Горечь

Занятия окклюменцией со Снейпом принесли свои плоды. Восприняв идею Поттера ставить зеркальный блок достаточно благосклонно, для начала он все же заставил его научиться правильно атаковать. Окрыленный успехом, Гарри теперь не боялся подставлять свой разум для нападок Снейпа; стоило мужчине просочится в его сознания, парень атаковал в ответ. И ему два раза удавалось пробить защиту мага; но воспоминания Поттер не читал, памятуя прошлый трагичный случай своего любопытства. Чем лучше у Гарри получалось, тем меньше язвил зельевар. Настой златоцветки был, наконец, готов; занятия прерваны для приготовления зелья и подготовки плана. Аллегра и Гарри не участвовали в создании эликсира, но несколько раз успели обсудить примерный алгоритм действий, суть которого сводилась к «Молчите и не лезьте на рожон, Поттер». На вопрос о том, как Аллегра будет контролировать свою черную метку, он получил лишь «Я в состоянии блокировать эту магию»; что совершенно не удовлетворяло любопытство, но на лучшее рассчитывать не приходилось. Когда зелье было готово, Гермиона превратила покореженную железку, возможно светильник, в небольшую флягу и перелила туда получившееся зелье. Всего было около десяти глотков. -На сколько хватит?! – спросила Блэк, безразлично глядя, как Гарри корчится, оборачиваясь Малфоем. Рост костей, а Драко был на голову выше Поттера, всегда процесс болезненный. - Часов на пять, - мрачно ответил слизеринец. – Шкура бумсланга была совсем старой. Тут только на один-два раза приложиться. Успеете? - Постараемся, - кивнула Аллегра. – В крайнем случае, я отошлю его назад. - Не оставляй его одного, - пробурчал Снейп. - Да, неужели?! – с издевкой уточнила ведьма. – Спасибо! - Не начинайте, - психанул Драко, одергивая обоих магов, недовольных друг другом. Гарри теперь стоял в обличье Малфоя – брюки и рукава рубашки стали откровенно коротки. Мимика немного затравленная и неуверенная. - Гримасу эту убери с моего лица, - рыкнул парень под смешки Грейнджер. – Одежда внизу. Переодевайся быстрее. Час уйдет, пока вы доберетесь. Когда все было готово, а лицо двойника Драко в исполнении Поттера перестало походить на моську расстроенного щенка, Гарри и Аллегра двинулись к месту в парке, откуда колдунья могла аппарировать: защита могла выпустить, но не впустить волшебников на территорию Блэк Холла. - Возьмите мою руку, - маг крепко ухватился за ее предплечье, отгоняя мысль о том, что под его ладонью находится метка. Они перемещались, как и в прошлый раз. Долго, рывками и кульбитами, от которых желудок, кажется, поменялся местами с легкими, а сердце билось где-то в голове. Наконец, оказавшись в темном переулке Эдинбурга, двое двинулись к ближайшему пабу с открытой каминной сетью. Из-за начавшегося снегопада, скрытые капюшонами лица никого не удивляли – так по улицам перемещались почти все маги столицы. Каминная сеть, как вишенка, завершающая кошмарное перемещение, вывела их в трактир в Лютом переулке. И только оттуда они двинулись к Гринготсу. Банк предстал перед ними в своем холодном великолепии рассветного Лондона. Людей было не много, в основном сами торговцы, открывающие витрины, и несколько ранних пташек, ожидающих начала рабочего дня. Блэк остановилась у входа в здание и, глубоко вздохнув, повторила. - Чтобы я не делала – молчите! – Гарри кивнул и тут же поправил непривычную белобрысую челку. Ведьма волновалась и, скорее всего именно поэтому, не просила его самого успокоится. Огромные двери Гринготса медленно открылись перед ними, и маг ощутил некоторое де жавю. Ведьма быстро зашагала по длинному холлу банка, где справа и слева сидели что-то аккуратно записывающие