщился парень. - Мне кажется, у него есть свои подозрения. Будь Снейп против того, чтобы я отправился в Гринготс – сама МакГонагал не смогла бы его переубедить - облизнул губы Гарри и скривился в усмешке. – Мы все забываем, кто такая Блэк. Лонгботом вздрогнул, припоминая их разговор у моря. - Некромант. - Нет, - Поттер поджал губы. – Она… приближенная Волан де Морта. Гриффиндорец посмотрел Гарри в лицо, хмурясь. - Кто, кроме Драко, знает, как выбраться из того поместья? Невилл тихо выдохнул и растер лицо руками. - Если я отправлюсь с ней, то, если что-то случиться, быть может смогу послать вам патронус. Какая-никакая страховка, в случае ловушки. - Ты ей совсем не веришь? - Я бы хотел, но… Они молча уставились на разрушенный особняк. Двадцать один день пролетел невероятно быстро. Двадцать один, за который Блэк и Малфой загоняли их до такого состояния, что даже во сне Гарри снились сглазы и защитные щиты. Снейп несколько раз хмуро наблюдал за действиями Поттера на тренировках, но никак их не комментировал, лишь странно поглядывал на Аллегру. - Профессору не нравятся проклятья, которым вы меня обучаете? – Гарри отчаялся различить, когда заклинание было обычным, а когда темным. - Я думаю, он удивлен вашими успехами. Они сидели на развалинах западного крыла, где Гарри отрабатывал проклятья на руинах. Блэк, одетая в изысканное, вишневое платье из джерси с длинными рукавами и высоким воротником, легонько пинала камешки. Вязаная шаль из норки сползла с одного плеча и теперь лежала на липком, мокром снегу - Вам не холодно? – сам Гарри зябко обхватил себя руками, кутаясь в кардиган. - Нет, - как-то рассеяно бросила ведьма. Середина декабря была промозглой; пусть не такой суровой и снежной, как бывало в Хогвартсе, но все равно. Белоснежные волосы Аллегры заставляли Поттера мерзнуть еще сильнее, напоминая о лежащем в саду слое снега. - Идем в кухню, - сжалилась колдунья. – Может у камина реакция ваша улучшится. Гарри с обидой потер синяк на руке, заработанный утром подлой Bombarda в исполнении Аллегры. - Можете попробовать научить меня окклюменции? – по дороге решился спросить маг. Девушка, чуть сильнее сжала челюсти, из-за чего резко выступили обтянутые бледной кожей желваки. - Почему вас учил Снейп? – вместо ответа спросила она. - Профессор Дамблдор назначил наши занятия, - пожал плечами Поттер. - Это вы говорили, - немного раздраженно бросила она, но Гарри уже привык не обращать внимания на эти нотки недовольства. Он успел неплохо узнать Аллегру за время их занятий. И теперь вместо опасной и жестокой ведьмы, коей он ее воспринимал после Малфой Мэнора и битвы с оборотнями, он видел капризную и довольно избалованную девушку. Блэк легко раздражалась, бесилась, когда он не понимал, что именно она от него хочет, но также быстро остывала. Она проводила большую часть времени в относительном спокойствии, которое к слову, довольно часто отклонялось в сторону беззлобных ухмылок, когда рядом были он или Драко. Или в сторону гневного молчания и показного безразличия – если рядом оказывалась Гермиона. И абсолютной холодной замкнутости, когда рядом был Снейп – от ведьмы и зельевара просто исходили волны взаимной неприязни и недоверия, стоило им оказаться в одной комнате. Гарри не любил их стычки. Блэк как-то сразу теряла весь свой шарм, иногда до смешного неловко отбиваясь от колких замечаний зельевара. Или вспыхивала такой ненавистью, что огонь в камине взлетал вверх по трубе и вырывался на улицу. Второе случалось чаще. Насчет Аллегры и ее наблюдений по поводу самого себя, Поттер не особо радовался – она довольно откровенно оценивала его способности, часто упоминала о неуклюжести и неумении нормально управлять магией. По всему выходило, что вера ее в победу над Темным лордом, и до этого небольшая, пошатнулась еще сильнее. Гарри тяжело вздохнул. - Почему вас удивляет выбор Снейпа в качестве учителя? - Потому что Снейп – потрясающий леглимент, но никак не окклюмент, - хмыкнула она. И это тоже. Таланты и способности Блэк признавала, не смотря на свое отношение к волшебнику. Гарри старался перенять это качество, столь полезное в их разношерстной компании. - Есть разница?! - Какой же вы..., - она взмахнула рукой. – Я попробую что-нибудь придумать; завтра проверим будет ли толк. А пока отогрейтесь у камина. Вечером попрактикуем щиты. Щиты им попрактиковать не удалось. Блэк так увлеклась идеей попробовать обучить Гарри хотя бы азам окклюменции, что уже вечером утащила его в одну из полуразрушенных комнат, предварительно поставив там кресло и стул. - Поттер, - ведьма приоткрыла рот, но еще несколько секунд ничего не говорила, подбирая слова. – Как Снейп учил вас окклюменции? - Он захватывал мои мысли и велел пытаться выгнать его. Блэк кивнула; ее скулы были заметно напряжены. - Окклюменция у каждого своя, Гарри, - она говорила очень тихо, вертя в пальцах палочку. – Способ скрыть мысли – у каждого свой. Знаете, какой у Снейпа?! - Нет, - честно ответил маг. - Он топит тех, кто пытается войти в его мысли сотней проекций своих эмоций. Негативных, само собой. Это сложно представить, но, когда вы проникаете в мысли другого мага, на вас обрушивается все: воспоминания, эмоции, тревоги, мысли, чувства. Выносить