и считающие гоблины. Это было как в Малфой Мэноре: находящиеся внутри сотрудники в миг напряглись. Несколько гоблинов откровенно зашипели, скалясь на идущую девушку. Аллегра властным жестом откинула капюшон, дав волосам живым плащом укрыть ее спину. Поттер неловко семенил следом, стараясь не отставать и игнорировать горящие злобой глаза «банкиров». Блэк остановилась у высокого окна, где сидел хранитель ключей. Небрежно стягивая перчатки, она произнесла. - Я хочу попасть в свой сейф, - поправив кольцо на руке, ведьма внимательно-небрежно посмотрела на гоблина. Остатки волос на голове уродливого создания вздыбились, губы подергивались, иногда обнажая острые клыки плотоядного существа. Он поджал губы и наигранно учтиво произнес: - Ваше имя, мисс?! Губы Аллегры тронула легкая усмешка, дерзость гоблина явно пришлась ей не по душе. - Леди, - сделав упор на первое слово, ответила она. – Аллегра Блэк. Уродец медленно записал что-то в огромный талмуд; так медленно, что у Гарри под ложечкой засосало. Слишком много глаз уставилось на них. - Вынужден просить вас подождать, мисс Блэк, - игнорируя продиктованное обращение произнес гоблин, не совладав с гаденькой усмешкой. – У нас нет свободных провожатых. Где-то в начале холла захихикали; остальные служащие тоже скривили рты в ухмылках. Ведьма тонко улыбнулась, деланно фыркнув, и поманила хранителя к маленькому окошечку, чуть наклонившись, словно намереваясь что-то шепнуть. Внутри Гарри все похолодело – неужели он один ощущал исходящие от Блэк волны бешенства. Гоблин склонился, и через секунду был припечатан носом к стеклу. Цепкие пальцы Блэк ухватили его за воротник, ногти впились в дряблое горло, заставив создание взвизгнуть от боли. Несколько других служащих подскочили на своих местах, агрессивно зарычав. - Не испытывай мое терпение, жалкое ты создание, - злости в шипении Блэк было столько, что даже Гарри сделал шаг назад, мысленно сочувствуя глупому уродцу. – Мой ключ. От Моего сейфа. Сейчас же! – ведьма отпустила дрожащего хранителя, тут же начавшего копаться в ящике в поисках нужного ключа. Оставшиеся гоблины продолжали зорко смотреть за Блэк, но ни один не тронулся с места, вселяя в Поттера надежду, что их не разорвут на части прямо здесь. - Ваш ключ, миледи, - жалко пробормотало испуганное создание. – Криштыч сопроводит вас и мистера Малфоя. - Благодарю, - язвительно-любезно отозвалась колдунья, забирая протянутый ключ. Гарри мысленно отметил, что их узнали с самого начала. Криштыч – горбатый, старый гоблин усадил их в вагонку – и дернул за рычаг. Гарри уже и забыл, какая это болтанка – пробираться по подземельям Гринготса. Сейф семьи Блэк был на одном из самых глубоких уровней, поэтому им обоим пришлось помучится, прежде чем гоблин дернул за тормоз, останавливаясь у нужного хранилища. - Оставайтесь здесь, - властно и убийственно спокойно приказала Аллегра. Существо кивнуло, усевшись на скамеечке вагонки. Девушка приоткрыла замочную скважину, трижды провернув в ней ключ. Началась цепная реакция: винты и шарниры заходили ходуном; дверь вместо того, чтобы просто откатится в сторону, как пазл, начала складываться и уменьшаться. Поттер признался самому себе, что выглядело это впечатляюще. Тяжелая громада исчезла, превратившись в крошечный кусок метала в правом углу порога. И тут маг вздрогнул. На входе сидел огромный пес. Адский пес, если ему было позволено, так сказать. Гигантское создание, вытянуло полупрозрачную морду с ужасающе крупными клыками. Аллегра погладила его по носу и шепнула: «Блэк остается Блэк». Пес склонил голову и рассеялся черным облаком. Поттер, наконец, снова начал дышать. Охрана сейфа производила кошмарное впечатление. - Ваша магия не вплетена в сеть защитных чар, поэтому не касайтесь ничего, что здесь лежит, - вкрадчиво напутствовала ведьма, оборачиваясь к все еще остолбеневшему парню. – Иначе в холле сработает сигнал для охраны. Просто смотрите, ищите кубок – без единого украшения; простой, серебряный кубок. Блэк дождалась пока Гарри кивнет и шагнула внутрь. Малфой-Поттер последовал за ней, но попав в сейф, остолбенел еще на несколько мгновений. Он считал, что его хранилище было завалено деньгами. Сейф Блэк больше походил на пещеру, с гладковыбитым полом. Горы золотых галлеонов взмывали вверх к самому потолку, с которого свисали огромные каменные глыбы. Сундуки с монетами, сундуки с высыпающимися из них жемчужинами и ожерельями драгоценных камней. Поттер впервые видел столь полное, столь откровенное и настоящее богатство. Состояние. Теперь он в полной мере понимал значение этого слова. Состояние семьи Блэк было баснословно велико, оно потрясало воображение и сокрушало своим величием; а между тем оно было столь естественно для самих Блэк, что не возникало и толики сомнений – эти маги всегда были богаты. И они умели быть богатыми. Гарри последний раз взволнованно выдохнул и стал медленно осматривать хранящиеся в сейфе сокровища. Аллегра так же скользила по узким проходам, игнорируя «эвересты» золотых монет. - Почему гоблины так на вас реагируют? - Как и большинство магических созданий, - пожала плечами ведьма, захлопывая крышку очередного сундука. – Чем дольше живешь, тем меньше хочется умирать. А я для гоблинов - гарант Необратимой смерти. - Это нереально, - три часа и глоток зелья спустя простонал Поттер. – Здесь слишком много всего, - в ответ Блэк только устало вздохнула и бросила в кучу монет очередной бесполезный кубок, на который ей указал парень. - Почему мы не используем Accio? – осенило мага. – Зачем перерывать все, если… - Затем, что это уже не чаша Пенелопы Пуффендуй, а крестраж, - нетерпеливо перебила Аллегра. – А, чтобы вызвать предмет - надо чувствовать, что призываешь. А я понятия не имею, что из себя представляет его крестраж! – ядовито-торжественно закончила ведьма. - Я могу призвать, - неуверенно проговорил волшебник. – Вот только мне же нельзя его касаться, да? Девушка недоверчиво посмотрела на Гарри. - Сможете призвать? - Если он не отличается от медальона и дневника, то да, наверное, - неуверенно ответил маг. - Призывайте, - кивнула Блэк досадливо. – Но не ловите! - А, как я тогда..! – неловко взмахнул руками Поттер. - Увернитесь, вы же ловец, - саркастично ответила девушка. Он мысленно отметил, что юмор и Малфоя, и Блэк явно оттачивался под издевками Снейпа. Что за семейка! - Accio, крестраж Тома Реддла, - догадался назвать настоящее имя гриффиндорец. Под дальней грудой монет, что-то завибрировало, вырвавшись из ее основания. Золотая волна галлеонов хлынула на пол, сбивая аккуратно уложенные украшения и сундуки с драгоценностями с мест; как по цепной реакции рухнуло еще одно нагромождение монет, за ним еще одно. Галеоны быстро посыпались к выходу, норовя завалить ошарашенных магов. Гарри вдруг вспомнил мультик, про диснеевских уток, которые искали сокровища, и рисованные золотые горы долларов. На его глазах, одна за другой расползались именно такие горы денег. И среди всего это золотого, звенящего кошмара, через все хранилище в его сторону летел небольшой кубок. Все это он отметил за секунды, бросившись к выходу от надвигающейся на него лавины монет. - Vacuroso! Mobilicorpus! – скороговоркой выкрикнула не меньше его ошарашенная неожиданным крушением Блэк. Чаша, пойманная в вакуум, застыла в