этот груз нужно учиться. А когда всего этого в тысячи раз больше, - девушка усмехнулась. – Леглимент может просто сойти с ума, если вовремя не выпутается из такой ловушки. Она помолчала немного. - Драко пользуется зеркалом. Это способ, когда маг, попадая в ваши мысли, видит лишь отражение своих. Но научиться путать леглимента и заставить его по ошибке вернуться в свой разум – очень тяжело. Это крайне редкая способность, говорящая о высоком уровне эмпатии мага. Гарри кивнул, внимательно слушая и запоминая. Ему никто не говорил, что щиты могут быть разными. - Самый простой способ – поставить стену из радостных воспоминаний. Приятные эмоции огораживают нас от окружающего мира, в том числе и от тех, кто пытается попасть вам в голову. Или вы можете попробовать представлять какого-то другого мага в роли, кхм, стража или защитника. Еще можно представлять море…или пустыню - все что тянется бесконечно долго. Но это один из самых провальных способов – сосредоточится на конкретном маге или воспоминании все же проще, чем на такой абстракции, как море. - Я попробую. Попробую способ с воспоминаниями. Тогда в хижине, я старался думать о будущих… возможностях, о чем-то светлом. - В этот раз сосредоточьтесь на чем-то реальном. Гарри снова кивнул. - Готовы?! - Да. - Leglimmence. Краем сознания Гарри успел запомнить, что Аллегра даже не направила на него палочку, хотя ее кончик и вспыхнул белым сиянием. Он старался сосредоточиться, но ведьма потешно легко скользила по его мыслям, оставляя в голове неприятный холод. Она была аккуратна и не заглядывала в его воспоминания. Это ощущалось, как навязчивая мысль; наверное, так ощущают свое второе я сумасшедшие. Ее хотелось выкинуть из головы, тряся ею из стороны в сторону, выдирая волосы и распарывая кожу. Присутствие Блэк мешало, оно замораживало все его чувства и эмоции. В пятый раз он не удержался на стуле и рухнул на пол, больно ударив колено. Аллегра выскочила из его мыслей, оставив ноющую боль в висках, и протянула руку, предлагая помощь. - Попробуйте пробить мой щит, - неожиданно предложила она, спустя пару минут, когда Гарри отдыхал. - Разве мне это удастся? - Нет, - насмешливо улыбнулась она. – Но вы хотя бы представите, как он ощущается. Мой блок очень похож на то, что пытаетесь создать вы. Я оставлю несколько лазеек, попробуйте их найти – в мысли мои вы не загляните, но, думаю, сообразите, в чем разница между сильным и слабым щитом. Маг неуверенно кивнул, облизнув губы – пить хотелось невероятно. - Заклинание произнести сможете? - Да, - торопливо ответил парень, поднимая глаза на Блэк, глядящую на него в упор. Направив палочку ей в лицо Гарри произнес. – Leglimmence. Это было странное и невероятное ощущение. Словно из одного целого он расщепился на сотни искр и теперь летал над разумом Аллегры. Маг чувствовал блок ее защиты; стоило к нему приблизиться, и он резонировал, как если бы два магнита поднесли близко друг к другу. Упругая, мягкая и абсолютно несокрушимая, на первый взгляд, сила. Гарри потребовались мгновения, чтобы осознать разницу между его предполагаемым щитом и ее. Блэк создала защиту опираясь не на хорошие воспоминания, а на ярость, агрессию, злость. Поттер заскользил вдоль ментальных стен, одновременно контролируя каждую из тысяч искр своего разума, что приводило его в неописуемый восторг. Он чувствовал все, что чувствует каждая реинкарнация его сознания, теперь знал о каждой своей эмоции, видел все свои воспоминания, даже самые-самые ранние. От блаженного чувства полного контроля над самим собой его отвлек яркий, живой сигнал – Гарри нашел брешь. Область, где он практически мог коснуться сознания Блэк, чувствовал его мощную энергетику. Волшебнику стало немного дурно – разум Аллегры казался раздробленным, и это вносило диссонанс в совершенство его самосознания. Надеясь понять, в чем заключается раскол, Поттер, игнорируя легкие невесомые вибрации, больше похожие на зуд, заглянул немного глубже и словно провалился в пропасть. (Sound: Загадочная музыка–Иногда навевает страх) Это было настоящее болото. Его засасывало, его рвало на части. Лишенный возможности шевелится, вновь собранный воедино, Гарри понимал, что попал в ловушку. Дышать стало тяжело, воздух был наполнен сажей и пылью, от каждого вдоха в горле першило, ему хотелось кашлять, раздирая горло до крови, но не было сил набрать в грудь достаточно воздуха. На него что-то давило сверху, как при затяжном падении, когда захватывает дух и неприятно тянет нутро. Вокруг был только воздух, но он кожей ощущал что-то склизкое, грязное. Отвратительное. Казалось, из глаз вот-вот потечет кровь – слабость была такой, что Поттер даже не мог моргнуть нормально. На него давило снаружи, разрывало изнутри, а сам он был даже не в состоянии издать хотя бы подобие звука. Мерзкое, мерзкое создание захватывало его разум, порабощая и пожирая. Что-то дернуло Поттера прочь от этого грязного ощущения. Прочь от этой проклятой сущности. Маг дернулся вслед за подхватившей его силой, но, вырвавшись из одного капкана, тут же вцепился во что-то другое, более правильное и светлое. Это было воспоминание. Он зацепил его лишь мельком, а потом Гарри со всей дури вышвырнуло из сознания ведьмы.