воздухе; обездвиженный Гарри взмыл к потолку, наблюдая, как под ним растет и растет слой золотых галеонов. Наконец, оглушающий звон прекратился. Монеты замерли. Тяжело дыша, девушка осталась стоять на месте, едва удерживаясь, чтобы не упасть. Монеты засыпали ее выше коленей. Палочкой, направленной на кубок, Аллегра удерживала его в воздушной ловушке; левой рукой левитировала Гарри над развалившимся содержимым сейфа. Паника постепенно отпускала, и она направила волшебника к выходу, где он смачно шлепнулся на холодные плиты коридора, заставив гоблина гаденько захихикать. Сама Блэк плюхнулась на засыпавшие ее галеоны и, наконец, отпустила кубок, так же рухнувший на ковер денег. Она несколько раз с силой выдохнула, пока Гарри усаживался на полу, потирая ушибленную спину. Маг обернулся к сейфу, только когда услышал ее тихое хихиканье. Аллегра несколько раз попыталась сдержаться, но, наконец, рассмеялась. Весело и громко, чуть запрокинув голову. Поттер удивленно смотрел на нее, не в силах удержаться от заразительной улыбки и смешков. Блэк упала на спину, с трудом доставая одну ногу за другой из-под завала, и не переставала хохотать. Смех ее был приятным, искренне радостным и едва уловимо уставшим, словно бы тоскливым или отчаянным - так смеются те, кто знает смеху цену. Слезы потекли по щекам, когда она вновь села, не в силах прекратить хохот. Поочередно стирая их то с одной, то с другой щеки, Аллегра посмотрела на такого же веселящегося Гарри. Маг тихо смеялся, опустив голову и хлопая себя по колену. «Мерлин и Моргана» - надрывающимся из-за смешков голосом сказала ведьма и на четвереньках – она увязала в мелких монетах - подобралась и взяла чашу. Так же она выбралась из сейфа, уже совершенно успокоившись. - Что ж, - выдохнула Блэк, силясь скрыть улыбку. – Это было ужасно. Поттер, тихо посмеиваясь, закивал. - Дайте мешок, - протянула девушка и аккуратно положила артефакт в тканевую сумку Мионы. Гарри привязал ее к поясу и скрыл полами мантии. Не переставая покачивать головой, Блэк свистнула, снова вызвав огромную псину, похожую на Бродягу переростка. Она наблюдала, как тяжелая дверь вновь скрывает фамильные сокровища. Повернув ключ три раза против часовой стрелки, ведьма сжала его в руке и направилась к вагонетке, в которой уже сидел Поттер и хмурый гоблин. На выходе Аллегра холодно кивнула хранителю, возвращая ключ, и в ответ получила любезную наигранную улыбку и поклон. Скрыв лица капюшоном, Блэк и Поттер стремительно покинули банк гоблинов. Добираться до поместья стало настоящим испытанием: снова каминная сеть, Эдинбург и аппарация с места на место. Блэк, наконец, перенесла их почти к воротам поместья, и несколько следующих часов они пробирались по заснеженной дороге к особняку. Тонкие перчатки и мантия не спасали Аллегру, согревающие заклинания, наложенные после столь утомительного перемещения, проигрывали вступившей в силу шотландской зиме. Гарри уже трясся от холода, усугубляющегося вибрирующим артефактом на его поясе. Тот словно вопил о помощи. Ведьма споткнулась и едва не упала, вырвав каблук с мясом. Тихо выругавшись, она оторвала второй. Ноги давно онемели, и кости ломило от пронизывающего мороза. - Еще немного, - неожиданно сказала она, и Гарри поймал на себе странный, полуобеспокоенный взгляд из-под покрывшихся инеем ресниц. Его, наверняка, выглядели так же. - Конечно, - с трудом ответил он, едва не прикусив язык. Когда особняк стал виден, Поттер подумал, что, наверное, глупо замерзнуть насмерть буквально на пороге у спасительного тепла. Вот уже дорожка превратилась в широкую аллею, обсаженную кленами и платанами. Вот стало слышно никогда не замерзающее море. Он споткнулся и упал. А подняться сил не было. - Пот-т-тер, - с трудом произнесла Блэк синими от холода губами. – Вызовите Патронус, давайте же. Ведьма подхватила его, прижав спиной к своей груди и укрыв полами давно промерзшей мантии. Гарри хрустнул пальцами, в глазах встали слезы. Он слишком замерз. - Expecto Patronum, - полузадушенным шепотом произнес маг, с лаской глядя на появившегося оленя. – Скажи остальным, что мы здесь. Приведи их. Призрачный хранитель быстрее света помчался в особняк. Глаза у Гарри стали слипаться. - Поттер, - ведьма затрясла его за плечи. Парень вяло откликнулся, и тогда и она с силой сжала его кисть. Гарри аж подбросило вверх, он взвыл, прижав к себе пульсирующую болью руку. – Уже скоро, - снова произнесла Блэк, подгребая гриффиндорца ближе к себе. Первым к ним подбежал Невилл; окружив замерзающих согревающими чарами, он тут же скинул теплую мантию, укутав в нее Поттера - Аллегра даже отказаться не смогла, просто чуть мотнула головой, скосив глаза на парня. Перекинув руку Гарри себе через плечо, Лонгботом как раз собирался поднять его, когда к ним подбежал Драко. Быстро окинув троицу взглядом, он набросил согретую мантию на Блэк и подхватил Гарри, избавляя крестную от тяжести его тела. Снейп и Гермиона, запыхавшиеся и раскрасневшиеся от холода, тоже настигли путников. Гермиона достала палочку, усилив тепловой эффект, Поттер благодарно улыбнулся. Блэк облегченно выдохнула, почувствовав, наконец, касание теплого воздуха к замерзшей коже. - Драко, я и ты поможем Гарри, а Невилл - Аллегре, - быстро произнесла гриффиндорка, намереваясь подхватить друга, с трудом стоящего на ногах. - Мисс Грейнджер, - Снейп сжал ее плечо, останавливая. – Вы в состоянии поддерживать согревающие чары постоянно? Девушка робко кивнула. - Думаю, да. - Тогда окутайте ими себя, ваших друзей и нас с леди Блэк, - колдунья прищурилась, снизу-вверх глядя на зельевара. - Я сам помогу Аллегре, - дернулся Малфой. - Драко, тебе не донести ее до особняка, - не особо учтиво рыкнул мужчина, снимая мантию и грубовато укутывая в нее замерзшую ведьму. Подхватив Блэк на руки, он позволил Гермионе поправить раскрывшиеся полы мантий и окружить их всех чарами. - Не больно? – тихо спросил он, перехватив Аллегру удобнее. - Нет, - так же тихо ответила она. Огонь на кухне поддерживали постоянно, так что даже пол прогрелся, и радовал гостей теплыми плитами. Аллегра и Гарри, укутанные в пледы и окруженные вниманием, постепенно оттаяли. Снейп, подозревающий, что они здорово промерзнут – но все же не настолько – заранее сварил перечное зелье и теперь каждые 15 минут заставлял их выпивать по стакану. Два часа спустя, оба пришли в норму и смогли, наконец, извлечь из сумки заветный артефакт. - Это чаша Пенелопы Пуффендуй?! – с сомнением переспросил Малфой, глядя на заурядный кубок. Блэк скосила на него глаза, и слизеринец благоразумно замолчал. - У нас нет ни яда василиска, ни меча Гриффиндора,- озвучила общую мысль Грейнджер. - Адский огонь тоже сойдет, - усмехнулся Поттер и посмотрел на Блэк. – Вы же сможете сжечь ее? - Нет, - кратко ответила ведьма, заставив подростков открыть рты от изумления. – Морганы ради, - всплеснула она руками. – У меня метка! Но то, что она не изводит меня болью, не значит, что я могу причинить вред Темному Лорду. - Профессор? – Гермиона неуверенно взглянула на Снейпа. - Мне повторить слова леди Блэк, мисс Грейнджер? - угрюмо отозвался зельевар. - Главное ведь, что крестраж здесь, - тихо заключил Невилл. – Как с ним справится мы придумаем. Утро вечера мудренее. Предложение было встречено с сомнение, но выбора не оставалось.